УИД 66RS0007-01-2023-003687-30 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 45-КГ25-29-К7 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 8 декабря 2025 г.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе  

председательствующего Пчелинцевой Л.М., судей Вавилычевой Т.Ю. и Поповой Г.Г. 

рассмотрела в открытом судебном заседании 8 декабря 2025 г. кассационную жалобу ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 октября 2024 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 20 февраля 2025 г.  

по делу № 2-125/2024 Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области по иску ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации, федеральному казённому учреждению «Военный комиссариат Свердловской области», войсковой части 

<

...>, акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» о признании членом семьи военнослужащего, признании права на получение единовременного пособия, единовременной выплаты, страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего, возложении обязанности произвести выплаты.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю., мнение представителя акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» по доверенности ФИО2 относительно доводов кассационной жалобы, заключение прокурора  

Генеральной прокуратуры Российской Федерации ФИО3, полагавшего  

обжалуемые судебные постановления незаконными, подлежащими отмене с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение,  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации  

установила: 

ФИО1 через представителя по доверенности ФИО4 2 июня 2023 г. обратилась в суд с иском к Министерству обороны Российской Федерации, федеральному казённому учреждению «Военный комиссариат Свердловской области» (далее также - военный комиссариат Свердловской области), войсковой части 

<

...> о признании её членом семьи военнослужащего ФИО5, о признании за ней права на получение в связи с гибелью военнослужащего ФИО5 единовременной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» (далее также - единовременная выплата), единовременного пособия, предусмотренного Федеральным законом от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (далее также - единовременное пособие), страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее также - страховая сумма), возложении обязанности произвести названные выплаты.  

В обоснование заявленных требований представитель истца указывала, что ФИО1 (фамилия до заключения брака ФИО6), 

<

...> года рождения, является дочерью ФИО5, 

<

...> года рождения.  

С 23 октября 2022 г. ФИО5 проходил военную службу в Вооружённых Силах Российской Федерации на основании контракта, заключённого с Министерством обороны Российской Федерации, в войсковой части 

<

...> в должности механика-водителя танкового взвода танковой роты танкового батальона, имел воинское звание «рядовой».  

4 декабря 2022 г. ФИО5 погиб при выполнении задач специальной военной операции.  

16 декабря 2022 г. ФИО1 обратилась в акционерное общество «Страховое общество газовой промышленности» с заявлениями о выплате  

единовременного пособия и страховой суммы, в чём ей было отказано ввиду  

непредставления документов, подтверждающих её право на получение этих выплат.  

16 декабря 2022 г. ФИО1 также обратилась к командиру войсковой части 

<

...> с заявлением о рассмотрении вопроса об осуществлении ей единовременной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», в связи с гибелью её отца ФИО5  

Письмом командира войсковой части 

<

...> ФИО1 было отказано в предоставлении единовременной выплаты по причине того, что ФИО1 не относится к членам семьи военнослужащего ФИО5, которым может быть произведена данная выплата.  

Вместе с тем ФИО1 стало известно о том, что после гибели ФИО5 с заявлением о предоставлении единовременной выплаты к командиру войсковой части 

<

...> обратился его брат ФИО7, 

<

...> года рождения.  

По мнению ФИО1, ФИО7 недостоин быть получателем выплат в связи с гибелью в ходе участия в специальной военной операции военнослужащего ФИО5, так как с 1988 года, то есть более 30 лет, братья не общались, родственных связей не поддерживали, ФИО7 ведёт аморальный образ жизни, злоупотребляет спиртными напитками, высказывается против проведения специальной военной операции, какого-либо участия в похоронах ФИО5 не принимал.  

