9 июня 2006 года 

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  

                                                Федерации в составе: председательствующего Журавлева В.А. судей Коваля В.С. Эрдыниева Э.Б. 

                                                рассмотрела в судебном заседании кассационное представление  

                                                государственного обвинителя Родомакина И.А., кассационные жалобы  

                                                осужденного Калмычева Г.О., представителя потерпевшего Л на  

                                                приговор Самарского областного суда от 19 декабря 2005 года, по которому  

                                                КАЛМЫЧЕВ Г О ,  

                                                , 

                                                осужден к лишению свободы по: 

                                                • ст. 105 ч. 1 УК РФ (убийство неустановленного мужчины по  

                                                имени А ) на семь лет; 

                                                • ст. 105 ч. 2 п. «д» УК РФ (убийство П ) на пятнадцать  

                                                лет; • ст. 158 ч. 2 п. «г» УК РФ на три года; • ст. 105 ч. 1 УК РФ (убийство Д ) на девять лет; • ст. 105 ч. 1 УК РФ (убийство З ) на девять лет; 

                                                • ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ (убийство Л ) на пятнадцать лет; 

                                                • ст. 162 ч. 4 п. «в» УК РФ на десять лет; • ст. 105 ч. 1 УК РФ (убийство Р ) на одиннадцать лет; • ст. 158 ч. 2 п. «г» УК РФ на три года. 

                                                Он же осужден по ст. 325 ч. 2 УК РФ на один год исправительных  

                                                работ с удержанием в доход государства 15% заработка; 

                                                На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений  

                                                назначено двадцать восемь лет лишения свободы с отбыванием первых  

                                                десяти лет в тюрьме, остального срока наказания - в исправительной колонии  

                                                строгого режима. 

                                                Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  

                                                Коваля В.С, объяснения осужденного Калмычева Г.О. и адвоката  

                                                Чиглинцевой Л.А., поддержавших доводы кассационной жалобы, мнение прокурора Кравца Ю.Н., поддержавшего доводы кассационного  представления, судебная коллегия  

                                                УСТАНОВИЛА: 

                                                Калмычев осужден за убийство неустановленного мужчины по имени  А в ходе ссоры; убийство П с особой жестокостью и кражу  из его одежды рублей; убийство Д в ходе ссоры; убийство  З в ходе ссоры и похищение его паспорта; разбойное нападение на  Л и его убийство, сопряженное с разбоем; убийство Р в ходе  ссоры и кражу из его одежды рублей.  

                                                Преступления совершены им с 8 ноября по 24 декабря 2004 года  

                                                 при обстоятельствах, изложенных в приговоре. В суде Калмычев вину признал частично. 

                                                В кассационной жалобе осужденный просит приговор отменить, дело  направить на дополнительное расследование, указывая, что выводы суда не  подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами,  не учтены обстоятельства, которые могли повлиять на эти выводы. Считает,  что не была проведена надлежащим образом судебная психолого- психиатрическая экспертиза.  

                                                В дополнительной жалобе осужденный указывает, что не совершал  убийств Л , П , Д и не причастен к ним, а  показания, в том числе явки с повинной дал под воздействием органов  следствия. Отмечает, что З нанес лишь два удара в лицо рукой и не  прыгал ему на голову и спину, о чем могла подтвердить очевидец его  знакомая П .  

                                                В кассационной жалобе представитель потерпевшего Л  просит приговор в части осуждения Калмычева за убийство ее сына  отменить, считая, что преступление совершено не Калмычевым, а  К , причастность которых к совершению преступления  органами следствия не проверялась.  

                                                В возражениях государственный обвинитель выражает несогласие с  доводами кассационных жалоб осужденного и представителя потерпевшего.  

                                                В кассационном представлении государственный обвинитель  Родомакин И.А. просит приговор отменить, дело направить на новое  судебное разбирательство, указывая, что суд необоснованно исключил из  обвинения Камычева квалифицирующий признак «убийство П из  хулиганских побуждений», поскольку причиной убийства послужил отказ  потерпевшего дать осужденному сигарету. Считает, что действия  осужденного в отношении Л неправильно квалифицированы как  разбойное нападение и убийство, сопряженное с разбоем, поскольку мотивом  убийства явилась возникшая неприязнь, а кражу денег осужденный совершил  после его убийства. Полагает, что судом также необоснованно исключен из  обвинения квалифицирующий признак «убийство Р с особой  жестокостью», поскольку осужденный нанес множество ударов гвоздодером  и вырезал зубы у живого потерпевшего.  

 

                                                Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и  возражений на них, кассационного представления, судебная коллегия  находит приговор суда подлежащим изменению по следующим основаниям.  

                                                Доводы кассационных жалоб осужденного, представителя  потерпевшего, кассационного представления государственного обвинителя о  недоказанности либо неправильной квалификации действий Калмычева  нельзя признать состоятельными.  

                                                Вина осужденного в содеянном подтверждается совокупностью  доказательств, исследованных в судебном заседании и подробно изложенных  в приговоре.  

