ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 57-КГ19-5 

 № 2-3758/2018 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 17 декабря 2019 г.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда  Российской Федерации в составе  

председательствующего Горшкова ВВ., судей Марьина АН. и Асташова СВ. 

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску  ФИО1 к публичному акционерному обществу  «Страховая компания «Росгосстрах» о возмещении материального ущерба,  причинённого дорожно-транспортным происшествием, и компенсации  морального вреда по кассационной жалобе ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по  гражданским делам Белгородского областного суда от 31 января 2019 г.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Асташова СВ., выслушав представителя публичного акционерного общества  «Страховая компания «Росгосстрах» ФИО2., выступающего по  доверенности и возражавшего против удовлетворения жалобы, Судебная  коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации  

установила: 

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах»  о взыскании страхового возмещения и компенсации морального вреда.  

В обоснование требований истец указала, что 14 мая 2018 г. по вине  водителя ФИО3, управлявшего автомобилем «ГАЗ-33021»,  

произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого был  повреждён её автомобиль «Хендай-Гетц».  

Гражданская ответственность ФИО1 на момент  происшествия была застрахована у ответчика, который выдал ей направление  на ремонт на станцию технического обслуживания ИП ФИО4  

По утверждению истца, ремонт не состоялся из-за отказа станции  техобслуживания принять автомобиль и несогласованности стоимости  ремонта.  

Кроме того, ФИО1 ссылалась на полную гибель  автомобиля, поскольку по заключению независимого эксперта, к которому  она обратилась, стоимость восстановительного ремонта составила  240 900 руб., средняя рыночная стоимость автомобиля - 223 300 руб., а  стоимость годных остатков - 62 000 руб.  

Претензия о выплате страхового возмещения в денежной форме  оставлена страховщиком без удовлетворения.  

Решением Старооскольского городского суда Белгородской области от  8 октября 2018 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены  частично, в пользу истца взыскано страховое возмещение в размере  161 300 руб., а также расходы на эвакуацию транспортного средства в  размере 2000 руб., компенсация морального вреда - 1000 руб., штраф - 70 000 руб. и судебные расходы.  

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским  делам Белгородского областного суда от 31 января 2019 г. решение суда  первой инстанции отменено, и принято новое решение об отказе в  удовлетворении требований ФИО1  

В кассационной жалобе ФИО1 содержится просьба об  отмене указанного апелляционного определения в связи с существенным  нарушением норм материального и процессуального права.  

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации  Романовского СВ. от 11 ноября 2019 г. кассационная жалоба с делом  передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в  кассационной жалобе и возражения на неё, Судебная коллегия по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу  подлежащей удовлетворению.  

В соответствии со статьёй 390 Гражданского процессуального  кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения  судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных  постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения  норм материального права и (или) норм процессуального права, которые  повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны  восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а  также защита охраняемых законом публичных интересов.  

Такие нарушения допущены судом апелляционной инстанции при  рассмотрении настоящего дела.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, 14 мая 2018 г. по  вине водителя ФИО3, управлявшего автомобилем «ГАЗ-33021»,  произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого был  повреждён автомобиль истца «Хендай-Гетц».  

Гражданская ответственность ФИО1 на момент  происшествия была застрахована у ответчика.  

24 мая 2018 г. страховщик осмотрел повреждённое транспортное  средство, о чём составлен акт осмотра, с которым доверенное лицо  ФИО1 не согласилось.  

29 мая 2018 г. ФИО1 выдано направление на  технический ремонт у ИП ФИО4  

8 июня 2018 г. в адрес страховой компании и ИП ФИО4  ФИО1 направлены телеграммы с просьбой принять  автомобиль для транспортировки к месту восстановительного ремонта.  

15 июня 2018 г. истец направила в страховую компанию претензию, в  которой просила принять меры по организации восстановительного ремонта  повреждённого автомобиля либо выдать направление на иную СТОА или  произвести страховую выплату в денежной форме, перечислив её на  расчетный счёт истца.  

Согласно заключению эксперта-техника ИП ФИО5  «Регионального экспертного центра», куда обратилась ФИО1,  повреждённый автомобиль не на ходу, все повреждения произошли в  результате указанного выше дорожно-транспортного происшествия, а  стоимость ремонта превышает стоимость неповреждённого транспортного  средства на дату страхового случая.  

16 июля 2018 г. в адрес ответчика истцом направлена претензия,  содержащая просьбу произвести выплату страхового возмещения с учётом  выводов эксперта о полной гибели автомобиля, а также возместить убытки.  

