ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 58-АПУ14-44 

                                                

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                город Москва 24 сентября 2014 года  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  

                                                Федерации в составе председательствующего судьи Иванова Г.П., судей Ермолаевой Т.А. и Шамова А.В., при секретаре Ивановой А.А., 

                                                рассмотрев в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе  

                                                осужденного Губы ВВ. на приговор Хабаровского краевого суда от 9 июля 2014 года,  

                                                которым 

                                                ГУБА В.В. судимый 14.09.2012 года по п. «в» части 2 статьи 158  УК РФ к двум годам лишения свободы, на основании  статьи 73 УК РФ условно с испытательным сроком два  года, с зачётом в срок отбывания назначенного  наказания времени содержания под стражей с 26 июля  по 14 сентября 2012 года,  

                                                осужден п. «в» части 2 статьи 105 УК РФ на 15 лет лишения свободы, с ограничением  

                                                свободы сроком на 1 год, с установлением указанных в статье 53 ограничений.  

 

На основании части 5 статьи 74 УК РФ отменно условное осуждение Губы В.В. по  приговору от 14.09.2012 года.  

                                                На основании статьи 70 УК РФ по совокупности приговоров путём частичного  присоединения к назначенному наказанию неотбытого наказания по приговору от  14.09.2012 года, окончательно Губе ВВ. назначено 16 лет лишения свободы, с  ограничением свободы на 1 год, с возложением обязанностей не изменять места  жительства или пребывания без согласия специализированного государственного  органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждённым наказания в виде  ограничения свободы, выезжать за пределы территории муниципального района  «Город 

<

...>», являться в специализированный государственный орган не реже  четырёх раз в месяц для регистрации, с отбыванием наказания в исправительной  колонии строгого режима.  

                                                Мера пресечения в отношении Губы ВВ. оставлена без изменения - содержание  под стражей.  

                                                Срок наказания Губе ВВ. исчислен с 9.07.2014 г. 

                                                В срок наказания зачтено время нахождения Губы ВВ. под стражей с 26 июля  по 14 сентября 2012 года и с 25 апреля 2013 года по 8 июля 2014 года.  

                                                По делу разрешен гражданский иск, с Губы ВВ. взыскано в пользу П. рублей. 

                                                Приговором решен вопрос о вещественных доказательствах, процессуальных  издержках.  

                                                Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Шамова А.В.,  выступления осужденного Губы ВВ. и в защиту его интересов адвоката Нянькина  А.А. по доводам апелляционной жалобы, прокурора Кузнецова СВ., полагавшего  приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия  

                                                УСТАНОВ ИЛА: 

                                                приговором Губа ВВ. признан виновным в том, что 23.04.2013 года в период с  16 часов 45 минут до 18 часов 7 минут в квартире 

<

...> дома 

<

...> по проспекту  

<

...> в г. 

<

...> края, при обстоятельствах, подробно  изложенных в приговоре, совершил убийство малолетней П. года рождения, причинив ей повреждения, от которых смерть потерпевшей последовала 24.04.2013 г. в О часов 15 минут в условиях  реанимационного отделения КГБУЗ «

<

...>».  

                                                В апелляционной жалобе и дополнениях осужденный Губа ВВ., не соглашаясь  с приговором, указывает, что судом неправильно применен уголовный закон,  поскольку смерть потерпевшей последовала в больнице; доказательств совершения им преступления, умысла на причинение смерти потерпевшей не имеется; не  установлено орудие преступления; на признанных вещественными доказательствами  предметах следов преступления не имеется. В ходе следствия не проверялась  возможная причастность к преступлению иных лиц. В приговоре неверно указаны  характеризующие его данные. Очевидцев преступления не было, данные,  содержащиеся в показаниях свидетелей, заключениях экспертов не указывают на его  причастность к преступлению; обвинительный приговор не может быть построен на  предположениях, имеются неустранимые сомнения в его виновности. Явка с  повинной им была дана в связи с оказанным незаконным воздействием, о чем он  заявил в судебном заседании, при этом ему не были разъяснены положения статьи 51  Конституции РФ и его право на участие адвоката. Ходатайство об исключении явки с  повинной из числа доказательств необоснованно отклонено, при этом суд не учел, что  фактически он был задержан утром 24.04.2014 года, чему имеются многочисленные  свидетельства. Данные, содержащиеся в «явке с повинной» в ходе следствия не  проверялись, изложенные в ней и протоколах его допроса в качестве подозреваемого  от 25.04.2014 года, также проведенного с грубейшими нарушениями норм УПК РФ,  сведения об обстоятельствах происшедшего опровергаются заключениями экспертов,  материалами уголовного дела. Приводя содержание доказательств, давая им  собственную оценку, указывает на наличие в них противоречий. Показания  потерпевшей П. ее сына П. являются непоследовательными, лживыми, в ходе допроса потерпевшей на предварительном  следствии нарушены нормы УПК РФ, следователем ей задавались наводящие  вопросы; показания свидетеля Реуновой (т. 1 л.д. 144- 146) основаны на  предположениях и не могут быть признаны доказательством, как и показания  свидетелей А., С., К., содержащие существенные, неустраненные противоречия. В связи с наличием неприязненных отношений не  могут служить доказательством его виновности показания свидетеля Д. допрошенной в судебном заседании. Считает, что все приведенные в приговоре в  обоснование его вины доказательства таковыми не являются, поскольку противоречат  другим доказательствам. Доказательства, подтверждающие его алиби, следствием  проигнорированы, к его правдивым показаниям о непричастности к преступлению,  суд необоснованно отнесся критически. Выражает несогласие с решением по  гражданскому иску, взысканием с него процессуальных издержек, связанных с  оплатой проезда свидетеля Д с назначением дополнительного наказания  в виде ограничения свободы. Просит отменить приговор, дело вернуть на новое  расследование.  

                                                В возражениях на апелляционную жалобу осужденного государственный  обвинитель ОС. Орлова просит оставить ее без удовлетворения, приговор суда - без  изменения.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и  дополнений, судебная коллегия находит приговор суда законным и обоснованным.  

 

Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом  процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства.  Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями глав  36-39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства, процедуру  рассмотрения уголовного дела.  

                                                Утверждения осужденного Губы В.В. в апелляционной жалобе о том, что  обстоятельства совершения преступлений, изложенные в приговоре, в ходе судебного  следствия не нашли своего подтверждения, являются несостоятельными. Выводы  суда о виновности Губы ВВ. основаны на доказательствах, исследованных в  судебном заседании и получивших оценку в приговоре.  

                                                Несмотря на непризнание в судебном заседании Губой ВВ. вины в судебном  заседании, судом, на основании совокупности собранных по делу и проверенных в  ходе судебного разбирательства доказательств, с достаточной полнотой установлены  обстоятельства совершенного осужденным преступления.  

                                                Все доказательства судом, в соответствии с положениями статей 87-88 УПК РФ  были проверены путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в  деле, и оценены с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а их  совокупность - достаточности для разрешения уголовного дела.  

                                                В судебном заседании в соответствии с положениями пункта 1 части 1 статьи 276  УПК РФ были исследованы показания Губы ВВ., которые были даны в ходе  предварительного расследования при допросе в качестве подозреваемого, при этом  Губа В.В. пояснял об обстоятельствах совершения преступления (т.1 л.д.210-214).  

                                                Исследована судом и явка Губы ВВ. с повинной от 24.04.2013 года (т.1 л.д.196- 198), из содержания которой следует, что Губа ВВ. указал, что находясь в состоянии  психологического «срыва», не рассчитав свои силы, откинул на диван потерпевшую  П. она упала на пол, на правый бок. 24.04.2013 года он узнал о смерти Л. в больнице. 

                                                Вопреки доводам апелляционной жалобы, заявления Губы В.В. в судебном  заседании о том, что признательные показания им даны в ходе оказанного  незаконного воздействия, с надлежащей тщательностью были проверены в ходе  судебного разбирательства.  