                                                Об обстоятельствах совершения убийств П , Д и  Л Калмычев впервые сообщил в явках с повинной после того, как 27  декабря 2004 года добровольно сдался органам милиции в связи с убийством  Р .  

                                                Затем в ходе последующих допросов повторил свои пояснения об  обстоятельствах убийств, рассказав о подробностях их совершения,  нарисовал схемы мест преступлений, подтвердил свои показания при выходе  на места происшествий.  

                                                Оснований считать, что Калмычев оговорил себя под воздействием  недозволенных методов следствия, судебная коллегия не усматривает.  

                                                Допрошен он был с соблюдением норм уголовно-процессуального  закона, с участием адвокатов.  

                                                Его описания мест совершения преступлений, внешности  потерпевших и данных об их личности, орудий убийств, характера и  количества нанесенных им повреждений соответствуют установленным в  ходе предварительного следствия обстоятельствам и подтверждаются  протоколами осмотра мест происшествий, заключениями судебно- медицинских экспертиз.  

                                                В частности по убийству Д , из показаний свидетеля  П следует, что потерпевший являлся «бомжем», и жил в подвале  дома с другим «бомжем» по имени А , о чем в своих показаниях и  пояснял осужденный. При осмотре места происшествия, действительно, был  обнаружен аккумулятор, на котором по заключению судебно-биологической  экспертизы обнаружена кровь, происхождение которой от потерпевшего не  исключается. Причем, в своих показаниях Калмычев не только называл  аккумулятор, как орудие убийства, но и его цвет, который не был описан в  протоколе осмотра места происшествия, проведенном до его явки с  повинной.  

                                                В ходе проверки его показаний на месте происшествия по факту  убийства Л Калмычев указал на такую подробность как присутствие  давно стоящей в сугробе снега автомашины, которой на момент совершения  им преступления не было.  

                                                В ходе предварительного следствия Калмычев опознал убитых им  П , Л , З по фотографиям.  

                                                Кроме того, и о совершении других преступлений - убийств  неустановленного мужчины по имени А и З , а также хищении у последнего паспорта, совершение которых им в кассационной жалобе не  оспаривается, Калмычев также добровольно сообщил в своих явках с  повинной после того, как сдался органам милиции.  

                                                Доводы потерпевшей Л о том, что убийство ее сына  совершено другими лицами, а не осужденным, которые она приводила и в  судебном заседании, были обсуждены не только органами предварительного  следствия, но и судом и обоснованно отвергнуты по мотивам, изложенным в  приговоре.  

                                                Аналогичные доводы кассационной жалобы Л также  нельзя признать состоятельными, поскольку ее заявления о возможности  совершения убийства сына другими лицами являются лишь  предположениями.  

                                                Нельзя согласиться и с доводами жалобы осужденного, допускающего  возможность наступления смерти З от его ударов кулаком в лицо, но  оспаривающего, что затем прыгал на нем.  

                                                Как уже отмечалось, Калмычев и по факту убийства З впервые  пояснил в явке с повинной, после которой показал сотрудникам милиции  место совершения преступления, где и был обнаружен труп потерпевшего с  сильно выраженными гнилостными изменениями. Об обстоятельствах  убийства потерпевшего, в частности о том, что после нанесения ему  нескольких ударов кулаком в лицо, он прыгал на нем, пока из головы не  пошла кровь, Калмычев пояснял на всех своих последующих допросах, при  этом также пояснил, что, убедившись в том, что потерпевший мертв, забрал  его паспорт, из которого и узнал его фамилию.  

                                                По заключению судебно-медицинской экспертизы установить  причину смерти потерпевшего из-за выраженных гнилостных изменений и  посмертного объедания животными не представилось возможным, но  следует полагать, что обнаруженный вдавленный перелом левой теменной  кости мог явиться одной из наиболее вероятных причин наступления смерти.  

                                                В ходе предварительного следствия в отношении Калмычева была  проведена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, по  заключению которой у него не обнаружено признаков хронического,  временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного  состояния психики, исключающих вменяемости и не отмечалось таковых в  момент совершения инкриминируемых деяний.  

                                                В связи с выявлением фактов совершения им других убийств была  проведена амбулаторная комплексная судебная психолого-психиатрическая  экспертиза, которая пришла к такому же выводу.  

                                                Каких-либо сомнений заключения указанных экспертиз не вызывают.  

                                                Судебная коллегия не находит оснований согласиться и с доводами  кассационного представления государственного обвинителя.  

                                                Как установлено судом, после отказа потерпевшего П дать  Калмычеву сигарету между ними возникла ссора, в ходе которой оба  оскорбляли друг друга, что и послужило мотивом последующего убийства.  

 

                                                Поэтом суд обоснованно исключил из обвинения Калмычева такой  квалифицирующий признак, как совершение убийства из хулиганских  побуждений.  

