ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 44-АПУ13-2 

                                                АПЕЛЛЯЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 2 апреля 2013 г.  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

                                                председательствующего Коваля В.С., 

                                                судей Земскова Е.Ю., Воронова А.В.  при секретаре Колосковой В.Ф.  

                                                рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по  апелляционным жалобам осужденного Гилева А. С. и адвоката  Малюковой Н.С. на приговор Пермского краевого суда от 11 января  2013 года, которым  

                                                Гилев А.С.

                                                 

<

...>

                                                

<

...>, не судимый, 

                                                осужден по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 18 лет 6 месяцев лишения  свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением  свободы на 1 год, с установлением осужденному конкретных ограничений и  обязанностей, перечисленных в приговоре.  

 

Взыскано с Гилева АС. компенсация морального вреда в пользу  К. рублей, К.рублей, в пользу Б. рублей. Кроме того взыскано возмещение имущественного вреда с Гилева АС. в пользу К. в сумме 

<

...>рублей. 

                                                Заслушав доклад судьи Земскова Е.Ю., выступления осужденного  Гилева АС. в режиме видеоконференцсвязи и его защитника - адвоката  Шаповаловой Н.Ю., поддержавших доводы апелляционных жалоб,  возражения государственного обвинителя Генеральной прокуратуры РФ  Саночкиной Е.А., полагавшей оставить приговор без изменения, Судебная  коллегия  

                                                установила: 

                                                Гилев А.С. признан виновным в убийстве двух лиц, К. и Б. в ходе ссоры и последовавшей за ней драки. 

                                                Преступление совершено 19 февраля 2012 года в г. 

<

...> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

                                                В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Гилев, не  оспаривая причинение им смерти двум лицам - К. и Б. утверждает, что сделал это неумышленно, не имея причин для лишения их  жизни, а лишь обороняясь от действий названных лиц. По его мнению, суд  неправильно установил фактические обстоятельства дела и квалифицировал  его действия. Суд подошел к оценке показаний подсудимого, потерпевших и  свидетелей односторонне, не истолковав сомнения в его пользу. По делу не  доказаны неприязненные отношения с Б. и К. не установлен мотив преступления. С Б. он ранее не общался, а имевший место ранее конфликт с К. по поводу хищения его денег был исчерпан. У него претензий к К. не было. Во время его нахождения на работе К.и Б. пришли к нему в состоянии опьянения, стали высказывать в его адрес угрозы и претензии по поводу  прежнего конфликта с К., а поскольку он не реагировал, Б. плоскогубцами нанес удар по левой стопе. После этого с Б. возникла драка, во время которой он получил сзади удар по голове табуретом от К.а. Он расценил эти действия как угрозу для своей жизни, взял со стола нож, дальнейшее не помнит. Не согласен с  объемом повреждений, которые он якобы нанес К. и Б. Он точно помнит, что Б. нанес три удара руками, а К. ударов руками и ногами не наносил. Считает, что повреждения были  причинены при транспортировке трупов, а количество нанесенных ударов  ножом подтверждает его доводы об обороне. По его мнению, причиной случившегося является неприязнь к нему К.и В. в связи с конфликтом по поводу денег, а также ввиду их увольнения по его  информации об их участии в хищении труб. Эту информацию он узнал от  К. и сообщил начальнику цеха С.В. перед приходом Б. и К. звонил по телефону и называл его фамилию, а затем специально ушел с работы, оставив его одного. Считает,  что показания К. о телефонном разговоре Б. подтверждают данное утверждение. По его мнению, К. хотел забрать у него деньги и отомстить ему. По показаниям К. сын был обижен на сторожа. Со слов своего отца ему известно, что к нему  подходил Б. рассказавший о просьбе К. разобраться с Гилевым, что подтверждает цель, с которой К. и Б. пришли к нему на работу 19 февраля 2012 года. У него были все основания  опасаться данных лиц, поскольку их было двое. К. был физически сильнее, а Б. такого же как и он телосложения. Он знал об их криминальном прошлом. Плоскогубцы и табурет в их руках также являлись  оружием. Не согласен с назначенным наказанием и с тем, что суд не признал  смягчающим обстоятельством явку с повинной. Не в полной мере учтены  данные о его личности.  

                                                В апелляционной жалобе адвокат Малюкова Н.С. считает, что  фактические обстоятельства, установленные судом, не подтверждаются  доказательствами по делу; выводы суда об умысле на убийство носят  предположительный характер. При оценке доказательств суд не указал по  каким мотивам часть из них принята во внимание, а другая часть отвергнута.  Критикуя выводы суда, адвокат считает, что при оценке версии о  превышении необходимой обороны суд не в полной мере учел отсутствие  между Гилевым и К. с Б. неприязненных отношений, что имевший место ранее конфликт с К. был исчерпан. Показания потерпевших и свидетелей, содержание которых приводится в  приговоре, не доказывают наличие умысла Гилева на лишение жизни.  Показания свидетелей Г. и 

<

...> на предварительном следствии являлись менее подробными, поскольку их допрашивали не так тщательно,  как в суде. Свидетель И. сообщал об опрокинутых сиденьях у стульев, о погнутых стульях, что суд не указал в приговоре. По мнению защитника,  наказание, назначенное осужденному, является чрезмерно суровым. Суд не  учел наличие у него бронхиальной астмы, смягчающие наказание  обстоятельства в приговоре перечислены, но фактически не отразились на  назначенном наказании. Судом необоснованно исключена из числа  смягчающих обстоятельств явка с повинной. Компенсация морального вреда  в пользу потерпевших является завышенной.  

 

В возражениях на апелляционные жалобы государственный  обвинитель прокуратуры Пермского края Гаврилиди Н.Г., потерпевшие  К.К. Б. указывают на несостоятельность приведенных в них доводов и просят оставить жалобы без  удовлетворения.  

                                                Изучив уголовное дело, проверив доводы апелляционных жалоб,  возражений на них, Судебная коллегия находит приговор законным,  обоснованным и справедливым, а апелляционные жалобы осужденного и  адвоката не подлежащими удовлетворению.  

                                                Суд пришел к правильному выводу о том, что все повреждения,  обнаруженные при исследовании трупов К. и Б., причинены осужденным.  

                                                Данные обстоятельства подтверждаются совокупностью доказательств,  указанных в приговоре, в том числе показаниями Гилева, который признал  причинение им колото-резаных ранений вышеуказанным лицам.  

                                                Доводы Гилева АС. о том, что часть иных повреждений  (кровоподтеки, переломы, закрытая тупая травма) причинена после  наступления смерти К. и Б. (при переносе их трупов в машину) правильно оценены в приговоре как необоснованные с учетом  заключений экспертов о прижизненном характере всех повреждений,  установленных при исследовании трупов.  

                                                Анализ установленных повреждений обоснованно положен судом в  основу выводов о наличии умысла осужденного на лишение жизни  потерпевших.  

                                                11 колото-резаных ран К. и 19 колото-резаных ран Браунагеля в области расположения жизненно важных органов обоих в  совокупности с выводами экспертов об отсутствии у Гилева в момент  совершения деяния аффекта либо психических расстройств свидетельствуют  о том, что он осознавал общественную опасность своих действий, предвидел  наступление общественно опасных последствий в виде смерти К. и Б., и, следовательно, совершил вышеуказанные действия умышленно.  

                                                В связи с этим доводы Гилева об отсутствии у него умысла на лишение  жизни К. и Б. лишены оснований. 

                                                Ссылка осужденного на то, что он не собирался встречаться с  К. и Б. с последним не общался, у него не было мотивов для лишения их жизни, их убийство заранее он не планировал, не противоречит вышеуказанной правовой оценке действий осужденного.  

                                                Для оценки действий как умышленных не имеет значения, возник  умысел заранее или внезапно в связи с конфликтной ситуацией. Поэтому  указанные доводы не свидетельствуют об ошибке в выводах суда.  

                                                Доводы осужденного о том, что его действия представляли  необходимую оборону либо превышение ее пределов, всесторонне оценены в  приговоре.  

                                                Суд правильно учел, что действия К. и Б. не являлись для осужденного внезапными и, следовательно, не лишали его  возможности объективно оценить характер их действий.  

                                                Поэтому доводы осужденного о восприятии им действий осужденных  как общественно опасного посягательства на него, отвечающего критериям,  предусмотренным ст. 37 УК РФ, обоснованно судом отвергнуты по мотивам  отсутствия объективных данных, которые бы подтверждали вышеуказанную  оценку осужденного.  

                                                Из показаний осужденного следует, что Б. провоцируя его на конфликт, ударил его плоскогубцами по стопе, а в ходе последовавшего  затем обмена ударами, К. включившись в драку на стороне Б. ударил Гилева табуретом по голове, вследствие чего Гилев был выведен из равновесия, но не потерял при этом сознания. О каком - либо  ином насилии к нему Гилев показаний не давал.  

                                                По заключению эксперта у Гилева обнаружены не повлекшие за собой  расстройства здоровья рана правой ушной раковины и ушиб левой стопы.  

                                                Объем и характер повреждений Гилева позволил суду сделать  обоснованный вывод об отсутствии в действиях К. и Б. опасного для жизни Гилева насилия либо реальной угрозы такого насилия.  

                                                Показания Гилева о значительной силе удара, нанесенного табуретом  по голове, не согласуются с отсутствием у Гилева черепно-мозговой травмы,  сотрясения головного мозга и т.д.  

                                                Сопоставляя заключения судебно-медицинских экспертов с  показаниями свидетелей, которые видели обстановку на месте происшествия  либо слышали рассказ о нем Гилева, суд пришел к выводу о недостоверности  его показаний о совершении в отношении него общественно опасного  посягательства.  

 

Так судом отмечено в приговоре, что по показаниям Г. и С. следов борьбы в помещении не было, на единственном столе, откуда подсудимый взял нож, стояла начатая бутылка спиртного, кружки,  открытая банка консервов. Свидетель И. следов борьбы не заметил, об иных сломанных предметах мебели - табурете, стуле не говорил. Свидетель  Г. также о применении К. в ходе драки табурета и о том, что сжигал его обломки, не говорил. Не сообщал об этом в ходе  предварительного расследования и Г. 

                                                В связи с этим суд счел наиболее правдивыми показания Г. со слов подсудимого о том, что во время употребления спиртного возникла ссора, затем драка, в которой подсудимый, взяв нож,  убил одного потерпевшего, а затем другого. Эти показания согласуются и с  первоначальными показаниями Г. 

                                                Доводы Гилева о том, что К. значительно превосходил его физически опровергаются материалами уголовного дела о том, что ранее  Гилев избил К., доказав физическое превосходство над ним. Кроме того, наличие у К. и Б. телесных повреждений, которые возникли не от действия ножа, опровергают доводы осужденного о  том, что без применения ножа он не мог оказать отпор указанным лицам.  

                                                Версию осужденного о причинении смерти при защите от общественно  опасного посягательства суд также обоснованно оценил и с учетом объема и  характера опасных для жизни колото-резаных ранений, причиненных  К. и Б. 

                                                По смыслу ст. 37 УК РФ действия лица не могут признаваться  совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшим  лицам причинен после того, как посягательство было предотвращено,  пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала  необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом.  

                                                Как следует из материалов дела Б. причинено 19 колото- резаных ран, К. -11, повлекших опасные для жизни повреждения. 

                                                Указанное количество повреждений не может быть оправдано  мотивами обороны. Для целей защиты в применении к Б. и К.насилия в указанном объеме не имелось необходимости. 

                                                В связи с этим выводы суда об отсутствии в действиях осужденного  необходимой обороны либо превышения ее пределов являются  правильными.  

 

Неправильная, по мнению Гилева, оценка судом мотивов К. и Б. которые пришли не с целью употребить спиртное, а для того чтобы отомстить за К. которого Гилев ранее обидел в ходе конфликта, не имеют существенного значения для оценки действий Гилева.  

                                                Право на необходимую оборону возникает не в связи с наличием у  посягающей стороны враждебных мотивов, а в связи с фактически  совершенными действиями, которым дана надлежащая оценка в приговоре.  

                                                В связи с изложенным являются необоснованными доводы о  необходимости допроса по указанным вопросам свидетелей Б.К. повторного допроса С. которые очевидцами преступления не являлись.  

                                                На основании совокупности доказательств, признанных  достоверными, допустимыми, а в своей совокупности достаточными для  постановления обвинительного приговора, суд пришел к обоснованному  выводу о виновности Гилева в умышленном убийстве двух лиц, правильно  квалифицировав его действия по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ.  

                                                При назначении наказания суд в полной мере учел характер и степень  общественной опасности совершенного преступления, личность  осужденного, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, в качестве  смягчающих обстоятельств наличие малолетних детей у виновного, активное  способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправное  поведение потерпевших.  

                                                Выводы суда о том, что сообщение Гилева о совершенном  преступлении не являлось явкой с повинной, мотивированы в приговоре и  являются правильными. Доводы осужденного и адвоката о несогласии с  выводом суда в этой части являются необоснованными. Кроме того, суд учел  действия Гилева как активное способствование раскрытию и расследованию  преступления, то есть в качестве смягчающего обстоятельства,  предусмотренного п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, также как и явка с повинной.  

                                                Доводы о том, что суд не учел в качестве смягчающего обстоятельства  заболевание в виде бронхиальной астмы, не свидетельствуют о  неправильном применении уголовного закона, поскольку все имеющиеся в  деле смягчающие обстоятельства из числа предусмотренных ч.1 ст. 61 УК  РФ (к которым заболевание не относится) суд учел.  

                                                Судом сделаны правильные выводы об отсутствии оснований для  применения ст. 64, ч.б ст. 15 УК РФ, которые мотивированы в приговоре.  

                                                Вопреки доводам жалоб гражданские иски потерпевших правильно  разрешены с учетом всех обстоятельств, установленных по делу, на  основании норм гражданского законодательства, регулирующих  ответственность за причинение имущественного и морального вреда.  

                                                Оснований для отмены либо изменения приговора Судебная коллегия  не усматривает.  

 

                                                На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913-38914, 38920, 38928,  38933УПК РФ, Судебная коллегия  

                                                определила: 

                                                приговор Пермского краевого суда от 11 января 2013 года в отношении  Гилева А.С. оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного Гилева АС. и адвоката Малюковой Н.С. - без  удовлетворения.  

                                                Председательствующий