ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 72-АПУ13-22 

                                                АПЕЛЛЯЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 11 сентября 2013 г.  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

                                                председательствующего Зеленина СР. судей Ермолаевой Т.А.,Чакар Р.С. при секретаре Юрьеве А.В. 

                                                рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного  Зинина А.В. и защитника Жданова А.В. на приговор Забайкальского краевого  суда от 26 апреля 2013 года, по которому  

                                                ЗИНИН А.В. 

                                                

<

...> ранее не судимый, осужден к наказанию: 

                                                -по п.п. «ж», «к» ч.2 ст. 105 УК РФ - на девятнадцать (19) лет лишения  свободы с ограничением свободы на один год шесть месяцев,с установлением  в соответствии ч.1 ст.53 УК РФ следующих ограничений: не уходить из жилища после 22 часов, не посещать общественные места, не изменять место жительства, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия специализированного государственного органа в  случаях, два раза в месяц являться для регистрации в специализированный го-сударственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными  наказания в виде ограничения свободы;  

                                                -по ч.1 ст. 119 УК РФ (в редакции Федерального закона № 81-ФЗ от  6.05.2010 года) - к обязательным работам сроком на 200 часов;  

                                                по ч.З ст.30, п.п. «а», «ж», «к» ч.2 ст. 105 УК РФ, с применением ч.З ст.66  УК РФ - на четырнадцать (14) лет лишения свободы, с ограничением свободы  на один год, с установлением в соответствии ч. 1 ст.53 УК РФ следующих огра- ничений: не уходить из жилища после 22 часов, не посещать общественные  места, не изменять место жительства, не выезжать за пределы территории соот- ветствующего муниципального образования без согласия специализированного  государственного органа, два раза в месяц являться для регистрации в специа- лизированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием  осужденными наказания в виде ограничения свободы;  

                                                по ч.З ст.327 УК РФ (в редакции Федерального закона № 26-ФЗ от  7.03.2011 года) - к исправительным работам сроком на 1 год 6 месяцев, с удер- жанием в доход государства 20% заработной платы.  

                                                На основании ч.З ст.69 УК РФ, ст.71 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний окончательно к отбытию назначен- ие наказание в виде лишения свободы сроком на двадцать три года с отбыванием первых пяти лет в тюрьме, а оставшегося срока наказания в исправительной  колонии строгого режима, с ограничением свободы на два года.  

                                                В соответствии ч.1 ст.53 УК РФ Зинину А.В. установлены следующие ограничения: не уходить из жилища после 22 часов, не посещать общественные  места, не изменять место жительства, не выезжать за пределы территории соот- ветствующего муниципального образования без согласия специализированного  государственного органа, два раза в месяц являться для регистрации в специа- лизированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием  осужденными наказания в виде ограничения свободы.  

                                                Взыскано с Зинина А.В. в пользу К. в счет компенсации морального вреда 

<

...>) рублей.  

                                                Взыскано с осужденного Зинина А.В. в федеральный бюджет в качестве  процессуальных издержек, выплаченных адвокату, назначенному судом за ока- зание юридической помощи в уголовном судопроизводстве 

<

...> ( 

<

...> рублей.  

                                                Заслушав доклад судьи Ермолевой Т.А.,выступления осужденного Зинина А.В. и защитника Жданова А.В.,поддержавших доводы апелляционных жа-лоб, выступление прокурора Полеводова С.Н., просившего приговор оставить  без изменения, судебная коллегия  

                                                установила : 

                                                согласно приговору суда ,3инин А.В. совершил убийство, то есть умыш- ленное причинение смерти другому человеку - Ш. совершенное в составе организованной группы, с целью скрыть другое преступление.  

                                                Также Зинин А.В. совершил угрозу убийством или причинения тяжкого  вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы  в отношении потерпевшего Ш. 

                                                Кроме того, Зинин А.В. совершил покушение на убийство, то есть  умышленное причинение смерти другому человеку - Д. в отношении двух лиц, совершенное в составе организованной группы, с целью скрыть другое преступление, которое не было доведено до конца по независя- щим от него обстоятельствам.  

                                                Кроме того, Зинин А.В. совершил использование заведомо подложного  документа.  

                                                Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в приговоре  20 мая и 23 мая 2010 года ,а также 21-25 сентября 2011 года в п. 

