ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

дело № 13-УД20-6-А1 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 г. Москва 20 октября 2020 г. 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего Земскова Е.Ю. судей Эрдыниева Э.Б., Дубовика Н.П. при секретаре Черниковой ОС. 

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по  кассационной жалобой осужденной ФИО1 на приговор Тамбовского  областного суда от 24 октября 2019 года и апелляционное определение  Судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда  общей юрисдикции от 26 декабря 2019 года.  

Согласно приговору Тамбовского областного суда от 24 октября 2019  года  

ФИО1, 

<

...> судимая: 1) 21.05.2018 г. по ч. 1 ст. 159.1 УК  РФ к штрафу в 7000 рублей; 2) 26.03.2019 г. по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1  году лишения свободы; 3) 31.05.2019 г. по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 159, ч. 2 ст. 69,  ч. 5 ст. 69 РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы,  

осуждена по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 9 годам лишения свободы, по  пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 11 годам лишения свободы с ограничением  свободы на 1 год. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путём частичного  сложения наказаний назначено 14 лет лишения свободы с ограничением  свободы на 1 год. В силу ч. 5 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения  

указанного наказания с наказанием, назначенным по приговору от 31 мая  2019 года, назначено 15 лет лишения свободы. На основании ст. 70 УК РФ к  назначенному наказанию полностью присоединено наказание по приговору  от 21 мая 2018 года, и окончательно назначено 15 лет лишения свободы с  отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима со  штрафом в размере 7000 рублей, а также с ограничением свободы на 1 год в  виде ограничений и обязанностей из числа предусмотренных ч. 1 ст. 53 УК  РФ.  

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным  делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 26 декабря 2019  года приговор в отношении ФИО1 оставлен без  изменения.  

По настоящему делу осужден также ФИО2, в  отношении которого приговор и апелляционное определение не обжалуются.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Земскова Е.Ю., выступление осужденной ФИО1 и ее защитника  Смоляковой Н.Г., поддержавших доводы жалобы, выступление адвоката  Ловника Т.Ю., защищающего интересы осужденного ФИО2, мнение  представителя Генеральной прокуратуры РФ прокурора Тереховой СП. об  отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы,  

УСТАНОВИЛА: 

ФИО1 признана виновной и осуждена за разбойное нападение  на Б. и её убийство, совершенные в соучастии с ФИО3. 

Преступления совершены 8 декабря 2018 года в д. Ахтырка  Тамбовской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

В кассационной жалобе осужденная ФИО1 оспаривает  обоснованность осуждения за убийство Б. и причинение ей в ходе разбойного нападения тяжкого вреда здоровью.  

Утверждает, что убийство совершил ФИО3, который оговорил ее в  совершении указанного преступления.  

Вывод о ее виновности не подтверждается совокупностью  доказательств по делу; в том числе результатами экспертных исследований  вещественных доказательств.  

Суд при наличии противоречивых доказательств не указал мотивы, по  которым он принял одни доказательства и отверг другие.  

Не получили оценку ее показания в качестве подозреваемой от  

13.12.2018 года (т.2 л.д.50-58).  

В протоколе допроса от 15.02.2019 года отсутствуют сведения о  применении технических средств, в то время как протокол составлен в  печатном виде (т.2 л.д. 104-112).  

Показания свидетеля Ж. неточно воспроизведены в приговоре.  

Показания свидетелей А.Г., Г., Г., Б. потерпевшего А. протокол осмотра места происшествия (т.1 л.д. 59-71), заключение эксперта по группе крови,  обнаруженной на фрагменте ткани (т.4 л.д.6-8), обнаруженный след обуви  ФИО3, не свидетельствуют о причастности ФИО3 к причинению  тяжкого вреда здоровью.  

В судебном заседании не была воспроизведена видеозапись проверки  показаний на месте осужденного ФИО3, что лишило ее возможности  убедиться в достоверности сведений, изложенных в протоколе. Усматривает  в этом нарушение ст.240 УПК РФ.  

По мнению автора жалобы приговор является необоснованным,  поскольку на топоре не было обнаружено следов ее эпителия и не  проводилась ситуалогическая экспертиза.  

Ссылаясь на заключение судебно-медицинского эксперта (т.З л.д. 81- 85), показания эксперта Б. (т.З л.д. 88-91) о множественности причиненных повреждений и отсутствие данных о том, после какого именно  удара обухом топора наступила смерть Б., ФИО3 ссылается на предположительный характер выводов о ее причастности к нанесению  тяжких телесных повреждений и смерти потерпевшей.  

Критикует судебную оценку причин изменения ею показаний,  основанную на содержании письма (т.6 л.д.267), направленного ФИО3, о ее  намерении отрицать свое участие в преступлении, поскольку  почерковедческая экспертиза не проводилась и ее авторство не установлено.  

Ссылается также на отсутствие доказательств, подтверждающих ее  умысел на убийство потерпевшей.  

Считает, что ее вина в убийстве и причинении тяжких телесных  повреждений при разбое не доказана, в связи с чем просит отменить  приговор в части осуждения за убийство и переквалифицировать ее действия  нач.2ст.162УКРФ.  

Ссылается на процессуальные нарушения, выразившееся в том, что  ФИО3 не была признана гражданским ответчиком. Постановлений об этом  

не выносилось, права гражданского ответчика Жуковой судом не  разъяснялись и не выяснялся вопрос об отношении осуждённой к  гражданскому иску.  

Полагает, что компенсация морального вреда вопреки закону взыскана  с осуждённых солидарно, а не в долевом порядке.  

Ссылается также на нарушение ст.217 УПК РФ, поскольку при  ознакомлении с делом не были предъявлены вещественные доказательства,  не были разъяснены права, предусмотренные ч.5 ст. 217 УПК РФ, не  разъяснялась возможность заявить ходатайство о заключении досудебного  соглашения о сотрудничестве.  

Кроме того, ссылается на не проведение очных ставок со свидетелями  и потерпевшим.  

Оспаривает справедливость назначенного наказания, поскольку, по её  мнению, имелись основания для применения ст.64 УК РФ.  

Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное  разбирательство.  

В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель  Одинцова указывает на отсутствие оснований для её удовлетворения.  

В соответствии с ч. 1 ст. 401 5 УПК РФ основаниями отмены или  изменения приговора, определения или постановления суда при  рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются  существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального  закона, повлиявшие на исход дела.  

Таких нарушений не установлено. 

Выводы суда о доказанности виновности осуждённой в содеянном  основаны на совокупности исследованных в судебном заседании  доказательств, которые обоснованно признаны судом допустимыми.  

Судом всесторонне, полно и объективно исследованы все  обстоятельства дела и собранные доказательства, проверены доводы  ФИО3, выдвинутые ею в свою защиту, выяснены и устранены имеющиеся  противоречия.  

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам суд дал  надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 87 и 88 УПК РФ с  

точки зрения относимости и допустимости, а в совокупности признал их  достаточными для разрешения дела по существу. Правильность оценки  доказательств сомнений не вызывает.  

Доводы осуждённой о ее непричастности к убийству опровергаются  исследованными судом показаниями ФИО3 на предварительном следствии,  который в судебном заседании полностью признал вину и отказался дать  показания.  

Из показаний ФИО3 следует, что они с осуждённой заранее  обговорили возможность убийства потерпевшей, если та их обнаружит. При  этом в процессе нападения, после нанесения им ударов топором в голову  Б., ФИО3 взяла у него топор и также нанесла удары по голове потерпевшей.  

Свои показания ФИО3 подтвердил при проверке показаний на месте.  

Из показаний ФИО3 на предварительном следствии при допросе в  качестве обвиняемой осуждённая также подтвердила, что наряду с ФИО3  нанесла потерпевшей удары топором в голову, после чего похитили её  имущество и деньги.  

