ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 205-АПУ18-33 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 10 января 2019 г.  

Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации в составе  

председательствующего Крупнова ИВ., судей Дербилова О.А., Замашнюка А.Н. 

при секретаре Фомине С.А. с участием прокурора Обухова А.В., осужденного ФИО1, защитника - адвоката Гурова А.В. рассмотрела в от- крытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам  осужденного ФИО1 и адвоката Гурова А.В. на приговор Северо- Кавказского окружного военного суда от 14 июня 2018 г., согласно которому  гражданин  

ФИО1, 

<

...> 

<

...> несуди- 

мый, 

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 1261 УК  РСФСР, к лишению свободы на срок 8 лет, с освобождением от наказания на  основании п. 8 ст. 302 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования, а также за совершение преступлений, предусмотренных  ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 февраля 2003 г.   № 162-ФЗ) и ч. 3 ст. 205 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня  1996 г. № 63-ФЗ), к лишению свободы на срок 9 и 11 лет соответственно.  

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 1 ст. 40 УК РСФСР  путем частичного сложения наказаний ФИО1 осужден к лишению свободы на срок 14 лет в исправительной колонии общего режима.  

Судом решены вопросы о мере пресечения и процессуальных издерж- 

ках.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Круп- нова И.В., выступления осужденного ФИО1, защитника - адвоката Гурова А.В. в обоснование доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора  Обухова А.В., полагавшего необходимым жалобы оставить без удовлетворения, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации  

установила: 

ФИО1 признан виновным в участии в период с 14 по 20 июня  1995 г. в устойчивой вооруженной группе (банде), в совершаемых ею напа- дениях, в захвате и удержании лиц в качестве заложников, а также в терроризме, совершенном с применением огнестрельного оружия, организованной  группой и повлекшем иные тяжкие последствия. Преступления совершены  осужденным при обстоятельствах, указанных в приговоре.  

В апелляционных жалобах осужденный и его защитник, указывая на  неподтверждение в приговоре выводов суда исследованными в судебном заседании доказательствами, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и нарушение судом уголовного закона, просят приговор  отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.  

В обоснование доводов жалоб они указывают, что сторона обвинения  не представила суду доказательств виновности ФИО1, а исследован- ные в судебном заседании доказательства не свидетельствуют о его участии в  банде, удержании лиц в качестве заложников и в терроризме.  

По мнению адвоката Гурова А.В., опознание личности ФИО1  проведено с грубым нарушением УПК РФ, а показания допрошенных в судебном заседании потерпевших и свидетелей об опознании ими осужденного  спустя 20 лет после произошедших событий вызывают сомнения в достовер- ности. В подтверждение допущенных нарушений защитник указывает, что:  

свидетели под псевдонимами «И

<

...>», «М

<

...>» и «П

<

...> пред- варительно не допрашивались о приметах и особенностях осужденного, а  данное ими описание осужденного и одежды, в которую тот был одет, существенно отличаются между собой;  

ФИО1 предъявлялся для опознания в числе лиц, существенно от- личавшихся от него по возрасту, внешним данным и особым приметам;  

предварительные описания ФИО1 потерпевшими К. и В. не соответствуют его фактическим данным и существенно отличаются между собой. К тому же, В. пояснил в судебном заседании, что осужденный похож на человека, находившегося  среди боевиков, что указывает на его неуверенность в этом, которую следует  рассматривать как неустранимое сомнение в пользу обвиняемого;  

перед опознанием свидетелю под псевдонимном «П

<

...>» была пред- ставлена на обозрение фотография ФИО1, что исключает последующее  процессуальное опознание. При этом, вопреки выводу суда, отождествление  

личности по фотографии в рамках оперативно-розыскного мероприятия с  «П

<

...> не проводилось, о чем свидетельствует отсутствие в материалах  дела документального подтверждения такого мероприятия.  

Адвокат Гуров А.В. также указывает в жалобе, что исследованные в  судебном заседании показания 48 свидетелей (родственников осужденного и  его знакомых), данные о трудоустройстве осужденного с достаточной оче- видностью подтверждают его показания о том, что в инкриминируемый ему  период он находился в другом месте, проживал со своей семьей, заботился о  больном отце, работал. В частности, из показаний свидетелей Х. и К. следует, что они были очевидцами прибытия колонны с за- ложниками из г. Буденновска в г. Хасавьюрт и не видели среди прибывших  ФИО1, хотя хорошо его знают. При этом свидетель А. показал, что в середине июня 1995 года он вместе с ФИО1 шел на работу и в это время встретившийся им житель станицы А. сообщил о пе- реданном по телевизору сообщении о захвате боевиками во главе с Басаевым  больницы в г. Буденновске. Ничего не показали против ФИО1 и лица,  ранее осужденные за участие в нападении граждан и организации г. Буденновска в 1995 году. Вывод суда о недостоверности этих доказательств является голословным и ничем не подтвержденным.  

Кроме того, защитник осужденного полагает необоснованным вывод  суда о том, что срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности не истек, поскольку в материалах дела отсутствуют данные о по- становке осужденного в известность относительно осуществления в отношении него уголовного преследования и его сокрытии от органов следствия.  Напротив, материалы дела содержат сведения, что ФИО1 до задержания  имел постоянные место жительства и работу, ни от кого не скрывался.  

В обоснование апелляционной жалобы ФИО1, повторяя доводы  защитника о недостоверности показаний допрошенных в судебном заседании  потерпевших и свидетелей со стороны обвинения, в том числе в связи с не- упоминанием ими о наличии у него шрама на переносице как особой приме- ты, дополнительно указывает, что недопустимыми являются следующие доказательства:  

показания свидетеля Н. ввиду его болезненного психиче- ского состояния и проблем с памятью;  

показания свидетелей под псевдонимами «М

<

...>» и «П

<

...>» ввиду  их противоречия показаниям других участников нападения на больницу  г. Буденновска и заинтересованности указанных свидетелей в его оговоре в  обмен на досрочное освобождение из мест лишения свободы;  

показания русских по национальности потерпевших ввиду наличия у  них оснований для неприязни и сведения счетов с лицами мусульманской  национальности, захвативших их в качестве заложников, а также ввиду наличия у потерпевшей К. корыстного умысла, о чем свидетельствует поданный ею гражданский иск в ходе предварительного следствия и от- каз от него после выяснения его неплатежеспособности.  

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель  Золотовский Т.С. возражает против удовлетворения жалоб и, опровергая из- ложенные в них доводы, просит об их отклонении.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и  возражений на них, выслушав стороны, Судебная коллегия находит, что вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в изложенных в приговоре преступных действиях соответствует фактическим обстоятельствам  дела и основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, которые получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, объективно приведены и оценены в приговоре.  

Вопреки утверждению в жалобах, судебное разбирательство по делу  проведено объективно и всесторонне с соблюдением требований УПК РФ о  состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически зна- чимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подле- жащих доказыванию при производстве по уголовному делу, в том числе места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов, целей и последст- вий преступлений, а сторонам суд создал необходимые условия для исполне- ния их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных  прав, которыми они реально воспользовались.  

Сведений о том, что предварительное следствие и судебное разбира- тельство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд  отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела  не усматривается.  

В судебном заседании полно и объективно исследовались показания  осужденного, потерпевших, свидетелей, в том числе по ходатайствам сторон  оглашались показания названных лиц, данные ими в ходе предварительного  расследования.  

В приговоре дана надлежащая правовая оценка всем исследованным по  делу доказательствам, как в отдельности, так и в совокупности, указано, ка- кие из них суд положил в его основу, а какие отверг, приведены убедитель- ные аргументы принятых решений по данным вопросам, с которыми Судебная коллегия полагает необходимым согласиться.  

Приговор соответствует требованиям ст. 304, 307-309 УПК РФ. 

Судом установлено, что 14 июня 1995 г. ФИО1 вступил в устой- чивую вооруженную группу (банду) под руководством ФИО2, создан- ную с целью воспрепятствования восстановлению конституционного порядка  на территории Чеченской Республики, а также нападений на граждан и организации, захвата заложников, совершения террористических актов и иных  тяжких и особо тяжких преступлений. На вооружении банды находились  различные виды огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывных устройств и  взрывчатых веществ. ФИО1 был вооружен автоматом ФИО3 и  боеприпасами к нему.  

14 июня 1995 г. банда в составе около 160 человек, в том числе ФИО1, на трех автомобилях «КАМАЗ» в сопровождении автомобиля ВАЗ-2106  

с незаконно нанесенными на него обозначениями служебного автомобиля  милиции прибыли в г. Буденновск Ставропольского края, где совершили  вооруженные нападения на жителей, частные дома и организации города. В  результате вооруженного нападения на отдел внутренних дел погибли шесть  сотрудников милиции и двое граждан.  

Из указанных учреждений и близлежащих жилых домов участники  банды захватили в качестве заложников не менее 500 человек и разместили  их вокруг автомобиля для транспортировки горюче-смазочных материалов,  угрожая подрывом в случае попытки их освобождения. Некоторые из заложников были расстреляны.  

После этого участники банды сопроводили заложников к зданию Центральной городской больницы. Совершив нападение на больницу, участники  банды захватили в заложники около 450 человек медицинского персонала и  650 больных. С целью устрашения заложников и исключения их побега из  больницы участники банды расстреляли шестерых заложников, а как условие  освобождения заложников выдвинули требование о выводе федеральных  войск с территории Чеченской Республики.  

В ходе штурма здания больницы участники банды принуждали заложников становиться к окнам и под их прикрытием вели стрельбу по военно- служащим и сотрудникам органов внутренних дел, что привело к гибели и  ранению заложников.  

19 июня 1995 г. участники банды под прикрытием заложников на авто- бусах покинули г. Буденновск и убыли в село Зандак Чеченской Республики,  по прибытии в которое участники банды скрылись от преследования со стороны правоохранительных органов.  

Всего в результате вооруженного нападения банды погибли 129 человек, 317 гражданам причинен вред здоровью различной степени тяжести, из  них: 46 - тяжкий вред здоровью, 74 - вред здоровью средней тяжести, 166 - легкий вред здоровью, 31 - телесные повреждения, не расценивающиеся как  вред здоровью. Помимо этого уничтожены и повреждены 198 автомашин,  повреждены здания дома детского творчества, Центральной районной больницы, отдела внутренних дел, городской администрации, 107 частных домо- владений, причинен вред имуществу на сумму 95.619.245.415 неденоминиро- ванных рублей. В городе было прекращено движение транспорта, закрыты  промышленные, продовольственные предприятия и иные учреждения, нару- шена нормальная жизнедеятельность жителей города.  

Эти обстоятельства установлены по результатам исследования в судебном заседании следующих доказательств:  

показаний потерпевшей К. о том, что во время нахожде- ния среди заложников на 2 этаже больницы и при сопровождении боевиков  она хорошо запомнила находившегося среди боевиков ФИО1, к кото- рому боевики обращались по имени «Б

<

...>», поскольку неоднократно  видела его в непосредственной близости - на расстоянии не более полутора  метров от себя, а в ходе предварительного следствия опознала его по чертам  

лица, выразительным надбровным дугам и глубоко посаженным глазам;  

показаний потерпевшего В. о том, что во время захвата боевиками больницы он находился на 3 этаже здания и неоднократно спус- кался на 2 этаж, в связи с чем ему удалось хорошо рассмотреть нескольких  боевиков, в том числе ФИО1, которого он запомнил по чертам лица,  форме носа и ушей;  

показаний потерпевшего под псевдонимом «И

<

...>» о том, что 14 ию- ня 1995 г. он среди других заложников оказался у центрального входа в  больницу, где в непосредственной близости от себя видел среди боевиков  ФИО1, одетого в камуфлированную форму и вооруженного автоматом,  а затем встретил его в г. Хасавюрте во время остановки автобусов при следо- вании боевиков в село Зандак;  

