ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 91-0-11-Зсп 

                                                КАССАЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 16 февраля 2011 года  Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Феде- 

                                                рации в составе председательствующего Лутова В.Н., судей Безуглого Н.П. и Нестерова В.В., при секретаре Волкове А.А. 

                                                рассмотрела в судебном заседании кассационное представление государственных обвинителей Козловой Т.Д. и Егоровой О.В. и кассационную жалобу потерпевшей А. на приговор Псковского областного суда с участием присяжных заседателей от 20 декабря 2010 года, по которому оправданы: 

                                                Вишневский Д.А. 

                                                

<

...>, ранее не судимый, -

                                                по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотрен- 

                                                ных п. «г» ч.2 ст. 161, п.п. «ж,к» ч.2 ст. 105 УК РФ, на основании ст. 302 ч. 2 п.п. 2,  

                                                4 УПК РФ за непричастностью к совершению преступлений, и 

                                                Соколов В.А. 

                                                

<

...>, ранее не судимый, -

                                                по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотрен- 

                                                ных ч.5 ст. 33 п. «г» ч.2 ст. 161 и п.п. «ж,к» ч.2 ст. 105 УК РФ, на основании ст. 302  

                                                ч. 2 п.п. 2, 4 УПК РФ за непричастностью к совершению преступлений. Меру пресечения каждому отменена. 

                                                В иске потерпевшей А. о взыскании материального ущер- 

                                                ба и компенсации морального вреда отказано. 

                                                Постановлено уголовное дело направить руководителю следственного органа  

                                                при прокуратуре РФ по Псковской области для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обви- няемого.  

                                                Заслушав доклад судьи Нестерова ВВ., выступление прокурора Полеводова  С.Н., поддержавшего кассационное представление и полагавшего, что кассацион- ная жалоба потерпевшей подлежит удовлетворению, судебная коллегия  

                                                установила: 

                                                как указано в приговоре, предварительным следствием Вишневский Д.А. об- винялся в грабеже, то есть открытом хищении чужого имущества, с применением  насилия, не опасного для жизни и здоровья, и в убийстве, то есть умышленном  причинении смерти другому человеку, совершенном группой лиц по предвари- тельному сговору, с целью скрыть другое преступление;  

                                                Соколов В.А. обвинялся в пособничестве, то есть в оказании содействия пу- тем устранения препятствий в грабеже, то есть открытом хищении чужого имущества, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, и в убийстве,  то есть умышленном причинении смерти другому человеку, совершенном группой  лиц по предварительному сговору, с целью скрыть другое преступление.  

                                                3 октября 2009 года, около 20 часов, Соколов и Вишневский с целью упот- ребления спиртных напитков пришли в дом к С. где кроме неё находи- лись брат Соколова В.А. - С. а также ранее незнакомый им А. 

                                                Соколов В.А., Вишневский Д.А., С. и А. стали со- вместно распивать спиртные напитки.  

                                                А

<

...> сильно опьянел. Вишневский предложил проводить его домой и  вывел на улицу. При этом у Вишневского возник умысел на открытое хищение  имущества у А.. 

                                                В период с 21 до 22 часов Вишневский вместе с присоединившимся к нему и  не осведомленным о его намерениях Соколовым В.А. отвели А. на безлюдный пустырь.  

                                                Там Вишневский умышленно, из корыстных побуждений, нанёс А. с целью пресечения возможного сопротивления не менее трёх ударов кулаками по лицу и туловищу.  

                                                Присутствовавший при этом Соколов В.А., наблюдая за действиями Вишневского и сознавая, что они направлены на хищение имущества А. при- соединился к Вишневскому, и также нанёс А.не менее трёх ударов ку- лаками по лицу и туловищу, тем самым оказав содействие Вишневскому в совершении хищения.  

                                                В результате совместных насильственных действий Соколов и Вишневский  причинили А.физическую боль и телесные повреждения в виде сса-дин и кровоподтёков лица, кровоподтёка левого коленного сустава, не повлекших вреда здоровью.  

                                                Затем Вишневский снял с упавшего от ударов на землю А. куртку стоимостью 

<

...> рублей, в кармане которой обнаружил мобильный телефон 

<

...>, стоимостью 

<

...> рублей 

<

...> копеек, а также взял находившуюся у потерпевшего спортивную сумку с личными вещами, не представляющими материаль- ной ценности, которыми открыто завладел, причинив потерпевшему материаль- ный ущерб на общую сумму 

<

...> рублей 

<

...> копеек.  

                                                С похищенным у А. имуществом Соколов и Вишневский вернулись в дом С. где продолжили употребление спиртных напитков. 

                                                Вишневский, полагая, что А., придя в себя, сообщит о совершенном в отношении него преступлении в правоохранительные органы, желая избе- жать ответственности, предложил Соколову убить А. Соколов согла- сился, сознавая, что способствовал Вишневскому в хищении имущества у А. и может быть также привлечен к ответственности. 

                                                После 22 часов Соколов и Вишневский вернулись на пустырь. Подойдя к ле- жавшему на земле А. Вишневский с целью убийства взял руками его за голову и стал поворачивать её в разные стороны, полагая, что от перелома шеи  может наступить смерть потерпевшего. Однако довести свой умысел до конца он  не смог, поскольку присутствовавший при этом Соколов, передумавший участво- вать в убийстве А. остановил Вишневского, и они вдвоём вернулись в дом С. где продолжили употреблять спиртные напитки. 

                                                Около 23 часов того же дня Вишневский, не желая отказываться от убийства  А. с целью сокрытия грабежа, предложил Соколову повторно вернуть- ся к потерпевшему и довести убийство до конца, с чем Соколов согласился.  

                                                Вишневский нашел в одной из комнат дома отрезок синтетического шнура  длиной около 190 см для использования в качестве орудия преступления и вместе  с Соколовым они вновь вернулись на пустырь к А.. 

                                                Продолжая действия, направленные на причинение смерти, Вишневский,  удерживая принесенный отрезок синтетического шнура за концы двумя руками,  набросил его на подбородок лежавшего на земле лицом вниз А.. Полагая, что шнур находится в области шеи, умышленно, с целью убийства, стал тянуть концы шнура, одновременно прижимая ногой голову потерпевшего к земле, производя, таким образом, удушение потерпевшего.  

                                                В связи с тем, что верёвка стала выскальзывать из рук Вишневского, он по- просил Соколова помочь задушить А.. 

                                                Соколов взял в руки один конец шнура и одновременно с Вишневским стал  тянуть конец шнура, продолжая совместно с Вишневским душить А.. 

 

Увидев, что А. не подает признаков жизни, и допуская, что потер- певший в результате их совместных действий скончался, Соколов бросил удержи- ваемый им конец шнура и отошел в сторону.  

                                                Услышав издаваемые потерпевшим хрипы, Вишневский решил, что А. жив. Желая довести умысел на убийство до конца, он подобрал конец бро- шенного Соколовым шнура, намотал оба конца на ладони своих рук, стал снова  тянуть концы шнура, переместившегося на шею потерпевшего, на себя, одновременно прижимая голову А. ногой к земле, продолжая удушение потерпевшего, пока тот не перестал подавать признаков жизни. 

                                                Указанными насильственными действиями Соколов и Вишневский причини- ли А. телесные повреждения, повлекшие тяжкий, опасный для жизни, вред здоровью со смертельным исходом от асфиксии, то есть убили его.  

                                                Вердиктом присяжных заседателей от 14 декабря 2010 года подсудимые  Вишневский Д.А. и Соколов В.А. признаны непричастными к совершению данных преступлений. На вопросы №№ 2,5 (п. «г» ч.2 ст. 161, ч.5 ст. 33, п. «г» ч.2 ст.  161 УК РФ) и №№ 9,12 (п.п. «ж,к» ч.2 ст. 105 УК РФ), являющиеся вторыми ос- новными вопросами, присяжными заседателями большинством голосов даны от- рицательные ответы: «Нет, не доказано».  

                                                В соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей Вишневский  Д.А. по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотрен- ных п. «г» ч.2 ст. 161, п.п. «ж,к» ч.2 ст. 105 УК РФ, и Соколов В.А. по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33, п.«г»  ч.2 ст. 161, п.п. «ж,к» ч.2 ст. 105 УК РФ на основании ст. 302 ч. 2 п.п. 2, 4 УПК РФ  оправданы за непричастностью к совершению преступлений.  

                                                В кассационном представлении государственных обвинителей Козловой Т.Д.  и Егоровой О.В. поставлен вопрос об отмене оправдательного приговора в отношении Вишневского Д.А. и Соколова В.А. и направлении уголовного дела на но- вое судебное разбирательство в ином составе суда.  

                                                Государственные обвинители считают, что приговор является незаконным и  подлежит отмене в связи с существенными нарушениями уголовно - процессуаль- ного закона, допущенными судом при рассмотрении уголовного дела, в том числе  при формировании коллегии присяжных заседателей; в связи с нарушением про- цедуры судопроизводства, выразившейся в незаконном воздействии на присяжных  заседателей со стороны подсудимых и их защитников, а также одного из присяжных, повлекших необоснованное оправдание Вишневского Д.А. и Соколова В.А.  