Суд первой инстанции, исходя из представленного истцом заключения  эксперта-техника ИП ФИО5 «Регионального экспертного центра»,  пришёл к выводу о незаконности отказа страховщика в выплате страхового  возмещения в денежной форме и взыскал в пользу истца страховое  возмещение в размере стоимости автомобиля за вычетом годных остатков.  

Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия по  гражданским делам Белгородского областного суда сослалась на нарушение  истцом установленного законом порядка обращения за страховым  возмещением, указав, что ФИО1 не представила автомобиль для  ремонта на СТОА.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда  Российской Федерации находит, что определение суда апелляционной  инстанции принято с существенным нарушением норм материального и  процессуального права.  

В соответствии с требованиями части 1 статьи 195 Гражданского  процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть  законным и обоснованным.  

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении»  решение является законным в том случае, когда оно принято при точном  соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами  материального права, которые подлежат применению к данному  правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях  аналогии закона или аналогии права (пункт 2).  

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для  дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами,  удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости,  или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда,  когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из  установленных фактов (пункт 3).  

Кроме того, в целях правильного разрешения спора частью 2 статьи 56  Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено,  что суд должен определить, какие обстоятельства имеют значение для дела,  какой стороне надлежит их доказывать, и вынести обстоятельства на  обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.  

Обстоятельства, имеющие значение для дела, определяются судом  исходя из предмета спора, доводов и возражений сторон, а также норм  материального права, подлежащих применению.  

Положения указанных выше норм процессуального закона, а также  разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации в силу  части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской  Федерации распространяются также на суд апелляционной инстанции.  

Согласно пункту 13 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г.   № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности  владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО), если после  проведённого страховщиком осмотра повреждённого имущества или его  остатков страховщик и потерпевший не достигли согласия о размере  страховой выплаты, страховщик обязан организовать независимую  техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку), а потерпевший - представить повреждённое имущество или его остатки для проведения  независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки).  Если страховщик не осмотрел повреждённое имущество или его остатки и  (или) не организовал независимую техническую экспертизу, независимую  экспертизу (оценку) повреждённого имущества или его остатков в  установленный пунктом 11 данной статьи срок, потерпевший вправе  обратиться самостоятельно за технической экспертизой или экспертизой  (оценкой). В таком случае результаты самостоятельно организованной  потерпевшим независимой технической экспертизы, независимой экспертизы  

(оценки) принимаются страховщиком для определения размера страховой  выплаты.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, представитель  истца после осмотра автомобиля страховщиком заявил о несогласии с  результатами осмотра.  

Обстоятельств того, что страховщик после этого организовал  проведение независимой технической экспертизы, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

По результатам самостоятельно организованной истцом независимой  технической экспертизы экспертом сделан вывод о том, что стоимость  ремонта превышает рыночную стоимость автомобиля до его повреждения в  результате страхового случая, то есть имеет место полная гибель автомобиля.  

В соответствии с подпунктом «а» пункта 161 статьи 12 Закона об  ОСАГО страховое возмещение вреда, причинённого легковому автомобилю,  находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в  Российской Федерации, осуществляется путём страховой выплаты в  денежной форме в случае полной гибели автомобиля.  

Ввиду несогласия представителя истца с результатами осмотра,  проведённого страховщиком, и отсутствия сведений об организации  страховщиком вследствие этого независимой технической экспертизы  разрешение вопроса о том, наступила полная гибель повреждённого  автомобиля или нет, имеет существенное значение для правильного  разрешения спора.  

Между тем суд апелляционной инстанции какого-либо суждения по  данному вопросу не высказал и, не опровергнув доводы истца и выводы суда  первой инстанции о полной гибели автомобиля, принял решение об отказе в  иске без какого-либо исследования этого обстоятельства.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда  Российской Федерации находит, что допущенные судом апелляционной  инстанции нарушения являются существенными, а постановленное им  апелляционное определение нельзя считать законным и обоснованным.  

Доводы представителя ПАО СК «Росгосстрах» о последующем  достижении соглашения с истцом по поводу страховой выплаты со ссылкой  на новые доказательства не могут служить основанием для отказа в  удовлетворении кассационной жалобы, поскольку в соответствии с частью 2  статьи 39015 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации  суд кассационной инстанции не вправе исследовать новые доказательства и  устанавливать новые обстоятельства дела.  

С учётом изложенного апелляционное определение судебной коллегии  по гражданским делам Белгородского областного суда от 31 января 2019 г.  подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд  апелляционной инстанции.  

Руководствуясь статьями 390 , 390 , 390 Гражданского  процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации  

определила: 

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам  Белгородского областного суда от 31 января 2019 г. отменить, направить  дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.