ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 226-УД25-17-А6 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 25 декабря 2025 г.  

Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации в составе  

председательствующего Воронова А.В., судей Дербилова О.А., Сокерина С.Г. при секретаре Лозовом СВ. 

с участием прокурора Калачёва Д.А., осуждённого ФИО1 посредством использования систем видеоконференц-связи, его защитника - адвоката Шпакова Ю.В. рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам осуждённого ФИО1 и его защитника - адвоката Шпакова Ю.В. на приговор 2-го Восточного окружного военного суда от 19 марта 2025 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 3 июля 2025 г.  

Согласно приговору 

ФИО1, 

<

...>, 

несудимый, 

осуждён за совершение преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 205х УК РФ, к лишению свободы на срок 8 лет 6 месяцев с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а оставшейся части срока наказания в исправительной колонии строгого режима.  

Апелляционным определением апелляционного военного суда от 3 июля 2025 г. приговор в отношении ФИО1 оставлен без изменения, а апелляционные жалобы осуждённого и защитника - адвоката  

Шпакова Ю.В. без удовлетворения.  

Заслушав доклад судьи Сокерина С.Г., выступления осуждённого ФИО1, его защитника - адвоката Шпакова Ю.В. в поддержку доводов кассационных жалоб, прокурора Калачёва Д.А., возражавшего против удовлетворения кассационных жалоб, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации  

установила: 

ФИО1 признан виновным и осуждён за пособничество в финансировании терроризма путём предоставления средств совершения преступления.  

Преступление совершено им в период с 

<

...> г. в г. 

<

...>при обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

В кассационных жалобах осуждённый и его защитник - адвокат Шпаков Ю.В. просят приговор и апелляционное определение отменить и уголовное преследование ФИО1 прекратить за его непричастностью к совершению преступления.  

В обоснование жалоб адвокат Шпаков Ю.В. и осуждённый ФИО1 приводят следующие доводы:  

переписка между ФИО1 и неизвестным лицом с ник-неймом 

<

...> была непродолжительной, что свидетельствует об отсутствии крепкой связи и системности взаимодействия между ними. Содержание переписки не позволяет сделать вывод о том, что ФИО1, оказывая услуги по продаже аккаунтов, достоверно знал о признании организации 

<

...>, в интересах которой действовал его партнёр по переписке, террористической. По делу не проведена лингвистическая экспертиза на предмет установления смысла и семантики текстов переписки между осуждённым и неустановленным лицом с ник-неймом 

<

...> Суд, не обладая специальными знаниями, сделал выводы о террористической направленности этих сообщений, что выходит за пределы его компетенции;  

по делу не установлено, что ФИО1 посещал сайты организаций, признанных террористическими. Название организации 

<

...>, об участии в деятельности которой сообщил ФИО1 его партнёр по переписке, не содержит указаний на противозаконность и направленность деятельности этой организации против интересов Российской Федерации и её граждан. Сам ФИО1 являлся предпринимателем в области использования компьютерных технологий и управления компьютерным оборудованием, поэтому обращение к нему по поводу приобретения аккаунтов воспринималось им в контексте его обычной профессиональной деятельности. Изложенное свидетельствует об отсутствии у осуждённого умысла на совершение преступления террористической направленности;  

положенные в основу приговора показания ФИО1 на предварительном следствии о полном признании им своей вины в совершении инкриминируемого деяния содержат признаки самооговора.  

ФИО1 неоднократно указывал, что признал вину под воздействием  

заблуждения, вызванного давлением правоохранительных органов и отсутствием полной информации о сути предъявленного обвинения. Данные показания не согласуются с содержанием переписки между осуждённым и неустановленным лицом с ник-неймом 

<

...> Принадлежность последнего к террористической организации 

<

...>не установлена. Иных доказательств, достоверно подтверждающих показания ФИО1, в деле не имеется;  

показания свидетеля К., оглашённые в ходе судебного разбирательства, являются недопустимым доказательством, так как направленная ему телефонограмма не является надлежащим способом вызова свидетеля в суд. В деле нет сведений о неявке свидетеля по уважительной причине. Сторона защиты была лишена права допросить данного свидетеля в суде. Кроме того, показания данного свидетеля вызывают сомнения в достоверности, так как утверждение о принадлежности неустановленного лица с ник-неймом 

<

...> к террористической организации не подтверждается иными материалами уголовного дела;  

справка о том, что органами ФСБ России получены сведения, подтверждающие факт использования представителями террористической организации 

<

...> для осуществления преступной деятельности аккаунта 

<

...> и криптокошельков с соответствующими идентификационными наименованиями, не является доказательством, поскольку не отвечает признакам, указанным в ст. 74 УПК РФ. При этом сведений об источнике данной информации в деле не содержится;  

поскольку в результате судебной психолого-психиатрической экспертизы у ФИО1 установлено смешанное расстройство личности, выводы экспертов о вменяемости осуждённого вызывают сомнения в правильности. По делу необходимо назначить повторную судебную психолого-психиатрическую экспертизу с целью выяснения, мог ли осуждённый, учитывая его расстройство личности, правильно интерпретировать содержание переписки и выделить из неё сведения о террористическом характере организации; обладал ли он достаточными когнитивными способностями для понимания юридически значимых последствий передачи учётных записей; были ли у него особенности, повышающие внушаемость и сниженные способности к критической оценке поступающей информации; требовалась ли для него повышенная разъяснительная работа, чтобы уяснить противоправность и опасность запрашиваемых действий;  

по делу не установлено использование созданных ФИО1 аккаунтов в целях финансирования терроризма, что порождает сомнения в доказанности осознания им того, что он реализует продукцию в виде  

аккаунтов именно террористической организации.  

Осуждённый ФИО1 в своей жалобе в дополнение к указанным выше доводам высказывает мнение, что уголовное дело в отношении него было возбуждено незаконно на основании недостоверной информации. Кроме того, в материалах уголовного дела не содержится сведений о получении им вознаграждения с использованием криптокошелька за создание аккаунтов для неустановленного заказчика.  

Государственным обвинителем Витковской Е.О. поданы возражения на кассационные жалобы, в которых она просит оставить их без удовлетворения, а приговор и апелляционное определение без изменения.  

Рассмотрев уголовное дело по доводам кассационных жалоб и выслушав стороны, Судебная коллегия не находит оснований для их удовлетворения.  

Согласно ч. 1 ст. 40115 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.  

Из материалов дела следует, что нарушений уголовно-процессуального закона, ограничивающих право стороны защиты на справедливое судебное разбирательство, не допущено.  

Выводы суда о совершении преступления, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела.  

Судебное разбирательство проведено в соответствии с положениями глав 35-39 УПК РФ объективно и всесторонне с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о состязательности и равноправии сторон.  

Все юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ, установлены.  

Судом обеспечены необходимые условия для реализации сторонами их процессуальных прав, которыми они реально воспользовались без каких-либо ограничений.  

Сведений о предвзятости суда и об обвинительном уклоне не имеется.  

Ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, разрешались судом в порядке, установленном уголовно-процессуальном законом, с вынесением обоснованных и мотивированных определений, соответствующих положениям ст. 256 УПК РФ, и объявленных в судебном заседании.  

Все представленные сторонами доказательства непосредственно, всесторонне и полно исследованы, по ним стороны имели возможность дать пояснения и задать допрашиваемым лицам вопросы.  

Приговор соответствует требованиям ст. 304, 307-309 УПК РФ. 

Виновность осуждённого ФИО1 в совершении инкриминируемого  

ему деяния подтверждается следующими доказательствами:  

показаниями ФИО1 на предварительном следствии о полном признании им вины в совершении инкриминируемого преступления с сообщением деталей, которые могли быть известны лишь ему. При этом он последовательно утверждал об осознании им того, что созданные им аккаунты переданы участнику террористической организации 

<

...> для последующего сбора денежных средств в интересах обеспечения её деятельности;  

оглашёнными в суде в соответствии с требованиями ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля К. об обстоятельствах проведения оперативно-розыскных мероприятий (далее - ОРМ), в результате которых обнаружена переписка осуждённого в мессенджере 

<

...> с неустановленным участником 

<

...>, использующим учётную запись 

<

...>, находящимся на территории 

<

...> и действующим в интересах этой организации, подтверждающая предоставление ФИО1 данному лицу за плату аккаунтов для сбора денежных средств на нужды данной террористической организации. 28 декабря 2023 г. ФИО1 обратился в правоохранительные органы с явкой с повинной, в которой сообщил о содеянном. В ходе осмотра его жилища обнаружены предметы, указывающие на противоправную деятельность осуждённого;  

протоколом ОРМ «осмотр жилища», подтверждающим обнаружение и изъятие по месту жительства ФИО1 указанных мобильных телефонов, сим-карт операторов сотовой связи, системного блока и других предметов, которые осуждённый по собственному признанию использовал в процессе совершения преступления;  

протоколом осмотра мобильного телефона ФИО1, в котором обнаружена переписка с удаленным пользователем 

<

...>, подтверждающая создание осуждённым и предоставление названному пользователю аккаунтов для террористической организации 

<

...> в целях сбора денежных средств для обеспечения деятельности этой организации;  

протоколом осмотра переписки ФИО1 с пользователем 

<

...>, согласно которому осуждённый согласился создать и предоставить названному заказчику за деньги аккаунты в мессенджере 

<

...> для организации каналов сбора денежных средств на нужды 

<

...> что было им выполнено и за что он получил от данного лица вознаграждение;  

протоколом осмотра предметов, подтверждающим нахождение указанных в приговоре абонентских номеров операторов сотовой связи, на которые осуждённым создавались учётные записи, в зоне действия базовых станций, находящихся в районе места жительства ФИО1, а также то, что соответствующие сим-карты устанавливались в мобильный телефон, который  

был изъят в ходе обследования жилища осуждённого;  

сообщением Службы ФСБ России, согласно которому аккаунт в мессенджере 

<

...> с именем 

<

...> используется лицом, причастным к организации 

<

...>»;  

копией вступившего в законную силу решения Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2023 г. № 

<

...> о признании украинского военизированного объединения 

<

...> террористической организацией и запрете его деятельности на территории Российской Федерации,  

иными доказательствами. 

Требования уголовно-процессуального закона при исследовании и оценке доказательств судом выполнены. Сведений, указывающих на их недопустимость либо недостоверность, материалы дела не содержат.  

Вопреки утверждению в кассационной жалобе осуждённого, уголовное дело в отношении ФИО1 возбуждено с соблюдением положений ст. 140, 146 УПК РФ при наличии повода и оснований для возбуждения дела, которые полно изложены в отвечающем требованиям ст. 146 УПК РФ постановлении следователя о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству.  

Также не нарушен установленный положениями главы 23 УПК РФ порядок привлечения ФИО1 в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, которое является законным, обоснованным, было надлежаще разъяснено осуждённому и уяснено им.  

Довод в кассационной жалобе защитника о том, что переписка между ФИО1 и неизвестным лицом с ник-неймом 

<

...> была непродолжительной, а её содержание не позволяет сделать вывод о том, что ФИО1 достоверно знал о признании 

<

...> террористической организацией, является несостоятельным.  

Исследованными в суде доказательствами в их совокупности и взаимосвязи подтверждается, что партнёр осуждённого по переписке прямо сообщил ему о своём участии в 

<

...>, и о том, что заказываемые у ФИО1 аккаунты нужны для организации финансирования терроризма, за осуждённый получил обещанное денежное вознаграждение.  

При таких обстоятельствах утверждение в жалобе о том, что ФИО1 не знал о признании организации 

<

...> террористической, не соответствует действительности.  

Поскольку из содержания переписки между ФИО1 и неустановленным лицом с ник-неймом 

<

...> следует, что они достигли договорённости о создании осуждённым аккаунтов для сбора средств в интересах террористической организации 

<

...> за вознаграждение, оснований для иной интерпретации их диалога не имеется, в связи с чем необходимость проведения судебной лингвистической экспертизы по выявлению другого смысла их общения  

отсутствует.  

Вопреки утверждению в жалобах, признаков самооговора в показаниях ФИО1, данных им в качестве подозреваемого и обвиняемого на предварительном следствии и признанных судом достоверными, не имеется.  

Эти показания даны ФИО1 добровольно после разъяснения положений ст. 51 Конституции Российской Федерации о праве каждого не свидетельствовать против себя самого и предусмотренных ст. 46, 47 УПК РФ прав с предупреждением, что данные показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе в случае последующего отказа от них. Показания он давал в присутствии защитника - адвоката в условиях, исключающих возможность незаконного воздействия на него. Правильность составления протоколов допросов подтверждена подписями осуждённого и его защитника, замечаний или жалоб ими не высказано.  

Сведений о ненадлежащем исполнении обязанностей адвокатом по защите ФИО1 или о наличии предусмотренных ст. 72 УПК РФ оснований, исключающих участие защитника в производстве по уголовному делу, не имеется.  

ФИО1 в показаниях сообщал сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию по делу, которые могли быть известны лишь ему самому. Они согласуются с иными доказательствами.  

Таким образом, оснований для вывода о недопустимости и недостоверности данных показаний ФИО1 не имеется.  

Оглашение в судебном заседании показаний свидетеля Коробского осуществлялось в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 281 УПК РФ при наличии согласия сторон. Каким-либо образом сторона защиты показания этого свидетеля не оспаривала. После оглашения показаний свидетеля К. осуждённый ФИО1 заявил, что согласен с их содержанием. 

При таких обстоятельствах оснований для вывода о том, что в результате неявки свидетеля Коробского в судебное заседание и оглашения его показаний нарушены или ограничены какие-либо процессуальные права стороны защиты либо это повлияло на полноту, объективность и всесторонность судебного разбирательства, не имеется.  

Справка о том, что органами ФСБ России получены сведения, подтверждающие факт использования представителями террористической организации 

<

...> для осуществления преступной деятельности аккаунта 

<

...> и криптокошельков с соответствующими идентификационными наименованиями, вопреки утверждению в кассационных жалобах, соответствует ст. 74 УПК РФ. В качестве источника информации в ней содержится ссылка на оперативные данные, имеющиеся в соответствующем подразделении органа государственной безопасности.  

Утверждение в жалобах о необходимости проведения повторной или дополнительной судебной психолого-психиатрической экспертизы является необоснованным ввиду отсутствия оснований, предусмотренных  

ст. 207 УПК РФ.  

Психическое состояние осуждённого исследовано полно. Вывод суда о вменяемости ФИО1 с учётом заключения комиссии экспертов, проводивших стационарную комплексную психолого-психиатрическую судебную экспертизу, является правильным.  

Диагностированное у ФИО1 смешанное расстройство личности не повлияло на его способность правильно воспринимать и оценивать значимые для дела обстоятельства, то есть в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.  

Дальнейшее использование созданных ФИО1 аккаунтов не влияет на правовую оценку инкриминируемого ему деяния, которое является оконченным с момента предоставления им заказчику созданных им аккунтов, заведомо предназначенных для сбора средств в пользу террористической организации.  

Таким образом, совершённое ФИО1 преступление судом квалифицировано правильно. Оснований для иной уголовно-правовой оценки содеянного им не имеется.  

Наказание осуждённому назначено в соответствии с требованиями закона, характером и степенью общественной опасности совершенного им преступления, данными о его личности, смягчающими и другими обстоятельствами, предусмотренными ч. 3 ст. 60 УК РФ.  

Судом учтены в качестве смягчающих наказание обстоятельств явка ФИО1 с повинной и его активное способствование раскрытию и расследованию преступления.  

Также учтены частичное признание осуждённым вины в содеянном в судебном заседании своей вины, положительные характеристики по месту жительства, состояние здоровья ФИО1 и его близких.  

С учетом изложенного суд пришёл к выводу о возможности не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде штрафа.  

Вместе с тем, исходя из характера и степени общественной опасности совершённого преступления, конкретных обстоятельств содеянного, суд пришел к правильному выводу о назначении ему наказания в виде лишения свободы на срок, указанный в приговоре.  

Все юридически значимые обстоятельства, в том числе положения ч. 6 ст. 15 УК РФ, при назначении наказания судом обсуждены и приняты во внимание. Оснований для изменения категории совершённого им преступления на менее тяжкую не имеется.  

Назначенное наказание является соразмерным содеянному ФИО1 и справедливым.  

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции в установленном порядке проверены законность, обоснованность и справедливость приговора, соблюдена процедура рассмотрения дела, в полном объёме рассмотрены доводы апелляционных жалоб, вынесенное апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389 ,389 УПК  

РФ.  

Таким образом, нарушений закона, влекущих отмену либо изменение приговора и апелляционного определения, по делу не допущено.  

На основании изложенного, руководствуясь ст. 40113, 401|4 УПК РФ, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации  

определила: 

приговор 2-го Восточного окружного военного суда от 19 марта 2025 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 3 июля 2025 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, а кассационные жалобы осуждённого и его защитника - адвоката Шпакова Ю.В. без удовлетворения.  

Председательствующий А.В.Воронов 

Судьи О.А.Дербилов  

С.Г.Сокерин