ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

Дело № 33-АПУ18-12 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 13 сентября 2018 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего - Сабурова Д.Э., судей - Климова А.Н., Истоминой Г.Н., при секретаре - Горностаевой Е.Е., 

с участием государственного обвинителя - прокурора Телешевой- ФИО1,  

защитников - адвокатов Кротовой СВ., Шаповаловой Н.Ю., 

осужденных ФИО2., ФИО3, 

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным  жалобам осужденных ФИО2., ФИО3, адвоката Пивко А.Г.  в защиту ФИО3 на приговор Ленинградского областного суда  от 21 мая 2018 года, которым  

ФИО2, 

<

...>  

 

<

...>

<

...> ранее судимый: 

- 22 января 2014 г. по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году лишения свободы,  освобождённый 28 октября 2014 г. по отбытии наказания;  

осужден к лишению свободы по: - пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 13 годам; -п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 8 годам; 

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем  частичного сложений наказаний окончательно к 15 годам в  исправительной колонии строгого режима;  

ФИО3, 

<

...>  

<

...> несудимый; 

осужден к лишению свободы по: - пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 13 годам; -п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 8 годам; 

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем  

частичного сложения наказаний окончательно к 15 годам в  

исправительной колонии строгого режима. 

Разрешены гражданские иски, взыскано в пользу К. в счет компенсации морального вреда с каждого 500 тыс. руб. Решен  вопрос о вещественных доказательствах и процессуальных издержках.  

Заслушав доклад судьи Сабурова Д.Э., выступления в режиме  видеоконференц-связи осужденных ФИО2. и ФИО3, их  защитников адвокатов Кротовой СВ., Шаповаловой Н.Ю., поддержавших  доводы апелляционных жалоб, возражения прокурора Телешевой- ФИО1, Судебная коллегия  

УСТАНОВИЛА: 

по приговору суда ФИО2 и ФИО4 признаны виновными и  осуждены за убийство группой лиц по предварительному сговору  К. и за разбой в отношении него. 

Преступления совершены в период с 23 по 24 ноября 2016 года в  деревне Кудрово Всеволожского района Ленинградской области при  изложенных в приговоре обстоятельствах.  

В апелляционной жалобе адвокат Пивко А.Г. в защиту ФИО3  полагает приговор подлежащим изменению вследствие несоответствия  выводов суда фактическим обстоятельствам и нарушений уголовно- процессуального закона.  

Указывает, что исходя из исследованных судом доказательств,  которым дает свою оценку, следует, что убийство произошло в  результате возникшей ссоры, о нем заранее осужденные не  договаривались, в квартиру потерпевшего они шли лишь с целью,  чтобы избить и забрать деньги.  

Отмечает, что судом необоснованно отвергнуты показания Стахеева о  том, что его чистосердечное признание (т. 2 л.д. 30), в котором он  указывал на предварительный сговор на убийство, было написано со  слов сотрудников полиции. Об этом, по его мнению, свидетельствуют  приведенные им специфические слова и выражения, не свойственные  Стахееву, а также дополнительно проставленное время над указанными  им датами.  

Обращает внимание, что оба осужденных не отрицают факта  совершения определенных насильственных действий в отношении  потерпевшего и не пытаются уйти от ответственности за содеянное  каждым из них. Вместе с тем суд не дал оценку всем показаниям  осужденных, интерпретировал их показания в нужную обвинению  сторону.  

Полагает, что нанесение ФИО4 ударов в голову ножом и  молотком не нашло подтверждения, а квалифицирующий признак  убийства - по предварительному сговору, вменен необоснованно и ничем  не подтвержден.  

Также считает необоснованным вменение квалифицирующего признака  убийства - «из корыстных побуждений», поскольку оно было совершено  на почве личных взаимоотношений в ходе ссоры.  

Оспаривает сумму похищенных денег. С учетом показаний самих  осужденных в ходе предварительного расследования, показаний свидетеля  З., высказывая предположение о возможных тратах К. после получения 5 тыс. руб., считает доказанным хищение лишь 4 тыс.  800 руб.  

Ссылаясь на формулировку предъявленного обвинения, считает, что  действия осужденных по завладению имуществом после причинения  смерти могли быть квалифицированы лишь по ст. 158, а не ст. 162 УК  РФ.  

Обращает внимание, что в обвинении не указаны конкретные модели  похищенных телефонов. При этом, отмечает, что по делу отсутствуют  доказательства того, что выданный ФИО4 телефон «ГО», являлся  предметом хищения.  

Ссылаясь на протокол выемки телефона (т. 2 л.д. 135-138), указывает,  что в нем не отражены индивидуальные признаки телефона, не указан  1МЕ1, отсутствуют в протоколе и данные об упаковке и опечатывании  изъятого телефона. При этом согласно протоколу осмотра (т. 3 л.д. 189- 190), был осмотрен телефон действительно марки «ГО», но в нерабочем  состоянии и с соответствующим 1МЕ1 и с указанной модификацией - Г  80, данные о которых отсутствовали в протоколе изъятия. В этой связи  подвергает сомнению тождественность изъятого и осмотренного  телефона, а показания К.в судебном заседании о схожести телефона с похищенным не могли приниматься во внимание по  

изложенным причинам. При этом, полагает, что судом фактически  проведено опознание, правила проведения которого регламентированы  ст. 193 УК РФ и которым нарушены.  

С учетом этого считает, что абстрактный телефон указанной марки,  который якобы был похищен, подлежит исключению из приговора.  

Также отмечает, что стоимость похищенного имущества не  конкретизирована, оценка в 3 тыс. руб. телефона «Самсунг» взята из  обвинительного заключения. В обоснование своих выводов о стоимости  суд сослался на сведения в материалах дела (т. 3 л.д. 188), согласно  которым стоимость мобильного телефона «Самсунг Гэлекси Стар ЖТ- С5282» составляет 3 тыс. 190 руб. Однако на выданной К. коробке модификация отсутствует, сведения в Интернете о стоимости  нельзя расценивать достоверными, поскольку в той или иной торговой  организации стоимость может быть разная, товароведческая экспертиза  не проводилась. В этой связи считает, что и этот телефон подлежит  исключению из обвинения.  

С учетом всех доводов просит приговор в отношении ФИО4  отменить, вынести новый приговор со смягчением назначенного ему  наказания.  

Осужденный ФИО3 в апелляционной жалобе полагает приговор  постановленным с нарушениями уголовно-процессуального закона.  Указывает, что суд не принял во внимание, что он был незаконно  похищен оперативными сотрудниками с территории Луганской  Республики, то есть другого государства, ссылка суда о его задержании  в Ростовской области не соответствует действительности, сами  оперативные сотрудники К. и З. указывали на Луганскую Республику. О том, что после всех событий он уехал в Луганск  показывал и свидетель К. (т. 1 л.д. 137-140, л. 9 приговора). О его похищении свидетельствует и отсутствие в паспорте штампов об  официальном пересечении границы.  

Полагает нарушенным право на защиту в связи с не привлечением по  делу переводчика, поскольку является гражданином другого государства,  владеет русским языком не вполне достаточно, лишь на бытовом  уровне, в юридических терминах не ориентирован. Все имеющиеся в  деле ходатайства, заявления, в том числе и настоящая жалоба, написаны  сокамерниками. На период следствия вообще не владел русским языком  и его немного стал понимать после длительного нахождения в СИЗО  при общении с сокамерниками. Его подписи в процессуальных  документах обусловлены договором с сотрудниками полиции об  экстрадиции, о чем он заявил в прениях и последнем слове. Однако суд  в нарушение закона не возобновил судебное следствие, не вызвал и не  допросил необходимых лиц, не сделал соответствующие запросы.  

Считает чрезмерно суровым назначенное наказание, ранее не судим,  имеет молодой возраст.  

Просит приговор отменить как незаконный. 

Осужденный ФИО2. полагает чрезмерно суровым назначенное  наказание, без полного учета всех смягчающих наказание обстоятельств,  наличия различных заболеваний, ряд из которых приобретены в период  нахождения в СИЗО.  

Просит снизить назначенное наказание. 

В возражениях на жалобы адвоката и осужденных государственный  обвинитель Федоров И.Г., полагая приговор законным и обоснованным,  просит жалобы оставить без удовлетворения, а приговор - без изменения.  

Изучив уголовное дело, проверив доводы апелляционных жалоб,  дополнений и возражений, Судебная коллегия отмечает, что выводы  суда о доказанности вины осужденных в совершенных преступлениях,  являются правильными, основаны на совокупности исследованных в  судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.  

Вина ФИО2 и ФИО4 подтверждается их показаниями в ходе  предварительного расследования и в судебном заседании в отмеченной  судом части, показаниями родителей убитого - К., свидетелей З.К. других лиц, а также данными, содержащимися в оглашенных и исследованных материалах дела - протоколах осмотров  места происшествия, выемок и осмотров, заключениях экспертов, других  приведенных в приговоре материалах дела.  

Так, ФИО2 в ходе предварительного расследования при допросе 2  декабря 2016 года и при проверке его показаний на месте,  последовательно описывал действия каждого из них, свои удары  бутылкой и табуреткой по голове, совместное удушение электрическими  шнурами, попытки ФИО4 свернуть шею, его удары ножом и  молотком по голове потерпевшего, совместное хищение денег и  телефона «Самсунг», совместные действия по уничтожению улик. Также  из его показаний следует, что через некоторое время ФИО4  возвращался один в квартиру (т. 1 л.д. 190-196, т. 2 л.д. 145-150).  

ФИО4 в ходе предварительного расследования, преуменьшая объем  совершенных лично им действий, подтверждал свои действия по  удушению электрическим шнуром, попытках свернуть шею руками,  хищение среди прочего телефона «ГО» (т. 2 л.д. 139-144).  

При проверке его показаний на месте ФИО4 подтвердил, что  убийство было совершено с целью завладения имуществом  

потерпевшего, причем не только деньгами, но и другими вещами (т. 2  л.д. 139-144).  

О пропаже из квартиры сына телефонов «Самсунг» и ««ГО» дали  показания и родители убитого - К. 

Получение непосредственно до убийства К. денег в сумме 5 тыс. руб. подтвердил свидетель З.. 

В ходе выемки у ФИО4 был изъят похищенный телефон «ГО»  черного цвета (т. 2 л.д. 135-137).  

Согласно выводам экспертов, смерть К. наступила в результате тупой сочетанной травмы головы и шеи в виде переломов  костей свода и основания черепа, щитовидного хряща, разрывов твердой  оболочки головного мозга, очагов разрушения и ушиба вещества  головного мозга, осложнившихся отеком головного мозга, попаданием  крови в дыхательные пути, их перекрытием кровью и развитием  механической асфиксии (т. 2 л.д. 180-198).  

Проанализировав эти и другие приведенные в приговоре  доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о виновности  осужденных и о доказанности их вины.  

Положенные в основу приговора доказательства судом оценены с  точки зрения относимости и допустимости, и правильно приняты во  внимание. Каких-либо противоречий они не содержат и в своей  совокупности являлись достаточными для обоснования выводов суда о  виновности осужденных.  

Показания осужденных в ходе предварительного расследования и в  судебном заседании судом правильно приняты во внимание в той части,  в которой они согласовывались друг с другом и другими  доказательствами. При этом вопреки доводам адвоката судом  проанализированы все показания осужденных, как в ходе  предварительного расследования, так и в судебном заседании. Они  оценены, выводы приведены в приговоре, а изменению осужденными  своих показаний дана надлежащая оценка.  

Доводы о вынужденности признательных показаний ФИО2 и  ФИО5 проверялись судом первой инстанции и обоснованно с приведением соответствующих мотивов отвергнуты.  Выводы суда достаточно полно мотивированы и являются правильными.  

Версия ФИО4 о том, что изъятый у него телефон «ГО» не  К., а принадлежит ему и использовался в г. Санкт-Петербурге для связи, проверялась судом. Из исследованной детализации телефонных  соединений используемого самим ФИО4 в ноябре 2016 года номера  

телефона (т. 3 л.д. 171-173), следует, что им использовался телефон с  1МЕ1-номером, отличным от номера изъятого телефона, в связи с чем,  Данные доводы являются несостоятельными.  

При этом, вопреки доводам защитника, в судебном заседании  проводилось не опознание как таковое, а осмотр вещественного  доказательства, процедура которого регламентирована ст. 284 УПК РФ,  не требующий соблюдения положений ст. 193 УПК РФ.  

Отсутствие в протоколе выемки у ФИО4 телефона 1МЕ1-номера  последнего не опровергает выводы суда о тождественности изъятого и  осмотренного телефона как предмета хищения.  

Ссылки ФИО4 на нарушение права на защиту вследствие  непредставления переводчика являются несостоятельными. Как  обосновано указал суд, в ходе предварительного расследования ФИО4  были разъяснены его процессуальные права, в том числе и право  пользоваться услугами переводчика, а также давать показания на родном  языке. Заявлений по этому поводу он не делал и, напротив, в  присутствии защитника сообщал, что русским языком владеет в полном  объеме, поскольку длительное время проживал на территории  Российской Федерации, в услугах переводчика не нуждается.  

О понимании им языка судопроизводства свидетельствует и  содержание его явки с повинной, озаглавленной как «чистосердечное  признание» и написанной им собственноручно на русском языке.  

В подготовительной части судебного заседания ФИО4 также не  заявлял о необходимости участия переводчика и лишь при выступлении  в прениях стал заявлять о непонимании русского языка.  

В этой связи, проверив данное заявление ФИО4, суд обоснованно  признал, что уровень его знаний и владения русским языком является  достаточным для реализации его прав, а нехватка знаний в части  сведений из области юриспруденции свидетельствует не о пробелах в  знании языка, а об отсутствии специального образования в данной  области, что в полной мере компенсировано участием  квалифицированного защитника в его интересах.  

Обстоятельства задержания ФИО4 проверялись судом первой  инстанции, и его доводы о якобы принудительном задержании на  территории другого государства мотивировано отвергнуты. Выводы суда  в данной части также подробны и являются правильными.  

