ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 305-ЭС18-6680 (28-30) 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 16 октября 2023 года  

Судья Верховного Суда Российской Федерации Букина И.А.,  изучив с материалами истребованного дела кассационные жалобы  конкурсного управляющего банка «Военно-промышленный банк»  (акционерное общество), ФИО1 и ФИО2 на определение Арбитражного суда города  Москвы от 18.05.2022, постановление Девятого арбитражного  апелляционного суда от 21.12.2022 и постановление Арбитражного  суда Московского округа от 05.04.2023 по делу № А40-200773/2016 о  несостоятельности (банкротстве) банка «Военно-промышленный банк»  (акционерное общество) (далее – должник, Банк «ВПБ» (АО), Банк),  

установил:

в рамках дела о банкротстве Банка «ВПБ» (АО) конкурсный  управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника ФИО1, ФИО2, ФИО11, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО12  

Александра Юрьевича, ФИО8, ФИО9 и ФИО10.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.05.2022 к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника  привлечены ФИО1 и ФИО2, производство по  заявлению в части определения размера ответственности  приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В  удовлетворении остальной части требований отказано.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда  от 21.12.2022 определение суда первой инстанции отменено в части  отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о  привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника ФИО11, ФИО3, ФИО4,  ФИО5 и ФИО6 В отмененной части судом  апелляционной инстанции принят новый судебный акт об  удовлетворении предъявленных требований и приостановлении  производства по заявлению в части определения размера  ответственности привлеченных лиц до окончания расчетов с  кредиторами. В остальной части определение суда первой инстанции  оставлено без изменения.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа  от 05.04.2023 постановление суда апелляционной инстанции отменено  в части привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО11, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и  ФИО6 В отмененной части оставлено в силе определение суда  первой инстанции. В остальной части определение суда первой  инстанции и постановление суда апелляционной инстанции оставлены  без изменения.  

В кассационных жалобах, поданных в Верховный Суд Российской  Федерации, конкурсный управляющий просит определение суда первой  инстанции и постановление суда округа отменить в части  непривлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника ФИО11, ФИО3, ФИО4,  ФИО5 и ФИО6, приняв новый судебный акт об  удовлетворении предъявленных требований, а ФИО1 и  ФИО2 просят отменить судебные акты трех инстанций каждый  в своей части.  

По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6,  статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения  в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской  Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие  существенных нарушений норм материального права и (или) норм  

процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения  которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и  законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной  экономической деятельности.  

По результатам изучения материалов дела и доводов кассационных  жалоб суд приходит к выводу о наличии оснований для передачи жалоб  вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации.  

Как установлено судами и следует из материалов дела,  объективное банкротство Банка «ВПБ» (АО) наступило вследствие  действий (бездействия) контролирующих его лиц, а именно в  результате совершения в период с 01.09.2014 по 26.09.2016 следующих  действий:  

– формирование неликвидной ссудной задолженности в результате  предоставления кредитов организациям, не ведущим реальной  хозяйственной деятельности (технические заемщики), в том числе  аффилированным по отношению к контролирующим Банк лицам;  

– вывод ликвидного обеспечения в преддверии возбуждения  процедуры банкротства путем расторжения обеспечительных  договоров в отношении заведомо невозвратных (технических)  кредитов;  

– безвозмездное выбытие ликвидных активов кредитной  организации в результате заключения договоров купли-продажи;  

– создание дополнительных обязательств на стороне кредитной  организации посредством заключения договоров поручительства за  компании, не ведущие реальную хозяйственную деятельность;  

– хищение денежных средств вкладчиков посредством проведения  операций по незаконному списанию и получению из кассы Банка  денежных средств на основании фиктивных расходных кассовых  ордеров.  

Конкурсным управляющим по результатам проведения  финансового анализа выявлено, что Банк уже по состоянию на начало  исследуемого периода времени (01.09.2014) имел признаки банкротства  в виде недостаточности стоимости имущества для исполнения  обязательств перед кредиторами в полном объеме и, соответственно,  единоличный исполнительный орган Банка в лице председателя  Правления ФИО11 имел обязанность принять необходимые и  своевременные меры по финансовому оздоровлению и (или)  реорганизации кредитной организации. Однако такие меры по  предупреждению банкротства кредитной организации не принимались.  Вопреки требованиям действовавшего в исследуемый период времени  законодательства ФИО11 напротив намеренно создавалась  

и поддерживалась ненадлежащая система управления Банком,  позволившая не только вывести все активы, сформированные  преимущественно за счет средств физических лиц (прирост в 2014 –  2016 гг. составил более 17 млрд. руб.), в пользу технических  заемщиков, но и на протяжении продолжительного периода времени  осуществлять прямое хищение денежных средств со счетов вкладчиков  посредством выдачи наличных денежных средств по фиктивным  кассовым ордерам. При этом ни одно из лиц, входивших в состав  органов управления Банком, не проводило надлежащую оценку и  контроль принимаемых Банком рисков и не воспрепятствовало  созданной председателем Правления Банка ненадлежащей системе  управления кредитной организацией.  

Также в рамках настоящего обособленного спора судами  установлен факт воспрепятствования работе временной  администрации, выразившийся в непередаче ей электронных баз  данных и документации Банка, значительная часть которой  впоследствии была утрачена в результате обрушения кровли в  помещении, в которое она была вывезена в августе-сентябре 2016 года  по указанию ФИО11 на хранение. Постановлением  Нагатинского районного суда города Москвы от 16.07.2018   № 1-622/2018 признано доказанным совершение ФИО11  запрещенного уголовным законом деяния, предусмотренного частью 3  статьи 195 Уголовного кодекса Российской Федерации  «неправомерные действия при банкротстве».  

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался  положениями пункта 5 статьи 10, статьи 53 Гражданского кодекса  Российской Федерации, статей 10, 61.11, 61.13, 189.23 Закона о  банкротстве, статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ  «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных  обществах), действовавшим в исследуемый период времени  Положением о порядке формирования кредитными организациями  резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к  ней задолженности, утвержденное Банком России 26.03.2004 № 254-П  (далее – Положение № 254-П), разъяснениями пунктов 1 – 3  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения  убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»,  пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с  применением части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» и исходил из доказанности доводов конкурсного  управляющего о том, что кредитная организация использовалась  

контролирующими лицами в собственных целях посредством  кредитования заемщиков в рамках проектного финансирования, а также  заемщиков с признаками отсутствия ведения финансово-хозяйственной  деятельности с целью вывода и присвоения активов Банка,  сформированных преимущественно за счет привлечения денежных  средств физических лиц в период с 01.09.2014 по 26.09.2016.  ФИО1 и ФИО2 привлечены к субсидиарной  ответственности как лица, подписавшие значительную часть сделок,  направленных на вывод активов Банка.  

В отношении ФИО11 суд первой инстанции пришел к  выводу о доказанности оснований для привлечения его к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника в связи с подписанием  сделок, направленных на вывод активов, а также в связи с  невыполнением обязанности по передаче бухгалтерской и иной  документации должника конкурсному управляющему и  воспрепятствованием работе временной администрации, повлекшими  существенное затруднение реализации мероприятий банкротства.  Однако отказал в удовлетворении требований к данному лицу по  причине признания его невменяемым Постановлением Нагатинского  районного суда города Москвы от 16.07.2018 № 1-622/2018.  

В отношении ФИО6 и ФИО8 в части  предъявленных к ним требований по основанию необеспечения  сохранности документации Банка и воспрепятствованию работы  временной администрации суд пришел к выводу об отказе, сославшись  на то, что обвинение по данному факту в уголовном деле было  предъявлено только ФИО11  

ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,  ФИО12, ФИО8, ФИО9 и  ФИО10 суд первой инстанции признал не  относящимися к числу контролирующих должника лиц, поскольку  принятие решений о заключении и пролонгации сроков действия  кредитных договоров, о совершении иных сделок, указанных  конкурсным управляющим, не входило в их компетенцию.  

По эпизоду хищения денежных средств Банка под видом  расходных операций по счетам клиентов Банка суд первой инстанции,  отказывая в возложении вины за данные действия на кого-либо из  ответчиков, отметил, что в материалах дела доказательств их  совершения конкретным лицом не имеется.  

Суд апелляционной инстанции, не соглашаясь с выводами суда  первой инстанции об отказе в привлечении к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника ФИО11,  ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6,  исходил из того, что указанные лица наряду с уже привлеченными  

ФИО1 и ФИО2 подлежат привлечению к  субсидиарной ответственности по обязательствам Банка в связи с  принятием ими в составе коллегиальных органов управления Банка  решений, нарушающих требования нормативных актов о банковской  деятельности, а также в связи с бездействием при работе в составе  указанных органов управления кредитной организацией, что стало  причиной банкротства должника.  

При этом в отношении ФИО11 судом апелляционной  инстанции отмечено, что установленная Постановлением Нагатинского  районного суда города Москвы от 16.07.2018 № 1-622/2018  невменяемость данного лица не может влечь отказа в удовлетворении  предъявленных к нему требований в связи с подписанием в  2014-2016 гг. сделок, направленных на вывод активов Банка, а также  организацией ненадлежащей системы управления, поскольку в рамках  уголовного дела ему инкриминировалось преступное деяние,  совершенное в августе-сентябре 2016 года.  

Суд апелляционной инстанции также пришел к выводу о наличии  оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО6 в связи с необеспечением сохранности документации  Банка и ее утратой, поскольку данное лицо наряду с занимаемой  должностью председателя Совета Директоров являлось совладельцем  организации, которой по указанию ФИО11 была передана на  ответственное хранение вся документация. Судом апелляционной  инстанции отмечено, что само по себе непредъявление обвинения по  данному факту в уголовном деле не препятствует привлечению к  ответственности данного лица в гражданско-правовом порядке.  

Суд кассационной инстанции, отменяя постановление суда  апелляционной инстанции в части привлечения к субсидиарной  ответственности ФИО11, ФИО3, ФИО4,  ФИО5 и ФИО6 и оставляя в силе в указанной части  судебный акт первой инстанции об отказе в требованиях, сослался на  разъяснения пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах,  связанных с применением части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» и указал, что контролирующие должника лица  могут быть привлечены к субсидиарной ответственности только в тех  случаях, когда несостоятельность (банкротство) должника вызвана его  указаниями или иными действиями, возложение на них  ответственности за бездействие исключается.  

Кроме того, отказывая в удовлетворении требований к  ФИО11 суд округа поддержал выводы суда первой  инстанции о том, что данное лицо не может быть привлечено к  

субсидиарной ответственности по обязательствам должника по  причине признания его невменяемым в уголовном деле, отметив, что  выводы психиатрической экспертизы касались периода начиная  с 2013 года.  

Судом кассационной инстанции также поддержаны выводы суда  первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения  ФИО6 к субсидиарной ответственности в связи с  необеспечением сохранности и утратой документации Банка.  

Выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами,  конкурсный управляющий настаивает на ошибочности вывода суда  кассационной инстанции о том, что виновное бездействие не может  являться обстоятельством, влекущим субсидиарную ответственность,  поскольку положениями статьи 14 Закона о банкротстве кредитных  организаций и пункта 1 статьи 189.23 Закона о банкротстве в  применимой редакции прямо предусмотрено обратное.  

Конкурсный управляющий отмечает, что обязанность Правления и  Совета директоров Банка надлежащим образом организовать систему  управления кредитной организацией, создать эффективный внутренний  контроль за сектором банковского кредитования и соответствующими  рисками, а также своевременно осуществлять проверку его  соответствия характеру и масштабу осуществляемых операций, уровню  и сочетанию принимаемых рисков прямо предусмотрена  действовавшими в период совершения спорных сделок нормами права,  а именно пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской  Федерации, статьей 7 Федеральный закон от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О  Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», статьями  11.1, 24 Федеральный закон от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и  банковской деятельности», пунктами 1, 4 Постановление Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013   № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими  в состав органов юридического лица», пунктом 3.4.2. Положения Банка  России от 16.12.2003 № 242-П «Об организации внутреннего контроля  в кредитных организациях и банковских группах», а также  внутренними документами Банка: Устав Банка (пункты 9.12.27-9.12.30,  9.12.35-9.12.37, 9.12.39,10.7, 10.9.2, 10.9.16, 10.9.17, 14.1, 14.1.114.1.4,14.3), Положением о Правлении Банка, должностными  инструкциями.  

Конкурсный управляющий полагает, что в рассматриваемом  случае материалами дела подтверждается, что виновное бездействие  заинтересованных лиц, повлекшее негативные для Банка последствия,  выходило за пределы обычного делового риска и было направлено на  нарушение прав и законных интересов гражданско-правового  сообщества, объединяющего всех кредиторов, что является основанием  

для привлечения к гражданско-правовой ответственности. Ответчиками  данные обстоятельства не были опровергнуты.  

По мнению конкурсного управляющего, при проверке судебного  акта в части привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО11 судом округа было допущено нарушение норм  процессуального права, а именно положений части 2 статьи 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  выразившееся в переоценке представленных в материалы дела  доказательств.  

Так, по мнению управляющего, судом апелляционной инстанции  была дана надлежащая правовая оценка имеющемуся в материалах дела  психиатрическому заключению о том, что выводы экспертизы по  эпизоду, касающемуся документации Банка и имевшему место в  августе-сентябре 2016 года, не свидетельствует о том, что в иные  конкретные юридически значимые моменты причинения ущерба Банку,  в частности, путем совершения неликвидных сделок, ФИО11  находился в состоянии, при котором он не мог понимать значения  своих действий или руководить ими вследствие психического  расстройства.  

Конкурсный управляющий также не согласен с выводами суда  кассационной инстанции относительно отсутствия оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности ФИО6 в связи с  необеспечением сохранности и утратой документации Банка, отмечая,  что постановление Нагатинского районного суда города Москвы  от 16.07.2018 № 1-622/2018 в отношении ФИО11 не образует  преюдицию для арбитражного суда по вопросу привлечения к  ответственности ФИО6, а сам по себе факт непривлечения  данного лица к уголовной ответственности не свидетельствует об  отсутствии состава гражданского правонарушения.  

ФИО1 и ФИО2, выражая несогласие с  обжалуемыми судебными актами, ссылаются на то, что не являлись  инициаторами подписания приведенных конкурсным управляющим  сделок. Так, ФИО2 указывает, что распоряжения о подписании  уже готовых кредитных договоров получал от председателя Правления  Банка ФИО11  

Приведенные заявителями в кассационных жалобах доводы  заслуживают внимания, в связи с чем данные жалобы с делом следует  передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 184, пунктом 2 части 7 статьи 291.6  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

определил:

кассационные жалобы конкурсного управляющего банка «Военно-промышленный банк» (акционерное общество), ФИО1 и ФИО2 с делом передать для  рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

Назначить рассмотрение кассационных жалоб в судебном  заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного  Суда Российской Федерации на 20.11.2023 на 10 часов 00 минут  (время московское) в помещении суда по адресу: 

<

...>, зал № 3048 (подъезд 5).  

Судья Верховного Суда Букина И.А. Российской Федерации