ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 Дело  № 302-ЭС20-4636

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва07.07.2020 

Резолютивная часть определения объявлена 06.07.2020Полный текст определения изготовлен 07.07.2020

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации в составе: 

председательствующего судьи Шилохвоста О.Ю.,судей Зарубиной Е.Н., Разумова И.В., –

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу  открытого акционерного общества «Бурятгаз» (истец) на решение  Арбитражного суда Иркутской области от 03.09.2019 по делу  № А19-5563/2019,  постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2019 и  постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 16.01.2020  по тому же делу. 

В заседании приняли участие представители открытого акционерного  общества «Российские железные дороги» – ФИО1 (по доверенности  от 13.06.2019  № 335-ДП), ФИО2 (по доверенности от 03.07.2020   № 303-ДП), ФИО3 (по доверенности от 17.07.2018  № ВСЖД-208/Д). 

Заслушав и обсудив доклад судьи Верховного Суда Российской  Федерации Шилохвоста О.Ю., а также объяснения представителя ответчика,  Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации, 

установила:

открытое акционерное общество «Бурятгаз» (далее – общество  «Бурятгаз») обратилось в арбитражный суд с иском к открытому акционерному  

обществу «Российские железные дороги» (далее – общество «РЖД») о  взыскании 132 813 руб. 72 коп. убытков. 

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 03.09.2019,  оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного  апелляционного суда от 08.11.2019 и постановлением Арбитражного суда  Восточно-Сибирского округа от 16.01.2020, в иске отказано. 

Общество «Бурятгаз» 26.02.2020 обратилось в Верховный Суд  Российской Федерации с кассационной жалобой, в которой просит решение  от 03.09.2019, постановление от 08.11.2019 и постановление от 16.01.2020  отменить, ссылаясь на существенные нарушения судами норм материального  права, повлиявшие на исход дела, и принять по делу новый судебный акт. 

В кассационной жалобе общество «Бурятгаз», ссылаясь на статьи 394,  400, 793 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ),  возражает против вывода судов о том, что предусмотренная статьей 100 Устава  железнодорожного транспорта Российской Федерации (далее – УЖТ РФ)  ответственность перевозчика за задержку подачи вагонов под погрузку и  выгрузку является ограниченной. 

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации  от 10.06.2020 кассационная жалоба общества «Бурятгаз» с делом переданы для  рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации. 

Общество «РЖД» в пояснениях по кассационной жалобе и  представитель общества «РЖД» в судебном заседании возражали против  доводов кассационной жалобы, обжалуемые судебные акты просили оставить  без изменения как законные и обоснованные. 

Общество «Бурятгаз», надлежащим образом извещенное о времени и  месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своего представителя в  судебное заседание не обеспечило, что в силу части 2 статьи 291.10  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не  препятствует рассмотрению кассационной жалобы. 

Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе,  Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации считает, что решение от 03.09.2019, постановление от 08.11.2019 и  постановление от 16.01.2020 подлежат отмене с направлением дела на новое  рассмотрение по следующим основаниям. 

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, 03.04.2015  между обществом «РЖД» (перевозчик) и обществом «Бурятгаз» (контрагент)  заключен договор  № УУ/46 на эксплуатацию железнодорожного пути  необщего пользования общества, примыкающего к станции Онохой Восточно- Сибирской железной дороги - филиала общества «РЖД» (далее – договор на  эксплуатацию), которым урегулированы отношения по подаче, расстановке на  места погрузки, выгрузки и уборке вагонов с железнодорожного пути необщего  пользования контрагента, обслуживаемого локомотивом перевозчика. 

Между ПАО «Новатэк» (поставщик) и обществом «Бурятгаз»  (покупатель) 12.03.2018 заключен договор поставки  № 2019-269-М (далее –  договор поставки), по условиям которого поставщик обязался поставить  покупателю пропан-бутан технический, а покупатель – оплатить и принять  товар. В соответствии с п. 3.3.3 договора поставки покупатель обязался  обеспечить срок нахождения вагонов-цистерн поставщика на путях общего  и/или необщего пользования железнодорожных станций назначения, включая  время нахождения вагонов под выгрузкой, не превышающий 2 суток. В случае  нарушения покупателем сроков, предусмотренных пунктом 3.3.3 договора  поставки, покупатель обязался оплатить поставщику расходы за  сверхнормативное нахождение вагонов у грузополучателя исходя из ставки  1 794 руб. 78 коп. за вагон в сутки (пункт 7.11 договора поставки). 