                                                В нарушение требований, содержащихся в ч. 3 ст. 328 УПК РФ, кандидаты в  присяжные заседатели, включенные затем в состав коллегии присяжных заседателей под № 1 (Д

<

...> и № 8 (К

<

...> и принявшие участие в судеб-ном разбирательстве, скрыли от участников процесса информацию о том, что они  являлись потерпевшими по другим уголовным делам. Присяжный заседатель под   № 8 (К

<

...> также не сообщила, что привлекалась к уголовной ответственности по ч.1 ст. 198 УК РФ и уголовное дело в отношении нее 01.02.2005 пре- кращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования на основании п. 3 ч.1 ст. 24 УПК РФ. Отсутствие полной и правдивой информации о  присяжных заседателях лишило сторону обвинения права на заявление указанным  кандидатам в члены коллегии мотивированного или немотивированного отвода.  

                                                В нарушение требований ст. 334 и ч.7 ст. 335 УПК РФ присяжный заседатель  под № 5 при исследовании представленных стороной обвинения доказательств в  присутствии присяжных заседателей и стороны защиты заявил, что государствен- ные обвинители «подтасовывают» вещественные доказательства, тем самым по- ставил под сомнение допустимость представленных обвинением доказательств.  Кроме того, он вслух выразил мнение по делу и свое негативное отношение к стороне обвинения. Подобное высказывание присяжного заседателя не могло не от- разиться на формировании соответствующего мнения по делу у остальных присяжных заседателей не только по отношению к стороне обвинения, но и к пред- ставляемым этой стороной доказательствам.  

                                                Председательствующий обратился к этому присяжному заседателю с замеча- нием относительно его комментария о действиях государственных обвинителей,  но не разъяснил другим присяжным заседателям, что они не должны принимать  во внимание его высказывание. Ходатайство государственных обвинителей о за- мене указанного присяжного заседателя под № 5 необоснованно оставлено без  удовлетворения председательствующим судьей.  

                                                В судебном заседании подсудимые Вишневский и Соколов в нарушение требований ч. 8 ст. 335 УПК РФ, запрещающей «исследовать данные, способные вы- звать предубеждение присяжных заседателей в отношении подсудимого», разгла- шали присяжным заседателям данные о своей личности, положительно характери- зовали себя, указывая, что проходили службу по контракту, в том числе в горячих  точках. Подсудимые и их защитники неоднократно в ходе судебного процесса до- водили до присяжных заседателей негативную информацию о личности свидетеля  обвинения С. 

                                                Председательствующий снял вопрос государственного обвинителя к подсу- димому Соколову о том, почему на следствии он признавал себя виновным лишь  частично и отводил главную роль в преступлении Вишневскому, а не себе, моти- вируя это тем, что такой вопрос уже задавался. Однако это не соответствует дей- ствительности, о чем свидетельствует протокол судебного заседании (л. 89 протокола).  

                                                Необоснованное ограничение возможностей стороны обвинения не могло не  сказаться на вердикте. Поэтому вердикт, вынесенный присяжными заседателями,  не может быть признан законным. Указанные нарушения являются существенны- ми, они повлияли на постановление законного и справедливого приговора.  

 

В кассационной жалобе потерпевшей А. также содержится просьба об отмене оправдательного приговора в отношении Вишневского и Соколова и направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство.  

                                                Она считает, что подсудимыми на присяжных заседателей оказывалось неза- конное воздействие, в связи с чем они вынесли оправдательный вердикт.  

                                                Адвокат Ушаков В.К. и подсудимые в присутствии присяжных заседателей  высказывали необоснованные замечания по поводу фальсификации представленных государственными обвинителями доказательств, хотя их допустимость уста- навливалась судом. Присяжный заседатель под № 5 открыто заявил, что прокурор  подтасовывает доказательства, а остальные заседатели сидели и слушали. Судья  делал им замечания, но они на это практически не реагировали, поскольку вновь  продолжали допускать такие высказывания. Они все вину переложили на брата  Соколова В. - С. неоднократно судимого, который явно был не виновен.  

                                                Подсудимые постоянно в присутствии присяжных заседателей положительно  себя характеризовали, говорили, что вместе служили в горячих точках. При этом  Вишневский пояснил, что мог бы легко свернуть шею.  

                                                Председательствующий судья просил присяжных заседателей не обращать  внимания на такие высказывания подсудимых, но присяжные все равно эти высказывания слышали и им поверили, поэтому и оправдали их.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления и  кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований к удовлетворению  кассационного представления и кассационной жалобы.  

                                                Приговор по данному делу постановлен в соответствии с вердиктом коллегии  присяжных заседателей о невиновности Вишневского Д.А.и Соколова В.А., осно- ванном на всестороннем и полном исследовании материалов дела. Вердикт соот- ветствует требованиям ст. 348 и ст. 351 УПК РФ, он является обязательным для  председательствующего судьи.  

                                                В соответствии с требованиями ч.2 ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его представителя лишь при наличии таких нарушений уголовно - про- цессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его  представителя на представление доказательств, либо повлияли на содержание по- ставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них.  

                                                Вопреки доводам кассационного представления и кассационной жалобы, нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора  на представление доказательств, либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них, влекущих в соответствии со ст. 379 УПК РФ отмену приговора с участием присяжных заседателей, по  данному делу не допущено.  

 

Как видно из протокола судебного заседания, судебное следствие проведено в  соответствии со ст.ст. 243, 335 УПК РФ. Председательствующий судья обеспечил  равноправие сторон, принял предусмотренные законом меры по соблюдению  принципа состязательности и обеспечил необходимые условия для всестороннего  и полного исследования обстоятельств дела. Незаконного давления на присяжных  заседателей никем не оказывалось.  

                                                Доводы кассационного представления и кассационной жалобы о том, что  кандидаты в присяжные заседатели № 1 - Д. и № 8 - К. скрыли от участников процесса информацию о том, что они являлись потерпев- шими по другим уголовным делам, а К. не сообщила, что привлека- лась к уголовной ответственности по чЛ ст. 198 УК РФ, уголовное дело в отношении нее 01.02.2005 прекращено в связи с истечением сроком давности уголовного  преследования на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, и это лишило сторону обвинения права на заявление указанным кандидатам в члены коллегии мотивирован- ного или немотивированного отвода, не свидетельствуют о нарушении судом требований ч. 3 ст. 328 УПК РФ.  

                                                Согласно ч. 3 ст. 328 УПК РФ председательствующий судья разъясняет кандидатам в присяжные заседатели их обязанность правдиво отвечать на задаваемые  им вопросы, а также представить необходимую информацию о себе и об отноше- ниях с другими участниками уголовного судопроизводства. После этого председательствующий опрашивает кандидатов в присяжные заседатели о наличии обстоятельств, препятствующих их участию в качестве присяжных заседателей в рассмотрении уголовного дела.  

                                                При опросе кандидатов в присяжные заседатели председательствующим был  задан вопрос о том, есть ли среди них лица, пострадавшие от преступных посяга- тельств, а государственным обвинителем - привлекался ли кто-либо из них к уголовной ответственности.  

                                                Таким образом, вопрос о том, есть ли среди них лица, пострадавшие от пре- ступных посягательств, носил общий характер, он не был конкретизирован и мог  быть понят неоднозначно.  

                                                В соответствии с подп. 2 ч.2 ст. 3 Федерального закона от 20 августа 2004 го- да № 113-03 «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в  Российской Федерации» (с последующими изменениями) присяжными заседателями и кандидатами в присяжные заседатели не могут быть лица, имеющие непо- гашенную или неснятую судимость.  

                                                Д

<

...> и К. такими лицами не являлись.

                                                Никто из них информацию о себе и об отношениях с другими участниками  уголовного судопроизводства не скрывал. У кандидатов в присяжные заседатели  Д. и К. безусловных обстоятельств, препятствующих их участию в качестве присяжных заседателей в рассмотрении данного уголовного дела, не имелось.  

                                                Прекращение уголовного дела в отношении К. 01.02.2005 по ч.1 ст. 198 УК РФ в связи с истечением сроком давности уголовного преследования также не дает оснований считать, что она имеет непогашенную или неснятую  судимость.  

                                                Сторона обвинения заявлений о роспуске коллегии присяжных заседателей  ввиду тенденциозности ее состава не имела (т. 9, л.д. 74).  

                                                Доводы о том, что присяжный заседатель под № 5 при исследовании представленных стороной обвинения доказательств в присутствии присяжных заседателей и стороны защиты заявил, что государственные обвинители «подтасовыва- ют» вещественные доказательства, и тем самым поставил под сомнение допустимость представленных обвинением доказательств, противоречат материалам дела.  

                                                Из протокола судебного заседания видно, что присяжный заседатель под № 5  действительно допустил указанное выражение в адрес государственных обвинителей. Однако сразу же он добавил: «Нам ничего не видно. Вы мешаете. Прошу  государственного обвинителя Козлову Т.Д. не мешать и занять свое место» (т.9, л.  д. ПО). Следовательно, присяжный заседатель под № 5 заявил лишь, что ему не  видны представляемые обвинением доказательства, и никак не ставил под сомнение их допустимость.  

                                                При таких обстоятельствах председательствующий судья, рассмотрев хода- тайство государственных обвинителей об отводе присяжного заседателя под № 5,  обоснованно указал в постановлении, что это высказывание не было связано с его  мнением по делу, и отказал в удовлетворении ходатайства.  

                                                После оглашения постановления председательствующий напомнил присяжным заседателям, что они не вправе высказывать свое мнение по рассматриваемо- му делу до обсуждения вопросов при вынесении вердикта (т. 9, л. д. 122).  

                                                Довод о том, что подобное высказывание присяжного заседателя не могло не  отразиться на формировании соответствующего мнения по делу у остальных присяжных заседателей не только по отношению к стороне обвинения, но и к пред- ставляемым этой стороной доказательствам, основан на предположениях. Ника- ких конкретных данных в его подтверждение не приведено и в материалах дела не  содержится.  

                                                Впоследствии присяжный заседатель под № 5 был заменен из-за неявки в судебное заседание без уважительных причин и участия в вынесении вердикта не  принимал (т. 9, л.д. 200).  

                                                В напутственном слове председательствующий судья указал, что высказанная  в ходе судебного следствия при осмотре вещественных доказательствах одним из  присяжных заседателей фраза о фальсификации вещественных доказательств не должна приниматься во внимание. Данное высказывание было вызвано тем, что  при предъявлении вещественных доказательств государственный обвинитель за- крыл обзор, и не было видно, как второй государственный обвинитель доставал  вещественные доказательства из коробки (т. 9, л.д. 239).  

                                                Данные, способные вызвать предубеждение присяжных заседателей в отношении подсудимых, по настоящему делу судом не исследовались. Отдельные высказывания подсудимых о своих личностях и о личности свидетеля С. не дают оснований считать, что они исследовались судом.  

                                                Председательствующий судья во всех случаях нарушения указанными лица- ми установленного законом порядка делал им замечания, просил присяжных заседателей не обращать внимания на них, принимал другие, предусмотренные законом меры, для соблюдения ими требований, содержащихся в ст. 243 УПК РФ.  

                                                В жалобе потерпевшей также подтверждено, что председательствующий судья просил присяжных заседателей не обращать внимания на такие высказывания  подсудимых.  

                                                Вопрос государственного обвинителя к подсудимому Соколову, почему на  следствии он признавал себя виновным лишь частично и отводил главную роль в  преступлении Вишневскому, а не себе, то есть о причинах изменения им ранее  данных показаний, не относится к установлению фактических обстоятельств дела  и не должен задаваться в присутствии присяжных заседателей.  

                                                Кроме того, государственным обвинителем Егоровой О.В. перед постановкой  этого вопроса были оглашены протоколы допроса Соколова, в том числе на очной  ставке с Вишневским, и этот вопрос был мотивированно снят как повторяющийся  (т.9,л.д. 185).  

                                                В напутственном слове председательствующий судья также просил присяжных заседателей не принимать во внимание промелькнувшие реплики подсудимых  и их защитников, из которых можно сделать какие-то выводы, касающиеся данных о личности подсудимых. Мнение присяжных об образе жизни и поведении  ряда лиц не должно определять их мнение при ответах на поставленные вопросы.  Принимая во внимание саму суть замечаний, присяжные не должны факт замеча- ний рассматривать как доказательство вины или невиновности подсудимого. Ре- шение при вынесении вердикта не должно быть зависимо от поведения в судебном заседании участников процесса (т. 9, л.д. 238, 240).  

                                                Таким образом, никаких данных считать, что сторона обвинения была огра- ничена в праве на представление доказательств, не имеется. Необоснованного ог- раничения возможностей стороны обвинения, вопреки доводам кассационного  представления и кассационной жалобы, судом не допущено.  

                                                Убежденность потерпевшей А. в виновности Вишневского и Соколова в инкриминированным им деяниям, согласно ч.2 ст. 385 УПК РФ, сама по себе не может являться основанием для отмены оправдательного приговора в  отношении них, вынесенного на основании вердикта присяжных заседателей.  

                                                Председательствующим судьей не допущено нарушений и при постановке  вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, что не оспарива- ется в представлении и жалобе.  

                                                На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия  

                                                определила: 

                                                приговор Псковского областного суда с участием присяжных заседателей от  20 декабря 2010 года в отношении Вишневского Д.А. и Соколова В.А. оставить без изменения, а кассационное представление государственных обвинителей Козловой Т.Д. и Егоровой О.В. и кассационную жалобу потерпевшей А.г-без удовлетворения.