ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 19-КГ20-13-К5  № 2-326/2019 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 13 октября 2020 г.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

председательствующего Асташова СВ., судей Марьина А.Н. и Кротова М.В. 

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску  ФИО1 к публичному акционерному обществу  Страховая компания «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения  

по кассационной жалобе ФИО1 на решение  Ленинского районного суда г. Ставрополя от 11 января 2019 г., апелляционное  определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского  краевого суда от 23 апреля 2019 г. и определение судебной коллегии по  гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции  от 13 ноября 2019 г.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Марьина А.Н., объяснения представителя публичного акционерного общества  Страховая компания «Росгосстрах» ФИО2, действующего на  основании доверенности от 2 марта 2020 г. № 395-Д, возражавшего против  удовлетворения кассационной жалобы,  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации  

установила: 

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о  взыскании страхового возмещения в размере 400 000 руб., неустойки в размере  50 000 руб., а также расходов на оплату услуг представителя в размере  15 000 руб. и государственной пошлины в размере 7 700 руб.  

В обоснование исковых требований ФИО1 указал, что он  приобрел у ФИО3 по договору цессии право требования страхового  возмещения по страховому случаю, наступившему 21 октября 2017 г. В порядке  прямого возмещения убытков истец обратился в АО «СОГАЗ», застраховавшее  гражданскою ответственность потерпевшего, однако данная страховая компания,  осмотрев автомобиль и определив размер ущерба, в выплате страхового  возмещения отказала, предложив обратиться к страховщику причинителя вреда.  ПАО СК «Россгосстрах», застраховавшее ответственность причинителя вреда,  также отказало в выплате страхового возмещения, сославшись на неисполнение  истцом обязанности по представлению поврежденного автомобиля на осмотр.  Считая отказ ПАО СК «Россгосстрах» незаконным, ФИО1 обратился в  суд с данным иском.  

Решением Ленинского районного суда г. Ставрополя от 11 января 2019 г.,  оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии  по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23 апреля 2019 г., в  удовлетворении исковых требований отказано.  

Определением судебной коллегии по гражданским делам Пятого  кассационного суда общей юрисдикции от 13 ноября 2019 г. решение суда  первой инстанции и апелляционное определение оставлены без изменения.  

В кассационной жалобе ФИО1 ставится вопрос об отмене  названных выше судебных постановлений, как незаконных.  

Определениями судьи Верховного Суда Российской Федерации  Гетман ЕС. от 3 августа 2020 г. ФИО1 восстановлен срок подачи  кассационной жалобы, а от 14 сентября 2020 г. кассационная жалоба с делом  передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,  Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению.  

В соответствии со статьей 39014 Гражданского процессуального кодекса  Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебной  

коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в  кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального  права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и  без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных  прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом  публичных интересов.  

Такие нарушения допущены судами при рассмотрении данного дела. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, 21 октября 2017 г.  по вине ФИО4, управлявшего автомобилем ВАЗ 21103, был поврежден  принадлежащий ФИО3 автомобиль «УО1УО» РН 460.  

10 ноября 2017 г. между ФИО3 (цедент) и ФИО1  (цессионарий) заключен договор цессии № 19-2017, по которому цедент передал  цессионарию право требования денежных средств в виде выплаты суммы  страхового возмещения по дорожно-транспортному происшествию, имеющему  признаки страхового случая, и/или страховому случаю от 21 октября 2017 г. с  участием ФИО4  

В этот же день представитель истца подал заявление о выплате  страхового возмещения в страховую компанию АО «СОГАЗ», застраховавшую  гражданскую ответственность потерпевшего, с приложением необходимых  документов и представлением поврежденного автомобиля.  

В соответствии с экспертным заключением индивидуального  предпринимателя ФИО5 от 15 ноября 2017 г. № 9023/17,  изготовленным по направлению АО «СОГАЗ», размер затрат на проведение  восстановительного ремонта автомобиля «УО1УО» РН 460 с учетом износа  составил 443 376 руб.  

Письмом от 17 ноября 2017 г. АО «СОГАЗ» сообщило об отсутствии  оснований для прямого возмещения убытков, поскольку в результате дорожно- транспортного происшествия одному из участников причинен вред здоровью.  

30 января 2018 г. представитель истца обратился с заявлением о  страховой выплате в страховую компанию виновника дорожно-транспортного  происшествия - ПАО СК «Росгосстрах».  

