ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 50-АПУ19-5 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 г. Москва 18 сентября 2019 года 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего Земскова ЕЮ., 

судей Борисова О.В., Зателепина ОК. 

при секретаре Воронине М.А. 

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционным  жалобам осуждённых ФИО1, ФИО2, ФИО3,  адвокатов Карпычевой Т.К., Стариковой Т.В. на приговор Омского  областного суда от 5 июля 2019 года, по которому  

ФИО1, 

 

<

...>

 

<

...>

<

...> 

осуждена по: 

п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 8 годам лишения свободы;  

п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 12 годам лишения свободы с ограничением  свободы сроком на 1 год.  

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём  частичного сложения окончательно ФИО1 назначено наказание в  виде 14 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима с  ограничением свободы сроком на 1 год.  

ФИО3, 

<

...>, судимый: 

26.09.2008 по пп. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году  6 месяцам лишения свободы в колонии-поселении;  

19.12.2008 по п. «а» ч. 2 ст. 158, п. «г» ч. 2 ст. 158,  пп. «а», «в» ч. 2 ст. 158 (3 преступления), ч. 2, 5  ст. 69 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы в  колонии-поселении; освобождён 13.10.2010 условно- досрочно на 1 год 2 месяца 7 дней;  

09.12.2011 по п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «в» ч. 7 ст. 79,  ст. 70 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в  исправительной колонии строгого режима;  

29.02.2012 по п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 3  годам 3 месяцам лишения свободы в исправительной  колонии строгого режима;  

19.09.2012 по п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4  годам 3 месяцам лишения свободы в исправительной  колонии строгого режима;  

13.05.2015 по ч. 2 ст. 313, ст. 70 УК РФ к 2 годам  лишения свободы в исправительной колонии строгого  режима. Освобождён 30.01.2017 условно-досрочно на  3 месяца 12 дней,  

осуждён по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 6 годам лишения свободы в исправительной  

колонии строгого режима. 

ФИО2,  

<

...>, судимый:  

23.01.2017 по ст. 264' УК РФ к 8 месяцам лишения  свободы с лишением права управлением  транспортными средствами на срок 2 года. В  соответствии со ст. 73 УК РФ основное наказание  назначено условно с испытательным сроком 6  месяцев;  

06.02.2017 по ст. 2641 УК РФ к 8 месяцам лишения  свободы с лишением права управления транспортным  средством на срок 2 года. В соответствии со  ст. 73 УК РФ основное наказание назначено условно с  испытательным сроком 6 месяцев;  

04.12.2018 по п. «а», «б» ч. 2 ст. 158, ст. 70 УК РФ к 1  году лишения свободы в исправительной колонии  общего режима с лишением права управления  транспортным средством на 3 месяца,  

осуждён по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 5 годам лишения свободы. На основании ч. 5  

ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения  

назначенного наказания и наказания по приговору от 04.12.2018  

окончательно ФИО2 назначено 5 лет 6 месяцев лишения свободы в  

исправительной колонии общего режима, с лишением права управлять  транспортным средством на срок 3 месяца.  

При назначении наказания в виде ограничения свободы судом  установлены ограничения и возложена обязанность из числа предусмотренных  

в ст. 53 УК РФ, указанные в приговоре. 

Постановлено взыскать в пользу Д. с ФИО1 1 000 000 руб. в счёт возмещения морального вреда. В удовлетворении иска  Д. к ФИО3, ФИО2 о взыскании с каждого 

морального вреда в сумме 1 000 000 руб. - отказать. 

Разрешена судьба вещественных доказательств.  

Заслушав доклад судьи Земскова Е.Ю., выступления осуждённых  ФИО1, ФИО3, ФИО2, адвокатов Шевченко Е.М.,  Кротовой СВ., ФИО4, поддержавших доводы апелляционных  жалоб, мнение прокурора Филипповой Е.С. об оставлении приговора без  изменения, Судебная коллегия  

установила: 

ФИО3 и ФИО2 осуждены за разбой в отношении  Д. в составе группы лиц по предварительному сговору. 

ФИО1 осуждена за разбой в отношении Д. с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением  тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также за убийство, сопряжённое с  разбоем.  

Преступления совершены в ночь на 8 сентября 2018 года в г. 

<

...> при  обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним: 

осуждённая ФИО1 просит приговор суда отменить, вынести в  отношении её оправдательный приговор.  