При проверке показаний ФИО3 показала на месте с использованием  манекена, каким образом наносились удары ею и её соучастником ФИО3,  подтвердив тем самым показания последнего.  

Ход следственного действия и содержание показаний ФИО3  отражены в видеозаписи, которая исследована судом.  

При проведении судебно-медицинской и медико-криминалистических  экспертиз получены данные, соответствующие показаниям на  предварительном следствии ФИО3 и ФИО3 об обстоятельствах убийства.  

Экспертные заключения суд обоснованно признал имеющими  доказательственное значение для вывода о виновности осуждённой.  

В своих выводах суд обоснованно сослался на другие доказательства,  подтверждающие обстоятельства, связанные с причинением смерти  потерпевшей, завладением и последующим распоряжением её имуществом.  

Вопреки доводам жалобы суд оценил и отверг версию осуждённой о  том, что она не участвовала в лишении жизни Б., а лишь согласилась на то, что это сделает ФИО3.  

Выводы суда по данному вопросу изложены и убедительно  

мотивированы в приговоре в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона.  

Доводы ФИО3 о её оговоре ФИО3 не подтверждаются  материалами дела, поскольку ФИО3, сообщая о преступлении, совершенном  ФИО3, одновременно изобличил в преступлении и самого себя. Мотивы  для оговора им ФИО3 по делу не установлены.  

Кроме того, выводы суда о защитительном мотиве изменения  показаний ФИО3 подтверждают и показания ФИО3 о полученном им  письме, в котором осуждённая предупредила, что будет отрицать  собственное участие в убийстве.  

В судебном заседании на вопрос председательствующего ФИО3  подтвердила, что писала данное письмо, в связи с чем доводы кассационной  жалобы об отсутствии по делу почерковедческой экспертизы,  подтверждающей её авторство, не свидетельствуют об обоснованности  жалобы.  

Оснований ставить под сомнение выводы суда о доказанности  виновности осуждённой в убийстве и разбойном нападении не имеется.  

Доводы осуждённой о том, что суд не дал оценку ее показаниям в  качестве подозреваемой от 13.12.2018 года (т.2 л.д.50-58), не  свидетельствуют о нарушении уголовно-процессуального закона, поскольку  данное доказательство не исследовалось.  

При этом в соответствии с принципом состязательности доказательства  исследуются, когда об этом просит одна из сторон, а таких ходатайств, в том  числе стороной защиты, не заявлялось. Кроме того, указанные показания  были фактически воспроизведены осужденной в судебном заседании и ее  версия получила оценку в приговоре.  

Тот факт, что в судебном заседании не была воспроизведена  видеозапись проверки показаний на месте ФИО3, вопреки доводам жалобы  не лишило осуждённую возможности убедиться в достоверности  отражённых в протоколе следственного действия обстоятельств  преступления, поскольку ФИО3 подтвердил их в своих показаниях.  

Тот факт, что на топоре не было обнаружено следов эпителия  ФИО3, и не проводилась ситу алогическая экспертиза, не опровергает  суждений о её виновности, поскольку приговор основан на совокупности  доказательств, которые суд счел достаточными для указанного вывода.  

Доводы о том, что суд привёл в приговоре ряд доказательств, которые  не свидетельствуют о её причастности к убийству, не содержат оснований  для удовлетворения жалобы.  

Изложение в приговоре показаний свидетелей А.Г. Г., Г.Б. потерпевшего А. содержания протокола осмотра места происшествия, заключения эксперта по  группе крови, обнаруженной на фрагменте ткани (т.4 л.д.6-8), заключения  трасологической экспертизы по обнаруженным следам обуви (Жукова),  ссылки на фотоснимки этих следов, имело процессуальные основания,  предусмотренные ст.73 УПК РФ. В приговоре рассматривался не только  вопрос о причастности Жуковой, но и другие вопросы, предусмотренные  ст.299 УПК РФ.  

Являются также необоснованными доводы о недопустимости ряда  доказательств.  

Отсутствие в протоколе допроса ФИО3 отметки о применении  компьютера для изготовления его текста не свидетельствует о  фальсификации показаний ФИО3, которые были получены с участием  защитника, прочитаны лично обвиняемой и защитником, подтвердившими  своими подписями правильность отражения сообщённых сведений.  

Каких-либо существенных противоречий между содержанием  показаний свидетеля Ж. отражённым в протоколе её допроса (т.1 л.д. 137) и их изложением в приговоре Судебная коллегия не усматривает.  Оснований для исключения её показаний из совокупности доказательств не  имеется.  

Исходя из установленных фактических обстоятельств дела, суд  правильно квалифицировал действия осуждённой.  

Вопреки доводам жалобы суд пришёл к обоснованному выводу о  доказанности умысла ФИО3 на лишение жизни потерпевшей, исходя из  характера совершенных ею действий и договорённостей с ФИО3, которые  предшествовали нападению на потерпевшую.  

Ссылка осуждённой на то, что потерпевшая возможно умерла не сразу,  не влияет на правовую оценку ее действий. Не имеет также правового  значения от чьих конкретно ударов топором по голове наступила смерть  потерпевшей.  

По смыслу закона убийство признается совершенным группой лиц,  когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на  совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения  жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причём необязательно,  чтобы повреждения, повлёкшие смерть, были причинены каждым из них.  

В рассматриваемом случае убийство было совершено группой лиц,  которые заранее договорились о его совершении.  

Нарушений норм УПК РФ, влекущих отмену приговора либо  апелляционного определения, Судебная коллегия не усматривает.  

Вопреки доводам жалобы осуждённая ФИО3 после окончания  расследования была ознакомлена с материалами дела в полном объёме  совместно с защитником, ей были разъяснены процессуальные права,  предусмотренные ч.5 ст.217 УПК РФ, каких-либо ходатайств, в том числе о  дополнении предварительного следствия, заявлено не было. От ознакомления  с вещественными доказательствами осуждённая ФИО3 отказалась (т.6 л.д.1- 3).  

Доводы о нарушении процессуальных прав ФИО3 при рассмотрении  гражданского иска, не основаны на материалах дела.  

В ходе предварительного следствия иск заявлен не был. В судебном  заседании потерпевший А. заявил гражданский иск о взыскании с осуждённых компенсации морального вреда и был признан  судом гражданским истцом.  

Осуждённая ФИО3 в связи с этим была признана гражданским  ответчиком, ей были разъяснены процессуальные права, предоставлена  возможность заявить возражения против гражданского иска, чем она  воспользовалась.  

Указанные обстоятельства отражены в протоколе судебного заседания.  

Вопреки доводам жалобы компенсация морального вреда взыскана с  осуждённых в равных долях, то есть в долевом, а не солидарном порядке.  

Решение суда по гражданскому иску имеет под собой фактические и  правовые основания, указанные в приговоре, является правильным.  

Наказание назначено в соответствии с требованиями,  предусмотренными ст.60 УК РФ. Судом учтены при этом все имеющие  правовое значение обстоятельства.  

Вопреки доводам жалобы у суда не имелось оснований для применения  ст.64 УК РФ, поскольку исключительных обстоятельств, предусмотренных  данной нормой закона суд не усмотрел.  

Судебная коллегия также таких обстоятельств не усматривает. 

Дело по жалобе ФИО3 было проверено в апелляционном порядке.  Апелляционное определение соответствует требованиям ст.389 ,389 , 389  УПК РФ.  

Руководствуясь ст. 40114, 40115 УПК РФ, Судебная коллегия  

ОПРЕДЕЛИЛА: 

приговор Тамбовского областного суда от 24 октября 2019 года и  

апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам  

Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 26 декабря 2019 года в  

отношении ФИО1 оставить без изменения, а  

кассационную жалобу - без удовлетворения. Председательствующий: Судьи: