ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 1-АПУ19-7 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 18 апреля 2019 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

председательствующего Безуглого Н.П. судей Истоминой Г.Н. и Червоткина А.С. при секретаре Семеновой Т.Е. 

с участием прокурора апелляционного управления Генеральной прокуратуры  РФ Федченко Ю.А., защитников осужденных - адвокатов Кротовой СВ.,  Шаповаловой Н.Ю., Иванова А.М.  

рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденных  ФИО1, ФИО2, ФИО3, защитника осужденного  ФИО3. - адвоката Иванова А.М. на приговор Архангельского  областного суда от 29 ноября 2018 г., которым  

ФИО1, 

<

...>  

 

<

...> 

<

...> несудимый 

осужден по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 13 годам 6 месяцам лишения  свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима  с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев;  

ФИО2, 

<

...>  

 

<

...> 

<

...> судимый 

11 мая 2017 г. по ст. 264.1 УК РФ к 150 часам обязательных работ  

с лишением права заниматься деятельностью по управлению  

транспортным средством сроком на 2 года 6 месяцев; 

14 июня 2017 г. по ст. 264.1 УК РФ с применением ч. 5 ст. 69 УК  

РФ к 280 часам обязательных работ с лишением права заниматься  

деятельностью, связанной с управлением транспортным  

средством на 3 года (неотбытая часть наказания составляет 276  

часов обязательных работ, срок отбывания дополнительного  

наказания исчисляется с 23 мая 2017 года) 

осужден по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам 6 месяцам лишения  свободы с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.  

На основании чч. 4, 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём  частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору  мирового судьи судебного участка №

<

...> Плесецкого судебного района  Архангельской области от 14 июня 2017 года, окончательно назначено 15 лет  7 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год 6  месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с  управлением транспортным средством на срок 3 года.  

ФИО3, 

<

...>  

 

<

...> 

<

...> несудимый  

осужден по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам лишения свободы с  отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с  ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.  

Постановлено взыскать в счёт компенсации морального вреда 

- в пользу З. с ФИО1 750 000 руб., с ФИО2 - 800 000 руб., с ФИО3. - 700 000 руб.;  

- в пользу З. с ФИО2 - 800 000 руб.; с ФИО3. - 700 000 руб.  

Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., изложившей содержание  обжалуемого приговора и доводы апелляционных жалоб, осужденных  

ФИО1, ФИО2 НИ.Н., ФИО3, их защитников - адвокатов  Кротовой СВ., Шаповаловой Н.Ю., Шевченко Е.М., поддержавших доводы  жалоб, выступление прокурора Федченко Ю.А., полагавшей приговор  оставить без изменения, Судебная коллегия  

установила: 

ФИО1, ФИО2 и ФИО3. осуждены за убийство  группой лиц на почве личных неприязненных отношений З. 

Преступление совершено ими 15 марта 2017 года в п. Оксовский  Плесецкого района Архангельской области при обстоятельствах, изложенных  в приговоре.  

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО1 указывает, что при вынесении приговора суд учел не все  

обстоятельства. В частности, суд не учел, что он пригласил в дом З. не для убийства, а для того, чтобы разрешить конфликт между ним и  О., что избиение потерпевшего началось после высказанных тем оскорблений в адрес ФИО2 и ФИО3, что, по его мнению, указывает на  отсутствие умысла на убийство потерпевшего. Об этом же свидетельствует и  произнесенная К-вым в процессе избиения фраза: «Убил бы тебя, да  сидеть за тебя не хочется».  

Обращает внимание на то, что экспертом не установлена причина  смерти потерпевшего, что З. никто не добивал. 

Просит признать явку с повинной смягчающим обстоятельством,  поскольку дана она была чистосердечно, переквалифицировать его действия  на ч. 4 ст. 111 УК РФ и принять справедливое решение.  

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО2, указывает на несоответствие выводов суда фактическим  обстоятельствам дела и несправедливость приговора.  

Считает необоснованным вывод суда том, что все осужденные  действовали согласованно, с единым умыслом на убийство З., а также вывод суда о нанесении им не менее 10 ударов кулаками по голове и  не менее 15 ударов ногами по голове и телу потерпевшего.  