показаний свидетеля под псевдонимом «М

<

...>» о том, что они с  ФИО1 являлись участниками нападения в 1995 году на г. Буденновск, в связи с чем он несколько раз встречал осужденного на общих собра- ниях боевиков, на городской площади в оцеплении, а также, когда тот приво- дил на площадь заложников и затем вел их в городскую больницу;  

показаний свидетеля под псевдонимом «П

<

...> о том, что он хорошо  запомнил среди участвующих в банде лиц ФИО1 Бадрудди, которого так  по имени называли другие боевики;  

протоколов предъявления для опознания осужденного потерпевшим  К.В. потерпевшему под псевдонимом «И

<

...>», свидетелям под псевдонимами «М

<

...>», «П

<

...>», а также опознания ими  осужденного как члена банды, участвовавшего в захвате заложников в г. Буденновске;  

показаний потерпевших К.К. Г. и других указанных в приговоре лиц, каждого в отдельности, об обстоятельствах их захвата 14 июня 1995 г. в г. Буденновске боевиками в качестве заложников, удержания на улицах города, на городской площади возле бензовоза и в больнице, а также принуждения боевиками во время штурма  больницы становиться в проемы окон и прикрывать собою боевиков;  

заключений судебно-медицинских экспертов о степени тяжести телес- ных повреждений потерпевших;  

протоколов осмотра места происшествия, из которых следует, что на  территории г. Буденновска и больничного комплекса Центральной городской  больницы обнаружены полностью уничтоженные в результате поджога и по- врежденные автомобили, множество гильз, пуль, магазинов от автоматиче- ского оружия, тубусов от гранатометов;  

протоколов осмотра уничтоженных и поврежденных автомобилей, огнестрельного оружия, боеприпасов и их частей;  

заключений экспертов о пригодности для стрельбы изъятых с места  преступления огнестрельного оружия, гранатометов и других видов оружия;  

вступивших в законную силу приговоров Ставропольского краевого  суда от 12 апреля 2002 г., 3 июля 2002 г., 20 сентября 2002 г., 9 апреля  

2003 г., 15 августа 2003 г., 26 сентября 2003 г., 10 ноября 2003 г., 21 мая  2004 г., 17 мая 2006 г., 22 мая 2006 г, 17 июля 2009 г., 16 октября 2013 г.;  других документов, имеющих доказательственное значение для дела.  

Положенные в основу приговора доказательства получены в установ- ленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в  судебном заседании, с соблюдением требований ст. 17, 88 УПК РФ оценены  судом и сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не  вызывают.  

Существенных противоречий в показаниях потерпевших и свидетелей,  которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности ФИО1 в  содеянном, Судебная коллегия не усматривает, а оснований не доверять им у  суда не имелось.  

Принимая и кладя в основу приговора показания потерпевших К.В. потерпевшего под псевдонимом «И

<

...>», свидетелей под псевдонимами «М

<

...>» и «П

<

...>», суд обоснованно исходил из того, что они являются взаимно дополняющими друг друга в существен- ных деталях и согласующимися как между собой, так и с иными исследован- ными в судебном заседании доказательствами. Каких-либо мотивов для ого- вора ими осужденного не установлено. При этом суд обоснованно исходил из  того, что потерпевшие наблюдали ФИО1 в разные дни в течение дли- тельного времени, неоднократно встречались с ним при разных обстоятельствах, в том числе во время движения колонны с заложниками на автобусах,  а свидетели под псевдонимами «М

<

...>» и «П

<

...>», как участники банды, достаточно хорошо знали иных участников этой банды, в том числе ФИО1  

Вопреки утверждению в жалобах, предъявлению потерпевшим и сви- детелям для опознания ФИО1 предшествовал допрос указанных лиц об  обстоятельствах, при которых они видели осужденного, а также о приметах и  особенностях, по которым потерпевшие и свидетели могут его опознать.  

Предъявление для опознания и предварительный допрос потерпевших  и свидетелей произведен с соблюдением требований ст. 193 УПК РФ.  