                                                Суд пришел к обоснованному выводу и мотивировал его в приговоре о том, что  сделанные в ходе судебного заседания заявления Губы ВВ. являются способом  избежать уголовной ответственности за содеянное. Они были расценены судом как  способ защиты и отвергнуты на основании совокупности доказательств,  указывающих на причастность Губы ВВ. к совершенному преступлению и ложность  его заявлений о незаконных методах ведения следствия.  

 

Судом было установлено, что ни в ходе проведения следственных действий, ни  при ознакомлении с их протоколами, от лиц, принимавших в них участие, заявлений  и ходатайств о неправомерных действиях сотрудников правоохранительных органов  не поступало, в том числе от Губы ВВ. и защитника Максимова М.А.,  представлявшего его интересы на первоначальном этапе предварительном следствии.  

                                                Более того, судебная коллегия отмечает, что реализуя свои процессуальные  права, в том числе и на дачу, либо отказ от дачи показаний, Губа ВВ.,  воспользовавшись положениями статьи 51 Конституции РФ, отказался от дачи  показаний при проверке их на месте (т.1 л.д.215-217).  

                                                Проверялись судом и обстоятельства явки Губы В.В. с повинной, оснований для  исключения указанного протокола из числа допустимых доказательств судом не  установлено. Принятое судом по результатам рассмотрения решение является  мотивированным, основано на законе (т. 4 л.д. 82-86 ), аналогичные доводы  осужденного были повторно проверены в судебном заседании. Мотивы принятого  решения приведены в приговоре. Судебная коллегия считает, что у суда не имелось  основания для признания недопустимым доказательством также и протокола допроса  Губы ВВ. в качестве подозреваемого.  

                                                Обстоятельства совершения Губой ВВ. убийства малолетней П. судом установлены на основании совокупности доказательств, при этом сообщенные Губой ВВ. в ходе предварительного следствия обстоятельства  совершения преступления объективно подтверждены показаниями потерпевшей  П. пояснившей суду, что 23.04.2013 года в вечернее время, уложив малолетнюю дочь Л., которой было 4 месяца, она, вместе с сыном 

<

...> пошла за двумя дочками в детсад, заперев входную дверь квартиры, отдала ключи  Губе, который пошел выгуливать собаку и в магазин за продуктами. Вернувшись с  дочкой В. в квартиру, где уже находился Губа ВВ., она обратила внимание, что тот был в нервном состоянии, злым, и сказал, что у него из портмоне пропали  

<

...> рублей. Она пошла на кухню, готовить пищу для детей, когда подошла к  кроватке, в которой находилась Л., увидела у той множественные гематомы на голове, ухе, деформацию черепа, опухшие губы. Она сразу поняла, что это сделал  Губа, оставшись с ребёнком в квартире. Губа В. не давал ей вызвать скорую помощь,  удерживал её, оставив синяк на руке, говорил, что медицинские работники вызовут  полицию и его привлекут к уголовной ответственности, но она вырвалась и  позвонила от соседа. Вместе с ребёнком они поехали в реанимационное отделение  больницы, там Губа устроил ей скандал, заявил, что она специально сделала это,  таким способом избавляется от мужчин, говорил, чтобы она передала матери его  вещи. По дороге он держал Л на руках, строил из себя заботливого отца,  успокаивая ребёнка, высказывал всякие версии о том, что вред ей причинили собаки  или дети, возможно, А уронил её. Однако Губа оставался в квартире с Л 

                                                один, дети к ней не под и, такса запрыгнуть в детскую кровать не могла, а собака крупнее была на привязи в прихожей, вдалеке от спальни; судом в порядке статьи 281  УПК РФ были исследованы показания потерпевшей в ходе допроса на  предварительном следствии 24 и 25 апреля 2013 года, в которых она заявляла, что не  знает, при каких обстоятельствах ребёнком получены эти телесные повреждения (т. 1  л.д.73-76, т.1 л.д.77-80); при допросах 14.05.2013 года (т.1 л.д.83-85), 1.10.2014 года  (т.1 л.д.86-89) она поясняла, что только Губа ВВ. находился дома и мог причинить ее  дочери телесные повреждения.  

                                                Согласно свидетельству о рождении 

<

...> №

<

...> от 9.01.2013 года  П. родилась 

<

...> года (т.З л.д.77). 

                                                Исследовав протокол допроса несовершеннолетнего свидетеля П.., суд установил, что к 17 часам 23 апреля 2013 года он с мамой пошел в детский сад забирать В. и М. а Губа ВВ. направился в магазин за продуктами. Уходя из дома, мама закрыла входную дверь на ключ, Л. спала в дальней комнате. Когда вернулись домой, Губа ВВ. находился на кухне, был агрессивным,  нервничал, побежал в комнату, какую П. не видел, так как его уронила собака. Когда мама зашла в комнату, где спала Л., сразу же выбежав из комнаты с Л. на руках, она стала кричать, чтобы Губа ВВ. вызывал скорую медицинскую помощь, но тот ответил ей, что не надо вызывать «скорую», так как его  посадят. Мама отдала Л. на руки Губе В.В. и побежала вызывать «скорую». Когда вернулась, Губа ВВ. собирал вещи и говорил: «Если меня посадят, я больше не  приду». Мама спросила у него, за что он должен сидеть, тот ответил, что сядет за то,  что мама свалит на него то, что он искалечил Л. (т.1 л.д. 111-115). Указанные показания свидетель П. подтвердил в судебном заседании. 

                                                Из показаний свидетеля Р. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, суд установил, что 23.04.2013 года вечером, от сына  Ал

<

...> который дружил с А. узнала, что младшая сестрёнка А. умирает в больнице. Она стала спрашивать, что случилось, сын ответил, что у девочки что-то с головой. Ей также известно, что 23.04.2013 года Губа  ВВ. с утра уже находился в состоянии алкогольного опьянения. Со слов П., ей стало известно, что 23.04.2013 г. когда та уходила с сыном А. за девочками в детский сад, младшая дочь Л. спала в комнате, когда она вернулась, нашла Л. с травмами в кроватке. На ее вопросы Губа ВВ. стал ей угрожать, что разберётся с ней и её детьми, если она кому-нибудь расскажет об этом (т.1 л.д. 144- 146).  

                                                Из показаний свидетелей А.С. К. судом были установлены обстоятельства их выезда в составе экипажа «скорой  помощи» по вызову на пр. 

<

...> по поводу травмы головы у ребёнка,  которого, согласно вызову уронили на пол. Встретивший их мужчина - Губа ВВ.,  пояснял, что с ребенком что-то сделала собака; осмотрев ребёнка, обнаружили  гематомы на волосистой части головы и лице, теле от свежих травм, которые не могли быть получены при падении ребёнка, поскольку их было много и с различной  локализацией. В их присутствии мать спрашивала у мужчины, что с ребёнком, но тот  ничего внятного сказать не смог, валил всё на собаку, которая что-то сделала с  ребёнком. При этом Губа был в состоянии алкогольного опьянения, это было  заметно по запаху, его шаткой походке и несвязной речи.  

                                                Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, показания  потерпевшей П. ее сына П. оценены судом, в том числе и в соответствии с установленными судом обстоятельствами, в связи с  которыми, П. в ходе предварительного следствия, изменяла свои показания, и не сразу заявила о причастности Губы ВВ. к совершенному  преступлению.  

                                                Вместе с тем, судом не установлено оснований для признания ее показаний  недопустимыми, как полученных с нарушением нормы УПК РФ, в связи с тем, что,  по мнению автора жалобы, следователем ей задавались наводящие вопросы. Таких  обстоятельств судом не установлено, показания потерпевшей П. как данные в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, оценены  судом в совокупности с иными доказательствами по делу, при этом суд, как того и  требует закон, привел в приговоре мотивы, по которым принял одни из доказательств  и отверг другие.  

                                                Обоснованно суд использовал для установления обстоятельств, указанных в  статье 73 УПК РФ и показания свидетеля П. 

                                                Несостоятельны доводы жалобы осужденного и о невозможности использования  показаний свидетелей Р. как основанных на предположениях, Д. как испытывавшей неприязнь к Губе ВВ., а также показаний свидетелей А.С. К. в качестве доказательств. 

                                                В судебном заседании свидетели Р.Д. поясняли об известных им обстоятельствах, указав на источник своей осведомленности.  

                                                В силу статьи 17 УПК РФ именно судья оценивает доказательства по своему  внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном  деле доказательств.  

                                                Свидетели А.В., С.К. поясняли суду об обстоятельствах, очевидцами которых они являлись, которые имеют значение для  правильного разрешения дела.  

                                                По сообщению приёмного отделения КГБУЗ «А

<

...> центральная районная  больница» от 23.04.2013 года следует, что в больницу поступила П. в возрасте

<

...> месяца, с диагнозом «ушиб головного мозга, множественные ушибы  головы и туловища», госпитализирована в реанимационное отделение (т.1 л.д.49),  24.04.2013 года в РО АЦРБ П. умерла (т.1 л.д.34). 

 

Согласно карте вызова № 14 от 23.04.2013 года, с 18:09 по 18:47 дежурной  бригадой № 

<

...> станции скорой медицинской помощи в составе фельдшеров К. и А. санитара С. и водителя Г. обслуживался вызов в кв.

<

...> дома 

<

...> по пр. 

<

...> г. 

<

...>по поводу травмы головы  П. года рождения, выставлен диагноз «ушиб головного мозга, гематома теменной области, гематомы и множественные ушибы головы и  туловища». Со слов матери больной, она обнаружила ребёнка в комнате на диване с  множественными синяками. Мать отлучалась в детский садик примерно в 18:00  23.04.2013 г., с ребёнком оставались сожитель и старший ребёнок (т.1 л.д.68).  

                                                Приведены в приговоре и оценены наряду с другими доказательствами  показания свидетеля Г. которая, по ее пояснениям не может поверить, что ее сын мог избить ребенка; показания свидетелей Г. и Г. об известных им обстоятельствах, а также их заявления, что их брат - Губа ВВ. не мог  причинить вред маленькому ребенку.  

                                                Исследовано судом и представленное свидетелем Г. сообщение в социальной сети «

<

...>», а также пояснения потерпевшей П. о том, что это сообщение она вынуждена была отправить, чтобы обезопасить себя и своих детей от воздействия со стороны родственников и друзей подсудимого  Губы ВВ.; заключение эксперта № 202 от 25.06.2013 года об обнаружении телесных  повреждений у Губы ВВ. и его пояснения по поводу их образования.  

                                                В ходе осмотра места происшествия 23.04.2013 года в квартире 

<

...> дома 

<

...> по  пр. 

<

...> г. 

<

...> края на входной двери повреждений не  имеется (т.1 л.д.36-39); при осмотре места происшествия 25.04.2013 года по этому  же адресу, зафиксирована обстановка в квартире, изъяты олимпийка «

<

...>», карта  памяти из фотоаппарата, черные трико «

<

...>», черные носки, памперсы, детская  распашонка зеленого цвета (т.1 л.д.50-54); изъятые предметы были осмотрены (т.2  л.д.93-94).  

                                                Согласно заключению эксперта № 686/4-1 от 20.05.2013 г. на одежде,  принадлежащей Губе ВВ. (спортивной куртке («олимпийке»), спортивных брюках  («трико»), носках) имеются наслоения посторонних микрочастиц волокон, не  имеющих общую родовую (групповую) принадлежность с волокнами, входящими в  состав распашонки и подгузника П. на распашонке и подгузнике П. имеются наслоения посторонних микрочастиц волокон, не имеющих общую родовую (групповую) принадлежность с волокнами, входящими в  состав одежды, принадлежащей Губе ВВ. (спортивной куртки («олимпийки»),  спортивных брюк («трико»), носков); на ногтевых срезах и в подногтевом  содержимом рук Губы ВВ. наслоений микрочастиц волокон не имеется (т.2 л.д. 149- 153).  

 

Из заключения эксперта № 145 от 14.08.2013 года следует, что смерть ребенка  П. года рождения, констатирована в присутствии медицинского персонала 24.04.2013 года в 0 часов 15 минут, были обнаружены телесные  повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы (кровоподтеков лобной  области (2), левой параорбитальной области, левой щечной области, левой скуловой  области; кровоизлияния в слизистую верхней губы; участки осаднения левой  параорбитальной области по наружному углу (3), правой скуловой области с  подкожными кровоизлияниями, массивные кровоизлияния в мягкие ткани волосистой  части головы, подкожная гематома правой темено-лобно-височной области,  компрессионный перелом костей свода черепа (левой, правой теменных костей),  субдуральное кровоизлияние (под твердую мозговую оболочку) правого полушария,  субарахноидальное кровоизлияние (под мягкую мозговую оболочку) правого  полушария, неполный отрыв суставной поверхности головки нижней челюсти слева),  осложнившейся острым расстройством мозгового кровообращения от сдавливания  головного мозга субдуральной гематомой, вклиниванием стволовой части, развитие  выраженного отёка головного мозга па фоне кровопотери, вторичными  кровоизлияниями в боковые желудочки головного мозга, эпидуральными и  субдуральными кровоизлияниями спинного мозга, выраженным отеком ткани  спинного мозга, которые могли возникнуть как минимум от однократного  травматического компрессионного воздействия, являются прижизненными по  механизму и времени своего образования в своей совокупности составляют единую  закрытую черепно-мозговую травму, состоят в прямой причинно-следственной связи  со смертью, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для  жизни, как в момент причинения, так и по признаку развития угрожающего для  жизни состояния, в данном случае повлекшие за собой смерть. Исходя из  анатомической локализации и морфологических особенностей повреждения в области  головы, механизм образования вышеуказанной травмы мог быть следующий: общая  деформация черепа (в том числе сдавление черепа между двумя твердыми  предметами, падение на голову лежащего человека тяжелого предмета - ударное  сдавление и т.д.) в косом направлении (слева направо, спереди назад), где точкой  приложения силы (непосредственного первичного контакта) явилась левая теменная  область (локализация непрерывного дугообразного перелома - так же может быть  результатом действия локального длительного прогиба), при этом правая теменная  область находилась на твердой подложке с неограниченной контактирующей  поверхностью по отношению к голове ребенка (образование непрерывных  дугообразных трещин, расположенных перпендикулярно направлению сдавления,  таким образом, формирующих неправильные фрагменты трапециевидной формы).  

                                                Кроме того, при судебно-медицинской экспертизе трупа обнаружены  сгибательные переломы 7,8,9 ребер, которые могли возникнуть, как минимум, от  однократного ударного воздействия тупым твердым предметом (предметами), так и  от удара о таковой (таковые); кровоподтеки передней поверхности грудной клетки,  левой и правой голеней, левого голеностопного сустава, которые могли возникнуть как минимум от четырех травматических воздействий/ударов тупым твердым  предметом (предметами), так и от удара о таковой (таковые); характерных  особенностей, которые могли бы указать на идентификационные признаки  травмирующего орудия или предмета при исследовании повреждений не обнаружено.  Локализация, объём и характер имеющихся травм не исключает возможность  совершения ребенком активных целенаправленных действий в пониженном объеме  до момента утраты сознания (доступных в данном возрасте). В данном случае  длительность вышеуказанного временного промежутка составила не более 24 часов,  на что указывает давность образования вышеуказанного повреждения.  

                                                Согласно заключению эксперта № 337 от 5.11.2013 года, исключается  возможность образования телесных повреждений у потерпевшей П. года рождения, при обстоятельствах, указанных в протоколе допроса подозреваемого Губа ВВ. от 25.04.2013 года. При этом эксперт отмечает, что в  показаниях отсутствует отражение механизма возникновения повреждений в виде - неполного отрыва суставной поверхности головки нижней челюсти слева,  кровоподтеков передней поверхности грудной клетки, левой и правой голеней, левого  голеностопного сустава, левой параорбительной области, левой щечной области,  левой скуловой области; участков осаднения левой параорбительной области по  наружному углу (т.З л.д. 1-10).  

                                                Судом были исследованы и иные, приведенные в приговоре доказательства. 

                                                Доводы апелляционной жалобы Губы ВВ. и его заявления о невиновности в  связи с тем, что очевидцев совершения преступлений не имеется, что заключения  экспертов носят вероятностный характер, не установлен механизм причинения  повреждений потерпевшей, что судом не устранены сомнения в его виновности, о  том, что в ходе следствия не была проверена версия о возможной причастности к  преступлению других лиц, судебная коллегия считает несостоятельными.  

                                                На основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств,  подробный анализ и оценка которых приведены в приговоре, суд пришел к  правильному выводу о виновности осужденного в инкриминируемом ему  преступлении, при этом в приговоре судом, в соответствии с требованиями п. 2  статьи 307 УКПК РФ, приведены мотивы, по которым суд принял одни из  доказательств и отверг другие, всем исследованным доказательствам дан подробный  анализ.  

                                                Судом с достаточной полнотой были установлены фактические обстоятельства  дела, при этом суд пришел к правильному выводу о виновности осужденного Губы  ВВ. в убийстве П. при этом суд в соответствии с исследованными доказательствами отметил непоследовательную позицию Губы ВВ., стремление им  преуменьшить степень своей вины и изменение показаний по мере получения  органом предварительного следствия уличающих его показаний.  

 

В должной степени проверено судом и психическое состояние Губы ВВ., судом,  с учетом заключения экспертов по результатам судебных психолого-психиатрических  экспертиз № 911 от 17.05.2013 года, № 784 от 15.05.2014 года Губа ВВ. признан  вменяемым.  

                                                Согласно протоколу судебного заседания, судебное следствие было окончено  при отсутствии возражений участников судопроизводства, заявлений и дополнений к  судебному следствию не имелось.  

                                                Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении  уголовного дела, судом допущено не было.  

                                                Содеянное осужденным получило надлежащую юридическую оценку.  Квалификация действий Губы ВВ. по п. «в» части 2 статьи 105 УК РФ является  правильной. Выводы суда относительно квалификации содеянного осужденным в  приговоре мотивированны.  

                                                Судом правильно установлено, что действия осужденного по лишению жизни  потерпевшей носили умышленный характер, смерть потерпевшей находится в прямой  причинной связи с действиями осужденного.  

                                                Гражданский иск судом разрешен на основании действующего законодательства,  принятое решение о взыскании с Губы ВВ. средств в возмещение материального  ущерба и морального вреда судом мотивировано, принято с учетом нравственных  страданий, причиненных потерпевшей, имущественного положения виновного.  

                                                Обоснованно судом принято решение и о взыскании с Губы ВВ. процессуальных  расходов, в том числе и о взыскании сумм понесенных расходов по оплате проезда  свидетелей в судебное заседание.  

                                                Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом при назначении Губе ВВ.  наказания, в полной мере были учтены обстоятельства, указанные в статье 60 УК РФ,  характеризующие осужденного данные.  

                                                Наказание, назначенное осужденному, отвечает принципам справедливости,  содержащимся в статье 6 УК РФ. В качестве смягчающих наказание Губе ВВ.  обстоятельств суд учел явку с повинной, молодой возраст.  

                                                Каких-либо обстоятельств, в силу которых наказание осужденному могло быть  назначено с применением положений части 6 статьи 15, статьи 64 УК РФ, ни судом,  ни судебной коллегией не установлены.  

                                                Назначенное осужденному Губе ВВ. наказание в виде лишения свободы, а  также дополнительное наказание в виде ограничения свободы, является  справедливым и оснований для его смягчения судебная коллегия не усматривает.  

 

Судебная коллегия считает приговор в отношении Губы ВВ. законным и  обоснованным.  

                                                Руководствуясь статьями 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия 

                                                ОПРЕДЕЛИЛА: 

                                                приговор Хабаровского краевого суда от 9 июля 2014 года в отношении ГУБЫ  В.В. оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

                                                Председательствующий Судьи

                                                ссии