ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 80-КГ21-4-К6 

 № 2-512/2020 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 29 июня 2021 г.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

председательствующего Романовского СВ., судей Гетман Е.С. и Марьина А.Н. 

рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства  внутренних дел Российской Федерации, Министерства финансов Российской  Федерации, Управления Федерального казначейства по Ульяновской области  о компенсации морального вреда  

по кассационной жалобе ФИО1. на решение Ленинского  районного суда г. Ульяновска от 3 февраля 2020 г., апелляционное определение  судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда  от 16 июня 2020 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам  Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 28 октября 2020 г.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Гетман Е.С, объяснения представителя МВД России ФИО2 по  доверенности, поддержавшего доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия  

по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации  

установила: 

ФИО1. обратилась в суд с иском к Российской Федерации в лице  МВД России, Минфина России, УФК по Ульяновской области о компенсации  морального вреда в размере 4 300 000 руб., причинённого незаконным  уголовным преследованием умершего супруга ФИО3, на основании  статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Решением Ленинского районного суда г. Ульяновска от 3 февраля 2020 г.  исковые требования удовлетворены частично. За счёт средств казны Российской  Федерации с Минфина России в пользу ФИО1. в счёт компенсации  морального вреда взыскано 100 000 руб. В остальной части в удовлетворении  иска отказано.  

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам  Ульяновского областного суда от 16 июня 2020 г. решение суда первой  инстанции отменено, по делу принято новое решение об отказе в  удовлетворении исковых требований ФИО1  

Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого  кассационного суда общей юрисдикции от 28 октября 2020 г. указанное  апелляционное определение оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе заявителем ставится вопрос об отмене принятых  судебных постановлений, как незаконных.  

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации  Киселёва А.П. от 31 мая 2021 г. кассационная жалоба с делом передана для  рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам  Верховного Суда Российской Федерации.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной  жалобе, возражениях на неё, Судебная коллегия по гражданским делам  Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для отмены  состоявшихся по делу судебных постановлений.  

В соответствии со статьёй 39014 Гражданского процессуального кодекса  Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебной  коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в  кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального  права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и  без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных  прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом  

публичных интересов.  

Таких нарушений норм материального и процессуального права при  

рассмотрении настоящего дела судами допущено не было.  

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1.  состояла в браке с ФИО3, который умер 30 ноября 2012 г.  

17 мая 2013 г. постановлением следователя по особо важным делам СЧ СУ  УМВД России по городу Ульяновску возбуждено уголовное дело по признакам  преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса  Российской Федерации.  

26 июня 2015 г. постановлением старшего следователя СЧ СУ УМВД  России по Ульяновской области умерший ФИО3 привлечён в качестве  обвиняемого по указанному делу. В этот же день ФИО1. привлечена к  участию в уголовном деле в качестве законного представителя обвиняемого  ФИО3  

26 июня и 16 октября 2015 г. постановлениями Ленинского районного суда  г. Ульяновска наложен арест на имущество, ранее принадлежавшее  ФИО3 и перешедшее в порядке наследования к его жене и детям.  Впоследствии арест сохранялся на весь период расследования уголовного дела.  

23 мая 2016 г. ФИО1. привлечена в качестве гражданского  ответчика по уголовному делу.  

27 мая 2016 г. постановлением следователя отдела СЧ СУ УМВД России  по Ульяновской области ФИО1. отстранена от участия в уголовном деле  как законный представитель обвиняемого ФИО3  

09 июля 2016 г. ФИО1. исключена из числа гражданских  ответчиков.  

Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда  г. Ульяновска от 22 января 2019 г. ФИО3 оправдан, за его законными  представителями признано право на реабилитацию и возмещение причинённого  им имущественного и морального вреда.  

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам  Ульяновского областного суда от 20 марта 2019 г. приговор суда первой  инстанции в отношении ФИО3 в части признания права на  реабилитацию изменён, за его наследниками признано право требования  возмещения имущественного вреда, причинённого умершему ФИО3  

Удовлетворяя исковые требования ФИО1. частично, суд первой  инстанции исходил из того, что незаконное привлечение ФИО3 к  

уголовной ответственности повлекло причинение ФИО1. нравственных  

страданий, нарушило её конституционные права на уважение частной и  семейной жизни, личных неимущественных прав - чести, достоинства и доброго  имени как члена семьи умершего супруга.  

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении  иска, суд апелляционной инстанции указал, что к ФИО1 меры  уголовного принуждения не применялись, истицей не представлено  доказательств причинения ей морального вреда действиями следственных  органов, расследующих уголовное дело в отношении её умершего супруга.  

С выводами суда апелляционной инстанции согласился суд кассационной  инстанции.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации полагает возможным согласиться с постановлениями судов  апелляционной и кассационной инстанций исходя из следующего.  

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса  Российской Федерации (далее - УПК РФ) право на реабилитацию включает в  себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий  морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных  правах. Вред, причинённый гражданину в результате уголовного преследования,  возмещается государством в полном объёме независимо от вины органа  дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.  

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда,  связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении  которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное  преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом  государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый,  уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям,  предусмотренным пунктами 1,2,5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и  4-6 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 4) осуждённый - в случаях  полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного  приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям,  предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего кодекса;  5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского  характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления  суда о применении данной меры (часть 2 статьи 133 УПК РФ).  

Право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 УПК РФ,  имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального  

принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть 3 статьи 133  

УПК РФ).  

Согласно разъяснениям пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения  судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской  Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве»  физические лица, не указанные в части 2 статьи 133 УПК РФ, незаконно  подвергнутые в ходе производства по уголовному делу мерам процессуального  принуждения, а также юридические лица, которым незаконными действиями  (бездействием) и решениями суда, прокурора, следователя, дознавателя, органа  дознания в ходе производства по уголовному делу причинён вред (например,  вследствие незаконного наложения ареста на имущество юридического лица), не  отнесены уголовно-процессуальным законом к кругу лиц, имеющих право на  реабилитацию. Однако в случае причинения вреда указанным лицам они имеют  право на его возмещение в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ  (часть 3 статьи 133 УПК РФ, статья 139 УПК РФ).  

Из положения статей 135 и 138 УПК РФ следует, что возмещение  имущественного вреда и восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и  иных прав реабилитированного производится в уголовно-процессуальном  порядке.  

В соответствии с частью 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за  причинённый моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке  гражданского судопроизводства.  

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской  Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная  неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация,  неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и  семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и  жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага,  принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и  непередаваемы иным способом.  

В силу пункта 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации  нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим кодексом и  другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех  случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав  (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или  

личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.  

В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, нематериальные  блага, принадлежавшие умершему, могут защищаться другими лицами.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской  Федерации вред, причинённый гражданину в результате незаконного осуждения,  незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного  применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о  невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде  административного ареста, а также вред, причинённый юридическому лицу в  результате незаконного привлечения к административной ответственности в  виде административного приостановления деятельности, возмещается за счёт  казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счёт  казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования  в полном объёме независимо от вины должностных лиц органов дознания,  предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном  законом.  

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской  Федерации от 14 июля 2011 г. № 16-П «По делу о проверке конституционности  положений пункта 4 части первой статьи 24 и пункта 1 статьи 254 УПК РФ в  связи с жалобами граждан СИ. ФИО4 и ФИО5», исходя из  конституционных положений, закрепляющих принцип охраны государством  достоинства личности, право каждого на защиту своей чести и доброго имени,  состязательность и равноправие сторон судопроизводства, гарантии  государственной, в том числе судебной, защиты прав и свобод человека и  гражданина, принцип презумпции невиновности, при заявлении возражения со  стороны близких родственников подозреваемого (обвиняемого) против  прекращения уголовного дела в связи с его смертью орган предварительного  расследования или суд обязаны продолжить предварительное расследование  либо судебное разбирательство. При этом указанным лицам должны быть  обеспечены права, которыми должен был бы обладать подозреваемый,  обвиняемый (подсудимый), аналогично тому, как это установлено частью  восьмой статьи 42 УПК РФ применительно к умершим потерпевшим, ибо  непредоставление возможности отстаивать в уголовном процессе свои права и  законные интересы любыми не запрещёнными законом способами означало бы  умаление чести и достоинства личности самим государством (постановление  Конституционного Суда Российской Федерации от 24 апреля 2003 года № 7-П).  

Если при продолжении производства предварительного расследования  будут установлены основания для принятия решения о реабилитации умершего,  

уголовное дело подлежит прекращению по реабилитирующим основаниям, если  

же нет - оно передаётся в суд для рассмотрения в общем порядке. В этом случае  близкие родственники, настаивающие на продолжении производства по  уголовному делу с целью возможной реабилитации умершего, либо их  представитель подлежат в обязательном порядке вызову в судебное заседание, с  тем чтобы они могли реализовать право на судебную защиту чести и доброго  имени умершего, а также своих прав и законных интересов.  

В соответствии с частью 2 статьи 390 Гражданского процессуального  кодекса Российской Федерации Судебная коллегия Верховного Суда Российской  Федерации не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства,  которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или  апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или  недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних  доказательств перед другими.  

Решение вопроса исследования и оценки доказательств, а также  обстоятельств дела отнесено к компетенции судов первой и апелляционной  инстанций (статьи 196, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской  Федерации).  

Как следует из апелляционного определения Ульяновского областного  суда от 16 июня 2020 г., постановлением Ленинского районного суда  г. Ульяновска от 16 октября 2015 г. был наложен арест на имущество, ранее  принадлежавшее ФИО3 и перешедшее в порядке наследования к его  жене ФИО1. и детям. Позже арест на имущество сохранялся на  основании постановлений суда на период расследования уголовного дела.  Поскольку ФИО1. на протяжении всего срока следствия умышленно  уклонялась от явки к следователю в г. Ульяновске, а также не являлась по  вызову следователя на проведение следственных действий с её участием в  г. Москве, органы следствия пришли к выводу о том, что действия  ФИО1. наносят ущерб интересам ФИО3, и постановлением  от 27 мая 2016 г. отстранили её от участия в уголовном деле как законного  представителя обвиняемого ФИО3  

В связи с тем, что ФИО1. отстранена от участия в уголовном деле  как представитель обвиняемого ФИО3, постановлением от 9 июля  2016 г. истица была исключена из числа гражданских ответчиков.  ФИО1 вышеприведённые постановления следственных органов, а  также судебные постановления о наложении ареста на имущество обжаловались  в установленном законом порядке, при этом ни один из указанных  

процессуальных документов не был признан незаконным.  

Из содержания оправдательного приговора Ленинского районного суда  г. Ульяновска от 22 января 2019 г. следует, что Доронина В.В. не участвовала в  судебном разбирательстве и не представляла интересы Доронина Н.П.,  Доронина В.В. не подвергалась непосредственному уголовному преследованию,  однако обратилась в суд за возмещением морального вреда в соответствии с  пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

При таких обстоятельствах, а также учитывая, что в отношении  ФИО1 уголовное преследование не осуществлялось, статус  подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления не присваивался,  суды апелляционной и кассационной инстанций не усмотрели оснований для  взыскания в её пользу компенсации морального вреда на основании статьи 1070  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Доводы кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами  судов об обстоятельствах дела, иную оценку установленных обстоятельств и не  свидетельствуют о существенном нарушении судами норм материального или  процессуального права.  

С учётом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам  Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для отмены  состоявшихся судебных постановлений, как незаконных.  

Руководствуясь статьями 39014-39016 Гражданского процессуального  кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам  Верховного Суда Российской Федерации  

определила: 

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам  Ульяновского областного суда от 16 июня 2020 г. и определение судебной  коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей  юрисдикции от 28 октября 2020 г. оставить без изменения, кассационную жалобу  ФИО1 - без удовлетворения.  

Председательствующий 

Судьи