ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № _20-АПУ13-28 

                                                АПЕЛЯЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 28 октября 2013 г.  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

                                                председательствующего Шмаленюка СИ. судей Истоминой Г.Н. и Скрябина К.Е. при секретаре Вершило А.Н. 

                                                с участием государственного обвинителя - старшего прокурора  апелляционного управления Генеральной прокуратуры РФ Абрамовой З.Л.  

                                                защитников осужденных адвокатов Артеменко Л.Н., Шаповаловой Н.Ю.,  Шараф М.М., Магомедовой Н.С.  

                                                рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденных  Магомедова К.М., Гаджиева Г.Н., защитников осужденных Магомедова  М.А., Гад адова И.С, Алигаджиевой Х.Ш., Микаиловой С.Х., Асадулаева  А.Г., Гайтаевой М.Ю. на приговор Верховного суда Республики Дагестан  от 21 мая 2013 года, которым  

 

Магомедов К.М. 

                                                

<

...>  

                                                

<

...>, несудимый 

                                                осужден к лишению свободы по ч. 1 ст. 208 УК РФ сроком на 3 года с  ограничением свободы на 1 год, по ч. 3 ст. 222 УК РФ сроком на 5 лет; по  пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по эпизоду вымогательства у У. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст.  163 УК РФ (по эпизоду вымогательства у А. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ  (по эпизоду вымогательства у И. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по эпизоду  вымогательства у О. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ  окончательно назначено 11 лет лишения свободы в исправительной колонии  строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.  

                                                Гаджиев Г.Н. 

                                                

<

...>  

                                                

<

...> несудимый 

                                                осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 208 УК РФ сроком на 2 года с  ограничением свободы на 1 год, по ч. 3 ст. 222 УК РФ сроком на 5 лет; по  пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по эпизоду вымогательства у У. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст.  163 УК РФ (по эпизоду вымогательства у А. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ  (по эпизоду вымогательства у И. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по эпизоду  вымогательства у О. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ  окончательно назначено 10 лет лишения свободы в исправительной колонии  строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.  

                                                Асадулаев А.А. 

                                                

<

...>  

                                                

<

...> несудимый 

                                                осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 208 УК РФ сроком на 2 года с  ограничением свободы на 1 год, по ч. 3 ст. 222 УК РФ сроком на 5 лет; по  пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по эпизоду вымогательства у У. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по эпизоду вымогательства у А. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ  (по эпизоду вымогательства у И. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по эпизоду  

                                                вымогательства у О. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ  окончательно назначено 10 лет лишения свободы в исправительной колонии  строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.  

                                                Шиллаев И.Ш. 

                                                

<

...>  

                                                несудимый 

                                                осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 208 УК РФ сроком на 2 года с  ограничением свободы на 1 год, по ч. 3 ст. 222 УК РФ сроком на 5 лет; по  пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по эпизоду вымогательства у У. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст.  163 УК РФ (по эпизоду вымогательства у А. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ  (по эпизоду вымогательства у И. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (по эпизоду  вымогательства у О. сроком на 7 лет с ограничением свободы на 1 год.  

                                                По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ  окончательно назначено 10 лет лишения свободы в исправительной колонии  строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.  

                                                Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., изложившей содержание  обжалуемого приговора и доводы апелляционных жалоб, выступление  осужденных Гаджиева Г.Н. и Шиллаева И.Ш., защитников осужденных  адвокатов Артеменко Л.Н., Шаповаловой Н.Ю., Шараф М.М., Магомедовой  Н.С, поддержавших доводы жалоб об изменении приговора, выступление  государственного обвинителя Абрамовой З.Л., полагавшей приговор  оставить без изменения, Судебная коллегия  

                                                установила: 

                                                Магомедов К.М. Гаджиев Г.Н., Асадулаев А.А. и Шиллаев И.Ш.  осуждены за вымогательство денежных средств в особо крупном размере у  У.А. И.О. в составе 

                                                з организованной группы, за незаконное хранение, ношение и перевозку огнестрельного оружия и боеприпасов в составе организованной группы. 

                                                Магомедов К.М. кроме того осужден за руководство вооруженным  формированием, не предусмотренным федеральным законом, а Гаджиев Г.Н.,  Асадулаев А.А. и Шиллаев И.Ш. - за участие в вооруженном формировании,  не предусмотренном федеральным законом.  

                                                Преступления совершены ими в период с февраля по 17 марта 2012  года в г. 

<

...> при обстоятельствах, изложенных  в приговоре.  

                                                В апелляционной жалобе адвокат Магомедов М.А. в защиту  Магомедова К.М. указывает на необоснованность выводов суда о том, что  Магомедов являлся руководителем незаконного вооруженного  формирования. Этот вывод суда ничем кроме первоначальных показаний  Магомедова К.М., от которых он отказался, не подтверждается. Магомедов  в последующем указал на лидера НВФ, коим является Ш. это обстоятельство подтвердили и другие осужденные. Из показаний  осужденных следует, что каких-либо действий по руководству НВФ  Магомедов не совершал, они присягали на верность Ш. а роль Магомедова сводилась к пособнической деятельности и перевозке.  

                                                Отмечает также, что явился Магомедов К.М. с повинной  самостоятельно и добровольно, что подтверждается протоколами допросов в  качестве подозреваемого.  

                                                Осуждая Магомедова за вымогательство, суд не определил его роль в  совершении преступлений, не ясна объективная и субъективная сторона  преступлений. Полагает, что умыслом Магомедова не охватывалось  совершение вымогательства, а потому по правилам эксцесса исполнителя он  не может нести ответственность за эти преступления.  

                                                Просит приговор изменить: переквалифицировать действия  Магомедова К.М. с ч. 1 ст. 208 на ч. 2 ст. 208 УК РФ и в связи с  добровольным прекращением Магомедовым К.М. участия в НВФ, явки и  сдачи в УФСБ по 

<

...> применить к нему примечания к  статье 208 УК РФ, а по эпизодам вымогательства по па. «а», «б» ч. 3 ст. 163  УК РФ «оправдать» его за непричастностью к совершению преступлений.  

                                                В апелляционной жалобе и дополнении к ней защитник осужденного  Микаилова СХ. также указывает на недоказанность участия Магомедова  К.М. в вымогательстве, суд не установил, в чем конкретно заключается вина  осужденного в совершении этих преступлений.  

                                                Магомедов К.М. признал себя виновным в совершении преступления,  предусмотренного ч. 3 ст. 222 УК РФ, но не признал вину по ч. 1 ст. 208 УК  РФ.  

 

В судебном заседании он утверждал то, что, узнав о задержании  других осужденных, сам добровольно явился в правоохранительные органы.  В соответствии с УПК РФ в таких случаях составляется протокол о явке  гражданина с повинной, но по данному делу в нарушение закона такой  протокол не составлен. Наличие в материалах уголовного дела протокола о  явке с повинной существенно облегчило бы положение осужденного при  назначении наказания.  

                                                Судом установлено, что Магомедов К.М. состоял в незаконном  вооруженном формировании в период времени с середины февраля 2012 г. до  середины марта 2012 г., то есть всего лишь месяц. Не установлено другое  лицо, которое в сел. 

<

...> создало НВФ, от кого  именно получено оружие Магомедовым К.М. Никто из подсудимых не  указал на Магомедова К. как на их лидера или организатора.  

                                                Магомедов К.М. не мог являться стабильным членом группы, не  обладал ни опытом, ни устоявшейся идеологией, его действия носили  характер познавательный, связанный со сбором информации для  осуществления его профессиональной деятельности журналиста.  

                                                С учетом этого считает, что действия Магомедова К.М.,  неправильно квалифицированы судом по ч. 1 ст. 208 УК РФ.  

                                                Магомедов К.М. осуществлял журналистскую деятельность, работая в  еженедельнике « 

<

...>, публиковал статьи об исламе просветительского характера. С целью возврата дагестанской молодежи к  мирной жизни общался с молодыми ребятами, ушедшими в лес из-за  безысходности и коррумпированности местной власти.  

                                                Магомедов К. выходил на связь с «лесными» не с целью совершения  какого-либо преступления, а с целью помочь им в социальной реабилитации  и адаптации к мирной жизни. Он не являлся руководителем преступной  группы или формирования. Именно такой характер и носили его встречи и с  Ш. 

                                                При вынесении приговора суд не учел, что Магомедов К.М. оказал  содействие органам предварительном следствия в раскрытии преступлений.  

                                                Считает назначенное Магомедову К.М. наказание несправедливым  вследствие его чрезмерной суровости.  

                                                Просит изменить приговор: «оправдать» Магомедова К.М. за  совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б» , 163 УК РФ и  переквалифицировать его действия с ч. 1 ст.208 УК РФ на ч.2 ст.208 УК РФ.  

                                                В апелляционной жалобе осужденный Магомедов К.М. также  указывает, что целью его контактов с членами НВФ являлось журналистское  расследование, по результатам которого им опубликовано две статьи и две  статьи он не успел опубликовать. Примкнув к НВФ, он поставил задачу - помогать его членам в бытовом обеспечении, и получать от них  информацию. Когда он узнал о намерении совершить вымогательство, он отказался от участия в этих преступлениях, а взамен пообещал, в случае их  пленения заступиться за них, полагаясь на свой статус журналиста. После  ареста членов НВФ, он с целью сохранения своего авторитета явился в УФСБ  и взял на себя лидерство, чтобы спасти соучастников от пыток.  

                                                Просит учесть показания других сужденных о том, что он не имел  отношения к вымогательству и не являлся руководителем группировки, а  также его добровольную явку в УФСБ и раскаяние в содеянном.  

                                                В апелляционной жалобе адвокат Гададов И.С. защиту Гаджиева Г.Н.  и Шиллаева И.Ш. просит смягчить назначенное осужденным наказание,  ссылаясь на то, что они сотрудничали со следствием, добровольно давали  показания, в том числе в отношении Ш. чем способствовали раскрытию ряда других преступлений.  

                                                При назначении наказании суд не учел, что Гаджиев и Шиллаев имеют  постоянное место жительства, на иждивении Гаджиева трое малолетних  детей, а на иждивении Шиллаева двое малолетних детей и мать. Не учел суд  и отсутствие судимости у Гаджиева и Шиллаева, признание ими вины,  раскаяние в содеянном.  

                                                С учетом этого считает назначенное Гаджиеву и Шиллаеву наказание  несправедливым, подлежащим смягчению.  

                                                В апелляционной жалобе защитник осужденного Гайтаева М.Ю.  считает назначенное осужденному Шиллаеву наказание чрезмерно суровым.  Суд, по ее мнению, не учел, что Шиллаев находился в составе НВФ в  течение незначительного промежутка времени - одного месяца, в содеянном  раскаялся и активно способствовал раскрытию преступлений. Суд, хотя и  сослался в приговоре на эти обстоятельства, однако назначил осужденному  чрезмерно суровое наказание, необоснованно не применив положения ст. 64  УК РФ.  

                                                Не учел суд и то, что действия Шиллаева в составе НВФ сводились  лишь к передаче флэш-карт потерпевшим через других лиц. На протяжении  судебного разбирательства Шиллаев показал свое раскаяние в содеянном и  сожаление о случившемся.  

                                                Эти обстоятельства в совокупности с данными о личности осужденного  позволяли суду назначить Шилаеву боле мягкое наказание.  

                                                Просит изменить приговор и назначить Шилаеву наказание за каждое  преступление с применением ст. 64 УК РФ, а по совокупности преступлений  назначить минимально возможное наказание.  

                                                В апелляционной жалобе осужденный Гаджиев Г.Н. просить снизить  назначенное ему наказание, ссылаясь на то, что во время ареста  сопротивления не оказал, сдал оружие, имеет троих детей, ранее не был  судим, положительно характеризуется.  

 

В апелляционной жалобе защитник осужденного Асадулаев А.Г.  указывает на несправедливость назначенного Асадулаеву А.А. наказания  вследствие его чрезмерной суровости.  

                                                Судом отражено в приговоре, что группа, в которую входил  Асадулаев, существовала длительное время в стабильном составе. Однако  исследованными судом доказательствами подтверждено, что Асадулаев  состоял в НВФ в течение одного месяца, в силу чего он не являлся  постоянным членом группы, не обладал опытом и устоявшейся идеологией,  его действия носили спонтанный характер и были вызваны любопытством.  Как только Асадулаев был задержан, он стал сотрудничать со следствием,  раскаялся в содеянном и активно способствовал раскрытию преступлений.  

                                                Суд, хотя и сослался на эти обстоятельства, однако при наличии  оснований для применения ст. 64 УК РФ назначил Асадулаеву чрезмерно  суровое наказание.  