ФИО1 считала, что она является единственным членом семьи военнослужащего ФИО5, имеющим право на выплаты в связи с его гибелью в ходе участия в специальной военной операции, поскольку родители ФИО5 умерли, с супругой брак расторгнут в 2003 году, а ФИО1 с момента рождения до заключения ФИО5 контракта о прохождении военной службы и его ухода на военную службу проживала совместно с отцом, вела с ним общее хозяйство, имела общий бюджет. Помимо материальной поддержки ФИО5 в 2019 году подарил ей квартиру, где проживали ФИО5, ФИО1, супруг ФИО1 - ФИО8 и двое несовершеннолетних детей ФИО1, в воспитании которых ФИО1 помогал ФИО5 Во время участия в специальной военной операции ФИО5 переводил ФИО1 денежные средства. Похороны ФИО5 были организованы исключительно ФИО1, все расходы на похороны отца она несла самостоятельно. После смерти отца ФИО1 является единственным его наследником.  

6 июня 2023 г. ФИО1 обратилась в Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области с заявлением об обеспечении иска, в котором просила запретить Министерству обороны Российской Федерации (войсковой части 

<

...>) издавать приказ об исключении ФИО5 из  

списка военнослужащих.  

Определением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 14 июня 2023 г. приняты меры по обеспечению иска ФИО1 в виде запрета Министерству обороны Российской Федерации (войсковой части 

<

...>) издавать приказ об исключении из списка личного состава военнослужащих ФИО5  

Решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 26 января 2024 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.  

При рассмотрении апелляционной жалобы ФИО1 на решение Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 26 января 2024 г. суд апелляционной инстанции, установив, что дело по иску ФИО1 по требованиям, в числе которых требование о признании права на страховую сумму, судом первой инстанции рассмотрено без привлечения акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (далее также - АО «СОГАЗ») к участию в деле в качестве ответчика, определением от 24 сентября 2024 г. в соответствии с частью пятой статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации перешёл к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учёта особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. К участию в деле в качестве ответчика привлечено АО «СОГАЗ».  

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 октября 2024 г. решение Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 26 января 2024 г. отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации, военному комиссариату Свердловской области, войсковой части 

<

...>, АО «СОГАЗ» о признании членом семьи военнослужащего, о признании права на единовременную выплату в связи с гибелью военнослужащего, возложении обязанности произвести единовременную выплату, о признании права на страховую сумму по обязательному государственному страхованию, возложении обязанности произвести выплату страховой суммы по обязательному государственному страхованию оставлены без удовлетворения.  

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 20 февраля 2025 г. апелляционное определение суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.  

В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе ФИО1 ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 октября 2024 г. и определения судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции  

от 20 февраля 2025 г., как незаконных.  

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 11 июня 2025 г. судьёй Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и её же определением от 27 октября 2025 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.  

В судебное заседание Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации истец ФИО1, представители ответчиков Министерства обороны Российской Федерации, военного комиссариата Свердловской области, войсковой части 

<

...>, третье лицо ФИО7, надлежаще извещённые о времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, не явились, о причинах неявки сведений не представили. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь частью четвёртой статьи 39012  

Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, так как имеются предусмотренные законом основания для отмены в кассационном порядке обжалуемых судебных постановлений.  

Основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 39014 ГПК РФ).  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права были допущены судами апелляционной и кассационной инстанций, и они выразились в следующем.  

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1, 

<

...> года рождения, является дочерью ФИО5 и ФИО9. (их брак расторгнут 21 июня 2003 г. на основании решения мирового судьи 72 судебного участка Нижнеилимского района Иркутской области от 11 июня 2003 г).  

ФИО1 зарегистрирована по месту жительства по адресу: 

<

...>. В этом жилом помещении также зарегистрированы дети ФИО1 - ФИО10, 

<

...> года рождения, ФИО10, 

<

...> года рождения, и ФИО5 

(до 4 декабря 2022 г.). Данное жилое помещение ФИО5 было  

подарено ФИО1 на основании договора дарения от 19 сентября 2017 г.  

Родители ФИО5 умерли: мать - 27 марта 2001 г., отец - 15 ноября 2004 г.  

ФИО7, 

<

...> года рождения, - брат ФИО5 

С 23 октября 2022 г. ФИО5 проходил военную службу в Вооружённых Силах Российской Федерации на основании контракта, заключённого с Министерством обороны Российской Федерации, в войсковой части 

<

...> в должности 

<

...>, имел воинское звание «рядовой».  

Согласно выписке по банковскому счёту ФИО1 в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» её отец ФИО5 11 ноября 2022 г. осуществил денежный перевод на сумму 150 000 руб. на банковскую карту ФИО1  

4 декабря 2022 г. рядовой ФИО5 погиб при выполнении задач специальной военной операции.  

Приказом командира войсковой части 

<

...> от 1 июня 2023 г. рядовой ФИО5 исключён с 5 декабря 2022 г. из списков личного состава войсковой части 

<

...> и снят со всех видов обеспечения в связи с гибелью.  

По сведениям нотариуса нотариальной палаты Иркутской области, после умершего 4 декабря 2022 г. ФИО5 заведено наследственное дело. ФИО1, дочь наследодателя, является его наследником по закону. Кроме ФИО1, других наследников ФИО5 не имеется.  

16 декабря 2022 г. и 20 октября 2023 г. ФИО1 обращалась в АО «СОГАЗ» с заявлениями о выплате ей единовременного пособия, страховой суммы в связи с гибелью её отца военнослужащего ФИО5  

В выплатах ФИО1 АО «СОГАЗ» было отказано по причине непредоставления ФИО1 документов, подтверждающих наличие у неё права на эти выплаты.  

16 декабря 2022 г. ФИО1 также обращалась к командиру войсковой части 

<

...> с заявлением об осуществлении ей единовременной выплаты в связи с гибелью её отца военнослужащего ФИО5, в чём ей было отказано по причине того, что она не относится к членам семьи военнослужащего, которым может быть произведена данная выплата.  

16 мая 2023 г. ФИО1 обращалась к командиру войсковой части 

<

...> с заявлением о приостановлении рассмотрения заявления ФИО7 (брата ФИО5) об осуществлении ему единовременной выплаты в связи с гибелью ФИО5  

Приказом командира войсковой части 

<

...> от 6 июня 2024 г. брату ФИО5 - ФИО7 назначена единовременная выплата, предусмотренная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и  

членам их семей».  

7 июня 2023 г. ФИО7 была перечислена названная единовременная выплата в размере 5 000 000 руб.  

По информации АО «СОГАЗ», выплата единовременного пособия и страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего ФИО5 не производилась.  

Суд апелляционной инстанции, разрешая спор по правилам производства в суде первой инстанции без учёта особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании за ней права на получение единовременной выплаты, исходил из того, что по смыслу Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» в редакции, действовавшей на дату гибели ФИО5, совершеннолетние трудоспособные дети военнослужащих, не находившиеся у них на иждивении, правом на дополнительные социальные гарантии, установленные этим указом, не обладали, независимо от того, что проживали с военнослужащим как одна семья и вели общее хозяйство.  

Доводы ФИО1 о совместном проживании с отцом ФИО5 и ведении с ним общего хозяйства судом апелляционной инстанции признаны не имеющими правового значения.  

По мнению суда апелляционной инстанции, внесение в Указ Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» изменений о праве совершеннолетних детей на единовременную выплату не может повлечь признание за ФИО1 права на эту выплату, поскольку на момент рассмотрения спора данная выплата в связи со смертью военнослужащего ФИО5 уже была произведена его брату ФИО7  

Суд апелляционной инстанции также отказал в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании за ней права на получение единовременного пособия, предусмотренного Федеральным законом от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», и страховой суммы, установленной Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», указав на то, что ФИО1 не относится к кругу лиц, имеющих право в соответствии с названными законами на эти  

выплаты.  

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, оставляя без изменения судебное постановление суда апелляционной инстанции, не установила нарушения либо неправильного применения судом апелляционной инстанции норм материального или норм процессуального права.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в отношении выводов суда апелляционной инстанции и кассационного суда общей юрисдикции об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании за ней права на получение единовременной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», считает необходимым указать следующее.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее также - Федеральный закон «О статусе военнослужащих») военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооружённой защите и вооружённая защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.  

Социальная защита военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей является функцией государства и предусматривает реализацию их прав, социальных гарантий и компенсаций органами государственной власти, федеральными государственными органами, органами военного управления и органами местного самоуправления; совершенствование механизмов и институтов социальной защиты указанных лиц; охрану их жизни и здоровья, а также иные меры, направленные на создание условий жизни и деятельности, соответствующие характеру военной службы и её роли в обществе (пункт 3 статьи 3 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).  

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жёсткой военной дисциплины исполнять  

обязанности военной службы, которые предполагают необходимость  

выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряжённых со значительным риском для жизни и здоровья.  

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности её статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. № 17-П, от 20 октября 2010 г. № 18-П, от 17 мая 2011 г. № 8-П, от 19 мая 2014 г. № 15-П, от 17 июля 2014 г. № 22-П, от 19 июля 2016 г. № 16-П).  

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.  

Установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.  

Такое правовое регулирование означает признание со стороны государства необходимости оказания особой социальной поддержки членам семьи военнослужащего, погибшего (умершего) при исполнении обязанностей военной службы, призвано гарантировать им наиболее полное возмещение причинённого вследствие этого вреда и направлено на обеспечение их достойного существования, что в полной мере согласуется с предписаниями статей 7, 38 (часть 1), 39 (часть 1) и 59 (часть 1) Конституции Российской Федерации (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. № 22-П).  

В целях предоставления дополнительных мер социальной поддержки военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» (далее также - Указ Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98) установлены единовременные выплаты поименованным в этом указе в том числе лицам, принимавшим участие в специальной военной операции, а также членам их семей.  

Подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации  

от 5 марта 2022 г. № 98 (в редакции, действовавшей на дату гибели  

ФИО5 - 4 декабря 2022 г.) было предусмотрено, что в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществлённая в соответствии с подпунктом «б» данного пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью I2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат». При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц.  

Согласно части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» к членам семьи военнослужащего относятся: супруга, состоящая в зарегистрированном браке; родители; дети, не достигшие возраста 18 лет, или старше этого возраста, если они стали инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения, - до окончания обучения, но не более чем до достижения ими возраста 23 лет; фактический воспитатель.  

Указом Президента Российской Федерации от 8 апреля 2024 г. № 245 «О внесении изменений в некоторые указы Президента Российской Федерации»1 в Указ Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 были внесены изменения. В подпункте «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 слова «единовременная выплата осуществляется в равных долях полнородным и неполнородным братьям и сестрам» заменены словами «единовременная выплата осуществляется в равных долях совершеннолетним детям указанных военнослужащих и лиц либо в случае отсутствия совершеннолетних детей полнородным и неполнородным братьям и сестрам».2  

1 Указ Президента Российской Федерации от 8 апреля 2024 г. № 245 «О внесении изменений в некоторые указы Президента Российской Федерации» вступил в силу со дня его подписания - 8 апреля 2024 г.  

2 В настоящее время данный подпункт действует в редакции Указа Президента Российской Федерации от 9 декабря 2024 г. № 1053, согласно которой в тексте этого пункта слова «на территориях  

Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины» исключены.  

Пунктом 10 Указа Президента Российской Федерации от 8 апреля 2024 г. № 245 «О внесении изменений в некоторые указы Президента Российской Федерации» определено, что в случае если право на единовременную выплату, установленную Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98, возникло до дня вступления в силу Указа Президента Российской Федерации от 8 апреля 2024 г. № 245 «О внесении изменений в некоторые указы Президента Российской Федерации», но выплата не произведена лицам, которые имели право на её получение, она осуществляется в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 с учётом изменений, внесённых Указом Президента Российской Федерации от 8 апреля 2024 г. № 245.  

Статьёй 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.  

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьёй всех её членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (абзац второй пункта 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).  

Из приведённых нормативных положений о мерах социальной поддержки военнослужащих и членов их семей в их взаимосвязи с нормами семейного законодательства о принципах построения семейных отношений следует, что предусмотренные Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» дополнительные меры социальной поддержки военнослужащих и членов их семей, в числе которых единовременная выплата в размере 5 млн. рублей предусмотренным названным указом категориям лиц в случае гибели военнослужащего при выполнении задач специальной военной операции, входят в систему мер социальной поддержки, гарантированной государством военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также членам их семей в случае гибели военнослужащего.  

Меры социальной поддержки членов семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, а при их отсутствии - иных лиц, поименованных в Указе Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 (до внесения 8 апреля 2024 г. изменений в названный Указ полнородные и неполнородные братья и сестры погибших военнослужащих, после внесения изменений в названный Указ - совершеннолетние дети погибших военнослужащих, а при их отсутствии -

полнородные и неполнородные братья и сестры погибших военнослужащих), в  

качестве имеющих право на меры социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего в ходе участия в специальной военной операции, исходя из целей их предоставления как дополнительной социальной гарантии членам семей военнослужащих, утративших близкого человека, а также принципов построения семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью лиц, связанных этими отношениями, и принципа справедливости направлены на максимально полную компенсацию обусловленных утратой близкого человека нравственных потерь именно тем лицам, которые поддерживали с таким военнослужащим родственные, а также семейные связи, основанные на названных принципах построения семьи.  

Суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1 (совершеннолетней дочери погибшего при выполнении задач специальной военной операции военнослужащего ФИО5) о признании за ней права на получение единовременной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», приведённое правовое регулирование о целях и предназначении мер социальной поддержки лиц, названных в этом указе, во взаимосвязи с нормами семейного законодательства о принципах построения семейных отношений не учёл.  

Вследствие этого суд апелляционной инстанции не дал надлежащей правовой оценки как исковым требованиям ФИО11, которая по сути поставила вопрос о лишении брата её отца ФИО5 - ФИО7 права получить единовременную выплату по Указу Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», так и приводимым ФИО1 в обоснование названных требований доводам о том, что брат её отца ФИО5 - ФИО7 недостоин быть получателем мер социальной поддержки в связи с гибелью в ходе участия в специальной военной операции военнослужащего ФИО12, поскольку более 30 лет братья не общались, родственных связей не поддерживали, ФИО7 ведёт аморальный образ жизни, злоупотребляет спиртными напитками, высказывается против проведения специальной военной операции, какого-либо участия в похоронах ФИО5 не принимал, при том что ФИО1 с момента рождения проживала совместно с отцом, вела с ним общее хозяйство, имела общий бюджет, его похороны были организованы только ФИО11, все расходы на похороны отца она несла самостоятельно и после смерти отца ФИО1 является единственным его наследником, то есть между ними имеются тесные родственные и семейные связи.  

Суд апелляционной инстанции оставил без внимания и доводы ФИО1 о том, что она неоднократно обращалась в Министерство  

обороны Российской Федерации, в военную прокуратуру Екатеринбургского  

гарнизона, в войсковую часть 

<

...> с просьбой приостановить рассмотрение вопроса об осуществлении единовременной выплаты ФИО7 ввиду отсутствия у ФИО7 права на эту выплату, что было проигнорировано названными органами, в результате чего единовременная выплата вопреки целям её предоставления была произведена лицу без учёта его фактических родственных и семейных связей с погибшим военнослужащим ФИО5, чем был нарушен принцип справедливости при определении права на эту выплату, а также доводы о том, что за необоснованную выплату данной меры социальной поддержки брату погибшего военнослужащего ФИО5 - ФИО7 должны нести ответственность должностные лица того государственного органа, которым такая выплата была произведена, а ФИО1 не может быть лишена права на получение единовременной выплаты только по причине неправильного назначения этой выплаты брату погибшего военнослужащего.  

Вместо этого суд апелляционной инстанции формально указал на то, что по смыслу Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 в редакции, действовавшей на дату гибели ФИО5 (4 декабря 2022 г.), совершеннолетние трудоспособные дети военнослужащих, не находившиеся у них на иждивении, правом на дополнительные социальные гарантии, установленные этим указом, не обладали.  

Между тем такое право совершеннолетним детям погибшего военнослужащего было предоставлено Указом Президента Российской Федерации от 8 апреля 2024 г. № 245 «О внесении изменений в некоторые указы Президента Российской Федерации», вступившим в силу 8 апреля 2024 г., и на дату разрешения настоящего спора судом апелляционной инстанции по правилам производства в суде первой инстанции без учёта особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (15 октября 2024 г.), ФИО1 как совершеннолетняя дочь военнослужащего ФИО5 в соответствии с подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 относилась к числу лиц, имеющих право на получение единовременной выплаты в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы в ходе участия в специальной военной операции.  

Мнение суда апелляционной инстанции о том, что внесение в Указ Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 изменений о праве совершеннолетних детей на единовременную выплату не может повлечь признание за ФИО1 права на эту выплату, так как на момент рассмотрения спора данная выплата в связи с гибелью военнослужащего ФИО5 уже была произведена его брату ФИО7, сделано без учёта содержания заявленных ФИО1 требований но этой выплате, а также целей и предназначения мер социальной поддержки в связи с гибелью (смертью) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы в  

ходе участия в специальной военной операции и о предоставлении этих мер тем  

лицам, с которыми у военнослужащих действительно имели место фактические родственные и семейные связи.  

Ввиду изложенного вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии у ФИО1 права на получение единовременной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98, не отвечает требованиям закона, сделан без учёта конституционного принципа справедливости, с нарушением задач и смысла гражданского судопроизводства, установленных статьёй 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и права ФИО1 на справедливую, компетентную, полную и эффективную судебную защиту, гарантированную каждому статьёй 46 Конституции Российской Федерации.  

Кассационный суд общей юрисдикции, проверяя по кассационной жалобе ФИО1 законность апелляционного определения суда апелляционной инстанции, допущенные им нарушения норм права не выявил и не устранил, тем самым не выполнил требования статьи 3796 и частей первой - третьей статьи 3797 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.  

Судебная коллегия но гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает необходимым также указать на существенное нарушение судом апелляционной инстанции и кассационным судом общей юрисдикции положений части третьей статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми прокурор вступает в процесс и даст заключение по делам о выселении, о восстановлении на работе, о возмещении вреда, причинённого жизни или здоровью, а также в иных случаях, предусмотренных Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, в целях осуществления возложенных на пего полномочий.  

По настоящему делу ФИО1 были заявлены исковые требования в том числе о признании права на получение единовременной выплаты в связи с гибелью отца - военнослужащего. Эта выплата в силу нормативных положений Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 является одной из форм возмещения вреда, причинённого гибелью (смертью) военнослужащего. По такой категории споров участие прокурора в соответствии с положениями части третьей статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является обязательным.  

В нарушение требований части третьей статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции и кассационный суд общей юрисдикции рассмотрели дело по иску ФИО1 без участия прокурора и дачи им заключения.  

С учетом приведённого апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 октября 2024 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 20 февраля 2025 г. Судебная  

коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации  

признает незаконными, поскольку они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов ФИО1, что согласно статье 39014 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.  

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует принять во внимание изложенное и разрешить исковые требования ФИО1 на основании норм закона, подлежащих применению к спорным отношениям, в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства и установленными по делу обстоятельствами.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 39014, 39015, 39016 ГПК РФ,  

определила: 

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 октября 2024 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 20 февраля 2025 г. по делу № 2-125/2024 Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области по иску ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации, федеральному казённому учреждению «Военный комиссариат Свердловской области», войсковой части 

<

...>, акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» о признании членом семьи военнослужащего, признании права на получение единовременного пособия, единовременной выплаты, страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего, возложении обязанности произвести выплаты отменить.  

Дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции - Свердловский областной суд в ином составе суда.  

11рсдссдатсльствующий 

Судьи