ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 222-УД24-45СП-А6 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 1 августа 2024 г.  

Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда  Российской Федерации в составе  

председательствующего Воронова А.В., судей Замашнюка А.Н. и Дербилова О.А. при секретаре Стрелкове Д.М. 

с участием прокурора отдела управления Главной военной прокуратуры  Сюркалова С.А., адвоката Костенко И.В., потерпевшей М. представителя потерпевшей М. - адвоката Левшина Е.Н. рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Костенко И.В. в защиту интересов осуждённого ФИО1 на  приговор 2-го Западного окружного военного суда с участием присяжных  заседателей от 19 мая 2023 г. и апелляционное определение апелляционного  военного суда от 20 февраля 2024 г. в отношении бывшего военнослужащего  войсковой части 3419 младшего сержанта запаса  

ФИО1, 

<

...>  

<

...>, несуди- 

мого, 

осуждённого к лишению свободы по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ на срок 12 лет и  по пп. «а», «з», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на срок 18 лет с лишением в  соответствии со ст. 48 УК РФ воинского звания младший сержант запаса, а по  совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний в  

соответствии с чч. 3 и 4 ст. 69 УК РФ - на срок 23 года в исправительной  

колонии строгого режима с лишением воинского звания младший сержант  запаса.  

Апелляционным определением апелляционного военного суда от  20 февраля 2024 г. приговор в отношении ФИО1 оставлен без изменения, апелляционные жалобы осуждённого и его защитника - адвоката  Костенко И.В. без удовлетворения.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Замашнюка А.Н., выступления адвоката Костенко И.В. в поддержку доводов  кассационной жалобы, потерпевшей М. представителя потерпевшей М.- адвоката Левшина Е.Н., возражавших против доводов жалобы, прокурора Сюркалова С.А., полагавшего необходимым приговор и апелляционное определение оставить без изменения, Судебная коллегия по  делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации  

установила: 

по приговору суда, постановленному на основании обвинительного вердикта  коллегии присяжных заседателей, ФИО1 осуждён за разбой, то есть  нападение в целях хищения чужого имущества, совершённое с применением  насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов,  используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью  потерпевшего П. и за убийство двух лиц - П. и М. сопряжённое с разбоем (в отношении П. совершённое с целью скрыть другое преступление (в отношении М. 

Преступления совершены 14 декабря 2021 г. в г. 

<

...> при обстоятельствах, установленных вердиктом коллегии присяжных  заседателей.  

В кассационной жалобе защитник осуждённого - адвокат Костенко И.В.,  выражая несогласие с постановленными по делу приговором и апелляционным определением, просит приговор в отношении ФИО1 отменить в связи с  несоответствием изложенных в нём выводов фактическим обстоятельствам  уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенными  нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением  уголовного закона и несправедливостью ввиду чрезмерной суровости, а уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в ином составе.  

Анализируя предъявленное ФИО1 обвинение, исследованные с участием присяжных заседателей доказательства и ссылаясь в обоснование своих  доводов на положения УПК РФ о презумпции невиновности, а также  разъяснения, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 27 сентября 2012 г. № 19 «О применении судами  законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании  лица, совершившего преступление», от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной  практике по делам об убийстве», защитник осуждённого утверждает о недоказанности вины ФИО1 в инкриминируемых ему деяниях при изложенных в  

приговоре обстоятельствах и неправильной квалификации его действий, так  

как осуждённый не имел умысла на убийство и совершение разбойного нападения на П. и подобных действий не совершал, а при нападении на него М. находился в состоянии необходимой обороны. Поэтому его действия в отношении М. надлежит квалифицировать как убийство, совершённое при превышении пределов необходимой обороны, а по  остальному обвинению он подлежит оправданию.  

Заявляет о недопустимости представленных стороной обвинения  протокола получения образцов для сравнительного исследования, в котором  отсутствуют сведения о праве ФИО1 отказаться от предоставления образцов  крови, и всех протоколов следственных действий, проведённых с участием  понятых, анкетные данные которых указаны неполно.  

Считает, что суд нарушил положения ч. 1 ст. 338 и ч. 3 ст. 339 УПК РФ,  когда отказал стороне защиты в постановке перед присяжными заседателями  частного вопроса об оборонительном характере действий ФИО1, чем  нарушил право последнего на защиту.  

Полагает, что по делу были допущены и иные процессуальные нарушения, которые выразились в том, что председательствующий после возвращения присяжных заседателей из совещательной комнаты и провозглашения  вердикта о невиновности ФИО1 в совершении преступления,  предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, без формулирования новых  вопросов и составления нового вопросного листа, не произнеся нового  напутственного слова, направил присяжных заседателей в совещательную  комнату, где они совещались до 22 часов 20 минут и вынесли вердикт в  ночное время, признав ФИО1 виновным в разбойном хищении имущества,  которое ему не вменялось, что, по мнению адвоката, свидетельствует об игнорировании вердикта коллегии присяжных заседателей о невиновности ФИО1  в разбойном нападении и необоснованном осуждении его по  п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.  

Выражает несогласие с назначенным ФИО1 наказанием, которое является чрезмерно суровым, поскольку суд необоснованно признал в качестве  отягчающего обстоятельства совершение им преступления в состоянии  опьянения, не учёл его активное способствование раскрытию и расследованию  преступления, выразившееся в сообщении следствию всей информации о  случившемся и добровольной выдаче орудия преступления. Не учтены судом  и такие смягчающие наказание обстоятельства, как совершение преступления  впервые, положительные характеристики ФИО1, наличие престарелых  родителей, имеющих тяжкие заболевания, и что он был вынужден уволиться  из Вооружённых Сил Российской Федерации, чтобы помогать родителям.  

В возражениях на кассационную жалобу заместитель Московского  городского военного прокурора Жабин Н.В., представитель потерпевшей  М. - адвокат Левшин Е.Н., потерпевшие М. и Г. указывают на несостоятельность доводов защитника, в связи с чем просят постановленные по делу судебные решения оставить без измене

ния, а жалобу без удовлетворения.  

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной  жалобы и возражений на неё, заслушав стороны, Судебная коллегия приходит  к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения приговора и  апелляционного определения в отношении ФИО1.  

В соответствии с ч. 1 ст. 40115 УПК РФ основаниями отмены или  изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении  уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения  уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход  дела.  

По смыслу данной нормы закона, в её взаимосвязи со ст. 401 УПК РФ,  круг оснований для отмены или изменения судебного решения в  кассационном порядке ввиду неправильного применения уголовного закона и  (или) существенного нарушения уголовно-процессуального закона в отличие  от производства в апелляционной инстанции ограничен лишь такими  нарушениями, которые повлияли на исход уголовного дела, в частности на  вывод о виновности, на юридическую оценку содеянного, назначение судом  наказания или применение иных мер уголовно-правового характера.  

Таких нарушений требований закона, влекущих отмену или изменение  обжалуемых судебных решений в отношении ФИО1, не допущено.  

Уголовное дело рассмотрено судом с участием присяжных заседателей  по ходатайству, заявленному обвиняемым при выполнении требований ст. 217  УПК РФ и поддержанному во время предварительного слушания.  

Коллегия присяжных заседателей по делу сформирована с соблюдением  положений ст. 327-332 УПК РФ.  

Судебное следствие проведено с учётом требований ст. 15, 244 УПК РФ  о состязательности и равноправия сторон, ст. 252 УПК РФ о пределах  судебного разбирательства, ст. 274, 335 УПК РФ, определяющих порядок  исследования доказательств и особенности в суде с участием присяжных  заседателей, а также их полномочий, установленных ст. 334 УПК РФ.  

С участием присяжных заседателей были исследованы только допустимые и относимые доказательства, а все заявленные сторонами ходатайства  разрешены председательствующим в установленном законом порядке, с вынесением законных, обоснованных и мотивированных постановлений.  

Сведений о том, что присяжным заседателям предъявлялись  недопустимые доказательства, в материалах дела не содержится, а довод автора жалобы о недопустимости представленных стороной обвинения всех  протоколов следственных действий, произведённых с участием понятых, является несостоятельным, поскольку закон (ст. 164, 166, 170 УПК РФ) не обязывает следователя указывать в протоколах следственных действий информацию о датах рождения понятых и прикладывать к этим протоколам копии  паспортов понятых, о чём ошибочно заявляет защитник осуждённого.  

Что касается протокола получения образцов для сравнительного исследования, то он присяжным заседателям не демонстрировался, поскольку с их  участием не подлежали исследованию процессуальные вопросы порядка до- 

бывания доказательств.  

Кроме того, по делу установлено, что образцы крови были получены у  ФИО1 с соблюдением положений ст. 202 УПК РФ, о чём составлен необходимый протокол, с которым ознакомлены участвующие лица, в том числе  ФИО1 и его защитник, замечаний, дополнений или уточнений от которых не  поступило.  

Поэтому суд обоснованно признал относимыми и допустимыми доказательствами названные протоколы следственных действий и отказал в удовлетворении соответствующего ходатайства адвоката Костенко.  

Председательствующий в необходимых случаях останавливал  участников судебного разбирательства, своевременно реагировал на  допущенные ими нарушения в судебном заседании, объявлял замечания и  принимал иные меры, предусмотренные уголовно-процессуальным законом,  не позволяя сторонам оказать на коллегию присяжных заседателей незаконное  воздействие и не допуская к исследованию обстоятельства, которые не могли  исследоваться с их участием, а также разъяснял присяжным заседателям,  чтобы они не принимали во внимание доведённые до них обстоятельства и не  учитывали их при вынесении вердикта, о чём напомнил и в напутственном  слове.  

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, которые  бы ограничили гарантированные УПК РФ права участников уголовного судопроизводства на представление доказательств или повлекли исключение допустимых и относимых доказательств, либо сторонам было отказано в исследовании с участием присяжных заседателей доказательств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела, не допущено.  

Дополнений к судебному следствию стороны не имели.  

Прения сторон проведены в соответствии со ст. 292 и 336 УПК РФ с  учётом особенностей рассмотрения дела по данной форме судопроизводства,  полномочий присяжных заседателей и содержания вопросов, которые ставятся  перед ними.  

Поставленные перед присяжными заседателями вопросы,  сформулированные с учётом результатов судебного следствия, прений сторон,  а также поданных стороной защиты замечаний и предложений по содержанию  вопросов и постановке частных вопросов о нахождении ФИО1 в состоянии  самообороны при нанесении им телесных повреждений М., соответствуют требованиям ст. 252, 338 и 339 УПК РФ, предъявленному ФИО1 обвинению и занятой им позиции по делу, согласно которой последний  полностью не признал вину в инкриминируемых деяниях и заявил о том, что  обнаруженные у него вещи ему подарил П. которого убил М. и который напал на него и хотел его убить, а он оборонялся, забрал у М. нож, но куда и как наносил ему удары, не помнит.  

При таких данных предложенные стороной защиты частные вопросы  обоснованно не включены председательствующим в вопросный лист, поскольку они не соответствуют требованиям закона о содержании вопросов,  подлежащих разрешению присяжными заседателями, согласно которым част

ные вопросы могут ставиться лишь в случае, если подсудимый признаёт со- 

вершение действий по предъявленному ему обвинению, но несколько при  иных обстоятельствах (признаёт частично), а не излагает свою версию произошедшего, отличную от предъявленного ему обвинения, как это имело место по настоящему делу и о чём заявил автор жалобы, предлагая поставить перед присяжными заседателями свои вопросы.  

Более того, сформулированные председательствующим вопросы не исключали возможности для присяжных заседателей в соответствии с их полномочиями, определёнными ст. 334 УПК РФ, дать отрицательные ответы на эти  вопросы, признать недоказанными какие-либо из обстоятельств, изложенных в  вопросах № 1 и № 2, в связи с чем довод адвоката Костенко о нарушении требований закона и права на защиту ФИО1 при формулировании вопросного  листа является несостоятельным.  

Напутственное слово председательствующего соответствует положениям ст. 340 УПК РФ, произнесено с соблюдением принципа объективности и  беспристрастности, а заявленные стороной защиты возражения обоснованно  отклонены и опровергаются содержанием приобщённого к материалам дела  письменного текста этого слова, в котором приведено содержание обвинения  и уголовного закона, предусматривающего ответственность за совершение инкриминируемых ФИО1 деяний, исследованные в присутствии присяжных  заседателей доказательства, как уличающие ФИО1, так и оправдывающие  его, без какой-либо оценки или отношения к этим доказательствам и без формулирования выводов по ним, изложены позиции государственного обвинителя и защиты, а также разъяснены предусмотренные законом обстоятельства,  которые должна была учесть коллегия присяжных заседателей при вынесении  вердикта.  

Соответствуют требованиям закона (ст. 344 и 345 УПК РФ) и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 32  постановления от 22 ноября 2005 г. № 23 «О применении судами норм  Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих  судопроизводство с участием присяжных заседателей», действия председательствующего по дополнительному разъяснению присяжным заседателям по  поставленным вопросам, внесении в них соответствующих уточнений и формулировании новых вопросов, когда у присяжных заседателей возникли  сомнения по поводу фактических обстоятельств уголовного дела, имеющих  существенное значение для ответов на поставленные вопросы, а также в связи  с признанием вердикта неясным и противоречивым в части ответов на  вопросы о мотивах действий ФИО1.  

Вопреки доводам жалобы, при внесении в поставленные перед присяжными заседателями вопросы соответствующих уточнений и формулировании  новых вопросов мнение сторон учтено, признанный недействительным ранее  составленный вопросный лист приобщён к делу, а по поводу внесённых изменений и составления нового вопросного листа председательствующим  произнесено краткое напутственное слово, после чего присяжные заседатели  были возвращены в совещательную комнату для вынесения вердикта, из кото- 

рой они вышли в 21 час 53 минуты. Провозглашён был данный вердикт стар- 

шиной присяжных заседателей в 21 час 55 минут, а не в иное время, о чём заявляет защитник осуждённого.  

Таким образом, порядок и сроки совещания присяжных заседателей при  вынесении вердикта соблюдены, нарушения тайны совещательной комнаты не  допущено.  

Вердикт является ясным, понятным и непротиворечивым, поскольку  ответы присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы  представляют собой утверждение с обязательным пояснительным словосочетанием, раскрывающим смысл этих ответов, которые коллегия присяжных заседателей дала единогласно на каждый из вопросов.  

Обсуждение последствий вердикта осуществлено с соблюдением требований ст. 347 УПК РФ.  

В соответствии со ст. 38927 и ч. 4 ст. 347 УПК РФ запрещается подвергать сомнению правильность вердикта присяжных заседателей, а также оспаривать постановленный на основании данного вердикта приговор в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим  обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.  

В связи с изложенным, доводы защитника осуждённого о недоказанности вины ФИО1 в инкриминируемых ему деяниях при изложенных в приговоре обстоятельствах и необходимости иной правовой оценки содеянного им  фактически являются оспариванием установленных вердиктом коллегии присяжных заседателей обстоятельств уголовного дела, что в силу закона недопустимо и не может явиться основанием для отмены или изменения постановленного на основании вердикта коллегии присяжных заседателей приговора.  

Указанному доводу стороны защиты, повторяемому в настоящей кассационной жалобе, судом апелляционной инстанции дана верная оценка.  

Исходя из установленных обвинительным вердиктом коллегии присяжных заседателей фактических обстоятельств дела действия ФИО1 правильно  квалифицированы судом по п. «в» ч. 4 ст. 162, пп. «а», «з», «к» ч. 2 ст. 105 УК  РФ, а довод автора жалобы о признании ФИО1 коллегией присяжных заседателей невиновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в»  ч. 4 ст. 162 УК РФ, является ошибочным. К тому же, вопросы права не входят  в компетенцию присяжных заседателей.  

Наказание осуждённому назначено в соответствии с требованиями  закона, с учётом характера и степени общественной опасности совершённых  преступлений, данных о его личности, смягчающих и иных обстоятельств,  предусмотренных ч. 3 ст. 60 УК РФ, приведённых в приговоре и апелляционном определении, соразмерно содеянному и является справедливым.  

Вопреки доводам защитника, при назначении наказания ФИО1 суд  принял во внимание его семейное положение, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, состояние здоровья и  имущественное положение его самого и родственников, что он воспитывался  в многодетной семье, а в качестве обстоятельств, смягчающих наказание за  преступление, предусмотренное пп. «а», «з», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, суд учёл  

признание им своей вины в причинении смерти М. его раскаяние в 

этом и принесение извинений в суде потерпевшим.  

Мотивированным является решение суда об отсутствии в действиях  Евлоева активного способствования раскрытию и расследованию  преступления, поскольку его версия о непричастности к смерти П. и совершении убийства М. при превышении пределов необходимой обороны противоречит обстоятельствам, установленным обвинительным  вердиктом коллегии присяжных заседателей.  

Соответствует требованиям закона и установленным по делу обстоятельствам признание судом в качестве обстоятельства, отягчающего  наказание ФИО1, совершение им преступлений в состоянии опьянения,  вызванном употреблением алкоголя.  

Мотивировал суд и свои решения о необходимости лишения осуждённого за совершение особо тяжкого преступления, предусмотренного  пп. «а», «з», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, воинского звания младший сержант запаса, а также неприменении к нему дополнительных наказаний в виде штрафа и  ограничения свободы и отсутствии оснований для изменения категории со- вершённых преступлений на менее тяжкую.  

ФИО1 назначено справедливое наказание как за каждое из совершён- ных им преступлений, так и по их совокупности, которое отвечает целям, оп- ределённым в ч. 2 ст. 43 УК РФ, и не может быть признано несправедливым  по мотивам чрезмерной суровости.  

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции в  установленном порядке проверены законность, обоснованность и  справедливость приговора, соблюдена процедура рассмотрения дела, в полном  объёме рассмотрены доводы апелляционных жалоб осуждённого и его защитника.  

Поскольку существенных нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, при рассмотрении настоящего уголовного дела не допущено, то оснований для удовлетворения  кассационной жалобы защитника осуждённого не имеется.  

Руководствуясь ст. 401% 40113, 40114 УПК РФ, Судебная коллегия по  делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации  

определила: 

приговор 2-го Западного окружного военного суда с участием присяжных  заседателей от 19 мая 2023 г. и апелляционное определение апелляционного  военного суда от 20 февраля 2024 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, кассационную жалобу защитника - адвока- 

та Костенко И.В. без удовлетворения.