                                                Отягчающие обстоятельства не установлены судом. Асадулаев в силу  молодого возраста не в полной мере осознавал, во что был втянут. В  настоящее время он сделал соответствующие выводы, что выразилось в  активной помощи следствию и изобличении других участников  преступлений.  

                                                Полагает, что эти обстоятельства, а также положительные  характеристики, отсутствие судимости наличие на иждивении семьи, в том  числе двоих малолетних детей, не учтены судом.  

                                                Просит изменить приговор и назначить ему наказание за каждое  преступление с применением ст. 64 УК РФ, а по совокупности преступлений  назначить минимально возможное наказание.  

                                                В апелляционной жалобе адвокат Алигаджиева Х.Ш. в защиту  Асадулаева просит смягчить назначенное осужденному наказание, считая его  несправедливым, чрезмерно суровым.  

                                                В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель  Абакаров А.Т. просит оставить их без удовлетворения, а приговор - без  изменения.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб,  Судебная коллегия находит выводы суда о виновности Магомедова К.М.,  Гаджиева Г.Н., Асадулаева А.А. Шиллаева И.Ш. в содеянном правильными,  основанными на исследованных в судебном заседании и полно изложенных в  приговоре доказательствах.  

                                                Эти выводы суда не оспариваются осужденными Гаджиевым Г.Н.,  Асадулаевым А.А. и Шиллаевым И.Ш.  

 

Доводы осужденного Магомедова и его защитников о том, что  Магомедов непродолжительное время являлся лишь членом незаконного  вооруженного формирования, а его роль как руководителя в НВФ, а также  вина в совершении вымогательства, не доказана, судом тщательно  проверены и обоснованно отвергнуты с приведением в приговоре  убедительных мотивов.  

                                                Как следует из материалов дела, допрошенные в ходе  предварительного следствия Магомедов К.М., Гаджиев Г.Н., Асадулаев А.А.,  Шиллаев И.Ш. в качестве подозреваемых и обвиняемых с соблюдением норм  уголовно-процессуального закона в присутствии адвокатов подробно  рассказывали при каких обстоятельствах они, в феврале 2012 года,  вступили в незаконное вооруженное формирование, о своих действиях и  роли в деятельности незаконного вооруженного формирования.  

                                                На предварительном следствии сам Магомедов не отрицал, что именно  он был инициатором создания вооруженной группы в г. 

<

...> привлек  к участию в группе Гаджиева, принял в группу Асадулаева и Шиллаева;  распределил роли, согласно которым Гаджиев стал его заместителем, а  Асадулаев и Шиллаев, выполняли его мелкие поручения. Примерно в начале  февраля 2012 года, он, Гаджиев, Асадулаев и Шиллаев примкнули к НВФ,  возглавляемому Шариповым, действовавшему в с. 

<

...> От Ш. ими было получено оружие, боеприпасы, деньги в сумме 

<

...> рублей. В марте 2012 года он снял  жилье по ул. 

<

...> куда поселил Асадулаева и Шиллаева, туда же  члены его группы перевезли оружие, полученное от Ш. а также обмундирование и палатки. В это же время, с целью проведения «джихада»  на территории 

<

...> и обеспечения группы деньгами, по инициативе  Ш., судье Верховного Суда Республики 

<

...> У. директорам магазинов и рынка, Асадулаев и Шиллаев направили флешки с  видео обращениями Ш.а с требованиями о выплате денег от 5 до 20 млн. рублей, сопровождавшиеся угрозами убийства в случае отказа  исполнения выдвигаемых требований. Пятую часть, полученных таким  образом денег, он собирался отдать амиру 

<

...> А. для «джихада», две пятых оставить своей группе, а остальную часть - передать  Ш.. 

                                                Указанные обстоятельства, в том числе и участие Магомедова в  незаконном вооруженном формировании в качестве ее руководителя в  подразделении в г. 

<

...> подтверждали на предварительном следствии  и осужденные Гаджиев Г.Н., Асадулаев А.А., Шиллаев И.Ш., показания  которых подробно изложены в приговоре.  

 

Допросы всех осужденных в ходе предварительного расследования  проведены в установленном законом порядке, а в судебном заседании  протоколы их допросов оглашены при наличии к тому законных оснований и  с соблюдением требований, предусмотренных статьей 276 УПК РФ. При  этом объяснения указанных лиц суд оценивал, соотнося их с другими  данными, изобличающими каждого из осужденных в совершении  преступлений.  