В обоснование доводов жалобы указывает, что её виновность в разбое  и убийстве потерпевшего не доказана, фактические обстоятельства дела  судом установлены неверно; указывает, что ударов ножом потерпевшему не  наносила, при этом видела, как ФИО2 ударил потерпевшего в голову,  отчего тот упал, после чего он же нанёс ему удары ножом в правую часть  тела; когда она подошла к лежащему на земле потерпевшему, ФИО2  и ФИО3 его избивали, оттолкнув её, после чего они все вместе ушли;  

полагает, что суд дал неверную оценку её показаниям в ходе  предварительного следствия, поскольку она взяла вину на себя, поддавшись  уговорам Чернакова А.В. и Писарева А.В.; а также сотрудников полиции,  сообщивших ей о наличии видеозаписи, на которой якобы видно, как она  наносит удары ножом потерпевшему;  

просит изъятый у неё в ходе следствия сотовый телефон марки  

<

...> передать её сестре; отменить решение суда в части гражданского  иска потерпевшей Д. о компенсации морального вреда; 

адвокат Карпычева Т.К. просит приговор суда в отношении  ФИО1 отменить, вынести в отношении её оправдательный приговор.  

В обоснование доводов жалобы указывает, что виновность  ФИО1 в разбое и убийстве не доказана;  

в ходе предварительного следствия ФИО1 оговорила себя по  просьбе ФИО2 и ФИО3, полагая, что ей не будет назначено  наказание в виде реального лишения свободы;  

судом не установлено, кто из осуждённых нанёс потерпевшему удары в  голову, при этом ФИО1, как следует из показаний свидетелей, в  момент нанесения ударов потерпевшему находилась у его ног с левой  стороны, все её удары пришлись потерпевшему в область живота;  

судом необоснованно положены в основу приговора показания  свидетелей К. и К. которые показали суду, что ФИО1 наносила удары потерпевшему с замахом сверху вниз,  поскольку они противоречат выводам эксперта о механизме нанесении  ударов потерпевшему;  

в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении по делу  дополнительной экспертизы необоснованно отказано;  

утверждает, что нож, который осужденная носила в сумке, находился  не у нее;  

судом не учтено, что на одежде ФИО1 и ФИО3 следов  крови потерпевшего обнаружено не было, в то время как осуждённый  ФИО2 отказался предоставить для экспертного исследования свою  одежду, в которой он был в дату нападения на потерпевшего;  

суд неправильно изложил в приговоре показания свидетеля К., которая утверждала, что не видела ножа в руках ФИО1; 

считает, что действиям ФИО1 дана неверная квалификация как  убийству из корыстных побуждений, поскольку из установленных судом  фактических обстоятельств дела следует, что корыстная цель на момент  убийства уже была достигнута;  

просит признать недопустимым и исключить из числа доказательств по  делу акт экспертизы № 

<

...>, поскольку ее проведение назначено  следователем М. в производстве которой уголовное дело не находилось,  

осуждённый Писарев А.В. просит о смягчении назначенного ему  наказания,ссылается на противоречия в показаниях свидетелей и заключении  эксперта о направленности ударов, на нарушение ст.237 УПК РФ.  

В обоснование доводов жалобы указывает, что его виновность в  причинении потерпевшему повреждений, опасных для его жизни и здоровья,  не доказана;  

при назначении наказания не учтено, что у него в период  предварительного следствия родился ребёнок, который остался без  попечения родителей; не учтены его положительные характеристики по  месту жительства и работы; также ссылается на плохое состояние здоровья  матери и бабушки, имеющей инвалидность третьей группы,  

адвокат Старикова Т.В. просит приговор суда в отношении  ФИО3 отменить, вынести в отношении его оправдательный  приговор.  

В обоснование доводов жалобы указывает, что выводы суда в  приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела,  ФИО3 в преступный сговор с кем-либо не вступал, полагает, что в  данном случае имел место эксцесс исполнителя;  

при назначении наказания суд не учёл, что ФИО3 инициатором  преступления не являлся; принёс свои извинения потерпевшей; активно  сотрудничал со следствием,  

осуждённый ФИО2 просит приговор суда изменить и  смягчить назначенное ему наказание.  

В обоснование доводов жалобы указывает, что нанёс потерпевшему  удары в связи с оскорблением с его стороны, после чего конфликт между  ними прекратился, в дальнейшем ФИО3 без его участия похитил  имущество потерпевшего, когда тот лежал на земле, а ФИО1 нанесла  ему удары ножом;  

при назначении наказания суд не учёл, что ФИО2 активно  способствовал раскрытию и расследованию преступления, готов был  заключить досудебное соглашение о сотрудничестве, раскаивается в  содеянном, принёс свои извинения потерпевшей, имеет на иждивении  малолетнего ребёнка.  