<

...> района 

<

...>края и г

<

...>  

                                                В апелляционных жалобах и дополнениях: 

                                                - защитник Жданов А.В. считает, что выводы суда не соответствуют фак- тическим обстоятельствам дела и подлежит отмене. Анализируя собранные по  делу доказательства, защитник считает, что Зинин не совершал убийства Ш. и покушения на убийство Д. Прежде всего, по мнению защитника, у Зинина не было мотива совершить данные преступления.  

                                                Защитник обращает внимание на то, что в приговоре утверждается, что  Зинин является членом организованной преступной группы, возникшей в июне  2009 года (стр. 2 приговорами в группе он выполнял роль подавления воли не- угодных лиц «вплоть до их физического устранения» (стр. 4 приговора), т. е.  осуществлял функцию киллера. При этом никаких ссылок на материалы дела,  содержащие доказательства этого утверждения, в приговоре не имеется. В деле  нет и иных любых сведений о членстве и деятельности осужденного в организованной преступной группе.  

                                                Наоборот, по мнению защитника, имеющиеся в деле и изученные в судебном заседании доказательства подтверждают неучастие Зинина в ОПТ. В частности, таковыми являются: записи телефонных переговоров предполагае- мого лидера организованной преступной группы ,из которых можно понять  отношения между членами группы, направления её «работы», степень сплочен- ности. Телефонных переговоров между предполагаемым лидером организованной преступной группы 

<

...>.Б

<

...> и Зининым не записано. Фамилия «Зинин» (или такая характеристика, из которой понятно, что речь идет о нем) ни- где не называется.  

                                                Допросы лиц, обвиняемых в участии в организованной преступной  группе, в качестве свидетелей, в том числе Г. (кличка «

<

...>»), Д., З. показали ,что не знают Зинина, его фамилия стала им известна из материалов следствия. При этом правдивость их показаний ничем не опровер- гается .  

                                                В деле имеется постановление о прекращении уголовного преследования  Зинина по ст.210 УК РФ (т. 12 л.д. 90), что подтвердило его непричастность к  ОПТ. Поскольку Зинин не член организованной преступной группы, которой  выгодно убийство Ш., то у него нет причины убивать свидетелей деятельности преступной группы. Следовательно, мотива совершить убийства, прикрывая группу, в которой он не состоит, у него нет. Данные, что могли быть  другие причины побудить Зинина это сделать (по найму, вследствие шантажа и  т. п.) отсутствуют.Непричастность Зинина к убийству Ш. кроме отсут- ствия мотива преступления доказывается его поведением непосредственно до,  после и в момент убийства и данными, полученными в ходе экспертизы. В приговоре нехарактерное » для киллера» поведение никак не объяснено. По мнению защиты, важно то, что Зинин не мог произвести смертельный выстрел  .Анализируя в жалобе данные, полученные в результате допроса свидетелей,  эксперта Л. выводы экспертизы , защитник считает, что Зинин из- за спины И. не мог убить с расстояния 20 см. потерпевшую Ш. При этом защитник отмечает, что расстояние между дульным срезом пистолета и лицом потерпевшей Ш. в момент выстрела определено в приговоре от 20 до 150 см (стр. 31 приговора), на основании показаний эксперта Л. В деле и обвинительном заключении это расстояние составля- ло согласно допросу того же эксперта не более 20 см (т.9 л.д. 206). Эксперт в  судебном заседании изменил свои показания и определил его от 30-40 см. до  1.5 м. Такой отказ от своих ранее данных показаний произошел без объяснения  причин.В ходатайстве о назначении судебно-медицинской экспертизы по во- просу расстояния между между дульным срезом пистолета и лицом потерпевшей Ш в момент выстрела (ее производство было необходимо ввиду  сомнен нованности ответа эксперта в вопросе расстояния, при наличии  двух противоречивых ответов) было отказано, и экспертизу заменили допросом  эксперта .В результате, по мнению защитника, возникло неустранимое проти- воречие, которое должно было толковаться в пользу Зинина(ст. 14 ч. 3 УПК).  Вместо этого суд из двух допросов эксперта «слепил» своё расстояние «от 20  до 150 см» наиболее подходящее для обвинительного приговора. Впрочем, и  при большем 20 см. расстоянии Зинин не мог в него вписаться.Из видеозаписи проверки показаний Зинина и И. на месте видно, что у стоявшего сзади Зинина расстояния на выстрел явно не хватает, а третье лицо, названное Зининым, производит выстрел как раз с требуемого минимального расстояния.  

                                                При выстреле с такой высоты из-за спины И., последний при его росте 176 см. (стр. 193 протокола судебного заседания) и крупном телосложе- нии сам оказывается на траектории выстрела с очень высокой степенью вероят- ности. Зинин из-за спины И.должен попасть в него, а не в Ш. 

                                                Кроме того, на куртке И. сзади и справа нет следов пороховых газов (т. 10 л.д. 35). А если бы стрелял, находящийся сзади подсудимый, они должны  быть. При выстреле третьего лица, выдвинувшегося вперед, следов на куртке  И. не оказалось бы. То есть из физических данных следует невозмож- ность смертельного выстрела, сделанного Зининым. Доказательства его вины  (свидетельские показания И..Шу

<

...> и секретного свидетеля «

<

...>») не столь бесспорны и однозначны, как это описано в приговоре,поскольку И. никогда прямо не утверждал, что Ш. убил Зинин. В приговоре цитируется его высказывание «он понял» (стр.13). Он также не от- рицал в категорической форме присутствие на месте убийства третьего челове- ка, говоря «не видел», «не знаю».  

                                                И

<

...> неоднократно утверждал, что никакого пистолета у Зинина не  видел (например т.З л.д. 203). Он не слышал звук взводимого затвора (т.З л. д.  65) и (там же) не слышал расстегиваемую молнию. Из показаний И. следует, таким образом, что Зинин не расстегивал куртку, не доставал пистолет и не взводил затвор, т. е. следует то, что стрелял не он. Из экспертных данных по  расстоянию от выстрела до жертвы ,как считает защитник, стрелять мог только  тот, кто стоял первым. И., стоявший впереди Зинина, не мог не видеть убийцу, и его показания в этой части ложные. Он видел, кто стрелял,но И. скрывает правду,т.к.н аименьшую опасность для него представляет Зинин, поэтому он молчит про роль Б. названного Зининым на следствие и в суде. Ш. видел Зинина с пистолетом, из чего делается вывод, что стрелял Зинин. Однако он опознал Зинина после задержания, а до того утверждал со- всем другое. Опознание потерпевшим Ш. Зинина на суде является следствием неприязни, т.к. по мнению потерпевшего, именно Зинин убил его  жену и потерпевший желает не дать преступнику уйти от наказания.  

                                                Свидетель под псевдонимом «

<

...> утверждает, что он знакомый Зинина и  последний рассказывал ему, что он «принимал участие» в убийстве «паспорти- стки из 

<

...> защитник считатет,что свидетель лжет, поскольку если Зинин  что-либо кому-либо и рассказывал (а он ничего никому не рассказывал), то это  могли быть один-два человека. Поэтому скрывать личность не имеет смысла,  если свидетель говорит правду, то Зинин легко поймет кто это. Однако если показания «

<

...> правдивы, то суд совершенно неверно их интерпретиро- вал.Из показаний «

<

...>» ,по мнению защиты, следует, что стрелял не Зинин, а суд неверно оценил их. Другие свидетельские показания Зинина не ули- чают, а подтверждают обстоятельства продажи квартиры К., роль при этом Ш. и т. д. Остальные свидетели об убийстве ничего конкретно не знают.  

                                                Свидетельские показания 

<

...>.Б

<

...> - предполагаемого лидера организованной преступной группы являются недопустимым доказательством.  

                                                Гражданина, обвиняемого одними участниками процесса в организации, а дру- гими в совершении убийства нельзя по смыслу ст.56, 79, 75 УПК допрашивать  в качестве свидетеля и аргументировать обвинение его показаниями. Он может  быть только подсудимым. Вместо допроса Б. в качестве свидетеля суд обязан был возвратить уголовное дело прокурору согласно ст.237 ч. 1-4 УПК.  

                                                После того как Б. поймали, дела в отношении его и Зинина должны были объединены в одно производство в соответствии ст. 153 ч. 1-1  УПК, поскольку эти лица обвиняются в одном преступлении - убийстве Ш.- 

<

...>, находятся в одном СИЗО, и судить организатора и исполнителя (по мнению обвинения) преступления необходимо вместе. Невыполнение судом требо- ваний процессуального закона привело к грубейшему нарушению прав самого  Б.поскольку приговором фактически установлена его вина в ор- ганизации убийства Ш. и Д.Б. в приговоре местами называется анонимно «лидером организованной преступной группы, дело которого выделено в отдельное производство», местами прямо по фамилии. Его  действия и намерения расписаны достаточно подробно. Из приговора совер- шенно ясно, что речь идет о нем.Поскольку он участвовал в деле в качестве  свидетеля и допрашивался в присутствие адвоката, то приговор в силу ст.90  УПК имеет для него преюдициальное значение. Тем самым при вступлении  приговора Зинину в силу, вина Б. установлена. В то же время его право на защиту, на равный доступ к правосудию, презумпция невиновности (ст. 47- 50 Конституции РФ) судом нарушены. Его лишили возможности защищаться,  опровергать обвинение и т. д. Хотя это обстоятельство прямо не связано с  (не)участием Зинина в убийстве, но при апелляционном рассмотрении дела его  также надо учесть Таким образом, Зинин на предварительном следствии и в су- де говорил правду, и убийство совершил не он. Что касается покушения на  убийство Д то совершить его способом ,который вменен ему в  вину, Зинин не мог.Прежде всего, у Зинина не было физических данных для  описанных действий, имела место имитация убийства. Довод об имитации  убийства Д не были опровергнуты. Суд отверг их просто пото- му, что защ нила: кому и зачем нужно имитировать убийство. Хотя  у стороны защиты есть предположения кто и зачем произвел инсценировку  убийства, но для оправдания Зинина достаточно изложенного.  

                                                Обвинительный приговор в отношении Зинина строится на предположениях:  что Зинин пошел вешать жертву без веревки, что мог поднять держать и  привязать бесчувственное тело в одиночку, что сам показал отсутствие  самоубийства, что веревка лопнула не на две, а на пять частей, что длина  веревки больше расстояния от потолка до пола.  

                                                Виновность Зинина опроверг сам потерпевший. Де

<

...>, действительно,  опознал Зинина по фотографии в больнице непосредственно после происшествия, но на следствии Зинина вживую он не опознал (т. 13 л. д.  126\27),а в суде потерпевший объяснил, что Зинина опознал ошибочно. Само  опознание проводилось в неадекватном состоянии. В дальнейшем он  утверждал, что не Зинин пытался его убить. Д. просил оправдать (как он выразился «помиловать») Зинина,и никаких оснований ему не верить не  имеется.Кроме того, у преступной группы прямого интереса устранить  Де

<

...> в отличие от Ш. не было. Он не располагал информацией, компрометирующей кого-либо. Д. жив, его свидетельские показания не позволили никого уличить или разоблачить. Таким образом, имеются  доказательства непричастности Зинина к убийству Ш. и нападению на Д.. Кроме того, защита обращает внимание на то, что судом неправильно применен уголовный закон.  

                                                Так за убийство Ш. и покушение на убийство двух лиц назначено наказание по пунктам «ж» и «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ.  

                                                Между тем для убийства в составе организованной группы надо, чтобы это  была группа двух и более лиц объединенных умыслом на совершение одного  или нескольких убийств (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27  января 1999 года № 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК  РФ)". Описанная в приговоре группа создавалась не для убийств, а для  «совершения хищения квартир, путем их незаконного отчуждения» (стр. 44  приговора). Поэтому пункт «ж» применен неправильно. Кроме того ,по мнению  защиты, налицо нарушение уголовно-процессуального закона.По мнению суда,  оба убийства планировались для сокрытия другого преступления - мошеннического захвата квартиры К. Между тем сам факт совершения этого преступления не установлен. Лицам, обвиняемым в его совершении:  Д., Д.Г. Ч.Л. приговор не вынесен. В силу презумпции невиновности следует считать, что они не совершали  преступления, независимо от их показаний на следствии и в суде. В этих  условиях судебное разбирательство надо было приостановить (отложить) для  истребования новых доказательств - приговора. Поскольку прокурор такого  ходатайства не заявлял, суд не имел права делать вывод, что преступление,  которое скрывал подсудимый, совершая убийства, действительно имело место.  Это процессуальное нарушение нарушает права перечисленных лиц,  устанавливая их вину в отсутствие приговора.  

                                                Кроме того, если бы Зинин и был виновен в инкриминируемом  преступлении, то вынесенное ему наказание является чрезмерно суровым.  Юридически он не судим, отягчающих обстоятельств, кроме уже  предусмотренных ч.2 ст. 105 УК не выявлено. Отбытие части срока Зининым  наказания в тюрьме недостаточно мотивировано в приговоре. Таким образом,  как утверждается в жалобе, решение вынесено с существенным нарушением  уголовно-процессуального закона, неправильным применением  уголовного закона и не соответствует фактическим обстоятельствам дела.  Защита просит отменить приговор и оправдать Зинина А.В. в части убийства  

 

Ш

<

...> угрозы убийством Ш. и покушения на убийство Д. 

                                                Осужденный Зинин в апелляционной жалобе оспаривает обоснованность  и законность приговора, просит об его отмене.В дополнениях осуждённый  Зинин А.В. отмечает «предвзятость и заинтересованность суда»,  выразившуюся, по его мнению, в самом изготовлении протокола судебного  заседания, поскольку в показаниях потерпевшего Д. пропущены ключевые моменты его допроса, не указан вопрос защиты, неточно изложены  показания И.. 

                                                Считает, что доказательств участия в преступной группировке нет, подвергает  сомнению достоверность и объективность опознания его по фотографии  потерпевшим Д. и считает необоснованным приведённое в приговоре описание ОПГ.Оспаривает достоверность и допустимость протокола опознания  его по фотографии.Просит допросить в судебном заседании апелляционной  инстанции свидетелей Д. и И. (по поводу изложения их показаний в протоколе судебного заседания), а также по поводу отношения  Д. к предъявленному ему (Зинину) обвинения.Огласить копию приговора в отношении И. от 14.09.2011 г. (т. 12 л.д.23!- 234).Истребовать у Центрального районного суда г. Читы материалы в  отношении Ч.Г., Д.Д., Л. по их обвинению по ст. 159 УК РФ, которые в судебном заседании отрицали, что им  было известно о его (Зинина) существовании.По его мнению, нет  доказательств, что он был во влечён в организованную группу, не установлена  его роль и конкретные действия, отношение к «махинациям» к квартирам не  имел.  

                                                Необоснованным считает он обвинение и в убийстве по п.«ж» ч.2  ст. 105 УК РФ.Суд проигнорировал то, что его уголовное преследование по ч.2  ст.210 УК РФ было прекращено, и формально ответил на этот довод защиты.Не  обоснованно обвинение в убийстве с целью скрыть другое преступление.  Ш. он искал лишь для того, чтобы её отвезти в г. 

<

...>.Обращает внимание, что на момент его осуждения не было вступившего в законную силу  приговора о мошенничестве с квартирой. Никаких доказательств мотива  убийства в приговоре не приведено. Анализируя показания Ш.и ход его допроса в судебном заседании он делает вывод, что допрашивался  свидетель, исходя из факта его (Зинина) причастности к убийству.Утверждая,  что не имел отношения к убийству вообще, в последнем слове заявил о  возможности обвинения его в неосторожном убийстве.Обращает внимание на  показаний свидетелей Б. и Ж. (л.д.201-215), показания свидетеля под псевдонимом «

<

...>», (считая их недопустимыми).Просит о вынесении  частного определения о выделении материалов в отношении «

<

...>».  Считает, что суд рассматривал дело с обвинительным уклоном.Просит  приговор отменить и снять с него все обвинения.  

 

Государственным обвинителем принесены возражения на апелляционные жалобы ,в которых он просит оставить приговор без изменения.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия не  находит оснований для их удовлетворения.  

                                                Вопреки утверждению в кассационной жалобе, дело судом рассмотрено с  соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст. 15 УПК  РФ. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их про- цессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты  исследованы. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с  требованиями уголовно-процессуального закона, принятые судом по ходатай- ствам решения мотивированы и аргументированы.  

                                                Все доводы осужденного и его защиты о непричастности к преступлени- ям проверялись судом первой инстанции, результаты проверки отражены в  приговоре с указанием мотивов принятых решений.  

                                                Судебная коллегия, также приходит к выводу о том, что аналогичные доводы, изложенные в апелляционных жалобах и дополнениях полностью опро- вергаются исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и  допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой.  

                                                Суд привел в приговоре мотивы, по которым он принял вышеперечис- ленные доказательства в качестве допустимых и достоверных и отверг доводы  осужденного в свою защиту. Все принятые судом решения по оценке доказательств основаны на законе и материалах дела. Не устраненных существенных  противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности  осужденного, требующих истолкования их в пользу последнего, судебной кол- легией по делу не установлено.  