                                                Поскольку оглашенные показания осужденного Магомедова совпадали  в деталях с показаниями других осужденных, не противоречили другим  материалам дела, подтверждались реально произошедшими событиями и не  вызывали сомнений в объективном отражении обстоятельств дела, суд,  вопреки мнению Магомедова, а также его защитников, обоснованно  сослался на них в приговоре, правильно исходя из допустимости данных  доказательств.  

                                                Показания Магомедова в судебном заседании в части оспаривания  фактов руководства незаконным вооруженным формированием в г.  

<

...>, а также причастности к вымогательству, суд обоснованно отверг,  поскольку они опровергались материалами дела, исследованными в судебном  заседании.  

                                                Судом принято во внимание, что на предварительном следствии в ходе  неоднократных допросов Магомедов в присутствии адвоката признавал, что  он являлся руководителем незаконного вооруженного формирования в г.  

<

...>, входящего в структуру НВФ, возглавляемого Ш. 

                                                Действия Магомедова правильно квалифицированы судом по ч. 1 ст. 208  УК РФ.  

                                                По смыслу закона, руководство незаконным вооруженным заключается в  осуществлении управленческих функций в отношении объединения, отряда,  дружины или иной группы, а также в отношении отдельных его участников в  целях обеспечения деятельности незаконного вооруженного формирования.  Оно может выражаться, в частности, в утверждении общих планов  деятельности незаконного вооруженного формирования, в совершении иных  действий, направленных на достижение целей, поставленных таким  формированием (например, в распределении функций между членами  незаконного вооруженного формирования, в организации материально- технического обеспечения, в принятии мер безопасности в отношении членов  такого формирования).  

                                                Как установлено судом, в феврале 2012 года, в с. 

<

...>, другое лицо создал НВФ, в которое одновременно и добровольно вошли Магомедов К.М., Гаджиев Г.Н.,  Асадулаев А.А. и Шиллаев И.Ш., образовав отдельную вооруженную группу,  действовавшую в г. 

<

...>под руководством Магомедова. Согласно  структуре НВФ и системе подчиненности, Магомедов К.М. в отсутствии  руководителя НВФ, доводил до рядовых членов своей группы Гаджиева Г.Н.,  Асадулаева А.А. и Шиллаева И.Ш. все указания руководителя НВФ. Для  обеспечения деятельности НВФ в г. 

<

...> Магомедовым К.М. были  приобретены два горных костюма, две камуфлированные куртки, две  камуфлированные палатки, восемь лежаков, пять спальных мешков,  зрительная труба, жезл регулировщика, кожаный пояс с отсеками для  хранения пистолета и магазинов, которые он хранил в собственном гараже.  

                                                03 марта 2012 года для перехода на нелегальное положение Магомедов  К.М. арендовал жилище в г.

<

...> по 

<

...> куда тайно  поселил членов НВФ Асадулаева А.А. и Шиллаева И.Ш. и куда, по  указанию Магомедова, было перевезено оружие  

                                                Принимая во внимание характер совершенных Магомедовым К.М.  действий, суд обоснованно расценил его роль в НВФ как руководство  вооруженным формированием, не предусмотренным федеральным законом.  

                                                Оснований для переквалификации действий Магомедова на ч.2 ст. 208  УК РФ, освобождения его от уголовной ответственности, как о том ставится  вопрос в жалобах, не имеется.  

                                                Не может согласиться Судебная коллегия и с доводами жалоб о  непричастности Магомедова К.М. к вымогательству.  

                                                Из признанных судом достоверными показаний Гаджиева на  предварительном следствии следует, что в середине февраля 2012 года  Ш. вызвал его и Магомедова к себе и дал им мобильную карту памяти телефона, на которой имелось 4 видеозаписи с требованиями передачи  денег, адресованные судье Верховного Суда Республики Дагестан и трем  предпринимателям. Передавая телефонную карту памяти, Ш. поручил ему переписать каждое видео-обращение на отдельную флэш-карту,  объяснил, как найти указанных людей и передать им флэш-карты. Он и  Асадулаев впоследствии передали флэш-карты судье У. и предпринимателям И.А. О. 15 марта 2012 года он и Магомедов поехали в с. 

<

...> к Ш. которому доложили о выполнении указания по передаче флэш-карт.  

                                                Показания Гаджиева соответствуют показаниям Асадулаева на  предварительном следствии о том, что 23 февраля 2012 года Гаджиев и предварительном следствии о том, что 23 февраля 2012 года Гаджиев и  Магомедов К.М. после очередной поездки к Ш. рассказали ему, что привезли оружие м деньги от Ш. а также о том, что Ш. дал задание о передаче флэш-карт четырем жителям 

<

...>. Это задание  они выполнили. В то время, когда он, Шиллаев и Гаджиев занимались  передачей флэш-карт, Магомедов снял квартиру, купил для них различное  обмундирование для проживания в полевых условиях.  

                                                Показания Асадулаева подтвердил с его слов на предварительном  следствии и осужденный Шиллаев.  

                                                Показания осужденных о передаче флэш-карт соответствуют показаниям  потерпевших У., А., О.протоколам выемок у потерпевших флэш-карт, протоколам их осмотров, показаниям свидетелей.  

                                                Приведенные доказательства свидетельствуют о том, что умыслом  Магомедова охватывалось совершение другими участниками организованной  группы действий, направленных на вымогательство денежных средств у  потерпевших, а потому он в силу ч. 5 ст. 35 УК РФ лицо, руководившее  организованной группой, несет уголовную ответственность за все  совершенные организованной группой преступления, если они охватывались  его умыслом.  

                                                При таких действиям Магомедова К.М. суд дал правильную  юридическую оценку по п.п. «а», «б» ч.З ст. 163 УК РФ.  

                                                Правильной является и квалификация действий Магомедова К.М. по ч.  3 ст. 222 УК РФ, а также действий Гаджиева Г.Н., Асадулаева А.А.,  Шиллаева И.Ш. по ч.2 ст. 208; ч.З ст. 222; п.п. «а», «б» ч.З ст. 163 УК РФ (за  совершение четырех преступлений).  

                                                Наказание Магомедову К.М., Гаджиеву Г.Н., Асадулаеву А.А.,  Шиллаеву И.Ш. назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 60-63, 67  УК РФ с учетом характера, степени общественной опасности о  обстоятельств содеянного, данных, характеризующих личность виновных,  смягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на  исправление и на условия жизни их семей.  

                                                При этом смягчающие обстоятельства: наличие у Магомедова,  Гаджиева, Асадулаева, Шиллаева малолетних детей, их раскаяние в  содеянном, активное способствование раскрытию преступлений, а также их  положительные характеристики, привлечение к уголовной ответственности  впервые в полной мере учтены судом при назначении им наказания.  

 

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами  совершенных преступлений, ролью, поведением во время и после  совершенных преступлений каждым из осужденных и других обстоятельств,  существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений,  суд обоснованно не усмотрел.  

                                                Вывод суда о назначении Магомедову К.М., Гаджиеву Г.Н., Асадулаеву  А.А., Шиллаеву И.Ш. наказания, связанного с лишением свободы, в  приговоре должным образом мотивирован.  

                                                Назначенное каждому из осужденных наказание соразмерно  содеянному и отвечает принципам социальной справедливости.  

                                                При таких обстоятельствах, оснований для смягчения осужденным  Магомедову К.М. , Гаджиеву Г.Н., Асадулаеву А.А., Шиллаеву И.Ш.  наказания, применения ст. 64 УК РФ, как о том ставится вопрос в жалобах,  Судебная коллегия не находит.  

                                                На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389 , 389 , 389 УПК РФ, Судебная коллегия 

                                                определила: 

                                                приговор Верховного суда Республики Дагестан от 21 мая 2013 года, в  отношении Магомедова К.М. Гаджиева Г.Н. Асадулаева А.А. Шиллаева И.Ш. оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных Магомедова К.М., Гаджиева Г.Н., защитников осужденных  Магомедова М.А., Гададова И.С, Алигаджиевой Х.Ш., Микаиловой СХ.,  Асадулаева А.Г., Гайтаевой М.Ю. - без удовлетворения.  

                                                Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке  судебного надзора, установленном главой 48х УПК РФ, в президиум  Верховного Суда Российской Федерации в течение 1 года с момента его  провозглашения.  

                                                Председательствующий Судьи: