ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 66-УД21-21-А5 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 СУДА 

КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ г. Москва 25 ноября 2021 года 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего Зеленина СР. судей Зыкина В.Я. и Таратуты И.В. 

при секретаре Малаховой Е.И. рассмотрела в судебном заседании  уголовное дело по кассационной жалобе защитника Готовко Л.Г. на  приговор Иркутского областного суда от 6 декабря 2019 года и  апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого  апелляционного суда общей юрисдикции от 11 марта 2020 года.  

Приговором Иркутского областного суда от 6 декабря 2019 года 

ФИО1, 

<

...> несудимый,  

осужден по 

п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 13 годам лишения свободы с отбыванием в  исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 1  год 6 месяцев с установлением следующих ограничений: не уходить из места  постоянного проживания (пребывания) ежедневно с 22 часов до 6 часов  следующих суток, не менять без согласия специализированного  государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания  в виде ограничения свободы, место работы и жительства, не выезжать без  согласия этого органа за пределы территории муниципального образования  по месту проживания (пребывания), с возложением обязанности один раз в  

месяц являться на регистрацию в специализированный государственный  орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения  свободы. Приговором также взысканы с Харитонова ДА. процессуальные  издержки в сумме 54 900 рублей и определена судьба вещественных  доказательств.  

Указанным приговором осужден также ФИО2. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным  делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 11 марта 2020  года приговор в отношении ФИО1 оставлен без изменения.  

Заслушав доклад судьи Зеленина СР., выступления осужденного  ФИО1 и его защитника Готовко Л.Г., прокурора Генеральной  прокуратуры РФ ФИО3, судебная коллегия  

установила: 

ФИО1 осужден за убийство П. совершенное по найму. Преступление совершено 18 мая 2017 года в г. Иркутске при  обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

В кассационной жалобе защитник Готовко Л.Г. просит об отмене  состоявшихся по делу судебных решений.  

Ссылается на то, что суд привел в приговоре показания ФИО4, но  не дал им детальной оценки. Находит эти показания противоречивыми в  части обстоятельств преступления и признания своей виновности. Выражает  несогласие с тем, как суд оценил показания свидетеля Х. данные ей в судебном заседании, в том числе о нарушении права ФИО1 на защиту. Указывает на то, что по ее мнению, отказ ФИО1  от адвокатов, с которыми его сестра заключила соглашение, являлся  вынужденным, после задержания ФИО1 его сестры не были  уведомлены об этом. Считает, что к ФИО1 было применено  психологическое воздействие, что адвокат Самолюк Л. надлежащей помощи  ФИО4 не оказывала, а убеждала сознаться в убийстве. Делает вывод о  том, что следственные действия, проведенные с участием этого защитника,  не могут являться допустимыми. Следственные действия проводились с  ФИО4 в ночное время, в протоколе предъявления на опознание  имеются неоговоренные исправления. Указывает на неполноту судебного  следствия, оспаривает вывод суда об осведомленности ФИО4 о  конфликте Черного и П и о мотиве преступления. Считает  

заключения экспертиз взаимоисключающими, настаивая на толковании  сомнений в пользу осужденного, а оценку, данную судом показаниям  свидетелей И. и П. - несостоятельной. Обращает внимание на показания свидетелей, характеризующих потерпевшего.  

Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы кассационной  жалобы, судебная коллегия не находит оснований для их удовлетворения.  

Фактические обстоятельства содеянного установлены судом первой  инстанции правильно и подтверждаются исследованными в судебном  заседании доказательствами.  

Вопреки доводам кассационной жалобы, суд в приговоре не только  привел все исследованные в судебном заседании показания ФИО1,  но и дал им надлежащую оценку. Нарушений норм ст. 17 и 88 УПК РФ  допущено не было, в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ суд  указал мотивы, по которым признал достоверными показания, данные  ФИО1 в ходе предварительного расследования дела, и отверг  иные его показания. Показания ФИО1, в которых он пояснял, что  согласился убить человека за предложенное Черным вознаграждение и  сделал это в ночь с 17 на 18 мая 2017 года, дважды выстрелив в П. из предоставленного Черным обреза, существенных противоречий не содержат.  

Доводы стороны защиты о нарушении прав ФИО1 в  первоначальный период следствия тщательно проверялись судом первой  инстанции с учетом показаний свидетеля Х. 

ФИО1 был задержан следователем 22 января 2018 года по  подозрению в убийстве П. При этом, как следует из протокола задержания, подписанного ФИО1 без замечаний, сам он не  пожелал воспользоваться правом на телефонный звонок и затруднился  назвать адрес, по которому может уведомить о задержании его сестру (т. 9  л.д. 6). Уведомление о задержании было направлено его сестре Х.. 23 января 2018 года почтой (т. 9 л.д. 8). Таким образом, доводы кассационной жалобы о том, что сестры ФИО1 не были  уведомлены о его задержании, опровергаются материалами уголовного дела.  

При задержании ФИО1 ему были разъяснены права, в том  числе право пользоваться помощью защитника (т. 9 л.д. 3), после чего он  заявил ходатайство о назначении ему защитника и указал, что собственного  адвоката не имеет (т. 9 л.д. 9). ФИО1 был допрошен в качестве  подозреваемого с участием защитника по назначению Самолюк Л.А. и  

отрицал свою причастность к убийству (т. 9 л.д. 13-20). В связи с  поступившим от Харитонова Д.А. заявлением о явке с повинной, в ночь на  25 января 2018 года с ним был проведен ряд следственных действий.  Харитонов Д.А. при этом против проведения допроса в ночное время не  возражал, указал о хорошем самочувствии, выразив желание давать  показания с участием адвоката Самолюк Л.А., которой полностью доверяет  (т. 9 л.д. 31).  

Учитывая тяжесть расследуемого преступления, обстоятельства  производства следствия (явка с повинной ФИО1 спустя более  полугода после совершенного преступления, заявление им о соучастнике  преступления), решение следователя о проведении следственных действий в  ночное время является обоснованным и соответствует требованиям ч. 3 ст.  164 УПК РФ о случае, не терпящем отлагательства. В показаниях, данных в  дневное время 25 января 2018 года и при проверке их на месте ФИО1 полностью подтвердил обстоятельства совершенного им преступления  (т. 9 л.д. 54, 56-66). При этом на условия содержания он не жаловался,  указывал, что показания дает добровольно, давления на него не оказывалось,  он раскаивается, при этом боится мести Черного ИВ., опасаясь за себя и за  своих сестер (т. 9 л.д. 54, 70, 89).  

28 января 2018 года ФИО1 обратился к следователю с  заявлением о том, что своему адвокату Самолюк Л.А. он полностью  доверяет, ее работой удовлетворен, но опасаясь, что со стороны Черного ему  могут быть предложены другие адвокаты с целью оказания на него давления,  указал, что в других адвокатах не нуждается (т. 9 л.д. 97). 30 января 2018  году адвокаты Козыдло В.Б. и Козыдло Н.В. сообщили следователю о  заключении ФИО5 соглашения на защиту ее брата. После  общения с указанными адвокатами ФИО1 отказался от их услуг,  желая, чтобы его защиту осуществляла адвокат Самолюк Л.А. (т. 9 л.д. 101).  Добровольность и осознанность этого решения были подтверждены  ФИО1 и при даче им показаний, в которых он сослался, в  частности, на то, что адвокат Самолюк Л.А. участвовала во всех  следственных действиях с ним, поняла и прочувствовала ситуацию, в  которой он оказался, и сможет лучше защищать его (т. 9 л.д. 106).  

При таких обстоятельствах основанные на предположениях  утверждения защитника о том, что право ФИО1 было нарушено,  его отказ от защитников по соглашению был вынужденным, на него было  оказано незаконное давление, адвокат Самолюк Л.А. не оказывала ему  надлежащей помощи и склоняла к признанию вины, следует признать  опровергнутыми материалами уголовного дела.  

Все показания Харитонова Д.А., положенные в основу выводов суда,  являются допустимыми доказательствами. То обстоятельство, что Харитонов  Д.А. на первом допросе не признавал своей виновности в убийстве, затем  давал подробные показания по поводу совершения им преступления, в том  числе в присутствии понятых и при осуществлении видеозаписи  следственных действий, а впоследствии отказался от этих показаний,  свидетельствует о том, что он самостоятельно, в пределах осуществления  своих процессуальных прав, давал по своему усмотрению те показания,  которые считал нужными для своей защиты.  

Допустимость доказательств, в том числе с учетом доводов стороны  защиты, касающихся времени проведения следственных действий,  тщательно проверялась судом первой инстанции. Протокол опознания по  фотографии убитого П. ФИО1 (т. 9 л.д. 72-75) не содержит исправлений, которые могли бы поставить под сомнение его  допустимость. Оценка заключений проведенных по делу экспертиз, данная в  приговоре, не свидетельствует о нарушении закона и соответствует  содержанию выводов экспертов, в том числе касающихся характера  причиненных П. телесных повреждений. Также нет оснований для сомнения в правильности оценок, данных судом показаниям свидетелей  И. и П. Доводы кассационной жалобы в этой части сводятся к переоценке доказательств, не подтвержденной какими-либо  иными доказательствами, не учтенными судом.  

Доводы кассационной жалобы о неполноте судебного следствия в силу  требований закона не могут являться основанием для пересмотра приговора,  поскольку стороне защиты были представлены гарантированные законом  возможности участвовать в судебном разбирательстве, представлять  доказательства и участвовать в их исследовании, заявлять соответствующие  ходатайства. Наличие конфликта между организатором убийства и  потерпевшим П. и корыстный мотив совершенного ФИО1 убийства подтверждены исследованными в судебном  заседании доказательствами, которые приведены в приговоре.  Установленные судом фактические обстоятельства дела свидетельствуют о  том, что ФИО1 согласился совершить убийство за обещание  передачи ему земельного участка для строительства своего дома и правильно  оценены как подтверждающие указанный мотив. При этом наличие у  Черного ИВ. такого участка и выяснение его действительных намерений  передать этот участок исполнителю убийства не имеют значения для  правильной квалификации действий осужденного ФИО1  Характеризующие потерпевшего данные не могут поставить под сомнение  обоснованность выводов о виновности ФИО4 в убийстве по найму.  

На основании изложенного и руководствуясь ст. 401 УПК РФ,  судебная коллегия,  

определила: 

кассационную жалобу защитника Готовко Л.Г. на приговор Иркутского  областного суда от 6 декабря 2019 года и апелляционное определение  судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей  юрисдикции от 11 марта 2020 года в отношении ФИО1 оставить без удовлетворения.