                                                Вопреки доводам жалоб, в судебном заседании исследованы все сущест- венные для дела доказательства, представленные сторонами, все заявленные  сторонами ходатайства, в том числе и те, на которые осужденный указывает в  кассационных жалобах, разрешены судом в соответствии с требованиями закона, принятые по этим ходатайствам решения суда достаточно мотивированы и  являются правильными.  

                                                Вопреки доводам осужденного и его защиты , мотив и обстоятельства совершения преступления органами следствия и судом обоснованно установлены  на основании собранных по делу доказательств.  

                                                Суд правильно установил фактические обстоятельства дела, а всем  имеющимся доказательствам дал надлежащую оценку.  

                                                Суд обоснованно взял за основу приговора первоначальные показания  потерпевшего Д. данные им на стадии предварительного следствия, поскольку они наиболее полно раскрывают картину произошедшего и соответствуют объективным доказательствам исследованным в суде. Так, в суде иссле- довался протокол осмотра предметов, согласно которого осмотрены и прослу-шаны материалы оперативно-розыскной деятельности - СО-диск, содержащий  фонограммы телефонных переговоров Б. 

                                                Года на телефон Б. (8

<

...>) звонил З. (тел.

<

...> В разговоре принимал участие Д. В ходе разговора Д. сообщает Б. что вчера разговаривал с Ш. и что лучше будет, если Б. завтра созвониться с ней сам и объяснит, что нужно. Д. поясняет, что «она не против все сделать». Д. и Б. договорились, что созвонятся завтра. 

                                                Кроме того, на стадии следствия Д. дал описание внешности напа- давшего на него, которое полностью совпадает с описанием внешности Зинина. Он также указал о том, что на нападавшем на него мужчине была кепка - бейсболка серого цвета, что полностью согласуется и с показаниями Зинина о  наличии у него 19 мая 2010 года такой кепки. Более того, по фотографии Д.- 

<

...> опознал именно Зинина.  

                                                Показания Д. о том, что на момент дачи им первоначальных показаний и на момент проведения опознания с его участием, он находился на ле- чении в больнице и плохо себя чувствовал, судом проверены и обоснованно  оценены критически, поскольку все протоколы следственных действий, прове- денных с его участием им подписаны, достоверность изложенных им сведений  удостоверены и не вызывают сомнений в их достоверности.  

                                                Допрошенный в суде в качестве свидетеля оперативный сотрудник показал, что он проводил беседу с Д., когда тот находился в больнице. При этом потерпевший был адекватен и последовательно излагал известные  ему события.  

                                                Изменение Д. показаний суд также оценил и правильно пришёл к выводу о том, что это обусловлено, в первую очередь, ставшими ему  известными данными о личностях как Зинина, так и Б. которые на момент дачи им показаний находились в розыске и представляли для него опас- ность. Более того, он сам пояснил, что совершенное на его жизнь покушение он  связывает именно с убийством Ш. 

                                                Изложенные в жалобах доводы относительно заключения экспертизы  Л. и его показаний в суде, являются несостоятельными, поскольку эксперт подтвердил выводы, проведенной им экспертизы и дал суду соответст- вующие разъяснения.  

                                                Кроме того, суд проверил и опроверг доводы защиты о том, что выстрел  в потерпевшую Ш. произвел не Зинин, а другое лицо, по их мнению - Б.. Так, исследованными в суде доказательствами установлено, что при исследованных обстоятельствах, помимо Зинина и И., в подъезде дома Ш., никого не было. Кроме того, Зинин не смог пояснить, каким образом Б. смог установить его местонахождение. Также, из показаний свидетелей и потерпевших следует, что с места происшествия скрывались двое,  а именно Зинин и И.. 

 

ней обратился по указанному выше вопросу, сообщив органам предварительного следствия ложные сведения, поскольку как установлено на стадии предварительного следствия, и в суде Щ. к исследуемым обстоятельствам не имеет отношения.  

                                                Далее совершено убийство Ш. и покушение на убийство Д., 20 и 23 мая 2010 года соответственно. 

                                                Таким образом, суд сделал правильный выводуо том, что меры по физи- ческому устранению предприняты именно в отношении тех лиц, которым в той  или иной степени стали известны факты, касающиеся снятия с регистрационного учета К. и о заинтересованности в этом Б. поскольку каждый из них, и Ш. и Д. вели речь с Б. именно по этому поводу. Кроме того, физическое устранение Зининым, согласно отведенной ему ро- ли в преступной группе, производилось именно тогда, когда потерпевшими за- интересовались правоохранительные органы и с их участием было запланиро- вано проведение иных следственных действий.  

                                                Довод о том, что Зинин не участвовал в преступной группе опровергается  исследованными судом доказательствами, на основании которых суд обосно- вано пришел к выводу о том, что, действительно, Б. создал преступ- ную группу целью которой было хищений чужого имущества граждан - квартир, путем их незаконного отчуждения по фиктивным договорам купли- продажи и извлечением преступного дохода от дальнейшей их реализации. В  созданную группу входили Д. имеющий опыт в оформлении сделок с недвижимостью, и, являющийся директором ООО 

<

...>», Г., ведущий специалист-эксперт отдела координации и анализа деятельности в учетно-регистрационной сфере Ч. В совершении преступлений также принимал участие Л. который за вознаграждение от Ч. принимал документы на регистрацию в нарушение установлено порядка. В состав организованной группы также входил Зинин, с которым Б. ранее отбывал наказание в местах лишения свободы и которому отводилась  роль физического устранения лиц. Для совершения преступлений были привле- чены Д., Ш.Д. и иные лица. 

                                                Б

<

...> как лидер и руководитель преступного сообщества коорди- нировал действия членов преступной группы, осуществлял общее руководство,  обеспечивал конспирацию, что подтверждается исследованными судом доказательствами. Из прослушанных разговоров Б. с входящими в состав преступной группы Д.Г.и иными лицами следует, что Б.- 

<

...> определял план действий, контролировал его выполнение. В свою оче- редь Д. и Г. а также иные лица отчитывались о выполнении по- ставленных перед ними задач, в основном касающиеся сделок с недвижимо- стью, поиска квартир и покупателей. Кроме того, Б. давались указания о соблюдении конспирации. Так, из исследованных разговоров следует, что де- тали по телефону не обсуждались, использовались общие фразы, понятные  только им - «вчерашняя тема», «по нашей схеме» и т.д. При личных разговорах  

 

Потерпевший Ш. категорически утверждал, что на него пистолет направлял именно Зинин,а свидетель Ш. настаивал на том, что именно Зинин и И. приходили к ним домой 20 мая 2010 года, потерпевший и свидетель в ходе предварительного следствия уверенно опознали Зинина и И., протоколы опознания соответствуют требованиям ст. 193 УПК РФ. 

                                                Довод о том, что Зинин убийством потерпевшему не угрожал, опровергает- ся подробными и последовательными показаниями Ш., не доверять которым оснований не имеется. Более того, в суде Ш. прямо указал на Зинина как на лицо, которое направило на него пистолет.  

                                                Доводы Зинина об алиби, в частности, о том, что 23 мая 2010 года Зинин  не мог находиться в п. 

<

...>, т.к. совместно с Г. был в с. 

<

...>, был тщательно проверен и не нашел своего подтверждения в судебном заседании.  

                                                Зинин в этой части давал противоречивые показания, как и Г. который не смог в суде объяснить причину разногласий в своих показаниях. Более того версия Зинина о том, что в указанный период времени он совместно с Г. и С. находился в районе р. 

<

...> проверена и опро- вергнута сведениями оператора сотовой связи, подтверждающими нахождение  

<

...> в пределах г. 

<

...>.  

                                                Кроме того, из показаний 

<

...> следует, что Зинин вместе с ним в  г. 

<

...>не вернулся, а вышел недалеко от п. 

<

...>. Более того, из показаний  самого Зинина следует, что Б. отдал ему записку, в которой было ука- зано ФИО потерпевшей. Согласно протокола обыска, на базе З. была об- наружена записка с указанием ФИО Ш., что дало суду все основания полагать, что после убийства Ш. Зинин вернулся в п. 

<

...> и находился на базе З.. Довод Зинина о том, что он не знаком с З., опро- вергается показаниями И., согласно которых в п. 

<

...>, при поиске места жительства потерпевшей, Зинин упоминал, что ориентироваться необходимо по базе С. «

<

...>». Кроме того, в разговоре они выясняли, не является ли С. «

<

...>» их общим знакомым, на что Зинин ответил отрица- тельно. Данный факт также указывает на то, что Зинин и З. были знакомы. 

                                                Кроме того, суд правильно сослался в приговоре и на то, что 18 мая  2010 года в 13.32 между Б. и Ш. зафиксирован разговор дли- тельностью в 2 минуты 21 секунду. Около часа спустя, в 14.20 начался допрос  Ш., в ходе которого она сообщила сведения, не соответствующие дей- ствительности, указывая, что к ней, по предварительной договоренности Д., обратился неизвестный молодой человек для решения вопроса о сня- тии с регистрационного учета. При этом Ш. умолчала про Б. связь с которым она поддерживала с февраля 2010 года и по просьбе которого  она решала вопрос о снятии с регистрационного учета К. без его присут- ствия.  

                                                В этот же день был допрошен Д. по обстоятельствам обращения к Ш.. Уже 19 мая 2010 года с участием Ш.проводилось опо- знание, в ходе которого она указала на Щ., как на мужчину, который к мобильные телефоны отключались. Лица, участвовавшие в фиктивных сделках купли - продажи квартир, предупреждались о возможности их допросов в пра- воохранительных органах, при этом оговаривалось какие - именно в случае не- обходимости давать показания. Так, из показаний Д. следует, что ему Д. предварительно показал квартиру, которую он якобы приобрел. Б. его проинструктировал по поводу того, какие показания необходимо да- вать на счет того, как он выбрал данную квартиру, как им была произведена  оплата. Данные указания Б. ему дал на улице, предварительно отклю- чив телефоны и оставив их в салоне автомашины. Кроме того, перед убийством  Ш. а именно 19 мая 2010 года телефоны и Зинина и Б. выве- дены из строя, их дальнейшая эксплуатация операторами сотовой связи не за- фиксирована.  

                                                Доводы о наличии противоречий в выводах судебно- криминалистической экспертизы и показаниях эксперта в судебном заседании  не ставят под сомнение выводы суда о докзанности вины зинина А.В.в содеян- ном.  

                                                Таким образом ,судебная коллегия считает, что выводы суда о доказанно- сти вины Зинина А.В. являются правильными ,а действиям его дана правильная  юридическая оценка.  

                                                Выводы суда в части юридической оценки действий осужденного являются мотивированными и аргументированными, и судебная коллегия не усмат- ривает оснований с ними не согласиться.  

                                                Вместе с тем, судебная коллегия считает, что приговор в части осуждения  Зинина А.В.по ст. 119 ч.1 УК РФ подлежит отмене ,а производство по делу  прекращению за истечением срока давности на основании п.З ч.1 ст.24 УПК РФ  по следующим основаниям.  

                                                В соответствии с положениями ст. 15 УК РФ преступление, предусмот- ренное ч.1 ст. 119 УК РФ относится к преступлениям небольшой тяжести ,срок  давности за которое с учетом требований ст.78 УК РФ составляет 2 года.  

                                                Однако, как видно из материалов дела, уголовное дело по ч.1 ст. 119 УК  РФ было возбуждено уже после задержания Зинина А.В. и соответственно ис- течения срока давности, предусмотренного ст. 78 УК РФ.  

                                                При назначении наказания судом учтены характер и степень обществен- ной опасности совершенных преступлений, данные о личности Зинина, смяг- чающие и отягчающие обстоятельства.  

                                                Вопреки утверждению в жалобах, решение суда о назначении отбывания  части наказания в тюрьме, судом надлежаще мотивировано.  

                                                Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения  или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судо- производства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем по- влияли или могли повлиять на постановление законных, обоснованных и спра- ведливых судебных решений в отношении осужденного по делу и влекущих  отмену приговора, не установлено.  

 

В силу изложенного, руководствуясь ст.ст.389 .13 , 389'" УПК РФ судебная коллегия 

                                                определила: 

                                                приговор Забайкальского краевого суда от 26 апреля 2013 года в  отношении Зинина А.В. в части его осуждения по ч.1 ст. 119 УК РФ отменить и дело прекратить за истечением срока давности на  основании п.З ч. 1 ст.24 УПК РФ.  

                                                На основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений,  предусмотренных ст.ст.105 ч.2 пп. «ж,к», 30 ч.З, 105 ч.2 пп. «а,ж,к» ,327 ч. 3 УК  РФ назначить Зинину А.В. наказание в виде лишения свободы на срок 22 года  11 месяцев с отбыванием первых пяти лет в тюрьме, а оставшейся части  наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы  на срок 2 года.  

                                                В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

                                                Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке  судебного надзора, установленном главой 48.1 УПК РФ, в Президиум  Верховного Суда Российской Федерации в течение одного года с момента  провозглашения.  

                                                Председательствующий Судьи