                                                Доводы кассационного представления о неправильной квалификации  действий осужденного как совершение разбойного нападения на  потерпевшего Л и его убийство, сопряженного с разбоем  опровергаются признанными судом достоверными показаниями Калмычева в  ходе всего предварительного следствия о том, что, поссорившись с  потерпевшим, он напал на него с целью завладения его деньгами, которые до  этого видел у него при совместном употреблении спиртных напитков.  Именно по тем статьям УК РФ, по которым суд признал осужденного  виновным по факту убийства Л , государственный обвинитель в  судебных прениях просил квалифицировать действия Калмычева.  

                                                Нельзя согласиться и с доводами государственного обвинителя о том,  что поскольку осужденный с целью убийства нанес потерпевшему Р  множественные удары гвоздодером по голове, а затем ножом еще у живого  вырезал из ротовой полости зубы из металла желтого цвета и похитил  деньги, то его действия следовало квалифицировать по ст. 162 ч. 4 п. «в» и  ст. 105 ч. 2 п. «д, з» УК РФ, а не по ст. 105 ч. 1 и ст. 158 ч. 2 п. «г» УК РФ.  

                                                Как установлено судом, Калмычев нанес Р с целью убийства не  менее 10 ударов металлическим гвоздодером по голове, а затем, осознавая,  что он мертв и предполагая, что имеющиеся у него зубы золотые, с целью их  изъятия нанес гвоздодером не менее трех ударов в область лица, а затем  ножом вырезал не менее трех зубов из десен.  

                                                По заключению судебно-медицинской экспертизы смерть  потерпевшего наступила от несовместимого с жизнью разрушения головы с  открытыми многооскольчатыми переломами костей мозгового и лицевого  отделов черепа, размозжением почти всей ткани больших полушарий  головного мозга, большей части полушарий мозжечка и гипофиза. Указанные  телесные повреждения, в том числе обширная рана нижней половины лица (с  переходом на прилежащие отделы верхней трети шеи, размозжением и  дефектами части мягких тканей, переломами левого большого рога  подъязычной кости и левого верхнего рожка щитовидного хряща гортани)  причинены прижизненно, незадолго до смерти (непосредственно перед ее  наступлением.  

                                                Субъективное восприятие Калмычева того, что он вырезал зубы уже у  убитого им Р , подтверждается и показаниями очевидца содеянного  свидетеля М ., которая пояснила, что когда Р скончался, то  Калмычев вырезал у него зубы.  

                                                Поэтому суд обоснованно переквалифицировал действия осужденного  со ст. 105 ч. 2 п. «, д, з» УК РФ на ст. 105 ч. 1 УК РФ, а со ст. 162 ч. 4 п. «в»  УК РФ на ст. 158 ч. 2 п. «г» УК РФ.  

                                                Вместе с тем, приговор суда в части назначенного осужденному  наказания подлежит изменению.  

                                                Признав Калмычева виновным в совершении ряда преступлений, суд с  учетом положений ст. 62 УК РФ по каждому из них с учетом явок с повинной и его активного способствования раскрытию преступлений  назначил наказания, срок и размер которых не превышает трех четвертей  максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания,  предусмотренного соответствующей статьей УК РФ.  

                                                Однако на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений  путем частичного сложения суд назначил осужденному 28 лет лишения  свободы вопреки правилам ст. 56 ч. 4 УК РФ, согласно которым в случае  частичного или полного сложения сроков лишения свободы при назначении  наказаний по совокупности преступлений максимальный срок лишения  свободы не может быть более двадцати пяти лет.  

                                                Кроме того, в соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ если хотя одно из  преступлений, совершенных по совокупности, является тяжким или особо  тяжким преступлением, то окончательное наказание назначается путем  частичного или полного сложения наказаний. При этом окончательное  наказание в виде лишения свободы не может превышать более чем на  половину максимальный срок наказания в виде лишения свободы,  предусмотренный за наиболее тяжкое из совершенных преступлений.  

                                                За наиболее тяжкое из совершенных осужденным преступлений,  которым является преступление, предусмотренное ст. 105 ч. 2 УК РФ, ему в  силу ст. 62 УК РФ не могло быть назначено наказание более пятнадцати лет  лишения свободы. Поэтому максимальный срок окончательного наказания  Калмычеву не может превышать более чем на половину пятнадцати лет  лишения свободы, то есть двадцати двух лет шести месяцев лишения  свободы.  

                                                В связи с изложенным назначенное осужденному наказание подлежит  снижению.  

                                                Руководствуясь ст., ст. 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия  

                                                ОПРЕДЕЛИЛА: 

                                                приговор Самарского областного суда от 19 декабря 2005 года в  отношении КАЛМЫЧЕВА Г О изменить.  

                                                Снизить ему наказание, назначенное по правилам ст. 69 ч. 3 УК РФ по  совокупности преступлений, до двадцати двух лет шести месяцев лишения  свободы с отбыванием первых десяти лет в тюрьме, остального срока  наказания - в исправительной колонии строгого режима.  

                                                В остальной части приговор оставить без изменения, кассационные  жалобы осужденного, представителя потерпевшего Л .,  кассационное представление государственного обвинителя Родомакина  

                                                - без удовлетворения. Председательствующий