ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 287-ПЭК18 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 3 декабря 2018 г.  

Судья Верховного Суда Российской Федерации Кирейкова Г.Г., изучив  надзорную жалобу компании Ле Публикасьон Конде Наст С.А. и акционерного  общества «Синергия капитал» на определение Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  от 03.07.2018 № 305-КГ18-2488, вынесенное по результатам рассмотрения  кассационной жалобы Федеральной службы по интеллектуальной  собственности на постановление Суда по интеллектуальным правам  от 15.12.2017 по делу № А40-210165/2016 Арбитражного суда города Москвы,  

установила: 

компания Ле Публикасьон Конде Наст С.А. (далее - компания)  и акционерное общество «Синергия капитал» (далее - общество) обратились  в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании незаконным  решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (далее -  Роспатент) в форме уведомления от 14.06.2016 № 2015Д23153 об отказе  в регистрации отчуждения 50% исключительных прав на товарные знаки  по свидетельствам Российской Федерации № 295229, 433377; об обязании  возобновить делопроизводство по заявлению от 16.12.2015 и устранить  допущенное нарушение.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17.04.2017, оставленным  без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда  от 06.09.2017, в удовлетворении заявления отказано.  

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 15.12.2017 решение  от 17.04.2017 и постановление суда апелляционной инстанции от 06.09.2017  

отменены, оспариваемое решение Роспатента признано незаконным. Суд  обязал Роспатент продолжить делопроизводство по заявлению от 16.12.2015  об отчуждении 50% исключительных прав на товарные знаки  по свидетельствам Российской Федерации № 295229, 433377.  

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного  Суда Российской Федерации от 03.07.2018 постановление Суда по  интеллектуальным правам от 15.12.2017 отменено, решение Арбитражного суда  города Москвы от 17.04.2017 и постановление Девятого арбитражного  апелляционного суда от 06.09.2017 оставлены в силе.  

В надзорной жалобе заявители (компания и общество), ссылаясь  на наличие оснований, предусмотренных статьей 308.8 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, просят отменить определение  Судебной коллегии от 03.07.2018 и оставить в силе постановление Суда  по интеллектуальным правам от 15.12.2017.  

Согласно пункту 1 части 6 статьи 308.4 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации по результатам изучения надзорной жалобы  судья Верховного Суда Российской Федерации выносит определение об отказе  в передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании Президиума  Верховного Суда Российской Федерации, если отсутствуют основания  для пересмотра судебных постановлений в порядке надзора.  

Основания для отмены или изменения судебных постановлений в порядке  надзора предусмотрены статьей 308.8 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации. К ним относится нарушение обжалуемым судебным  постановлением прав и свобод человека и гражданина, гарантированных  Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами  и нормами международного права, международными договорами Российской  Федерации; прав и законных интересов неопределенного круга лиц или иных  публичных интересов; единообразия в применении и (или) толковании судами  норм права.  

Изучив изложенные в надзорной жалобе и дополнениях к ней доводы и  принятые по делу судебные акты, судья Верховного Суда Российской  Федерации не находит таких оснований.  

Поддерживая решение Роспатента и отказывая в удовлетворении  заявления, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались  положениями части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1227, пункта  2 статьи 1229, пункта 2 статьи 1233, пункта 1 статьи 1477, статей 1510, 1511  Гражданского кодекса Российской Федерации, действующего на момент  подачи заявления Административного регламента исполнения Федеральной  службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам  государственной функции по регистрации договоров о предоставлении права  на изобретения, полезные модели, промышленные образцы, товарные знаки,  знаки обслуживания, охраняемые программы для ЭВМ, базы данных,  топологии интегральных микросхем, а также договоров коммерческой  концессии на использование объектов интеллектуальной собственности,  

охраняемых в соответствии с патентным законодательством Российской  Федерации, утвержденного приказом Министерства образования и науки  Российской Федерации от 29.10.2008 № 321, и исходили из того,  что отчуждение исключительного права на товарный знак более чем одному  лицу противоречит существу исключительного права на товарный знак, его  функции индивидуализировать товары и услуги юридических лиц  или индивидуальных предпринимателей, и что подзаконными нормативными  актами не предусмотрена государственная регистрация Роспатентом  «отчуждения 50% исключительного права» на товарный знак по договору.  

Отменяя принятые по делу судебные акты и удовлетворяя заявленные  требования, Суд по интеллектуальным правам указал на неверное толкование  судами пункта 2 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации,  а также сослался на нормы международных соглашений (положения пункта (3)  статьи 5С Парижской конвенции по охране промышленной собственности  от 20.03.1883 (далее - Парижская конвенция) и статьи 11 Сингапурского  договора о законах по товарным знакам от 27.03.2006 (далее - Сингапурский  договор), участницей которых является Российская Федерация, которыми  прямо предусмотрена возможность совладения исключительным правом  на товарный знак, и которые не учтены судами при рассмотрении спора.  

Суд отметил, что наличие в договоре элементов других договоров,  допускаемое нормами гражданского законодательства, само по себе еще  не означает противоречивый характер соответствующих договорных условий,  и вывод о наличии таких противоречий может быть сделан только на основе  толкования условий договора с учетом положений статьи 431 Гражданского  кодекса Российской Федерации, в то время как из содержания обжалуемых  судебных актов такого толкования не усматривается.  

Суд по интеллектуальным правам указал, что в отношении товарного знака  по международной регистрации № 430952, являвшегося предметом  заключенного между заявителями договора о совместном владении товарными  знаками от 30.09.2015, Международным бюро ВОИС установлен режим  совместного владения, и в отсутствие возражения Роспатента этому товарному  знаку уже предоставлена правовая охрана на территории Российской  Федерации на имя заявителей.  

Судебная коллегия, отменяя постановление Суда по интеллектуальным  правам и оставляя в силе судебные акты судов первой и апелляционной  инстанций, исходила из того, что положения пункта (3) статьи 5С Парижской  конвенции и статьи 11 Сингапурского договора не предписывают странам- участницам предоставлять правовую охрану товарным знакам на имя  нескольких лиц одновременно. Напротив, согласно статье 6С Парижской  конвенции условия подачи заявки и регистрации товарных знаков  определяются в каждой стране Союза (страны, к которым применяется  Парижская конвенция) ее национальным законодательством.  

Российским законодательством не предусмотрен порядок регистрации  товарного знака на имя нескольких лиц, за исключением регистрации  коллективного товарного знака. Такой вывод коллегия основывала на  

буквальном и системном толковании норм, которыми регулируются вопросы  приобретения исключительных прав на индивидуальный и коллективный  товарный знак, их регистрации. В определении от 03.07.2018, в частности,  указано, что положения пункта 2 статьи 1229 Гражданского кодекса  Российской Федерации не могут применяться в отрыве от положений статей  1510, 1511 этого Кодекса.  

Так, порядок регистрации и пользования исключительным правом на  коллективный знак определен в статье 1511 Гражданского кодекса Российской  Федерации и отличен от регистрации и использования товарного знака,  правообладателем которого является одно лицо. Судебная коллегия указала,  что в силу статьи 1510 ГК РФ правообладателем коллективного знака может  быть объединение лиц, при этом каждое из входящих в данное объединение  лиц может пользоваться коллективным знаком с учетом требований статьи  1511 ГК РФ. Какого-либо иного порядка совладения товарным знаком Кодекс  не содержит.  

Поскольку пунктом 2 статьи 1227 Гражданского кодекса Российской  Федерации предусмотрено, что к интеллектуальным правам не применяются  положения раздела II Кодекса (право собственности и другие вещные права),  Судебная коллегия посчитала правомерными выводы судов первой и  апелляционной инстанций о том, что положения о долевой собственности  (глава 16 Гражданского кодекса Российской Федерации) к интеллектуальным  правам не могут применяться, поскольку данные отношения регулируются  соответствующими специальными нормами четвертой части Кодекса.  

Доводы заявителей Судебной коллегией изучены и отклонены с указанием  мотивов.  

Ссылка подателей жалобы на законопроект о внесении изменений в пункт  3 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации отклоняется,  поскольку не опровергает выводов Судебной коллегии, основанных на  действующих нормах названного Кодекса.  

Приведенные заявителями в надзорной жалобе доводы основаны  на несогласии с выводами Судебной коллегии и ином толковании норм  действующего законодательства, что не свидетельствует о наличии  предусмотренных статьей 308.8 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации оснований для пересмотра дела в порядке надзора.  

Руководствуясь статьями 308.4 и 308.6 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, судья  

определил:

отказать компании Ле Публикасьон Конде Наст С.А. и акционерному  обществу «Синергия капитал» в передаче надзорной жалобы для рассмотрения  в судебном заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации.  

Судья Верховного Суда  Российской Федерации Г.Г. Кирейкова