В октябре и декабре 2018 года общество «Бурятгаз» оплатило  поставщику 132 813 руб. 72 коп. расходов за сверхнормативное нахождение 18  вагонов на путях общества «Бурятгаз» за апрель-октябрь 2018 года. 

Полагая, что вагоны простаивали на путях общества «Бурятгаз» в  ожидании оформления и уборки по причине занятости локомотива общества  «РЖД», что подтверждается актами общей формы, общество «Бурятгаз»  обратилось к обществу «РЖД» с требованием возместить понесенные убытки,  неисполнение которого послужило основанием для обращения в суд с  настоящим иском. 

Отказывая в иске, суды руководствовались статьями 15, 309, 310, 329,  330, 393, 394 ГК РФ, статьями 100, 119 УЖТ РФ и, исследовав и оценив  представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что  ни законом, ни заключенным между сторонами договором не предусмотрена  возможность взыскания с перевозчика убытков сверх штрафа (неустойки),  установленного статьей 100 УЖТ РФ. При этом суд первой инстанции указал,  что несмотря на несогласование сторонами в договоре на эксплуатацию срока  уборки вагонов с пути необщего пользования, этот срок подлежит определению  на основании статьи 119 УЖТ РФ и Правил эксплуатации и обслуживания  железнодорожных путей необщего пользования, утвержденных приказом МПС  России 18.06.2003  № 26. 

Между тем, судами не учтено следующее. 

По общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать  полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором  не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15  ГК РФ). Применительно к обязательственным правоотношениям указанное  правило конкретизировано в пункте 1 статьи 393 ГК РФ, в силу которого  должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением  или ненадлежащим исполнением обязательства. При этом использование  кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных  законом или договором, не лишает кредитора, если иное не установлено  

законом, права требовать от должника возмещения убытков, причиненных  неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (абзац 2  пункта 1 статьи 393 ГК РФ). 

Соотношение требования об уплате предусмотренной законом или  договором неустойки (штрафа, пени) и требования о возмещении убытков, а  также последствия заявления кредитором одновременно обоих требований  установлены в статье 394 ГК РФ. 

В силу абзаца 1 пункта 1 названной статьи, если за неисполнение или  ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки  возмещаются в части, не покрытой неустойкой. При этом законом или  договором могут быть предусмотрены случаи: когда допускается взыскание  только неустойки, но не убытков; когда убытки могут быть взысканы в полной  сумме сверх неустойки; когда по выбору кредитора могут быть взысканы либо  неустойка, либо убытки (абзац 2 пункта 1 статьи 394 ГК РФ). Исключение из  приведенного правила установлено в пункте 2 статьи 394 ГК РФ, в силу  которого в случаях, когда за неисполнение или ненадлежащее исполнение  обязательства установлена ограниченная ответственность, убытки, подлежащие  возмещению в части, не покрытой неустойкой, либо сверх ее, либо вместо нее,  могут быть взысканы до пределов, установленных таким ограничением. 

Из приведенных законоположений следует, что убытки возмещаются в  части, не покрытой неустойкой (зачетная неустойка), если иное не  предусмотрено законом или договором, в силу которых может допускаться  взыскание только неустойки, но не убытков (исключительная неустойка), или  взыскание убытков в полной сумме сверх неустойки (штрафная неустойка), или  взыскание по выбору кредитора либо неустойки, либо убытков (альтернативная  неустойка). 

Таким образом, оценивая ссылку общества «РЖД» на исключительный  характер неустойки за задержку вагонов на пути необщего пользования  общества «Бурятгаз», судам следовало установить закон или договор,  которыми в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 394 ГК РФ установлено,  что за задержку приема вагонов с перевозчика допускается взыскание в пользу  грузоотправителя или грузополучателя только неустойки, но не убытков.  