Также полагает, что суд нарушил уголовный закон при применении  положений ч. 5 ст. 69 УК РФ, поскольку к наказанию, назначенному по  настоящему приговору, присоединил полностью не отбытый срок по  приговору от 4 декабря 2018 года в 6 месяцев.  

В возражениях на апелляционные жалобы осуждённых ФИО1 и  ФИО3, а также адвоката Карпычевой Т.К. осуждённый ФИО2  просит оставить их без удовлетворения, указывает, что ФИО1  самостоятельно совершила убийство потерпевшего, о чём на  предварительном следствии дала подробные правдивые показания.  

В возражениях на апелляционную жалобу осуждённого Чернакова А.В.  осуждённая Савченко А.Г. просит оставить её без удовлетворения,  настаивает на своей непричастности к преступлениям, за которые осуждена.  

В возражениях на апелляционные жалобы осуждённых и их  защитников государственный обвинитель Мурастова А.В. просит приговор  суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Проверив по апелляционным жалобам законность, обоснованность и  справедливость приговора, Судебная коллегия приходит к выводу об  отсутствии предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований  для его отмены или изменения.  

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела,  проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, оценив собранные  доказательства в их совокупности, суд пришёл к обоснованному выводу об  их достаточности для разрешения дела, правильно признав ФИО1,  ФИО3 и ФИО2 виновными в совершении  инкриминированных им преступлений, мотивировав принятое решение.  

Как правильно установил суд, между ФИО1, ФИО3 и  ФИО2 состоялся сговор на совершение разбоя в отношении  потерпевшего Д. для чего под предлогом проводить его до дома осуждённые проследовали с ним в безлюдное место, где ФИО3 и  ФИО2 нанесли потерпевшему множественные удары ногами в  голову, ФИО1 также пыталась нанести удары, однако ФИО3  её оттолкнул, после чего ФИО3 и ФИО2 забрали у  потерпевшего имущество и денежные средства, а ФИО1, действуя в  рамках эксцесса исполнителя в части причинения тяжкого вреда здоровью  потерпевшего (поскольку наступление данных последствий не охватывалось  умыслом ФИО3 и ФИО2), желая облегчить совершение  разбоя, чтобы иметь возможность с соучастниками беспрепятственно  скрыться, достала из своей сумки складной нож и нанесла им лежащему на  земле потерпевшему множественные удары в область головы и живота,  причинив повреждения, квалифицированные как каждое в отдельности, так и  все в совокупности по признаку причинения тяжкого вреда здоровью, и  повлекшие за собой смерть Д. 

Доводы ФИО1 и её защитника, изложенные в апелляционных  жалобах, о том, что осужденная не совершала убийство потерпевшего, а  ножевые ранения ему были нанесены иными лицами, являются  несостоятельными и опровергаются совокупностью доказательств,  исследованных судом и приведённых в приговоре, в том числе показаниями  самой ФИО1 на стадии предварительного расследования об  обстоятельствах совершения разбойного нападения на Д. а 

также нанесения ему ножом ранений (от которых последний скончался),  чтобы беспрепятственно скрыться с похищенным у него имуществом в ходе  нападения (т. 1 л.д. 89-93, 225-230, 239-245).  

Суд, исследовав и проанализировав признательные показания  ФИО1 на стадии предварительного следствия, сопоставив их с её же  показаниями в судебном заседании, а также с показаниями осуждённых  ФИО3 и ФИО2, с которыми у ФИО1 изначально был  сговор на совершение разбойного нападения на потерпевшего  Д. пришёл к обоснованному выводу о том, что отрицание ФИО1 в судебном заседании своей вины в убийстве потерпевшего и  утверждение о совершении данного преступления ФИО3 и  ФИО2 является способом защиты, а её показания от 11 сентября  2018 года, от 12 сентября 2018 года при проверке показаний на месте и в ходе  очной ставки о том, что ранения ножом нанесла потерпевшему именно она,  мотивах его убийства и обстоятельствах предварительного сговора являются  достоверными.  

К такому выводу суд пришёл исходя из того, что показания об  обстоятельствах убийства ФИО1 давала добровольно в присутствии  своего защитника. Как следует из протоколов допросов, оглашенных в  судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ, никаких замечаний по их  содержанию ни ФИО1, ни её адвокатом не делалось.  

Доводы ФИО1, что причиной признания ею вины стала  недостоверная информация о наличии видеозаписи, на которой отражено  нанесение ею ударов ножом потерпевшему, лишены логики, поскольку с  помощью недостоверной информации нельзя переубедить в обратном лицо,  осведомленное о своей невиновности и, следовательно, знающее , что такой  видеозаписи существовать не может.  

Доводы осуждённой о том, что она оговорила себя по просьбе  осуждённых ФИО3 и ФИО2, были тщательным образом  проверены судом и признаны несостоятельными, поскольку совокупностью  доказательств, признанных судом достоверными, подтверждается факт  нанесения ударов ножом потерпевшему именно ФИО1, а не другими  осужденными.  

Допрошенные по делу свидетели К. и К. были непосредственными очевидцами действий всех осуждённых и наблюдали  лично как сначала ФИО3 и ФИО2 избивали потерпевшего,  после чего наклонились над ним и стали обыскивать, а беременная девушка  (опознанная впоследствии как ФИО1) затем села рядом с  потерпевшим на колени и рукой наносила ему удары.  

Суд верно указал в приговоре, что указанные свидетели ни с кем из  участников конфликта знакомы не были и являются лицами, не  заинтересованными в исходе дела. То обстоятельство, что в своих показаниях  К. и К. не смогли сообщить, был ли у Савченко А.Г. в руках нож, ее виновность не опровергает. Из содержания показаний  указанных свидетелей видно, что они не смогли сказать, чем именно  наносились удары лишь по причине позднего времени суток и удалённости  от них места преступления. Между тем, сопоставив сообщённые ими  сведения о характере наносимых Савченко А.Г. ударов потерпевшему, их  локализации и множественности с заключением эксперта об обнаруженных  на трупе Д. повреждениях, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о нанесении ударов потерпевшему ножом Савченко,  а не другим лицом. Кроме того в ходе судебного следствия было  установлено, что обнаруженный на месте преступления нож принадлежал  Савченко А.Г. Представленная же ею версия о том, что этот нож в тот вечер  брал Чернаков А.В., поддержанная её защитником в апелляционной жалобе,  обоснованно признана несостоятельной.  

Ссылка в жалобах на наличие противоречий между показаниями  свидетелей К.К. и экспертным заключением о направленности ударов ножом не содержит оснований ставить под сомнение  выводы суда о том, что удары ножом были нанесены ФИО1.  

Свидетели последовательно и однозначно показывали о нанесении  именно ФИО1 ударов потерпевшему со взмахом руки в те области  тела потерпевшего, где экспертом обнаружены повреждения, находящиеся в  причинно-следственной связи с наступлением его смерти. При этом наличие  незначительных расхождений в их показаниях относительно описания  траектории нанесения ударов потерпевшему, не являются существенными и  не влияют на вывод о виновности ФИО1  

Как видно из протокола судебного заседания, в суде первой инстанции  была допрошена эксперт М. в том числе по вопросу направленности ударов при причинении колото-резных ран потерпевшему  Д. По результатам допроса эксперта стороны не заявили ходатайств о назначении по делу дополнительной экспертизы (с.35  протокола с\з).  

Не содержат оснований считать существенными противоречиями и  расхождения в показаниях свидетелей и экспертном заключении о  количестве нанесенных ударов, поскольку выводы эксперта основаны на  объективных данных, установленных при исследовании трупа, а восприятие  свидетелями события преступления имело место в условиях ограниченного  времени, указанного в показаниях расстояния до объекта наблюдения и в  темное время суток.  

Все ходатайства, поступившие от сторон, как видно из протокола  судебного заседания, разрешены председательствующим судьей в  установленном законом порядке. Оснований сомневаться в правильности  

принятых председательствующим судьей решений Судебной коллегией не  усматривается.  

Указанное заключение эксперта адвокат просит признать  недопустимым доказательством, поскольку экспертиза была назначена  следователем М. в производстве которой данное уголовное дело не находилось.  

Вместе с тем согласно ч.1 ст. 144, ч.4 ст. 195 УПК РФ судебная  экспертиза может быть назначена и произведена до возбуждения уголовного  дела. Как видно из материалов уголовного дела постановление о назначении  судебной экспертизы было вынесено дежурным следователем по г. Омску в  связи с поступлением экстренного сообщения о насильственном характере  смерти обнаруженного лица (т. 1 л.д. 34-35). Данное решение было принято  до возбуждения уголовного дела (т. 1 л.д. 1), что вопреки доводам адвоката  Карпычевой Т.К. требованиям уголовно-процессуального закона не  противоречит.  

Вопреки доводам осуждённого ФИО3, заключение эксперта от  11 сентября 2018 года № 

<

...>исследовалось судом с участием сторон.  Кроме того по содержанию экспертного заключения в судебном заседании 23  мая 2019 года была допрошена эксперт М. которой все участники процесса смогли задать интересующие их вопросы.  

Таким образом, Судебная коллегия соглашается с выводами суда  первой инстанции, как в части оценки допустимости исследованных  доказательств, так и в части выводов о виновности ФИО1 в убийстве  Де

<

...> в ходе совершения разбоя. О наличии у осуждённой умысла  на убийство потерпевшего свидетельствуют её конкретные действия, в  частности, избранное орудие преступления - нож, обладающий очевидными  поражающими свойствами, множественность ударов, их локализация в  области жизненно важных органов. Из заключения судебно-медицинской  экспертизы следует, что данные повреждения повлекли за собой смерть  Д. 

Органами следствия в ходе обысков и выемки были изъяты и  осмотрены предметы одежды осуждённых (т. 1 л.д. 189-193, 197-201, 248- 253, т. 4 л.д. 34-40). Согласно выводам экспертов следов крови на них не  обнаружено (т. 2 л.д. 129-143). Вместе с тем данный факт не ставит под  сомнение выводы суда о виновности осуждённых в содеянном, как об этом  указывается в апелляционных жалобах, поскольку в деле имеется  достаточная совокупность доказательств подтверждающих, что ФИО3  и ФИО2 наносили множественные удары потерпевшему ногами, а  ФИО1 - ножом.  

В апелляционной жалобе адвокат Карпычева Т.К. полагает, что  действиям Савченко А.Г. дана неверная квалификация, поскольку у нее  отсутствовал корыстный мотив, а по показаниям свидетеля К. на что указал суд в приговоре, удары осуждённой Д. были нанесены уже после того, как Писарев А.В. и Чернаков А.В. обыскали  потерпевшего.  

Между тем из показаний ФИО1, данных ею на  предварительном следствии, признанных судом допустимыми и  достоверными, следует, что, наблюдая за действиями ФИО2 и  ФИО3, избивавшими потерпевшего и затем совершавшими у него  хищение имущества, она, желая облегчить совершение разбоя, побыстрее  похитить деньги и иметь возможность беспрепятственно скрыться с  соучастниками, достала нож, подбежала к Д. села рядом с ним на его ноги, тем самым придавив их к земле, и нанесла ему не менее 3-4  ударов в область живота.  

Судом правильно установлено, что разбой был совершен ФИО1  в рамках эксцесса исполнителя в части причинения тяжкого вреда здоровью  потерпевшего, и наступление данных последствий не охватывалось умыслом  остальных соучастников.  

Вместе с тем, вопреки доводам жалобы адвоката Карпычевой Т.К. по  смыслу закона, если убийство совершено в процессе разбойного нападения с  целью завладения чужим имуществом или его удержания непосредственно  после завладения, действия виновного должны быть квалифицированы по  совокупности преступлений как убийство, сопряженное с разбоем, и разбой  при отягчающих обстоятельствах - как в рассматриваемом деле.  

Действия же ФИО2 и ФИО3 судом были правильно  квалифицированы по ч. 2 ст. 162 УК РФ - как разбой, то есть нападение в  целях хищения чужого имущества, совершённое с применением насилия,  опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору.  

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО2 и его защитник  настаивают на том, что имущество потерпевшего он не брал, а применение  насилия связано исключительно с противоправными действиями самого  ФИО5, который оскорблял осуждённых. ФИО3 же,  признавая вину в хищении имущества потерпевшего в ходе судебного  следствия, настаивая на том, что убийство было совершено ФИО2,  в то время как в ходе предварительного следствия давал показания о  виновности ФИО1 в нанесении потерпевшему ударов ножом, от  которых наступила его смерть (т. 1 л.д. 136-139), в апелляционной жалобе  утверждает, что потерпевшего не бил и его виновность в разбое не доказана.  

Однако из показаний осуждённой Савченко А.Г. на предварительном  следствии, признанных судом достоверными, следует, что именно с целью  хищения имущества потерпевшего соучастники Писарев А.В. и  Чернаков А.В. стали избивать Д. нанося ему множественные удары руками и ногами, а в дальнейшем осматривали сумку потерпевшего,  искали имущество и денежные средства. В целом аналогичные показания  давал при допросах в качестве подозреваемого, при проверке показаний на  месте Писарев А.В., в том числе в части имевшегося между соучастниками  сговора, обстоятельств хищения.  

Показания в ходе предварительного расследования относительно  сговора на хищение, применённого насилия и обстоятельств преступлений  были даны ФИО3 неоднократно, подтверждены в ходе проверки  показаний на месте с использованием видеозаписи. Кроме того они  полностью согласуются с показаниями свидетелей К. и К. о том, что осуждённые ФИО3 и ФИО2 одновременно нанесли Д. множественные удары ногами. Таким образом, учитывая характер применённого насилия - нанесение ударов ногами со  значительной силой, множественность травматических воздействий, их  локализацию, в том числе в область головы, суд пришел к правильному  выводу, что в момент применения насилия создавалась реальная угроза  жизни и здоровью потерпевшего.  

Таким образом, судом исследованы и проверены все доказательства,  представленные сторонами, им дана надлежащая оценка в соответствии с  требованиями ст. 88 УПК РФ, в приговоре указано почему одни  доказательства признаны судом достоверными, а другие отвергнуты, выводы  суда мотивированы, каких-либо противоречий, ставящих под сомнение  виновность осуждённых, в выводах суда не содержится.  

Установив фактические обстоятельства, суд дал правильную правовую  оценку действиям каждого из осуждённых.  

При назначении осуждённым наказания суд, исходя из положений  ст. 60 УК РФ, учёл характер и степень общественной опасности  совершённых преступлений, данные о личности осуждённых, влияние  назначаемого наказания на исправление виновных и на условия жизни их  семей; признал обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1,  признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию  преступлений в ходе предварительного следствия, наличие малолетних  детей; в отношении ФИО2 и ФИО3 суд признал  смягчающими обстоятельствами наличие у каждого из них малолетнего  ребёнка, а также у ФИО3 - признание вины в ходе следствия.  

Мотивировал суд в приговоре и наличие в действиях осуждённых  обстоятельства, отягчающего им наказание, - совершение преступления в  состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, а также рецидив  преступлений у Писарева А.В.  

Вопреки доводам жалобы Судебная коллегия не усматривает из  материалов уголовного дела наличие активного способствования раскрытию  и расследованию преступлений со стороны осуждённого ФИО2  

Гражданский иск разрешён судом правильно, размер компенсации  морального вреда, взысканного с ФИО1 в пользу потерпевшей  Д. определён судом в соответствии с положениями ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ, с учётом степени нравственных страданий истца,  требований разумности и справедливости.  

Судьба вещественных доказательств, в том числе мобильного телефона  марки 

<

...>изъятого в ходе предварительного следствия у осуждённой  ФИО1, правильно разрешена судом в соответствии с п. 6 ч. 3  ст. 81 УПК РФ.  

Данное решение не препятствует его передаче сестре осуждённой на  основании соответствующей доверенности.  

Ссылки в апелляционной жалобе осуждённого ФИО2 на  необоснованность применения судом при назначении ему наказания правил  ч. 5 ст. 69 УК РФ нельзя признать состоятельными. Как видно из материалов  уголовного дела, настоящее преступление им было совершено до вынесения  предыдущего приговора от 4 декабря 2018 года. В соответствии с правилами  ч. 5 ст. 69 УК РФ если после вынесения судом приговора по делу будет  установлено, что осуждённый виновен ещё в другом преступлении,  совершённом им до вынесения приговора суда по первому делу, то  окончательно наказание назначается по правилам совокупности  преступлений.  

При установленных судом обстоятельствах назначение наказания по  правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ является правильным.  

Оснований для зачета отбытого наказания по приговору от 4.12.2018  года у суда не имелось, поскольку в период с 4.12.2018 года по 5.07.2019 года  ФИО2 наказание в виде лишения свободы по приговору от 4.12.2018 года  не отбывал, а находился под стражей с 11.09.2018 года, что зачтено судом на  основании ст.72 УК РФ в срок лишения свободы, назначенный по  совокупности преступлений.  

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38920, 38928, 38933 УПК  РФ, Судебная коллегия  

ОПРЕДЕЛИЛА: 

приговор Омского областного суда от 5 июля 2019 года в отношении  ФИО1, ФИО3,  ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные  жалобы - без удовлетворения.  

Председательствующий Судьи: