ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 12-009-13 

                                                КАССАЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г.Москва 18 июня 2009 г.  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

                                                Председательствующего Колесникова Н.А. Судей Тонконоженко А.И. и Колышницына А.С. При секретаре Прохоровой Е.А. 

                                                рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осужденного  Аракчеева Л.В., адвокатов Рябова А.А., Циклаури Л.Г. на приговор Верховного  суда Республики Марий Эл от 3 марта 2009 года, которым  

                                                Аракчеев Л.В., 

<

...>  

                                                осужден к лишению свободы: по ст. 105 ч. 2 п. «ж» УК РФ на 14 лет, по ст.  222 ч. 1 УК РФ на 2 года без штрафа.  

                                                На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем  частичного сложения наказаний окончательно назначено пятнадцать лет лишения  свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.  

                                                Заслушав доклад судьи Тонконоженко А.И., объяснения осужденного  Аракчеева Л.В., адвоката Циклаури Л.Г., поддержавших жалобы, объяснения  потерпевшей Г.., мнение прокурора Химченковой М.М., полагавших приговор оставить без изменения, судебная коллегия  

                                                установила: 

 

Аракчеев признан виновным в убийстве Г. группой лиц по предварительному сговору, незаконном ношении огнестрельного оружия и  боеприпасов.  

                                                Преступления совершены 21 мая 1999 года при обстоятельствах, изложенных  в приговоре.  

                                                В кассационных жалобах (основных и дополнительных): 

                                                осужденный Аракчеев просит об отмене приговора, прекращении дела,  ссылаясь на то, что судом дана неправильная оценка показаниям свидетелей  П.К., Н., Б.. К показаниям свидетеля Ч. следует отнестись критически, так как он является родственником потерпевшего.  Не проведена экспертиза барсетки Г. не исследованы показании свидетелей защиты, а показаниям допрошенных свидетелей защиты дана неправильная  оценка. Доказательств, подтверждающих наличие неприязненных отношений с  потерпевшим, не добыто. Никто из свидетелей не подтвердил, что у него было  оружие, и он стрелял в потерпевшего;  

                                                адвокат Рябов А.А. просит об отмене приговора, прекращении дела,  ссылаясь на то, что выводы суда не подтверждены исследованными  доказательствами. Установленный мотив убийства не основан на фактических  обстоятельствах. Из показаний свидетелей С., С., К.П.не следует, что в потерпевшего стрелял и Аракчеев. По делу ничем не опровергнуто, что все выстрелы из двух пистолетов были произведены  Д. Свидетель К. оговорила Аракчеева, однако суд ее показаниям дал неправильную оценку;  

                                                адвокат Циклаури Л.Г. и Рябов А.А. просят приговор в отношении  Аракчеева отменить, дело прекратить, направить на новое рассмотрение. По  мнению адвокатов, обвинительный приговор в отношении Аракчеева  постановлен на основе преюдиции, когда по вступившему в законную силу  приговору в отношении Д.была определена и вина в отношении Аракчеева, который выстрелы в потерпевшего не производил, а осужденный Д. утверждал, что все выстрелы были произведены им (Д

<

...>). Показания  свидетеля С о том, что она видела как двое мужчин стреляли в  Г являются ее предположением; наличие предварительного сговора на  убийство Г ничем не доказано. Судом дана неправильная оценка как  показаниям свидетелей обвинения, так и показаниями свидетелей защиты, а также  показаниям специалиста криминалиста Ш сделавшего вывод, что в  потерпевшего стрелял один человек. Свидетель К подтвердила, что она  оговорила Аракчеева. По делу не собрано доказат подтверждающих, что  Аракчеев держал в руках и носил оружие и боеприпасы. Показания свидетеля  

 

Ч

<

...> являются недопустимым доказательством. Описательная части  приговора не содержит описания действий Аракчеева.  

                                                В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель  Гибадуллин Р.Р. просит жалобы осужденного оставить без удовлетворения,  ссылаясь на то, что судом дана правильная оценка всем доказательствам и  доводам осужденного. Действия осужденного квалифицированы правильно, а  мера наказания назначена справедливая.  

                                                В возражениях на кассационную жалобу осужденного потерпевшая Г.. просит приговор оставить в силе, ссылаясь на то, что ее сына именно Аракчеев обвинял в убийстве М. что заставило ее сына изменить место жительства. Никакого оружия у ее сына не было.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная  коллегия находит приговор законным и обоснованным.  

                                                Вина Аракчеева в содеянном подтверждена показаниями потерпевшей,  свидетелей, протоколом осмотра места происшествия, заключениями экспертиз,  другими исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами,  которым суд дал правильную оценку.  

                                                Доводы осужденного о том, что он лишь находился на месте преступления  вместе с Д.но в Г. не стрелял, судом были тщательно проверены и обоснованно отклонены. В приговоре приведены убедительные мотивы, по  которым суд пришел к такому выводу.  

                                                Как видно из материалов дела и правильно установлено судом, именно  Аракчеев вместе с осужденным Д. прибыли к бару, где находился Г.. Оба были вооружены пистолетами, оба были в черной одежде, темных солнцезащитных очках. Как только они вбежали в бар, оба стали стрелять в  потерпевшего, и, достигнув цели, оба сразу же скрылись с места преступления.  

                                                Приговором от 4 февраля 2002 года Д. был осужден за умышленное убийство Г. группой лиц по предварительному сговору, а Аракчеев с 21 мая 1999 года уклонялся от следствия, менял места жительства, проживал без  регистрации, находился в федеральном розыске до его обнаружения и  задержания.  

                                                По делу с достоверностью установлено, что убийство Г. было совершено в общественном месте, открыто, в присутствии посторонних лиц.  

                                                При таких обстоятельствах у суда не было оснований сомневаться в  достоверности уличающих показаний свидетеля К., ранее допрошенной под псевдонимом С.., которая подтвердила, что стрельба началась сразу же, как только Д. и Аракчеев вбежали в бар, при этом она видела, как не только Д., но и Аракчеев поднял правую руку. 

                                                Уличающие показания К. не противоречат и показаниям свидетелей Б., П., К., находившихся в этом же баре. 

                                                Что касается показаний, измененных свидетелем К. в судебном заседании по делу Аракчеева, то суд обоснованно признал их противоречивыми,  недостоверными, опровергающимися другими доказательствами.  

                                                По заключению судебно-медицинской экспертизы, обнаруженные на трупе  Г. огнестрельные сквозные повреждения, образовались в результате не более восьми выстрелов из огнестрельного оружия, заряженного пулями. Все  повреждения являются прижизненными, образовались в короткий промежуток  времени, незадолго до наступления смерти.  

                                                Различная локализация входных ран и различное направление раневых  каналов в трупе, дают основание считать, что во время причинения повреждений,  взаиморасположение потерпевшего и стрелявшего изменялось.  

                                                Входные раны № 7 (на коже подчелюстной области слева), № 9 (на коже в  проекции верхушки правого сосцевидного отростка шеи), № 11 (на коже левой  височной области) причинены с близкой дистанции, в пределах действия  дополнительных факторов выстрела, что подтверждается данными судебно- гистологической экспертизы - обнаружение внедрившихся инородных частиц, в  том числе порошинок и копоти.  

                                                Выводы суда о том, что выстрелы в Г. производились одновременно с разных пистолетов и с разных позиций согласуются и с другими  доказательствами.  

                                                Из протокола осмотра места происшествия следует, что на полу были  обнаружены 6 пуль и 8 гильз, обнаруженные гильзы находились в правой от  стойки бара половине помещения: пять - в районе стола, где сидел потерпевший,  две - у первого и третьего столов, одна - в середине зала, в 210 см. от барной  стойки.  

                                                Из показаний специалиста - 

<

...> Экспертно- криминалистического центра МВД по Республике 

<

...> Ш.. следует, что по расположению гильз можно сделать вывод, что выстрелы были  произведены с места, находившегося в треугольнике, образованном входной  дверью, вторым столом справа и барной стойкой.  

                                                При осмотре трупа Г.. судебно-медицинским экспертом под трупом в области бедер была обнаружена еще одна оболочечная пуля, которая  приобщена к делу в качестве вещественного доказательства.  

 

Согласно заключению судебно-баллистической экспертизы семь пуль и  восемь гильз, представленные на исследование, ранее являлись частями 9-мм  патронов к пистолету Макарова (ПМ), гильзы отстреляны в пистолете ПМ  калибра 9,0 мм. Шесть гильз отстреляны в одном экземпляре оружия, а две гильзы  отстреляны в другом экземпляре оружия.  

                                                Шесть пуль выстреляны из одного экземпляра оружия, а одна пуля, изъятая  при осмотре места происшествия, выстреляны из другого экземпляра оружия.  

                                                При таких обстоятельствах суд обоснованно отверг утверждения, как  Д. об обстоятельствах производства им одним выстрелов из двух пистолетов в потерпевшего, так и утверждения Аракчеева о том, что он вообще не  производил выстрелы в потерпевшего.  

                                                С такими выводами суда согласуются и показания свидетелей П.и К.., С., подтвердивших, что выстрелы звучали непрерывно, все произошло очень быстро.  

                                                Давая оценку показаниям, как свидетелей стороны обвинения, так и  свидетелей стороны защиты, суд привел убедительные мотивы, по которым он  признал достоверными одни показания и отверг другие. Оценка, сделанная судом,  основана на совокупности всех исследованных в судебном заседании  доказательств.  

                                                Тщательно исследованы судом и обстоятельства, характеризующие мотив  совершенного убийства Г. осужденными. 

                                                Как следует из показаний самого Аракчеева, у Д. и Г. произошел конфликт на почве деловых отношений, с Г., у него были хорошие, дружеские отношения, однако в последнее время перед убийством  М. он не поддерживал с ними отношения. 

                                                Потерпевшая Г.. подтвердила, что со слов своего сына она знала, что Аракчеев Л.В. подозревал сына в причастности к убийству М.. Опасаясь за свою жизнь и своих близких, сын с семьей сразу же после убийства  М.. выехал из своего дома в дом семьи 

<

...>, на некоторое время сам уезжал из города. С Аракчеевым в это время сын не общался.  

                                                Согласуются с этими показаниями и показания свидетеля Ч., подтвердившего, что к нему в апреле 1999 года обратился Б., который сказал, что не может найти Г. просил Г. передать, что в него будет стрелять Аракчеев. Эту информацию он передал Г.. 

                                                При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу, что мотивом  убийства Г. явилась личная неприязнь Аракчеева к нему, вызванная подозрением в причастности Г.. к убийству его близкого друга М. 

                                                Опровергнута судом и версия о том, что у Г.был пистолет, и он наставил его на Д.. 

                                                Из показаний свидетелей К.., П. и К. (С 

<

...>.) следует, что в руках у Г. пистолета не было, не видели они пистолета и около него, при этом свидетели запомнили и описали положение  тела потерпевшего после выстрелов.  

                                                Подтвердили эти свидетели, а также и свидетель С. и то, что на столе, за которым сидел Г. барсетки не было. 

                                                Из показаний свидетеля Р. следует, что она вошла в зал до приезда следственно-оперативной группы, при этом барсетку увидела на первом  столе у входа.  

                                                Ее показания согласуются с протоколом осмотра места происшествия, из  которого следует, что на первом столе от стойки бара (у стены, имеющей вход в  бар) лежит барсетка, в которой паспорт на имя Г. записная книжка, визитная карточка, фотографии мужчин.  

                                                При таких обстоятельствах несостоятельными являются и доводы о наличии  пистолета в барсетки Г. 

                                                Согласуются со всей совокупностью собранных по делу доказательств и  выводы суда о наличие у Аракчеева предварительного сговора с Д. на совершение убийства Г. 

                                                Как видно из материалов дела и правильно установлено судом, все действия  осужденных были согласованными. Они заранее приготовили пистолеты, для  конспирации надели одинаковую темную одежду, солнцезащитные очки. Как  только Д. увидел потерпевшего, он произнес: «Наконец-то я тебя нашел». Оба осужденных одновременно стали стрелять в Г. оба покинули зал бара и уехали на ожидавшей их у входа машине за город. Оба после совершения  преступления скрывались от органов следствия.  

                                                При таких обстоятельствах суд правильно квалифицировал действия  Аракчеева по ст. 222 ч. 1 УК РФ как незаконное ношение огнестрельного оружия и  боеприпасов к нему, по ст. 105 ч. 2 п. «ж» УК РФ как убийство, совершенное  группой лиц по предварительному сговору.  

 

Мнение адвокатов Циклаури и Рябова о том, что обвинительный приговор в  отношении Аракчеева постановлен на основе преюдиции, поскольку вина  Аракчеева была определена приговором в отношении Д. является несостоятельным.  

                                                Как следует из приговора от 4 февраля 2002 года в отношении Д., осужденного за совершение убийства Г.. группой лиц по 

                                                предварительному сговору, вина Аракчеева не устанавливалась и не  предрешалась. В приговоре указано, что Д. стрелял в потерпевшего вместе не установленным в ходе предварительного следствия лицом, дело в отношении  которого выделено в отдельное производство.  

                                                Таким образом, причастность именно Аракчеева к убийству Г. при постановлении приговора в отношении Д. вообще не устанавливалась. 

                                                Что касается установленных приговором от 4 февраля 2002 года  обстоятельств, то они не вызывали сомнений у суда при постановлении приговора  в отношении Аракчеева. Эти обстоятельства судом были исследованы, им дана  надлежащая оценка, нарушений требований ст.90 УПК РФ судом не допущено.  

                                                Описательная часть приговора соответствует требованиям ст.305 УПК РФ.  Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение  

                                                приговора по делу не допущено. 

                                                При назначении наказания Аракчееву судом в полной мере учтены, как  общественная опасность содеянного, так и данные о личности осужденного.  

                                                Назначенное наказание является справедливым и оснований для его  снижения не имеется.  

                                                На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ,  судебная коллегия  

                                                определила: 

                                                Приговор Верховного Суда Республики Марий Эл от 3 марта 2009 года в  отношении Аракчеева Л.В. оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного Аракчеева, адвокатов Рябова А.А., Циклаури  Л.Г. - без удовлетворения.  

                                                Председательствующий Суд