Описывая обстоятельства случившегося, отмечает, что он нанес  потерпевшему удар кулаком в лицо, а когда тот после нанесенных  ФИО3 ударов упал, взял кочергу и надавил ей на шею потерпевшего,  после чего отбросил кочергу и отошел от З., который в этот момент дышал. Ударов кочергой по голове и телу потерпевшего не наносил.  Считает, что от его действий не могла наступить смерть потерпевшего.  Умысла на убийство З. а также договоренности другими осужденными об убийстве потерпевшего он не имел.  

В содеянном раскаивается, дал явку с повинной, в которой рассказал  как о своих действиях, так и о действиях других осужденных, в судебном  заседании признал вину. Кроме того он ходатайствовал о проведении его  допроса с использованием полиграфа, чтобы доказать, что он говорит правду.  

Просит приговор изменить: исключить указание суда о том, что все  подсудимые действовали согласованно, с единым умыслом на убийство  З., а также указание о нанесении им не менее 10 ударов кулаками по голове и не менее 15 ударов ногами по голове и телупотерпевшего, о том, что  он прыгнул двумя ногами на голову потерпевшего и нанес ему не менее 10  ударов кочергой по голове и груди, признать явку с повинной смягчающим  обстоятельством и смягчить назначенное ему наказание.  

В дополнении к жалобе просит признать недействительной  предыдущую жалобу и назначить ему пожизненное лишение свободы.  

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Иванов А.М. в  защиту ФИО3 указывает, что выводы суда о совершении ФИО3  совместно с К-вым и ФИО1 убийства З. не подтверждены рассмотренными в судебном заседании доказательствами.  

Полагает, что показания ФИО3 о том, что он не принимал участия в  лишении жизни потерпевшего, заслуживают внимания.  

Установленный судом мотив убийства не подтвержден  доказательствами.  

Из показаний родителей пострадавшего З. следует, что у их сына не было конфликтов с ФИО3. Свидетель З. - брат пострадавшего пояснил в суде, что ему ничего не известно об отношениях  брата и ФИО3. Свидетели Г. и К. также не подтвердили наличие конфликтов между ФИО3 и погибшим.  

С учетом этого считает необоснованным вывод суда о том, что  ФИО3 испытывал неприязнь к потерпевшему и на этой почве принял  участие в его убийстве.  

Обращает внимание на последовательность показаний ФИО3 о  действиях ФИО2 и ФИО1 и противоречивость показаний последних.  

Приводя показания ФИО2 в явке с повинной, на допросе в качестве  подозреваемого 29 июля 2017 г., в качестве обвиняемого 30 июля 2017 года,  в ходе проверки показаний на месте 14 сентября 2017 г., на очных ставках с  ФИО3, с ФИО1, указывает, что ФИО2 дает разные показания о  количестве нанесенных ФИО3 ударов потерпевшему.  

После оглашения этих показаний в судебном заседании ФИО2 заявил,  что первым нанес удары потерпевшему, что протоколы не читал, что  кочергой ФИО3 не наносил удары потерпевшему, что потерпевшего  ударил один раз кочергой ФИО1, а также подтвердил показания  ФИО3, данные им с выходом на место происшествия.  

Приводя содержание показаний ФИО1 в явке с повинной на  допросе в качестве подозреваемого 27 июля 2017 г., в качестве обвиняемого  29 июля 2017 года, в ходе проверки показаний на месте 12 сентября 2017 г.,  на очной ставке с ФИО3, указывает, что ФИО1 на первоначальном  этапе расследования трижды заявлял о нанесении ФИО3 только одного  удара в челюсть потерпевшего. По окончании расследования 25 марта 2018  года ФИО1 заявил, что не видел, чтобы ФИО3 наносил удары  потерпевшему.  

В судебном заседании, отвечая на вопросы, ФИО1 пояснил, что  ФИО3 нанес потерпевшему 2-3 удара рукой по голове, и не видел, чтобы  после этих ударов потерпевший потерял сознание.  

Из этих противоречивых показаний суд выбрал нанесение ФИО3  не менее 4 ударов кулаками по голове и не менее 2 ударов ногами и руками  по груди З. 

Другие доказательства, подтверждающие с достоверностью участие  ФИО3 в убийстве З. отсутствуют. 

Ссылка суда на наличие крови на обуви ФИО3, на направленные им  в адрес ФИО2 записки, на заключения экспертов не подтверждают вывод о  его виновности.  

Кроме того заключения эксперта о причине смерти потерпевшего носят  предположительный характер.  

С учетом этого считает, что выводы суда о виновности ФИО3  основаны на противоречивых, непоследовательных показаниях ФИО2 и  ФИО1, которые оговорили его.  

Просит приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО3  на ст. 316 УК РФ, и освободить его из-под стражи.  

Об этом же ставит вопрос в своей апелляционной жалобе и дополнении  к ней осужденный ФИО3, приводя аналогичные доводы о  непричастности к убийству З., о том, что не имел конфликтных неприязненных отношений с потерпевшим, а указанный судом мотив  убийства надуман К-вым, ФИО1 и следователем.  

Помимо этого указывает, что причиной оговора его К-вым и  ФИО1 послужили его показания от 21 июля 2017 г., в которых он  рассказал об их причастности к убийству З. На очной ставке с ним ФИО2 подтвердил это и пояснил, что дал показания против него по просьбе  брата ФИО1.  

Суд не учел эти обстоятельства при вынесении приговора. 

Ссылка суда на его записку ФИО2, в которой он указал, что «мы  сидим за свое» не является его признанием в убийстве, он признает себя  виновным только в заранее не обещанном укрывательстве убийства.  

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевшая З. и государственный обвинитель Гладких АС. просят оставить приговор без  изменения.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, Судебная коллегия  находит выводы суда о виновности осужденных в убийстве З. правильными, основанными на исследованных в судебном заседании  доказательствах.  

В судебном заседании осужденный ФИО1 признал себя виновным в  совершении убийства З. и дал показания об обстоятельствах совершения этого преступления совместно с К-вым и ФИО3.  

Не оспаривает участие в причинении смерти З. осужденный ФИО1 и в апелляционной жалобе.  

Доводы жалоб о непричастности ФИО3 и ФИО2 к причинению  смерти потерпевшему опровергаются следующими доказательствами.  

Так, из показаний ФИО1 следует , что 15 марта 2017 года в ходе  разговора с З. последний оскорбил его компаньонов ФИО3. и ФИО2, в ответ на это ФИО2 подбежал к З.. и ударил его кулаком по лицу. Когда потерпевший попытался убежать, ФИО3. у выхода нанёс тому не менее 4-х ударов кулаками по голове и  не менее 2-х ударов руками и ногами в грудь, от которых З. упал, потерял сознание и больше не вставал. Лежащему потерпевшему  ФИО2 нанёс не менее 10-ти ударов кулаками по голове, не менее 15-ти  ударов ногами по голове и телу, прыгал ему ногами на голову, а затем  неоднократно сдавливал ему шею подобранной кочергой, которой,  возможно, и наносил удары. Он также нанёс потерпевшему не менее 4-х  ударов кочергой по голове. После нанесенных ударов З. умер на месте. С целью скрыть преступление они вместе с подошедшим  К. завернули труп в палас, обмотали проволокой и в багажнике автомобиля вывезли в направлении посёлка Улитино в безлюдное место, где  грунтовой дороге они облили труп соляркой и подожги. Останки трупа  ФИО2 и К. сложили в мешок и на обратном пути сбросили его с моста в реку Онега.  

В судебном заседании были исследованы все показания ФИО1,  данные им на досудебной стадии производства по делу. Отвечая на вопросы  сторон, ФИО1, объяснил причины противоречий в его показаниях,  касающиеся как его действий, так и действий ФИО3, пояснив, что на  допросе 25 марта 2018 года по просьбе ФИО2, который хотел «взять»  вину за смерть З. на себя, не признал себя виновным и дал показания о том, что не видел, как ФИО3 наносил удары потерпевшему. Считая, что  он сам должен отвечать за свои действия, признал себя виновным.  

Кроме того в судебном заседании ФИО1 категорически утверждал,  что от нанесенных ФИО3 потерпевшему ударов в голову З. упал, потерял сознание и больше не поднимался.  

Показания ФИО1 о месте и времени совершения этого  преступления, об обстоятельствах причинения смерти З. и сокрытия его трупа соответствуют другим доказательствам:  

- показаниям потерпевшей З. и свидетеля З. о том, что их сын - З. в дневное время 15 марта 2017 года ушел из дома и не вернулся;  

- показаниям свидетеля К. из которых следует, что 15 марта 2017 года днём он, осужденные и З. находились на базе, расположенной по ул. Железнодорожной, д. 18, днем ФИО1 позвал  его в дом, где на кухне он увидел труп З. лицо которого было «в крови и синяках по указанию ФИО2 труп был завёрнут в палас, обмотан  проволокой, после чего он приготовил мешок, канистру с соляркой и  кирпичи, в багажнике автомобиля, они вывезли труп в направлении посёлка  Улитино, где выгрузили труп, облили его соляркой, и по указанию ФИО2  он поджёг его, более часа все осужденные наблюдали за происходящим,  ФИО3. бросил в костёр мобильный телефон, собрав останки трупа  (череп и кости) в мешок с кирпичами, он на обратном пути выбросил их с  моста в промоину реки; на следующий день он вместе с Г. отрывал от пола листы ДСП со следами крови, выносил предметы мебели, иную  утварь и сжигал их во дворе;  

- протоколу осмотра места происшествия - дома № 18 по улице  Железнодорожной с участием ФИО3, в ходе которого  зафиксировано, что пол в жилище частично разобран (отсутствуют листы  ДСП), а во дворе обнаружены фрагменты обгоревшей мебели, одежды,  пиломатериалов и изъята кочерга, которой наносились удары З..; 

- протоколу осмотра места происшествия от 23 июля 2017 г., из  которого следует, что в месте, указанном осужденными и К. было обнаружено костровище с обгоревшими фрагментами паласа и проволоки,  платой мобильного телефона, монетой номиналом 10 рублей и костными  фрагментами;  

- заключению эксперта по результатам исследования изъятых с места  происшествия объектов, согласно которому среди объектов  небиологического происхождения обнаружены фрагменты костной ткани со  следами действия высокой температуры (пламени): четыре - губчатого  

вещества; один - компактного вещества, вероятно длинной трубчатой кости;  три - концевых отделов трубчатых либо плоских костей с суставными  поверхностями.  

Осужденные ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании, хотя и дали  иные показания о совершенных ими лично действиях в отношении  потерпевшего, однако о действиях соучастников дали такие же показания как  и ФИО1.  

Осужденный ФИО2 подтвердил свое участие в применении насилия к  потерпевшему, пояснив, что в ответ на оскорбления он трижды ударил  З. кулаком по голове, ФИО3. в его присутствии нанёс потерпевшему не менее четырех ударов кулаками по голове и не менее двух  ударов руками и ногами в грудь, «отправив того в глубокий нокаут», а когда  потерпевший упал, он продолжил избиение и нанёс лежащему З.. «не более пяти ударов» ногами по телу, затем он схватил кочергу и дважды сдавил потерпевшему шею, производя его удушение, ФИО1  также с размаху нанёс З. один удар кочергой в голову и, возможно, ещё два - по телу, после нанесенных потерпевшему ударов  ФИО3. произнёс: «З

<

...> умрёт через пять минут» и вскоре  потерпевший скончался, его труп был сожжён ими, следы преступления  уничтожены.  

Осужденный ФИО3 также уличал ФИО2 и ФИО1 в  применении насилия к потерпевшему, пояснив, что Крылов нанёс  многочисленные удары кулаками и ногами по голове и телу З., душил его с его с помощью кочерги и этой же кочергой с размаху нанес  примерно по пять ударов по голове и телу, ФИО1 этой же кочергой  также нанес потерпевшему четыре удара по голове и в область рёбер.  

Аналогичные показания о действиях ФИО2 и ФИО1 давал  ФИО3 и в ходе предварительного следствия.  

Принимая во внимание содержание показаний осужденного ФИО1  в судебном заседании, сообщившего не только о своих действиях в  отношении З. но и о действиях других соучастников, названные им убедительные причины дачи иных показаний на досудебной стадии  производства, соответствие его показаний другим доказательствам,  отсутствие у него оснований для оговора ФИО3 и ФИО2, суд  обоснованно сослался в приговоре на эти показания ФИО1 как на  достоверные.  

Учитывая показания осужденных о характере примененного к  потерпевшему насилия, повлекшего причинение ему кровоточащих  повреждений в области головы, после чего тот скончался, заключение  эксперта по результатам изучения материалов дела, согласно которому  смерть З. наступила в результате тяжёлой тупой открытой 

черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся образованием ушибленных  ран головы, переломами костей черепа, оболочечными кровоизлияниями и  ушибами головного мозга, суд обоснованно пришел к выводу о том, что  смерть потерпевшему причинена совместными действиями осужденных.  

Вопреки доводам жалобы суд дал правильную оценку заключению  эксперта и, оценив его в совокупности с другими доказательствами,  обоснованно признал выводы эксперта о причине смерти З. достоверными.  

Оценив показания ФИО1 в совокупности с другими  доказательствами суд обоснованно пришел к выводу о том, что в  причинении смерти потерпевшему принимали непосредственное участие все  осужденные, и отверг доводы ФИО3 и ФИО2 о непричастности к  убийству З.. 

Действия осужденных по применению насилия к потерпевшему  правильно расценены судом как совместные и согласованные. Нанося  удары потерпевшему, каждый участник преступления осознавал характер  применённого насилия и причиненные З. повреждения как им, так и другими соучастниками.  

Принимая во внимание характер действий осужденных, которые  нанесли потерпевшему множество ударов в жизненно важный орган - голову  и по телу руками и ногами, а также с использованием в качестве орудия  преступления кочерги, последующие действия осужденных по сокрытию  трупа и следов преступления, суд обоснованно пришел к выводу о наличии у  ФИО1, ФИО2 и ФИО3 единого умысла на лишение потерпевшего  жизни.  

Поскольку все осужденные непосредственно участвовали в процессе  лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, доводы жалобы  ФИО2 о том, что от его действий не могла наступить смерть  потерпевшего, не имеют правого значения и не могут поставить под  сомнение вывод суда о его виновности в убийстве.  

Учитывая изложенное, Судебная коллегия не может согласиться с  доводами жалоб об отсутствии у осужденных умысла на убийство З.. 

Правильно установлен судом и мотив убийства потерпевшего. 

Показания ФИО1 о том, что он пригласил к себе З. чтобы обсудить имевшийся у того конфликт с ФИО4 подтверждаются  показаниями свидетелей О.Д. 

Кроме того из показаний свидетеля Л. следует, что между ФИО1 и З. имелся конфликт по поводу их совместной деятельности по заготовке леса, что ФИО1 предъявлял З. претензии в связи с решением последнего самостоятельно оформить  разрешение на вырубку леса.  

Показания ФИО1 и ФИО2 о том, что потерпевший высказался  оскорбительно в адрес ФИО2 и ФИО3, что и послужило причиной его  избиения, не опровергнуты иными доказательствами.  

При таких обстоятельствах суд правильно квалифицировал действия  осужденных по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, совершенное группой  лиц.  

Оснований для переквалификации действий ФИО1 на ст. 111 УК  РФ, а действий ФИО3 - на ст. 316 УК РФ, как о том ставится вопрос в  жалобах, не имеется.  

Не усматривается из материалов дела и нарушений норм уголовно- процессуального закона, влекущих отмену приговора.  

Дело рассмотрено судом с соблюдением принципа состязательности  сторон. Все представленные сторонами доказательства исследованы судом с  достаточной полнотой. Вопреки доводам жалоб все показания осужденных в  судебном заседании и на предварительном следствии получили в приговоре  надлежащую оценку, с приведением мотивов, в силу которых суд принял  показания ФИО1 в судебном заседании и отверг показания ФИО3 о  том, что он не применял насилия к потерпевшему, а лишь пытался пресечь  действия ФИО2, а также отверг показания ФИО2 о нанесении лишь трех  ударов потерпевшему.  

Наказание назначено осужденным с учетом характера и степени  общественной опасности содеянного ими, степени фактического участия  каждого в совершенном преступлении, всех обстоятельств дела, данных об  их личности, а также влияния назначенного наказания на их исправление и  условия жизни их семьи.  

При этом все смягчающие обстоятельства: активное способствование  всех осужденных раскрытию и расследованию преступления, принесение  ФИО1 и К-вым извинений потерпевшим, добровольное  возмещение ФИО1 морального вреда потерпевшим, наличие на его  иждивении двух малолетних детей, а также положительные сведения о  личности осужденных, отсутствие судимости у ФИО1 и ФИО3 в  полной мере учтены судом при назначении им наказания.  

Заявление ФИО2 от 27 июля 2017 года правильно не признано судом  явкой с повинной, о чем в приговоре приведены законные и обоснованные  суждения.  

По указанным мотивам оснований для признания назначенного  осужденным наказания несправедливым и для его смягчения Судебная  коллегия не усматривает.  

13 28 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389 389^, 389 УПК РФ, Судебная коллегия 

определила: 

Приговор Архангельского областного суда от 29 ноября 2018 года в  отношении ФИО1, ФИО2,  ФИО3 оставить без изменения, апелляционные  жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3,  защитника осужденного ФИО3. - адвоката Иванова А.М. - без  

удовлетворения. Председательствующий Судьи: