ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 201-АПУ19-12 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

Москва 7 мая 2019 г.  

Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

председательствующего Крупнова И.В., судей Дербилова О.А. и Замашнюка А.Н. при секретаре Жиленковой Т.С. 

с участием военного прокурора отдела 4 управления Главной военной  прокуратуры Обухова А.В., осуждённых ФИО1, ФИО2 - путём  использования систем видеоконференц-связи, их защитников-адвокатов  Алиева М.У., Чекунова ВВ., переводчика Х. рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам  осуждённых ФИО1, ФИО2 и защитников-адвокатов  Алиева М.У., Сохиевой СВ. на приговор Московского окружного военного суда  от 11 февраля 2019 г., по которому  

ФИО1, 

<

...> 

<

...> 

несудимый, 

и 

ФИО2, 

<

...> 

<

...> 

<

...> несудимый, 

осуждены каждый к лишению свободы за совершение преступлений,  предусмотренных: ч.2 ст.2055 УК РФ, сроком на 11 (одиннадцать) лет; ч.2 ст.2054  УК РФ, сроком на 6 (шесть) лет; ч.1 ст.30, п. «а» ч.2 ст.205 УК РФ, сроком на 6  

редакции Федерального закона от 6 июля 2016 г. № 375-Ф3), сроком на 6 (шесть)  лет и на основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности совершённых преступлений  путём частичного сложения назначенных наказаний к 15 (пятнадцати) годам  лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.  

Судом решены вопросы о мере пресечения, вещественных доказательствах.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Дербилова О. А., объяснения осуждённых и их защитников-адвокатов в  обоснование и поддержку доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора  Обухова А.В., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, а  апелляционные жалобы без удовлетворения, Судебная коллегия по делам  военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации  

установила: 

ФИО3 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за: участие в  деятельности организации, которая в соответствии с законодательством  Российской Федерации признана террористической; участие в террористическом  сообществе; склонение лиц в совершение преступления, предусмотренного ч.2  ст.2055 УК РФ; совершение в составе организованной группы: приготовления к  террористическому акту; незаконных приобретения, ношения, хранения  огнестрельного оружия и боеприпасов; незаконных изготовления, хранения  взрывчатого вещества и взрывных устройств.  

Преступления совершены осуждёнными в 2015 - 2017 годах в Москве при  обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

Осуждённые ФИО3, ФИО2, их защитники-адвокаты Алиев, Сохиева  в апелляционных жалобах заявляют о несправедливости, чрезмерной строгости  приговора и просят его изменить, смягчив осуждённым назначенное наказание.  

По мнению ФИО3 и его защитника-адвоката Алиева, суд не в  достаточной степени учёл данные о личности ФИО3, связанные с тем, что он  является гражданином Российской Федерации, впервые привлекается к уголовной  ответственности, положительно характеризуется по месту жительства и работы,  способствовал раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и  уголовному преследованию других соучастников, страдает заболеванием почек,  имеет на иждивении троих малолетних детей, жену и родителей - пенсионеров,  при этом у его отца больное сердце.  

Осуждённый ФИО2 и его защитник-адвокат Сохиева заявляют, что суд  при вынесении приговора и назначении наказания не учёл активное  сотрудничество ФИО2 со следствием, в ходе которого он помог изобличить  других соучастников преступлений, а также данные о его личности, связанные с  нахождением у него на иждивении троих несовершеннолетних детей, двое из  которых являются инвалидами первой группы, четверых несовершеннолетних  детей супруги от первого брака, матери - пенсионера, неработающей жены.  

В возражениях на апелляционные жалобы осуждённых и их защитников- адвокатов государственный обвинитель Данилов считает их несостоятельными и  просит приговор оставить без изменения.  

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы, приведённые в  апелляционных жалобах, возражениях на них, Судебная коллегия не находит  оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.  

Выводы суда первой инстанции о виновности осуждённых ФИО3 и  ФИО2 в изложенных в приговоре преступных деяниях подтверждены  совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном заседании  доказательств, которые получены с соблюдением уголовно-процессуального  закона, объективно изложены и оценены в приговоре в соответствии со ст. 8 8  УПК РФ.  