Между тем, отказывая в иске, суды не сослались на закон или договор,  которыми установлено указанное ограничение. Судебная коллегия считает, что  статья 100 УЖТ РФ такого ограничения не содержит. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 793 ГК РФ в случае неисполнения  либо ненадлежащего исполнения обязательств по перевозке стороны несут  ответственность, установленную названным Кодексом, транспортными  уставами, кодексами и иными законами, а также соглашением сторон.  Следовательно, при решении вопроса о характере спорной неустойки  содержание соответствующих положений транспортных уставов и кодексов,  иных законов или договора должно устанавливаться с учетом императивного  

требования пункта 1 статьи 394 ГК РФ об исключении взыскания убытков за  нарушение обязательств по перевозке (исключительная неустойка).  

В соответствии с частью 2 статьи 100 УЖТ РФ за задержку по вине  перевозчика подачи вагонов под погрузку и выгрузку грузов или на  железнодорожные выставочные пути, а также за задержку уборки вагонов с  мест погрузки и выгрузки грузов на железнодорожных путях необщего  пользования или с железнодорожных выставочных путей в случае, если уборка  вагонов осуществляется локомотивами перевозчика, либо за задержку по вине  перевозчика приема вагонов с железнодорожных путей необщего пользования  перевозчик уплачивает грузоотправителю, грузополучателю штраф в размере  0,2 размера минимального размера оплаты труда за каждый час задержки  каждого вагона. Штраф начисляется за все время задержки с момента  нарушения предусмотренных соответствующими договорами сроков подачи,  уборки вагонов. 

Из приведенной нормы, устанавливающей только размер и порядок  исчисления законной неустойки, не усматривается необходимое в силу абзаца 2  пункта 1 статьи 394 ГК РФ указание о том, что взыскание убытков не  допускается. Судебная коллегия считает, что по смыслу абзаца 2 пункта 1  статьи 394 ГК РФ отсутствие в названной норме УЖТ РФ упоминания об иных,  кроме уплаты неустойки, видах ответственности за нарушение обязательства не  может рассматриваться как исключение применения таких видов  ответственности к спорным отношениям. Соответственно, часть 2 статьи 100  УЖТ РФ в отсутствие прямого указания не может квалифицироваться и в  качестве закона, которым по смыслу пункта 1 статьи 400 ГК РФ может быть  ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная  ответственность). 

Следовательно, предусмотренная частью 2 статьи 100 УЖТ РФ неустойка  является зачетной, а убытки, причиненные грузоотправителю  (грузополучателю) ненадлежащим исполнением перевозчиком обязательства по  своевременной подаче (уборке) вагонов, подлежат возмещению в части, не  покрытой неустойкой. 

Принимая во внимание, что пунктом 27 договора на эксплуатацию  предусмотрено, что по всем вопросам, не урегулированным в этом договоре,  стороны обязались руководствоваться положениями УЖТ РФ и другими  нормативными правовыми актами, у судов не имелось оснований не применять  к спорным отношениям часть 2 статьи 100 УЖТ РФ в вышеприведенном  истолковании. 

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций было допущено  существенное нарушение законодательства об ответственности за нарушение  обязательств по перевозке, а судом округа эти нарушения не были исправлены,  обжалуемые судебные акты подлежат отмене. 

В связи с необходимостью исследования вопросов о наличии оснований  для привлечения общества «РЖД» к ответственности за задержку вагонов и о  

размере такой ответственности (статьи 15, 401 ГК РФ) дело подлежит  направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 184, 291.13 –  291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации  

определила:

решение Арбитражного суда Иркутской области от 03.09.2019 по делу   № А19-5563/2019, постановление Четвертого арбитражного апелляционного  суда от 08.11.2019 и постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского  округа от 16.01.2020 по тому же делу отменить.  

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской  области. 

Настоящее определение вступает в законную силу со дня его вынесения и  может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суд Российской  Федерации в трехмесячный срок. 

Председательствующий судья О.Ю. ШилохвостСудья Е.Н. ЗарубинаСудья И.В. Разумов