ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 185-ПЭК19 

г. Москва

27 августа 2019 г.

Судья Верховного Суда Российской Федерации Разумов И.В., изучив надзорную жалобу ФИО1 на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.05.2019 № 305-ЭС18-5703(6), вынесенное по результатам рассмотрения кассационной жалобы государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – агентство) на постановление Арбитражного суда Московского округа от 05.12.2018 по делу № А40-185433/2017 Арбитражного суда города Москвы о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Русский Международный Банк» (далее – банк, должник),

у с т а н о в и л:

агентство обратилось в суд с заявлением о признании недействительными договора уступки требования от 25.08.2017, заключенного должником и ФИО1, и банковской операции от 25.08.2017 по перечислению со счета ФИО1 в пользу должника 8 380 000 долларов США,а также о применении последствий недействительности этих сделки и операции. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2018, заявление агентства удовлетворено. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 05.12.2018 акты судов первой и апелляционной инстанций отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.05.2019 постановление окружного суда от 05.12.2018 отменено, определение суда первой инстанции от 02.08.2018 и постановление суда апелляционной инстанций от 24.09.2018 оставлены в силе.

В надзорной жалобе ФИО1 просит отменить определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.05.2019 и оставить в силе постановление Арбитражного суда Московского округа от 05.12.2018, указывая на существенное нарушение коллегией норм права. 

Согласно пункту 1 части 6 статьи 308.4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам изучения надзорной жалобы судья Верховного Суда Российской Федерации выносит определение об отказе в передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации, если отсутствуют основания для пересмотра судебных постановлений в порядке надзора.

Основания для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора предусмотрены статьей 308.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. К ним относится нарушение обжалуемым судебным постановлением прав и свобод человека и гражданина, гарантированных Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации; прав и законных интересов неопределенного круга лиц или иных публичных интересов; единообразия в применении и (или) толковании судами норм права. 

Изучив изложенные в надзорной жалобе ФИО1 доводы и принятые по делу о банкротстве судебные акты, судья Верховного Суда Российской Федерации не находит таких оснований. 

Признавая обоснованным заявление агентства, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 61.3 и 189.40 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и исходили из доказанности необходимой совокупности обстоятельств для признания спорных сделки и операции недействительными. При этом суды пришли к выводу о том, что единственной целью всех оспариваемых агентством действий являлось обеспечение возможности для ФИО1 распорядиться ее денежными средствами, находившимися в банке. 

В частности, суды установили, что оплата по соглашению об уступке требования произведена внутрибанковской проводкой при наличии картотеки неисполненных платежных документов иных клиентов.

Суды указали, что договор цессии и операция по его оплате совершены с целью прикрыть сделку, опосредующую прекращение обязательств банка перед ФИО1 по депозитным договорам при наличии признаков неплатежеспособности должника. Спорный договор цессии суды расценили как нетипичный для банка (поскольку в результате его заключения должник утрачивал ликвидное требование на сумму, превышающую размер оплаты за уступку) и для заемщика, досрочно расторгнувшего депозитный договор с потерей процентов для приобретения прав требования к юридическому лицу – нерезиденту. Суды приняли во внимание и то, что цессионарием не приняты меры для перерегистрации залога недвижимости.

Кроме того, суды учли, что цена спорной сделки существенно превышает один процент стоимости активов должника, определенной на основании бухгалтерского баланса банка по состоянию на 01.07.2017.

Отменяя определение Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2018 и направляя обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд округа указал, что вывод о выходе сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности является преждевременным.

Приняв во внимание, что оплата по цессии совершалась в долларах США, окружной суд счел, что существенное значение для правильного разрешения данного спора имеет вопрос о наличии или отсутствии картотеки неисполненных платежных поручений, номинированных в долларах США, который судами нижестоящих инстанций не разрешался.

Кроме того, суд округа указал, что суды первой и апелляционной инстанций не дали надлежащую оценку потере клиентом процентов в связи с досрочным расторжением договоров банковского вклада, и размеру этих процентов.

Отменяя постановление Арбитражного суда Московского округа от 05.12.2018 и оставляя в силе акты судов первой и апелляционной инстанций, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации исходила из того, что, вопреки выводам окружного суда, установленных фактических обстоятельств было достаточно для того, чтобы признать оспариваемое соглашение об уступке заведомо неравноценным (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве), а операцию по его оплате – совершенной с предпочтением (пункты 1 и 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве), а оснований для направления обособленного спора на новое рассмотрение не имелось, в связи со следующим.  

Суды первой и апелляционной инстанций, с учетом существования 22.08.2017 картотеки неисполненных платежных документов установили, что банк в обозначенный период отвечал признакам неплатежеспособности.  

При этом коллегия признала ошибочным вывод окружного суда о необходимости проверки картотеки в долларах США. В рассматриваемом случае, несмотря на то, что оплата по цессии совершалась в долларах США, для определения признаков неплатежеспособности банка в период совершения оспоренных агентством действий могла учитываться картотека поручений клиентов, номинированных в иной валюте. 

При этом коллегия указала, что даже если бы спорный платеж подлежал квалификации на предмет действительности самостоятельно (без учета договора цессии), к нему все равно не могли быть применены положения пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, поскольку, как установлено судами первой и апелляционной инстанций, цена этого платежа более чем в два раза превысила один процент балансовой стоимости активов должника, в связи с чем совершение платежа в рамках обычной хозяйственной деятельности не исключало бы возможность его оспаривания по мотиву предпочтительности (статья 61.3 Закона о банкротстве).

Коллегия согласилась с выводом о том, что в любом случае по спорной сделке со стороны цессионария не было осуществлено надлежащее исполнение; фактически оплата произведена не была, а произошел обмен требования к заемщику на требование к банку. 

Судебная коллегия также согласилась с выводами судов первой и апелляционной инстанций о том, что структура отношений сторон и поведение ФИО1 являлись необычными для нормального гражданского оборота. 

В обмен на 8 380 000 долларов США ФИО1 получила требование в размере 12 976 750,27 долларов США (с существенным дисконтом относительно номинала), которое обеспечивалось залогом дорогостоящего недвижимого имущества, то есть при явной невыгодности для банка (очевидной как для ответчика, так и для любого участника оборота).   

Судебная коллегия указала, что фактически в результате совершения спорных сделки и операции был предотвращен риск неполучения ответчиком остатка с депозита с последующей необходимостью включения его требования в реестр требований кредиторов должника, а также произошло списание кредитной задолженности заемщика перед банком, что, по сути, указывает на существование общих экономических интересов у цессионария и должника по кредиту и на наличие между банком и ФИО1 отношений, результатом которых явилось предоставление последней необоснованных преимуществ по сравнению с иными клиентами кредитной организации.  

На какие-либо иные разумные экономические причины, раскрывающие избранную сторонами модель поведения и структурирования отношений, а также обусловливающие предоставление банком существенного дисконта с суммы долга заемщика, ФИО1 не сослалась.  

Нарушений норм материального и процессуального права, единообразия в толковании и применении норм права Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не допущено.

Приведенные подателем надзорной жалобы доводы не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных статьей 308.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для пересмотра обособленного спора в порядке надзора.  

Руководствуясь статьями 308.4 и 308.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья 

о п р е д е л и л:

отказать в передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации. 

Судья Верховного Суда Российской Федерации

       И.В. Разумов