При этом в ходе предшествующего опознания, как следует из протоко- ла от 6 октября 2015 г., потерпевшая К. показала, что среди за- хвативших больницу боевиков она хорошо запомнила одного из них по круг- лому и большому подбородку, по разрезу глаз, по грушевидному большому  носу, по большим оттопыренным ушам, по широкому овалу лица и надбровным дугам, коренастому телосложению. В общении между боевиками данное  лицо называли по имени то ли «Бадруди», то ли «Бадрудин», которое она запомнила в связи с тем, что оно является необычным для нее (л.д. 1-6, т. 178).  

На следующий день потерпевшая К. уверенно опознала среди лиц, предъявленных для опознания, ФИО1 по овальному лицу,  надбровным специфическим дугам, по форме носа и ушей, пояснив, что в тот  момент у нее была стрессовая ситуация, в связи с чем она детально запомнила все происходящие события.  

Аналогичным образом перед предъявлением в ходе предварительного  следствия для опознания были допрошены потерпевший В. потерпевший под псевдонимом «И

<

...>», свидетели под псевдонимами «М 

<

...>» и «П

<

...>». Как усматривается из протоколов допросов названных  лиц и протоколов предъявления им для опознания Даудова Б.Б., приметы и  особенности осужденного, описанные потерпевшими и свидетелями в ходе  предварительных допросов, в целом совпадали с его данными, по которым он  был ими опознан (л.д. 153-158, 159-168, 120-125, 126-136, 137-142, 143-151,  т. 179, л.д. 9-17, 36-43, т. 210, л.д. 16-24, т. 211). При этом согласно показани- ям потерпевшего под псевдонимом «И

<

...>» он, как ранее занимавшийся  вольной борьбой, сразу обратил внимание на бросавшуюся в глаза характер- ную для лиц занимавшихся борьбой форму ушей Даудова Б.Б. Свидетель под  псевдонимом «М

<

...>» в ходе допроса отметил, что он хорошо запомнил  Даудова Б.Б., так как он сильно выделялся, был молодой, плотного телосло- жения, а свидетель под псевдонимом «П

<

...>» показал, что опознал осужденного по чертам лица, форме носа и ушей.  

Кроме того, в ходе предшествующего опознания от 19 января 2016 г.  потерпевший В. заявил, что он с уверенностью может опознать увиденного им боевика, напавшего вместе с другими боевиками на больницу  и захватившего заложников, по овалу лица, ушам, бровям, разрезу глаз. По  этим же признакам В. опознал его впоследствии в ходе опознания, а в судебном заседании подтвердил, что запомнил ФИО1 по овалу лица, форме бровей и ушей, пояснив, что уши у него запоминающиеся. При  этом на уточняющий вопрос государственного обвинителя, с точностью и  уверенностью ли он опознал ФИО1 при предъявлении его для опознания, названный потерпевший ответил: «Да, я его хорошо запомнил и сразу  узнал» (л.д. 17-20, 21-30, т. 178, л.д. 21-28, т. 210). В связи с этим утверждение в жалобе адвоката Гурова А.В. о неуверенном опознании В.. осужденного противоречит установленным в судебном заседании обстоятельствам. 

Иные доводы жалоб о недостоверности и недопустимости показаний  потерпевших и свидетелей были известны суду первой инстанции, проверя- лись в ходе судебного заседания, однако своего подтверждения не нашли.  

При этом суд правомерно в приговоре указал, что: 

предъявление ФИО1 для опознания, как следует из фототаблиц,  приложенных к протоколам опознания, во всех случаях производилось с ли- цами, внешне существенно не отличающимися от него, в том числе по воз- расту, телосложению и росту, в связи с чем фактический возраст статистов в  данном конкретном случае не являлся основанием для признания протоколов  опознания недопустимыми доказательствами;  

предъявление для опознания подсудимого в условиях, исключающих  визуальное наблюдение свидетелей под псевдонимами «М

<

...>», «П

<

...>»  и потерпевшего под псевдонимом «И

<

...>», проведено в целях личной безо- пасности данных лиц, что соответствует требованиям ч. 8 ст. 193 УПК РФ;  

фактическое участие свидетеля под псевдонимом «П

<

...>» в оперативно-розыскном мероприятии «отождествление личности», о чем данный свидетель показал в судебном заседании, в силу положений ч. 3 ст. 193 УПК РФ  не являлось препятствием для последующего проведения с ним следственно- го действия «предъявление для опознания». С учетом установленных в судебном заседании обстоятельств и порядка проведения с «П

<

...> оперативно-розыскного мероприятия законность его проведения у Судебной кол- легии сомнений не вызывает.  

При таких данных суд первой инстанции правомерно признал допус- тимыми протоколы следственных действий с участием названных потерпевших и свидетелей, а их показания достоверными и относимыми, в связи с чем  обоснованно положил их в основу приговора.  

Незначительные противоречия в их показаниях относительно деталей  одежды осужденного и его внешности, в том числе отсутствия телесных по- вреждений на лице, на что обращается внимание в жалобах, как правильно  указано судом первой инстанции, объясняются как давностью произошедших  событий, так и индивидуальной особенностью восприятия этих событий ка- ждым из них.  

Ссылка в жалобе осужденного на недопустимость показаний потерпевших ввиду наличия у них неприязни к нему по национальному признаку,  а у потерпевшей К. также корыстного умысла, основана на предположениях и материалами дела не подтверждена.  

Основано на предположениях и утверждение в жалобе осужденного о  заинтересованности свидетелей под псевдонимами «М

<

...>» и «П

<

...> в  его оговоре. Кроме того, как усматривается из протокола судебного заседа- ния, допрос названных свидетелей произведен в соответствии с требования- ми ст. 278 УПК РФ. Перед допросом председательствующий установил их  личность, выяснил их отношение к подсудимому, разъяснил права, обязанно- сти, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, а также предупредил об ответствен- ность за дачу заведомо ложных показаний, о чем свидетели дали подписку.  

Что касается утверждения в жалобе о недопустимости показаний свидетеля Н. (ошибочно названного в жалобе Н. то оно является беспредметным, поскольку приговор не содержит ссылок на эти  показания в обоснование виновности осужденного в содеянном.  

В судебном заседании суда первой инстанции проверялись алиби осужденного о нахождении в период совершения инкриминируемых ему деяний  в ином месте, а также утверждение о его привлечении к уголовной ответственности вместо другого лица с такой же фамилией и именем А. однако своего подтверждения они не нашли.  

При этом суд правомерно исходил из того, что показания свидетелей  стороны защиты Д. (жены осужденного), Д. и М.. (его родных сестер), М.С. Д.., Д.Д. (родственников и свойственни- ков осужденного), Д. и Д. (сыновей осужденного), А.- 

<

...> У.К. Д.Х. Ч.Н. М.Т. А.Т. Т.М., Е.К.-

<

...> Ц.Д. Д.Т., П.К. Т. являются недостовер- ными ввиду противоречия в деталях, предположительности, избирательности  и несоответствия установленным в суде фактическим обстоятельствам дела.  

Что касается трудоустройства ФИО1 в период с 1 июня по  31 июля 1995 г., а затем с 1 августа 1995 г., то это обстоятельство само по се- бе не свидетельствует о нахождении осужденного в инкриминируемый ему  период по месту жительства, поскольку из исследованных в судебном заседании доказательств не усматривается достоверных сведений, которые под- тверждали бы факт его нахождения в период с 14 по 19 июня 1995 г. на рабо- те, в лечебных учреждениях, в иных местах, либо иным образом исключаю- щих его участие в банде во время захвата г. Буденновска.  

Неосведомленность некоторых участников банды об участии в ней  ФИО1, с учетом ее численности и наличия в ней структурных подраз- делений, не свидетельствует о непричастности осужденного к совершению  инкриминируемых ему преступлений. При этом суд обоснованно также учел  особенности процессуального и фактического статуса указанных лиц - осуж- денных, не заинтересованных в изобличении иных участников банды.  

Поскольку ФИО1 установлен как участник нападения в составе  банды на г. Буденновск не по фамилии, а в результате непосредственного  опознания его по внешним признакам очевидцами рассматриваемых событий, а также ее непосредственными членами - свидетелями под псевдонимами «М

<

...>» и «П

<

...>», утверждение стороны защиты о привлече- нии осужденного к уголовной ответственности вместо другого лица с такой  же фамилией является несостоятельным. При этом суд в приговоре обоснованно сослался на показания потерпевшей К. о том, что она слышала, как к опознанному ею ФИО1 другие боевики в захваченной  больнице обращались по имени Бадрудди, а не Аслан.  

Таким образом, содержание исследованных в судебном заседании доказательств, вопреки утверждению в жалобах, указывает на то, что ФИО1 в период с 14 по 20 июня 1995 г. принимал участие в устойчивой  вооруженной группе (банде), в совершаемых ею нападениях, в захвате и  удержании лиц в качестве заложников, а также в терроризме.  

Исходя из установленных судом обстоятельств совершения осужден- ным преступлений, действия ФИО1 по ч. 2 ст. 126 УК РСФСР, ч. 2  ст. 209 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 февраля 2003 г. № 162- ФЗ) и ч. 3 ст. 205 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 г.   № 63-ФЗ) судом квалифицированы правильно.  

Вопреки утверждению в жалобе адвоката Гурова А.В., правильным является и вывод суда о том, что сроки давности привлечения осужденного к  уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных  

ч. 2 ст. 209 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 февраля 2003 г.   № 162-ФЗ) и ч. 3 ст. 205 УК РФ (в редакции Федерального закона от 13 июня  1996 г. № 63-ФЗ), не истекли.  

При этом суд правомерно исходил из того, что уголовное дело по факту  нападения боевиков на г. Буденновск было возбуждено в день нападения14 июня 1995 г., участники банды, в том числе ФИО1, оказали воору- женное сопротивление сотрудниками правоохранительных органов и воен- нослужащим, а после того как под прикрытием заложников покинули место  происшествия, они скрылись от уголовного преследования, в связи с чем в их  отношении был объявлен розыск и проведены оперативно-розыскные мероприятия с целью установления причастных к этому лиц.  

После установления факта причастности ФИО1 к участию в банде, приостановленное производство по делу было возобновлено, и с участием  последнего проведены процессуальные и следственные действия.  

Приведенные выше обстоятельства с очевидностью свидетельствуют  об уклонении ФИО1 от следствия и суда, а поэтому являются основанием считать приостановленным течение предусмотренного ч. 3 ст. 78 УК  РФ (ч. 3 ст. 48 УК РСФСР) срока давности привлечения к уголовной ответственности.  

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями закона с учетом всех обстоятельств дела и данных о его личности.  

Судом принято во внимание, что по месту жительства и работы ФИО1 характеризуется положительно.  

Данные обстоятельства, а также имущественная несостоятельность  осужденного позволили суду не применить к нему дополнительное наказание  в виде штрафа, предусмотренное санкцией ч. 2 ст. 209 УК РФ.  

Вместе с тем, приняв во внимание фактические обстоятельства совер- шенных преступлений и степень их общественной опасности, тяжесть насту- пивших последствий, данные о личности виновного, а также влияние назна- ченного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его се- мьи, суд обоснованно посчитал необходимым назначить ФИО1 нака- зание в виде лишения свободы в пределах санкций соответствующих статей  уголовного закона.  

При этом, учтя характер и степень общественной опасности совершен- ных ФИО1 преступлений, обстоятельства дела, а также проанализи- ровав положения ст. 48, 77, 2133 УК РСФСР, ст. 15, 24, 78 УК РФ, суд при- шел к правильному выводу о невозможности освобождения осужденного от  уголовной ответственности по ч. 2 ст. 209 и ч. 3 ст. 205 УК РФ в связи с ис- течением срока давности уголовного преследования.  

При таких обстоятельствах приведенные в апелляционных жалобах доводы не могут служить основанием для отмены приговора.  

Руководствуясь ст. 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, Судебная коллегия по  делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации  

определила: 

приговор Северо-Кавказского окружного военного суда от 14 июня  2018 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения,  а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Гурова А.В.  - без удовлетворения.  

Председательствующий упнов Судьи: О.А. Дербилов 

А.Н. Замашнюк