Как следует из материалов дела, предварительное расследование и судебное  разбирательство проведены в соответствии с требованиями закона, всесторонне и  полно с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон.  Осуждённому ФИО2, недостаточно владеющему русским языком, было  разъяснено и реально обеспечено право пользоваться помощью переводчика в  порядке, установленном УПК РФ, с момента заявления им ходатайства об этом.  Выводы суда не содержат каких-либо предположений, в том числе относительно  конкретных действий осуждённых.  

В приговоре, как это предусмотрено требованиями ст.307 УПК РФ,  содержится описание преступных действий каждого из осуждённых с указанием  места, времени, способа их совершения, формы вины и мотивов, изложены  доказательства виновности по каждому подтверждённому в суде обвинению,  сформулированы выводы о квалификации действий осуждённых, а также по  другим вопросам, подлежащим разрешению при постановлении обвинительного  приговора.  

Из протокола судебного заседания усматривается, что все ходатайства  сторон обвинения и защиты разрешены после выяснения мнений участников  судебного разбирательства и исследования фактических обстоятельств дела,  относящихся к данным вопросам. Решения суда по этим ходатайствам являются  мотивированными и сомнений в своей законности и обоснованности не  вызывают. Право сторон обвинения и защиты на представление доказательств  при судебном разбирательстве дела не нарушено.  

Позиция подсудимых и их защитников как по делу в целом, так и по  отдельным деталям обвинения и обстоятельствам доведена до сведения суда с  достаточной полнотой и определённостью. Она получила объективную оценку в  приговоре, как и доказательства, представленные сторонами. Содержание  показаний подсудимых, свидетелей и других доказательств изложено в приговоре  в соответствии с протоколом судебного заседания без каких-либо искажений.  

Судом установлено, что в июне 2015 года в Москве ФИО2 по  предложению участника террористической организации «Исламское государство»  (далее - МТО «ИГ») по имени «А

<

...>» (материалы уголовного дела в  отношении которого выделены в отдельное производство) вступил в данную  организацию, а ФИО3 с начала июля 2015 года стал причислять себя к  сторонникам МТО «ИГ» и решил продолжать деятельность данной организации  на территории Российской Федерации путём пропаганды терроризма и  вовлечения иных лиц в деятельность названной террористической организации.  

В период с июля 2015 года по октябрь 2017 года в определённых мечетях,  кафе и торгово-развлекательном центре Москвы Махмудов убеждал У.Ф.М.  (материалы уголовного дела в отношении которого выделены в отдельное  производство) принять участие в деятельности МТО «ИГ» на территории  Сирийской Арабской Республики (далее - Сирия), обещал своё содействие в этом,  на что последний согласился.  

В октябре 2017 года в Москве ФИО3, содействуя совершению  указанного деяния, через сотрудника подразделения по вопросам миграции  органов внутренних дел (материалы уголовного дела в отношении которого  выделены в отдельное производство) организовал ускоренное оформление  заграничного паспорта на имя У.Ф.М., дал ему советы о маршрутах следования в  Сирию и принятии мер безопасности.  

При этом участие У.Ф.М. в деятельности МТО «ИГ» в Сирии не было  доведено до конца в связи с его задержанием 26 декабря 2017 г. сотрудниками  правоохранительных органов.  

В июне 2016 года ФИО3 познакомился с ФИО2 и они  договорились продолжить деятельность МТО «ИГ» на территории России путём  пропаганды терроризма и вовлечения иных лиц в деятельность этой  террористической организации.  

ФИО3 и ФИО2 в июне 2016 года в определённых мечети, кафе и  жилище Москвы убеждали ФИО4 (осуждённого Московским окружным  военным судом) участвовать в деятельности МТО «ИГ», с чем он согласился.  

В последующем ФИО3 и ФИО4 получили от участника МТО «ИГ»  «А

<

...>», осуществлявшего управленческие функции в отношении  структурных подразделений террористической организации в России, указание о  подготовке и совершении на территории Москвы и Московской области  террористических актов в целях воздействия на принятие органами власти России  решения о прекращении военной операции в Сирии.  

В августе 2016 года в Москве ФИО3, ФИО2 и ФИО4  объединились с «А

<

...>» в сообщество в целях осуществления  террористической деятельности, участия в деятельности МТО «ИГ», вовлечения  иных лиц в совершение таких действий, подготовки и совершения  организованной группой террористических актов, в том числе путём взрывов  незаконно изготовленных взрывчатых веществ и взрывных устройств,  применения огнестрельного оружия, для чего распределили между собой  обязанности, в соответствии с которыми:  

«А

<

...>» должен был осуществлять общие управленческие функции в  отношении террористического сообщества через ФИО2, поддерживать связь с  руководством МТО «ИГ» в Сирии, докладывать ему о запланированных  террористических актах, при реализации которых публиковать в сети «Интернет»  материалы, содержащие заявления о совершении таких действий указанной  террористической организацией в целях воздействия на принятие органами  власти России решения о прекращении военной операции в Сирии;  

ФИО3 обязан был осуществлять непосредственные управленческие  функции в отношении террористического сообщества, планировать реализацию  

преступных намерений, с Рахматовым и Башировым вовлекать иных лиц в  деятельность МТО «ИГ», подбирать объекты противоправных деяний, время,  место, способ их совершения, а также предоставлять участникам сообщества  средства и орудия совершения преступлений, изготавливать, хранить взрывчатые  вещества и взрывные устройства;  

ФИО2 должен был через сеть «Интернет» поддерживать связь с  «А

<

...>», получать от него указания и докладывать ему об их  исполнении, а также распределять роли между участниками сообщества;  

ФИО4 обязан был подыскивать средства и орудия совершения  преступления - огнестрельное оружие, боеприпасы, незаконно переносить и  хранить их, собирать сведения об объектах противоправных деяний.  

В период с марта по октябрь 2017 года в определённых мечети и жилищах  Москвы ФИО3, ФИО2 и ФИО4 убеждали А.Б., П.Р. принять участие в деятельности МТО «ИГ» в Сирии. 

В августе 2017 года ФИО3, ФИО2 и ФИО4 планировали в Москве  или Московской области совершение умышленного убийства одного из пилотов,  участвовавшего в военной операции в Сирии, однако не смогли совершить данное  преступление из-за отсутствия информации о месте жительства такого лица.  

В период с августа по сентябрь 2017 года ФИО3, ФИО2 и ФИО4  распределили обязанности и разработали план совершения ими 12 декабря 2017 г.  террористического акта на транспорте и в торговом центре Москвы и Московской  области путём взрывов самодельных взрывных устройств (далее - СВУ),  расстрела людей с применением огнестрельного оружия, боеприпасов в целях  воздействия на принятие органами власти России решения о прекращении  военной операции в Сирии.  

В сентябре 2017 года ФИО3, ФИО2 и ФИО4 подобрали объекты  совершения террористического акта: одну из станций Московского центрального  кольца (МЦК) на участке «Площадь Гагарина» - «Шелепиха»; торговый центр  (ТЦ) «Эдельвейс» в городе Балашиха Московской области.  

В соответствии с разработанным планом 12 декабря 2017 г. ФИО3 и  ФИО2 должны были на одной из данных станций совершить взрыв СВУ и  расстрелять людей с применением огнестрельного оружия и ручных гранат, а  ФИО4 одновременно в указанном торговом центре совершить взрыв СВУ.  После этого «А

<

...>» должен был опубликовать в сети «Интернет»  заявление о совершении террористического акта МТО «ИГ» в целях воздействия  на принятие органами государственной власти России решения о прекращении  военной операции в Сирии.  

В период с сентября по ноябрь 2017 года ФИО3 и ФИО4 с  использованием сети «Интернет» изучили инструкции по изготовлению  взрывчатых веществ и взрывных устройств.  

28 ноября 2017 г. ФИО4 выехал в ТЦ «Эдельвейс» и на станции МЦК на  участке «Площадь Гагарина» - «Шелепиха», где собрал дополнительные сведения  об этих объектах.  

В ноябре 2017 года ФИО3 путём приобретения трёх смартфонов с сим- картами обеспечил участников группы средствами связи, после чего ФИО3,  

Рахматов и Баширов установили на указанных устройствах определённое  мобильное приложение, в котором Рахматов для организации и планирования  террористического акта создал специальную группу.  

3 декабря 2017 г. «А

<

...>н» через сеть «Интернет» дал указание  ФИО3, ФИО2 и ФИО4 совершить террористический акт с  применением огнестрельного оружия, боеприпасов и СВУ. В этих целях  «А

<

...>» обязался предоставить участникам группы огнестрельное оружие,  боеприпасы, а также место для изготовления и хранения взрывчатого вещества,  взрывных устройств.  

4 декабря 2017 г. ФИО2 проверил безопасность жилого помещения,  предоставленного «А

<

...>» для подготовки террористического акта,  хранения огнестрельного оружия и боеприпасов, изготовления, хранения  взрывчатого вещества и взрывных устройств, о чём сообщил ФИО3 и  ФИО4, а на следующий день «А

<

...>».  

6 декабря 2017 г. ФИО2 согласовал с «А

<

...>» места совершения  террористического акта и получил от него инструкцию по изготовлению  взрывчатого вещества и взрывных устройств, которую для реализации с  использованием сети «Интернет» передал ФИО3.  

8 декабря 2017 г. «А

<

...>» сообщил ФИО2 о предоставлении  огнестрельного оружия и боеприпасов путём их закладки вблизи дома, в котором  находится конспиративная квартира.  

9 декабря 2017 г. ФИО4 изъял сумку с автоматами АК-74, АКС-74, 63  патронами калибра 5,45-мм, ручными осколочными гранатами РГД-5, Ф-1, двумя  запалами УЗРГМ-2, перенёс эти предметы в конспиративную квартиру для  хранения, о чём сообщил ФИО3 и ФИО2, а последний - «А

<

...>».  

9 декабря 2017 г. ФИО3 в целях изготовления взрывчатого вещества и  взрывных устройств для террористического акта на строительном рынке и в  магазине Москвы приобрёл необходимые компоненты и перевёз их в  конспиративную квартиру.  

9-10 декабря 2017 г. в конспиративной квартире ФИО3 с  использованием приобретённых компонентов изготовил взрывчатое вещество и  на его основе два СВУ (каждое мощностью около 1,7 кг в тротиловом  эквиваленте), которые там же стал хранить.  

При этом совершение ФИО3, ФИО2 и ФИО4  террористического акта не было доведено до конца по независящим от них  обстоятельствам в связи с их задержанием 11 декабря 2017 г. сотрудниками  правоохранительных органов и изъятием у них указанных оружия, боеприпасов,  взрывчатых веществ и СВУ.  

Эти обстоятельства, как и выводы суда об участии осуждённых в  деятельности террористической организации, террористического сообщества, в  склонении лиц в совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.2055  УК РФ, в совершении в составе организованной группы приготовления к  террористическому акту, незаконных приобретения, ношения, хранения  огнестрельного оружия, боеприпасов, изготовления, хранения взрывчатых  

веществ и взрывных устройств подтверждены исследованными судом  доказательствами.  

Согласно вступившему в законную силу решению Верховного Суда  Российской Федерации от 29 декабря 2014 г. МТО «ИГ» признана  террористической организацией.  

Допрошенные в судебном заседании ФИО3 и ФИО2 полностью  признали себя виновными в содеянном, при этом об обстоятельствах  совершённых ими преступлений дали показания, соответствующие  вышеизложенному, исполнение преступлений террористической направленности  объяснили желанием выполнить цели МТО «ИГ».  

Свидетель Б. подтвердил в суде склонение его в июне 2016 года ФИО3 и ФИО2 в участие в деятельности МТО «ИГ», на что он  согласился. В последующем по указанию одного из руководителей МТО «ИГ» по  имени «А

<

...>» ФИО3, ФИО2 и он объединились в террористическое  сообщество, распределили между собой обязанности для участия в  террористической деятельности, вовлечения иных лиц в МТО «ИГ», подготовки и  совершения в составе организованной группы террористических актов на  территории Москвы и Московской области.  

В 2017 году ФИО3, ФИО2 и он вовлекали в деятельность МТО «ИГ»  П., Б.Р., А. 

В августе 2017 года они втроём планировали совершить убийство одного из  пилотов, участвовавшего в военной операции в Сирии, однако не смогли  совершить данное преступление из-за отсутствия информации о месте жительства  такого лица.  

В период с августа по сентябрь 2017 года ФИО3, ФИО2 и он,  ФИО4, решили совершить 12 декабря 2017 г. террористический акт на  транспорте и в торговом центре Москвы и Московской области путём совершения  взрывов СВУ.  

В соответствии с разработанным планом ФИО3 и ФИО2 должны  были на одной из станций МЦК на участке «Площадь Гагарина» - «Шелепиха»  совершить взрыв СВУ и расстрелять людей с применением огнестрельного  оружия, ручных гранат, а он, ФИО4, одновременно должен был совершить  взрыв СВУ в ТЦ «Эдельвейс» в городе Балашиха. После этого «А

<

...>»  должен был опубликовать заявление о совершении террористического акта МТО  «ИГ» в целях воздействия на принятие органами государственной власти России  решения о прекращении военной операции в Сирии.  

В период с сентября по ноябрь 2017 года он, ФИО4, и ФИО3 с  использованием сети «Интернет» изучили инструкции по изготовлению  взрывчатых веществ и взрывных устройств.  

28 ноября 2017 г. он, ФИО4, собрал дополнительные сведения о ТЦ  «Эдельвейс» и об участке МЦК «Площадь Гагарина» - «Шелепиха», планируемых  для совершения террористического акта.  

В ноябре 2017 года ФИО3 предоставил участникам их сообщества  средства связи - смартфоны, после чего они установили на указанных устройствах  

определённое мобильное приложение, в котором Рахматов для организации и  планирования террористического акта создал специальную группу.  

С целью подготовки террористического акта «А

<

...>» предоставил им  конспиративную квартиру, а также оружие и боеприпасы, которые ФИО4 9  декабря 2017 г. перенёс на хранение в данную квартиру.  

ФИО3 в конспиративной квартире с использованием ранее  приобретённых компонентов изготовил два СВУ.  

11 декабря 2017 г. ФИО3, ФИО2 и он, ФИО4, были задержаны  сотрудниками правоохранительных органов, а оружие, боеприпасы, взрывчатые  вещества и СВУ изъяты.  

Свидетель У. показал, что в период с июля 2015 года по октябрь 2017 года ФИО3 склонил его к участию в деятельности МТО «ИГ» в Сирии, а в  октябре 2017 года организовал ускоренное оформление ему заграничного  паспорта, дал советы о маршрутах следования в Сирию и принятии мер  безопасности, однако убыть в Сирию ему не удалось в связи с задержанием 26  декабря 2017 г. сотрудниками правоохранительных органов.  

Согласно показаниям свидетеля К. в октябре 2017 года он по просьбе ФИО3 ускорил оформление заграничного паспорта на имя  У. 

Свидетель П. показал, что в период с марта по сентябрь 2017 года ФИО3, ФИО2 и ФИО4 убеждали его принять участие в деятельности  МТО «ИГ» в Сирии.  

Из показаний свидетелей Б., Р., А. следует, что в 2017 году ФИО3 склонял каждого из них к участию в деятельности МТО  «ИГ» в Сирии.  

Свидетель Ф. показал, что 27 ноября 2017 г. сторонник МТО «ИГ» ФИО4 по телефону сообщил ему о своём участии в подготовке  террористического акта в Москве.  

Согласно показаниям свидетеля Б. 28 ноября 2017 г. на станции МЦК «Шелепиха» в Москве он видел ФИО4, а из показаний свидетелей Ч.О., А. (соответственно продавцов строительного рынка и кассира магазина) установлены факты приобретения 9 декабря 2017 г. неизвестным лицом  органического вещества, крепёжных изделий и химического соединения.  

Эксперт-религиовед А. пояснил, что вступление в МТО «ИГ» возможно и путём причисления себя к её участникам и продолжения  деятельности данной террористической организации.  

Показания ФИО3, ФИО2 и указанных свидетелей об  обстоятельствах совершённых осуждёнными преступлений согласуются с иными  исследованными судом доказательствами.  

В соответствии с протоколами от 9 февраля, 4 июня 2018 г. об изъятии в  Управлении ФСБ России оптических дисков, от 12 февраля - 21 марта 2018 г., 4  июня - 24 августа 2018 г. об осмотре указанных дисков, а также с заключениями  фонографической, религиоведческих, комплексной психолого-лингвистической  религиоведческой судебных экспертиз от 13 марта, 2 апреля и 6 ноября 2018 г. в  многочисленных разговорах ФИО3, ФИО4, А.Б. и 

Р

<

...> состоявшихся во время совершения осуждёнными преступлений,  содержатся высказывания, соответствующие идеологии, целям и задачам МТО  «ИГ», признаки участия Махмудова и Баширова в деятельности данной  террористической организации, а также склонения Махмудовым А.Б., Р. в участие в МТО «ИГ». 

Согласно протоколам от 9 февраля 2018 г. изъятия в Управлении ФСБ  России и осмотра оптического диска, флеш-накопителя информации обнаружены  видеозаписи, на которых 28 ноября 2017 г. лицо, похожее на ФИО4,  производит осмотр ТЦ «Эдельвейс» в городе Балашиха.  

В соответствии с протоколом обыска конспиративной квартиры,  расположенной в Одинцовском районе Московской области, произведённого 11  декабря 2017 г. с участием ФИО3, а также с заключениями  криминалистических, молекулярно-генетических, взрывотехнической судебных  экспертиз от 15 февраля, 28 апреля и 27 августа 2018 г. в данной квартире  обнаружены и изъяты огнестрельное оружие - два автомата АК-74 и АКС-74  калибра 5,45 мм, боеприпасы - 63 патрона калибра 5,45-мм, две ручные  осколочные гранаты РГД-5 и Ф-1, два унифицированных запала для ручных  гранат УЗРГМ-2. На автомате АК-74 обнаружены биологические материалы  ФИО3 и ФИО4, а на ручной гранате РГД-5 биологические материалы  ФИО4. Часть предметов являются самодельным взрывчатым веществом, а  также двумя СВУ на его основе, каждое мощностью около 1,7 кг в тротиловом  эквиваленте. На контейнерах с СВУ обнаружены биологические материалы  ФИО3. На руках ФИО2 обнаружены компоненты изъятого взрывчатого  вещества, на основе которого изготовлены СВУ.  

При обысках 11 декабря 2017 г. в жилищах ФИО2 и ФИО4 найдены  смартфоны, в которых обнаружена переписка в специальной группе, содержащая  фото предметов, похожих на изъятые оружие, боеприпасы и взрывные  устройства, а также фотография маршрута следования в ТЦ «Эдельвейс».  

По заключению молекулярно-генетической судебной экспертизы от 16  февраля 2018 г. на указанных смартфонах обнаружены биологические материалы  ФИО3, ФИО2 и ФИО4.  

Суд указанным доказательствам в приговоре дал правильную оценку,  проверив их на относимость, допустимость и достоверность, сопоставив между  собой, а также с иными доказательствами по делу, обоснованно признав  совокупность положенных в основу приговора доказательств достаточной для  вывода о виновности осуждённых в совершённых преступлениях.  

При этом показания допрошенных в ходе предварительного и судебного  следствия свидетелей получены в установленном уголовно-процессуальным  законом порядке с разъяснением свидетелям прав и обязанностей, с  предупреждением их об уголовной ответственности за отказ от дачи и за дачу  заведомо ложных показаний. Оснований для оговора свидетелями осуждённых не  установлено.  

Сторонам защиты и обвинения в соответствии с положениями уголовно- процессуального закона была предоставлена равная возможность допросить  

свидетелей с выяснением вопросов, касающихся предъявленного осуждённым  обвинения.  

Как усматривается из материалов дела, показания свидетелей К.Б. Ч., О., А. данные ими в ходе предварительного следствия, а также показания в судебном заседании свидетелей Б., У., П.Б., Р., А.Ф. эксперта - религиоведа А. о преступной деятельности осуждённых, связанной с участием в деятельности террористической организации, террористического  сообщества, содействием террористической деятельности, совершением в составе  организованной группы приготовления к террористическому акту, незаконных  приобретения, ношения, хранения огнестрельного оружия и боеприпасов,  изготовления, хранения взрывчатых веществ и взрывных устройств, нашли своё  подтверждение результатами обыска квартир, в которых проживали виновные, в  том числе конспиративной квартиры, заключениями экспертов о наличии  биологических материалов ФИО3 и ФИО4 на автомате АК-74, ФИО4  - на ручной гранате РГД-5, ФИО3 - на контейнерах с СВУ, а на руках  ФИО2 компонентов взрывчатого вещества, на основе которого изготовлены  изъятые СВУ, а также содержанием иных исследованных судом доказательств.  

Показаниям ФИО3 и ФИО2 в отношении своих и других лиц  преступных действий в приговоре дана надлежащая оценка, основанная на  анализе содержания указанных показаний, проверке их на соответствие всем  свойствам доказательств, а также иным исследованным судом доказательствам, в  том числе заключениям экспертов, с которой Судебная коллегия полагает  необходимым согласиться.  

Правильную оценку в приговоре получили и сведения о телефонных  соединениях осуждённых со свидетелями, в том числе о местах их расположения  во время данных телефонных переговоров, представленные в протоколах  осмотра предметов (документов) от 21 марта и 26 июня 2018 г.  

Судом на основе исследованных доказательств сделан обоснованный и  правильный вывод о совершении осуждёнными в составе организованной группы  приготовления к террористическому акту, незаконных приобретения, ношения,  хранения огнестрельного оружия и боеприпасов, незаконных изготовления,  хранения взрывчатого вещества и взрывных устройств.  

При этом в основу данного вывода положены установленные по делу  обстоятельства, связанные с объединением осуждённых под руководством  участника МТО «ИГ» «А

<

...> на идеях радикального ислама,  оправдывающих насилие, экстремизм и терроризм в отношении «неверных»,  длительным периодом их общения и совместной деятельностью, основанной на  этнической и религиозной общности, сплочённостью и устойчивостью группы,  наличием единого преступного умысла, направленного, в том числе на  совершение террористического акта в Москве, наличием отлаженной системы  конспирации, технической оснащённостью (в распоряжении группы находилось  огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные  устройства).  

Приговор содержит описание преступных деяний осуждённых в  соответствии с совершением ими преступлений, в том числе террористической  направленности. Все признаки данных преступлений в приговоре указаны  согласно диспозиции уголовно-правовых норм. В судебном решении на основе  исследованных доказательств отмечено, что целью совершения преступлений  террористической направленности являлось воздействие на принятие органами  государственной власти Российской Федерации определённых решений. Данный  вывод судом правильно сделан с учётом объединения осуждённых в запрещённое  террористическое сообщество, угрожающее межнациональной и  межконфессиональной стабильности в российском обществе и территориальной  целостности Российской Федерации. Объективный характер действий  осуждённых, в том числе количество огнестрельного оружия, боеприпасов,  взрывчатых веществ и взрывных устройств, подготовленных и находящихся в их  распоряжении, план террористического акта и другие обстоятельства совершения  преступлений подтверждают направленность действий осуждённых на принятие  органами государственной власти Российской Федерации определённых решений.  

Таким образом, окружной военный суд правильно квалифицировал  действия осуждённых в составе организованной группы, выразившиеся в  приготовлении к террористическому акту.  

Верную юридическую оценку получили и деяния осуждённых, связанные с  их участием в деятельности террористической организации, террористического  сообщества, склонением лиц в совершение преступления, предусмотренного ч.2  ст.205 УК РФ, а также совершённые ими в составе организованной группы  преступления, выразившиеся в незаконных приобретении, ношении, хранении  огнестрельного оружия и боеприпасов, изготовлении, хранении взрывчатого  вещества и взрывных устройств.  

Оснований, исключающих уголовную ответственность осуждённых в  соответствии со ст.21 УК РФ, не установлено.  

Что же касается наказания, то оно, вопреки заявлениям в жалобах,  назначено осуждённым в соответствии с требованиями закона, при этом суд  надлежащим образом исследовал и оценил сведения об индивидуальных  особенностях их личности, в том числе все характеризующие их данные,  представленные в материалах уголовного дела, и дал им правильную оценку в  приговоре.  

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом признано активное  способствование ФИО3 и ФИО2 раскрытию и расследованию  преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников  преступлений, наличие у осуждённых малолетних детей.  

Кроме того, судом учтено признание ими своей вины, раскаяние в  содеянном, состояние здоровья, материальное положение ФИО3, ФИО2  и членов их семей.  

При этом суд обоснованно учёл характер и степень общественной  опасности совершённых преступлений, конкретные обстоятельства дела, роли  осуждённых при совершении преступлений и влияние наказания на исправление  осуждённых и на условия жизни их семей.  

С учётом установленных по делу обстоятельств, влияющих на назначение  наказания, суд первой инстанции обоснованно не применил в отношении  осуждённых положения, предусмотренные ч.б ст. 15 УК РФ, и назначил им за  каждое из совершённых преступлений основное наказание в виде лишения  свободы, без назначения дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения  свободы.  

Приведенные в апелляционных жалобах доводы не могут служить  основанием для изменения приговора и смягчения осуждённым наказания,  которое по своему виду и размеру является справедливым.  

Нарушений, влекущих отмену либо изменение приговора в апелляционном  порядке, не допущено.  

На основании изложенного и руководствуясь п.1 ч.1 ст.38920, ст.3891 ,389 ,  38928 и 38933 УПК РФ, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного  Суда Российской Федерации  

определила: 

приговор Московского окружного военного суда от 11 февраля 2019 г. в  отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осуждённых  ФИО1, ФИО2 и защитников-адвокатов Алиева М.У.,  Сохиевой СВ. без удовлетворения.