Вопреки доводам ФИО4, сообщенные им в прениях сведения (о  непредставлении переводчика и о задержании якобы на территории  Луганской Республики), были предметом обсуждения суда первой  

инстанции, и обоснованно не усмотрено оснований для возобновления  судебного следствия.  

Таким образом, нарушений УПК РФ, влекущих отмену или  изменение приговора, органом предварительного расследования и судом  не допущено.  

Как установил суд на основе совокупности исследованных  доказательств, ФИО2 и ФИО4 заранее договорились на убийство  потерпевшего и завладение его имуществом. В квартире К. напали на него, ФИО2 нанес удар пустой бутылкой по голове, а  затем деревянной табуреткой. Поочередно душили удлинителем,  перекрывая доступ воздуха. После того как удлинитель порвался, ФИО4  обхватил голову потерпевшего руками и начал крутить в разные  стороны, пытаясь сломать шейные позвонки, а затем нанес по голове  удар ножом и два удара молотком. В результате их совместных  действий последовала смерть потерпевшего. После совершенного  убийства завладели деньгами в сумме 5 тыс. руб., мобильным телефоном  «Самсунг» стоимостью 3 тыс. руб., а также не представляющим  ценности мобильным телефоном «ГО» и скрылись с места  преступления, постаравшись уничтожить следы. Похищенным  распорядились по своему усмотрению.  

При этом, оба действовали по предварительному сговору и именно с  целью завладения имуществом потерпевшего, в связи с чем, доводы  жалоб об обратном являются несостоятельными.  

С учетом изложенного приведенная в приговоре квалификация  действий обоих по каждому из эпизодов преступных деяний является  правильной:  

- п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, то есть, нападение в целях хищения чужого  имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и  здоровья (разбой), совершенное группой лиц по предварительному  сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с  причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего;  

- пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, то есть убийство, совершенное группой  лиц по предварительному сговору, сопряженное с разбоем.  

Мотивы действий, их характер установлены и указаны в приговоре.  Квалифицирующие признаки, как разбоя, так и убийства, мотивированы.  

Квалифицирующий признак убийство из корыстных побуждений  осужденным не вменялся.  

Вопреки доводам жалоб Стахеева и его защитника предметы  похищенного при разбойном нападении, их стоимость, сумма денег,  определены правильно. Выводы суда подробно мотивированы и  основаны на правильно установленных фактических обстоятельствах.  

Психическое состояние осужденных изучено полно и объективно.  В ходе предварительного расследования в отношении каждого из них  проводилась комплексная судебная психолого-психиатрическая  экспертиза.  

С учетом выводов экспертов (т. 3 л.д. 107-113, 120-126), оснований  недоверять которым не имелось, иных сведений, влияющих на  разрешение данного вопроса, суд обоснованно признал ФИО2 и  ФИО4 вменяемыми.  

Наказание каждому из них назначено с учетом установленных  обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности  совершенных преступлений, относящихся к особо тяжким преступлениям,  обстоятельств, влияющих на наказание, данных о личности, влияния  назначаемого наказания на них самих и условия жизни их семей.  

При этом судом в полной мере приняты во внимание все имеющиеся  по делу смягчающие наказание обстоятельства, а в качестве данных о  личности - в том числе их возраст и состояние здоровья.  

Ссылки ФИО2 на заболевания, приобретенные в период  нахождения под стражей, несостоятельны.  

Согласно данным ФКУ СИЗО

<

...> УФСИН России по г. Санкт- Петербургу и Ленинградской области, где Павленко содержится с  20 декабря 2017 года, за весь указанный период содержания за  медицинской помощью он не обращался, каких-либо заболеваний у него  не зафиксировано.  

При определении обоим размера наказания за преступление,  предусмотренное ч. 4 ст. 162 УК РФ, судом учтены и положения ч. 1  ст. 62 УК РФ.  

В тоже время каких-либо исключительных обстоятельств, существенно  уменьшающих степень общественной опасности совершенных  преступлений, оснований для изменения категории преступлений, судом  не установлено. Не находит таких обстоятельств и Судебная коллегия.  

Гражданский иск о компенсации морального вреда разрешен в  соответствие с требованиями закона, решение суда мотивировано,  присужденные к взысканию суммы соответствуют требованиям  разумности и справедливости.  

С учетом изложенного жалобы осужденных и адвоката Пивко А.Г.  удовлетворению не подлежат, приговор в отношении обоих - подлежит  оставлению без изменения.  

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33  УПК РФ, Судебная коллегия  

ОПРЕДЕЛИЛА: 

приговор Ленинградского областного суда от 21 мая 2018 года в  отношении ФИО2 и ФИО3 оставить без изменения, апелляционные жалобы  ФИО2., ФИО3 и адвоката Пивко А.Г. - без удовлетворения.  

Председательствующий Судьи