В данном заявлении в качестве заявителя был указан собственник  поврежденного автомобиля - ФИО3, как передавший право требования  по договору цессии ФИО1, а в качестве фактического почтового адреса  заявителя указан адрес регистрации ФИО3 по месту жительства:  

<

...>.  

В извещении о дорожно-транспортном происшествии, приложенном к  заявлению, зафиксировано, что автомобиль не передвигается своим ходом и  находится по адресу: Ставропольский край, г. Михайловск, ул. Ленина,  д. 213Б-96.  

31 января 2018 г. по почтовому адресу, указанному в заявлении,  страховой компанией направлена телеграмма с уведомлением о том, что осмотр  автомобиля будет проводиться 5 февраля 2018 г. в 13 часов 00 минут по месту  нахождения автомобиля. Данная телеграмма не вручена, поскольку адресат по  указанному в ней адресу не проживает.  

5 февраля 2018 г. по месту нахождения автомобиля осуществлен выезд  сотрудника ПАО СК «Россгосстрах», который названный выше автомобиль не  обнаружил и составил соответствующий протокол осмотра территории с  фотосъемкой.  

7 февраля 2018 г. ПАО СК «Росгосстрах» повторно направило  телеграмму с просьбой сообщить о местонахождении автомобиля либо  представить его на осмотр. Данная телеграмма также не была вручена в связи с  отсутствием адресата.  

16 февраля 2018 г. страховщик возвратил заявление и приложенные к  нему документы без рассмотрения.  

22 марта 2018 г. представитель истца направил в адрес  ПАО СК «Росгосстрах» претензию, указав, что автомобиль представлялся для  осмотра страховой компании - АО «СОГАЗ», о чем имеются соответствующие  документы: фотоматериалы и акт осмотра (дубликат). Также было сообщено, что  автомобиль «УО1УО» РН 460 отремонтирован и не может быть представлен для  осмотра в ПАО СК «Росгосстрах».  

8 ответе на данную претензию ПАО СК «Россгострах» сообщило  о возврате заявления и приложенных документов без рассмотрения, а также о  возможности повторного обращения с заявлением о страховой выплате при  условии предоставления пакета документов и о необходимости представления  транспортного средства.  

8 июня 2018 г. истец вновь направил в адрес страховой компании  претензию, которая осталась без ответа.  

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу о  том, что непредставление истцом автомобиля на осмотр страховой компании и  его ремонт до осмотра свидетельствуют о злоупотреблении правом, и,  сославшись на пункт 20 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г.  

 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности  владельцев транспортных средств», отказал в удовлетворении исковых  требований.  

Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с выводом  районного суда о злоупотреблении истцом правом, указав на то, что  непредставление поврежденного автомобиля на осмотр лишило страховую  компанию возможности установить реальный размер ущерба.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации находит, что обжалуемые судебные постановления приняты с  существенными нарушениями норм материального и процессуального права и  согласиться с ними нельзя по следующим основаниям.  

Пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации  установлено, что по договору имущественного страхования одна сторона  (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию)  при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая)  возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого  заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого  события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными  имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в  пределах определенной договором суммы (страховой суммы).  

Согласно пункту 4 статьи 931 данного кодекса в случае, когда  ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее  страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом  или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого  считается заключенным договор страхования, вправе предъявить  непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах  страховой суммы.  

Порядок взаимодействия страховщика и потерпевшего при выплате  страхового возмещения регулируется Федеральным законом от 25 апреля 2002 г.   № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности  владельцев транспортных средств» (здесь и далее - Закон об ОСАГО, в  редакции, действовавшей на момент заключения договора страхования с  виновником дорожно-транспортного происшествия).  

В соответствии со статьей 3 Закона об ОСАГО одним из основных  принципов обязательного страхования является гарантия возмещения вреда,  причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах,  установленных данным федеральным законом.  

В силу абзаца четвертого пункта 11 статьи 12 названного Закона, в случае  непредставления потерпевшим поврежденного имущества или его остатков для  осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы  (оценки) в согласованную со страховщиком дату в соответствии с абзацами  первым и вторым данного пункта потерпевший не вправе самостоятельно  организовывать независимую техническую экспертизу или независимую  экспертизу (оценку) на основании абзаца второго пункта 13 этой статьи, а  страховщик вправе вернуть без рассмотрения представленное потерпевшим  заявление о страховом возмещении или прямом возмещении убытков вместе с  документами, предусмотренными правилами обязательного страхования.  

Страховщик отказывает потерпевшему в страховой выплате или ее части,  если ремонт поврежденного имущества или утилизация его остатков,  осуществленные до осмотра страховщиком и (или) проведения независимой  технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного  имущества в соответствии с требованиями данной статьи, не позволяют  достоверно установить наличие страхового случая и размер убытков,  подлежащих возмещению по договору обязательного страхования (пункт 20  статьи 12 Закона об ОСАГО).  

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 26 декабря 2017 г. № 58 «О применении судами законодательства  об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев  транспортных средств» разъяснено, что страховая организация вправе отказать в  страховой выплате, если ремонт поврежденного имущества или утилизация его  остатков, осуществленные до осмотра страховщиком и/или проведения  независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки)  поврежденного имущества, не позволяют достоверно установить наличие  страхового случая и убытков, подлежащих возмещению по договору  обязательного страхования (статьи 15 и 393 Гражданского кодекса Российской  Федерации, пункт 20 статьи 12 Закона об ОСАГО).  

Из приведенных положений закона следует, что невозможность  предоставления автомобиля на осмотр вследствие его ремонта или утилизации  не является безусловным основанием для отказа в страховом возмещении. Отказ  в страховом возмещении в таком случае возможен, если утилизация или ремонт  поврежденного автомобиля привели к невозможности установления факта  страхового случая и размера ущерба.  

По настоящему делу факт повреждения автомобиля потерпевшего по  вине лица, ответственность которого застрахована ПАО СК «Росгосстрах»,  ответчиком не оспаривался и судами под сомнение не поставлен.  

Повреждения автомобиля потерпевшего зафиксированы в материалах о  дорожно-транспортном происшествии и в экспертном заключении,  подготовленном по направлению АО «СОГАЗ». Выводы эксперта ответчиком  также не оспорены и судом под сомнение не поставлены.  

Кроме того, неисполнение обязанности по представлению поврежденного  автомобиля на осмотр и его ремонт до осмотра страховщиком сами по себе не  свидетельствуют о злоупотреблении правом.  

В настоящем случае, обратившись ранее в порядке прямого возмещения  убытков в АО «СОГАЗ», истец предоставил автомобиль.  

При этом АО «СОГАЗ» не только приняло документы истца, но и  организовало осмотр автомобиля, по результатам которого был составлен акт  осмотра поврежденного автомобиля и подготовлено экспертное заключение.  

Судами не указано, вследствие чего истец не должен был полагаться на  действия страховщика, осуществляющего профессиональную деятельность по  ОСАГО.  

С учетом данного обстоятельства вывод суда первой инстанции о  злоупотреблении истцом правом является ошибочным и не основан на нормах  статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи со  статьей 12 Закона об ОСАГО, а потому не мог быть положен в обоснование  отказа в удовлетворении заявленных исковых требований.  

Допущенные судом первой инстанции нарушения норм материального и  процессуального права судом апелляционной инстанции и кассационным судом  общей юрисдикции не устранены.  

Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса  Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает  дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с  учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного кодекса. Повторное  рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и  оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию  (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 19 июня 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского  процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде  апелляционной инстанции»). Данные требования закона судом апелляционной  инстанции по настоящему делу не выполнены.  

С учетом изложенного, а также принимая во внимание необходимость  соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья б1 Гражданского  

процессуального кодекса Российской Федерации), Судебная коллегия по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что  допущенные по делу нарушения норм материального права являются  существенными, непреодолимыми, и приходит к выводу об отмене  апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам  Ставропольского краевого суда от 23 апреля 2019 г. и определения судебной  коллегии по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции  от 13 ноября 2019 г. с направлением дела на новое рассмотрение в суд  апелляционной инстанции.  

Руководствуясь статьями 39014-39016 Гражданского процессуального  кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам  Верховного Суда Российской Федерации  

определила: 

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам  Ставропольского краевого суда от 23 апреля 2019 г. и определение судебной  коллегии по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции  от 13 ноября 2019 г. отменить, нашавить-дело на новое рассмотрение в суд  апелляционной инстанции.