ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 84-АПУ 18-5 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 4 октября 2018 года 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

председательствующего Лаврова Н.Г., судей Кондратова П.Е. и Смирнова В.П. при секретаре Мамейчике М.А. 

с участием прокурора Генеральной прокуратуры Российской  Федерации Лох Е.Н., потерпевших Л. и Х. осуждённого ФИО1 (в режиме видеоконференц-связи), его  защитника - адвоката Лунина Д.М.  

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по  апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Быстровой Е.Э. на приговор Новгородского областного суда от 25  июля 2018 г., по которому  

ФИО1, 

<

...>  

<

...> несудимый,  

осужден: 

- по пп. «а, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 17 годам лишения свободы с  ограничением свободы на 1 год 6 месяцев;  

- по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы; 

- по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ  окончательно к 18 годам лишения свободы в исправительной колонии  строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с установлением  следующих ограничений: не изменять место жительства или пребывания без  согласия специализированного государственного органа, осуществляющего  надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы,  не выезжать за пределы территории того муниципального образования, где  

осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы и с  возложением на него обязанности являться в этот орган 1 раз в месяц для  регистрации.  

В счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, с  ФИО1 взыскано в пользу потерпевших Л. и Х. по 1 000 000 рублей каждому. 

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Кондратова П.Е. о содержании приговора, существе апелляционных жалоб и  возражений на них, выслушав выступления осуждённого ФИО1,  адвоката Лунина Д.М. в его защиту, поддержавших апелляционные жалобы,  а также выслушав мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской  Федерации Лох Е.Н. об оставлении приговора без изменения, Судебная  коллегия  

установила: 

по приговору ФИО1 признан виновным в совершении разбоя, то  есть нападения в целях хищения чужого имущества, с применением насилия,  опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в  качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением  тяжкого вреда здоровью потерпевших Х. и Х. а также в убийстве Х. и Х. сопряженном с разбоем. Преступления совершены в ночь с 20 на 21 июля 2016 г. в пос. Угловка Окуловского района  Новгородской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

Осужденный ФИО1 в своей апелляционной жалобе, настаивая  на признании постановленного в отношении него приговора незаконным и  необоснованным, отмечает, с отсылкой к соответствующим нормам  уголовно-процессуального закона, отсутствие в протоколах осмотров  данных о фото- и видеофиксации следственных действий, данных о  температуре тел погибших, отсутствие фиксации в видеозаписи соскобов и  смывов с пола вещества красно-бурого цвета, отсутствие понятых при  проведении всего осмотра места происшествия, неуказание в фототаблице  к осмотру места происшествия данных о дате и времени съемки, лице, ее  осуществлявшем. Высказывает сомнение в достоверности данных об  обнаружении на участке возле дома дверной ручки и о наличии на ней  запаховых следов. Считает, что забранная у него неоднократно для  исследований кровь была незаконно перенесена на дверную ручку в доме  Х.. Обращает внимание на исправления в протоколах осмотров тел потерпевших данных об их температуре. Утверждает о необоснованности  отказа в удовлетворении ходатайств стороны защиты о вызове свидетелей  О.Т. Т. а также экспертов Р., Л.П. вследствие чего было нарушено его право на защиту. Оспаривает допустимость протокола осмотра места  

происшествия 21-22 июля 2016 г., поскольку в этом следственном  действии участвовали понятые, которые были на непродолжительное  время привезены на осмотр места происшествия в состоянии опьянения от  магазина «Градусы». Также оспаривает законность и достоверность  данных о получении образцов крови для сравнительного исследования и  результатов экспертиз следов крови, обнаруженных на месте  происшествия, утверждая, что забор крови у него производился  неоднократно, но в материалах дела имеются сведения лишь об одном  заборе. Оспаривает вывод суда о том, что он уничтожил свою одежду, в  которую был одет во время совершения преступления, ссылаясь на  показания свидетелей, утверждавших, что он все время находился в одной  и той же одежде, на которой следов крови потерпевших обнаружено не  было. Подчеркивает, что свидетели заявляли о том, что о многих из  зафиксированных в протоколах допросов обстоятельствах они показаний  не давали. Обращает внимание на то, что в ходе осмотра места  происшествия было установлено, по меньшей мере, три места, в которых  потерпевшие хранили денежные средства, по своему размеру  превышающие сумму, якобы похищенную им, что ставит под сомнение как  наличие у него цели хищения денег, так и то, что полученная  потерпевшими перед преступлением пенсия хранилась ими под клеенкой,  а не была положена в места более длительного хранения. Ссылаясь на то,  что он работал, получая зарплату 30-40 тысяч рублей, осужденный  настаивает на отсутствии у него необходимости совершать разбой. Просит  приговор отменить и постановить по делу оправдательный приговор.  

Адвокат Быстрова Е.Э. в апелляционной жалобе в защиту ФИО1 выражает несогласие с постановленным в отношении ее  подзащитного приговором в связи с недоказанностью его вины в  совершении инкриминируемых ему преступлений, несоответствием  выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенным  нарушением уголовно-процессуального закона, приводя в обоснование  своей позиции доводы, аналогичные указанным в апелляционной жалобе  осужденного. Просит приговор отменить и направить уголовное дело на  новое судебное рассмотрение.  

В письменных возражениях на апелляционные жалобы осужденного  и его защитника государственный обвинитель Антонов Ю.А. и  потерпевшие Л. и Х. заявляют о неосновательности приводимых в апелляционных жалобах доводов, с учетом чего просят  отказать в их удовлетворении и оставить приговор по делу без изменения  

Проверив материалы дела и обсудив доводы, изложенные в  апелляционных жалобах, письменных возражениях на них, а также в  выступлениях сторон в судебном заседании, Судебная коллегия не находит  

оснований для пересмотра постановленного в отношении Полеева А.Ю.  приговора.  

Приговор отвечает предъявляемым уголовно-процессуальным законом  требованиям, в том числе положениям ст. 73 и 307 УПК РФ: в нем отражены  все значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу исходя из  предъявленного ФИО1 обвинения, приведены данные о месте,  времени, способе совершения преступлений, форме вины, целях и об иных  данных, свидетельствующих о преступном событии, причастности к  совершению преступления осужденного и о его виновности. Положенные в  основу приговора доказательства оценены судом с точки зрения их  относимости, допустимости, достоверности и достаточности в соответствии с  установленными ст. 88 УПК РФ правилами.  

Как установлено судом в ходе судебного разбирательства, в период  времени с 23 часов 10 минут 20 июля 2016 г. до 2 часов 00 минут 21 июля  2016 г. ФИО1, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, с  целью хищения чужого имущества проник в жилой дом супругов Х., вырвав запорное устройство на входной двери и нанеся множественные  удары подошедшим к двери Х. и Х. В результате нанесенных потерпевшим колото-резаных и резаных ран они скончались на месте  происшествия. Проникнув в дом, ФИО1 обнаружил под клеенкой на  столе в жилой комнате денежные средства в сумме 34670 рублей, которые  похитил и с которыми скрылся с места происшествия.  

Виновность осужденного в указанных действиях подтверждается: 

- показаниями потерпевших Л. и Х. сообщившими, что погибшие супруги Х. являлись их родителями, которые проживали вдвоем в доме по адресу: Новгородская область, 

<

...> после совершения преступления  обнаружена пропажа полученной накануне родителями пенсии в сумме  34670 рублей, которую они хранили под клеенкой на столе в большой  комнате;  

- показаниями свидетеля К. показавшей, что 19 июля 2016 г. она приносила супругам Х. домой пенсию, которая, согласно поручениям № 41888 и № 46573, составляла 14429 рублей 36 копеек (пенсия  Х. и 20243 рублей 13 копеек (пенсия Х. 

- показаниями свидетелей О.О. О. которым ФИО1 21 июля 2016 г., придя к ним домой, рассказал, что он ходил к соседям Х. и убил их, сделав все так, что никто ничего не найдет; О. тут же позвонила в полицию, сообщив им об услышанном, ФИО1 также разговаривал с дежурным по  телефону, сказав: «Приезжайте, сами все увидите»;  

- показаниями свидетеля З. который в качестве оперативного дежурного в дежурной части ОМВД России по Окуловскому  району Новгородской области, принял телефонный звонок О.., сообщившей, что, по словам пришедшего к ней ФИО1, он убил 

их соседей - супругов Х. сам же Полеев А.Ю., которому О. передала телефон, в ответ на вопрос о происшедшем, произнес: «Приезжайте, сами все увидите.»;  

- показаниями свидетеля В. о том, что они с ФИО1 в доме последнего 20 июля 2016 г. вместе распивали спиртное, после  чего, примерно в 22 часа он ушел к себе домой, а примерно в 1 час 20 минут  ФИО1 позвонил ему и сказал, что придет. Пришел ФИО1 к  нему в дом примерно в 2 часа с бутылкой водки и попросил бинт и перекись  водорода, так как у него был свежий порез на пальце, из которого шла кровь;  каких-либо пояснений относительно обстоятельств пореза он не давал. При  следующей встрече днем 21 июля 2016 г. ФИО1 рассказал ему, что  накануне ночью ходил к соседям Х. и убил их, ничего не сказав о причинах случившегося;  

- данными детализации соединений по принадлежавшему ФИО1 телефону, согласующимися с показаниями допрошенных по  уголовному делу свидетелей об обстоятельствах общения с ФИО1;  

- протоколами осмотров места происшествия; 

- заключениями судебно-медицинских экспертов о характере и  локализации причиненных Х. и Х. телесных повреждений, причинах их смерти;  

- заключением судебной биологической экспертизы запаховых следов,  выявившей запаховые следы ФИО1 на ведре и фрагменте дверной  ручки из дома Х.; 

- заключением судебной биологической экспертизы, выявившей  наличие следов крови ФИО1 и Х. на дверной ручке из дома Хасс;  

- заключением трасологической экспертизы, установившей совпадение  следов подошвы обуви, оставившей след на срезе доски с места  происшествия в доме № 

<

...> по ул. 

<

...> и на срезе доски, изъятом из дома  ФИО1 по ул. 

<

...>  

- другими исследовавшимися в ходе судебного разбирательства  доказательствами.  

Судебная коллегия находит несостоятельными приводимые в  апелляционных жалобах осужденного и его защитника доводы о  недопустимости ряда доказательств, положенных в основу приговора.  

В частности, не нашли свое подтверждение в ходе судебного  разбирательства заявления ФИО1 об использовании в ходе  производства по делу незаконных методов ведения следствия.  

Вопреки утверждениям стороны защиты в протоколе осмотра места  происшествия от 21 июля 2016 г. указывается о применении при  производстве этого следственного действия фотографирования и  видеозаписи, указываются данные эксперта-криминалиста А. и содержатся его подписи на фототаблице, называются технические средства,  

используемые в процессе осмотра, указываются также данные о понятых и  содержатся их подписи.  

Вопрос об исправлениях в протоколе осмотра места происшествия  данных о температуре тел погибших Х. и Х. рассматривался по инициативе стороны защиты в суде первой инстанции с заслушиванием по  этому поводу показаний экспертов А. и Б. с учетом чего суд пришел к обоснованному мнению о том, что указанная, в конечном  счете, после исправления в протоколе осмотра места происшествия, а также в  заключении экспертов температура тел погибших соответствует  действительности.  

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона,  связанных с участием в осмотре места происшествия понятых Ф. и О. которые бы обусловливали признание результатов этого следственного действия недопустимым доказательством, не имеется. Кроме  того, в качестве гарантии достоверности результатов осмотра места  происшествия в данном случае в соответствии с ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ  выступало использование для фиксации хода и результатов осмотра  технических средств.  

Заявления осужденного и его защитника о сомнительности выявления  на фрагменте дверной ручки, обнаруженной во дворе дома Х., запаховых следов ФИО1 носит произвольный характер, так как каких-либо  доказательств, свидетельствующих о невозможности сохранения этих следов,  не приведено, а оснований сомневаться в объективности и профессионализме  экспертов не имеется.  

Не усматривается также оснований для версии стороны защиты о том,  что кровь ФИО1 была перенесена на место происшествия  сотрудниками правоохранительных органов из образцов, полученных у  ФИО1 для исследований, а потому заключение эксперта о  принадлежности следа крови на полу в коридоре дома Х. ФИО1 является недостоверным, поскольку соскоб с этого следа был получен и  надлежащим образом сохранен 21 июля 2018 г., еще до получения 22 июля  2016 г. образцов крови ФИО1, которые, по мнению стороны защиты,  были перенесены на место происшествия.  

Не может согласиться Судебная коллегия и с утверждением стороны  защиты о наличии у осужденного алиби относительно совершенного  преступления. Полученные в ходе предварительного следствия и  подтвержденные в судебном заседании данные о том, что ФИО1  примерно в 23 часа прибыл к магазину «Градусы», где пробыл около 7  минут, никоим образом не исключают того, что после посещения этого  магазина он мог отправиться к семейству Х. и совершить их убийство, а затем пойти с купленной им в магазине бутылкой водки домой к В.. С учетом незначительности расстояний между магазином, домом Хасс и домом В. а также отсутствием каких-либо ограничений по времени для действий ФИО1, совершение им преступлений в период  

после 23 часов 10 минут 20 июля 2018 г. до 2 часов 21 июля 2018 г. не  исключается. Иных же данных, которые бы с определенностью исключали  возможность нахождения Полеева А.Ю. с 23 часов 20 июля 2016 г. по 2 часа  21 июля 2016 г. на месте происшествия+, то есть подтверждали наличие у  него алиби, в ходе производства по делу не установлено.  

ФИО1 и его защитник в своих жалобах ссылаются на то, что в  ходе осмотра места происшествия в доме Х. было обнаружено, по меньшей мере, 3 места, где ими хранились деньги, и если бы ФИО2  действительно напал на потерпевших с целью хищения принадлежавших им  денежных средств, то он бы их искал, обнаружил и похитил, однако этого не  произошло.  

Высказывается также мнение о том, что супруги Х. ко времени совершения нападения на них могли уже положить деньги не под скатерть на  столе, а в места более длительного хранения, где они не были обнаружены  злоумышленником.  

Однако, как пояснила суду потерпевшая Л. обнаруженные в ходе осмотра места происшествия денежные средства были  накоплены ее родителями для их внучки еще до получения 19 июля 2016 г.  пенсии, которая в эту сумму не вошла. Вся полученная ими пенсия  традиционно хранилась на столе под клеенкой до тех пор, пока они не  произведут все коммунальные и иные платежи, а в данном случае они  никакие платежи еще не успели внести.  

Кроме того, то обстоятельство, что осужденным не были обнаружены и  похищены все хранящиеся в доме деньги, не может расцениваться как  убедительное доказательство отсутствия у него цели хищения чужого  имущества. С учетом конкретных обстоятельств преступления и состояния  глубокого опьянения виновного, уже само по себе то, что ему удалось  обнаружить под клеенкой денежную сумму около 35 000 рублей, могло  вполне удовлетворить его и послужить основанием для прекращения  дальнейших поисков денег.  

Довод стороны защиты о том, что у ФИО1 отсутствовала цель  хищения имущества супругов Х. поскольку он хорошо зарабатывал и не нуждался в деньгах, не нашел своего убедительного подтверждения,  поскольку, согласно исследовавшимся в суде данным, зарплата осужденного  составляла менее 30 000 рублей, его сожительница не работала и у семьи  имеются задолженности по кредитам.  

С учетом установленных судом фактических обстоятельств  правильность квалификации содеянного ФИО1 по пп. «а, з» ч. 2 ст.  105, п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ сомнений не вызывает.  

При разрешении вопроса о наказании осужденного, суд в соответствии  со ст. 6, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности  совершенных преступлений, данные о личности виновного, его в целом  положительные характеристики, влияние назначенного наказания на  исправление осужденного и условия жизни его семьи, смягчающие наказание  

обстоятельства, к которым суд отнес состояние здоровья осужденного и  членов его семьи, молодой возраст, а также отягчающее обстоятельство - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением  алкоголя.  

Каких-либо обстоятельств, могущих обусловливать назначение  осужденному более мягкого наказания, но не учтенных или в недостаточной  степени учтенных судом, не установлено. Оснований считать назначенное  наказание незаконным или несправедливым ввиду чрезмерной его суровости  не имеется.  

При таких данных Судебная коллегия не находит предусмотренных  ст. 389.15 УПК РФ оснований для отмены или изменения  постановленного в отношении ФИО1 обвинительного приговора.  

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33  УПК РФ, Судебная коллегия  

определила: 

приговор Новгородского областного суда от 25 июля 2018 г. в  отношении ФИО1 оставить без изменения, а  апелляционные жалобы - без удовлетворения. *  

Председательствующий Судьи