ВЕРХОВНЫЙ СУД 

                                                РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 4-009 - 148 сп 

                                                КАССАЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 28 декабря 2009 года  Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда  

                                                Российской Федерации в составе председательствующего - Иванова Г. П. судей - Микрюкова В. В. и Лизунова В. М. 

                                                рассмотрела в судебном заседании от 28 декабря 2009 года уголовное  

                                                дело по кассационной жалобе адвоката Гулиной И. Ю. на приговор  

                                                Московского областного суда с участием присяжных заседателей от 30  

                                                июня 2009 года, которым 

                                                МОРОЗОВ К.К. 

                                                осужден по ст. 290 ч. 4 п. п. «а, г» УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к  

                                                трем годам лишения свободы в исправительной колонии строгого  

                                                режима, без штрафа с лишением согласно ст. 47 УК РФ права занимать  

                                                должности представителя власти в правоохранительных органах сроком на три года и на основании ст. 48 УК РФ с лишением специального  звания майора милиции.  

                                                По этому же делу осуждены к лишению свободы Еременко А. Н.,  Мухин С. С, Кудрявцев В. И. и Андросов В. В., к условной мере  наказания - Шемчук А. А., приговор в отношении которых не  обжалуется.  

                                                Заслушав доклад судьи Иванова Г. П., выступления адвоката  Гулиной И. Ю., просившей приговор отменить и дело направить на  новое рассмотрение, и прокурора Кузнецова С. В., просившего приговор  оставить без изменения, судебная коллегия  

                                                УСТАНОВИЛА: 

                                                по приговору суда на основании вердикта коллегии присяжных  заседателей Морозов признан виновным в получении взятки в виде  денег в крупном размере и группой лиц по предварительному сговору за  действия и бездействие в пользу взяткодателя, которым он мог  способствовать в силу своего служебного положения.  

                                                В кассационной жалобе адвокат Гулина просит отменить  приговор и дело направить на новое рассмотрение со стадии отбора  коллегии присяжных заседателей. Утверждает, что в судебном  заседании исследовались недопустимые и не относящиеся к делу  доказательства - протокол выемки в компании ЗАО «

<

...>»  данных о телефонных соединениях абонентов с номером 

<

...> за период с 5 декабря 2007 года по 30 января 2008 года, детализация  телефонных переговоров, принадлежащих не осужденному Морозову, а  его однофамильцу - М. и протокол допроса Морозова в качестве подозреваемого от 29 января 2008 года, в котором  участвующие в допросе лица именуются как подозреваемый Андросов и  его защитник Цветков, чьи подписи его удостоверяют. Считает, что  председательствующий неправильно сформулировал первый вопрос  вопросного листа, включив в него такие юридические формулировки как  возможность избрания сотрудниками ОРЧ УБОП КМ УВД 

<

...> в  отношении потерпевшего меры пресечения, а также возможность при  рассмотрении дела в суде способствовать смягчению наказания.  Положительный ответ на вопрос № 8 по логике автоматически следовал  из положительного ответа на первый вопрос. Председательствующий  также не принял во внимание замечания стороны защиты по  формулировке вопросов, необоснованно отказал в постановке вопроса о  наличии реальной возможности у Морозова повлиять на процессуальное  положение потерпевшего с учетом его должностного положения и  служебных полномочий, чем нарушил положение ч. 2 ст. 338 УПК РФ.  

 

Утверждает также, что в ходе судебного разбирательства  государственным обвинителем и председательствующим допускались  необоснованные высказывания, содержащие негативную оценку  личности Морозова, и разглашались сведения, не относящиеся к  предмету доказывания по уголовному делу, о наличии у подсудимых  недвижимого имущества и автомобилей, размер получаемой заработной  платы. Кроме того, адвокат утверждает, что суд вышел за пределы  предъявленного обвинения, указав в приговоре о подготовке  осужденными ходатайства о предпочтительной мере пресечения  Ш. и направлении этого ходатайства в следственные органы. К тому же, в приговоре не указаны конкретные действия Морозова в части  подготовки ходатайства об избрании Ш. меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, и направлении данного  ходатайства в адрес следователя Андросова. В противоречие с  вердиктом присяжных заседателей, не признавших Морозова  причастным к получению Андросовым денег в сумме 

<

...> рублей,  судья квалифицировал его действия по п. «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ, как  получение взятки в крупном размере.  

                                                Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной  жалобы, судебная коллегия считает, что приговор постановлен в  соответствие с вердиктом присяжных заседателей о виновности  Морозова в совершении преступления.  

                                                Доводы кассационной жалобы о том, что в судебном заседании  исследовались недопустимые и не относящиеся к делу доказательства,  являются необоснованными.  

                                                Так, указанные в жалобе адвоката протокол выемки в компании  ЗАО «

<

...>» данных о телефонных соединениях абонентов с  номером 

<

...> за период с 5 декабря 2007 года по 30 января  2008 года и детализация телефонных переговоров, принадлежащих  М. как следует из протокола судебного заседания, не исследовались судом, поскольку ни одна из сторон не заявляла  ходатайства об оглашении этих документов, находящихся в материалах  дела.  

                                                В судебном заседании по ходатайству стороны защиты был  допрошен свидетель М. который пояснил, что абонентский номер 

<

...> принадлежит ему, а не обвиняемому Морозову  К., а сам Морозов К. и обвиняемый Андросов подтвердили, что в  судебном заседании не воспроизводились аудиозаписи и не  зачитывались протоколы прослушивания фонограмм каких-либо  разговоров со свидетелем М. (т. 15 л. д. 47). 

                                                В обвинительной речи государственный обвинитель также не  ссылался на оспариваемые адвокатом в жалобе протокол выемки и детализацию телефонных соединений, напротив, обращал внимание  присяжных заседателей только на номер телефона, использование  которого признавал сам Морозов К. в судебном заседании (т. 15 л. д.  108).  

                                                Что касается протокола допроса Морозова К. в качестве  подозреваемого от 29 января 2009 года, то в судебном заседании после  оглашения названного протокола Морозов К. не только не отрицал  проведение с ним этого следственного действия, но и частично  подтверждал изложенные в нем показания, и сторона защиты не  заявляла ходатайства о признании его недопустимым доказательством  (т. 14 л. д. 76-77, 88-89).  

                                                В связи с этим, ссылка адвоката в жалобе на допущенные  следователем технические ошибки при оформлении протокола, как на  достаточное основание для признания его недопустимым  доказательством, является несостоятельной.  

                                                Нельзя также согласиться с утверждениями адвоката в жалобе о  том, что в ходе судебного разбирательства государственным  обвинителем и председательствующим допускались высказывания,  содержащие негативную оценку личности Морозова, поскольку таких  сведений в протоколе судебного заседания не имеется, а замечания на  протокол адвокат не подавал.  

                                                Кроме того, в напутственном слове председательствующий  разъяснил присяжным заседателям, что для них не должны иметь  никакого значения при вынесении вердикта «сведения, ставшие вольно  или невольно известными из содержания воспроизведенных  аудиозаписей разговоров о материальном положении кого-либо из  подсудимых» (т. 16 л. д. 18).  

                                                Вопреки доводам кассационной жалобы, вопросы, подлежащие  разрешению коллегией присяжных заседателей, были сформулированы  председательствующим в соответствие с предъявленным обвинением и с  учетом результатов судебного следствия и прений сторон.  

                                                Формулировка этих вопросов соответствует требованиям УПК  РФ. Положительный ответ на первый вопрос не предрешал ответы на  последующие вопросы, поскольку присяжные заседатели в случае  недоказанности вины Морозова в совершении преступления могли дать  отрицательный ответ на восьмой вопрос.  

                                                Замечания по формулировке вопросов, поданные защитой, в  которых предлагалось исключить из вопросов, касающихся каждого из  подсудимых фамилии других подсудимых, являлись необоснованными,  поэтому они были оставлены председательствующим без  удовлетворения.  

                                                Вопрос о реальной возможности у Морозова повлиять на  процессуальное положение потерпевшего с учетом его должностного  положения и служебных полномочий не ставился председательствующим в связи с тем, что требовал от присяжных  заседателей собственно юридической оценки.  

                                                Утверждения адвоката в жалобе о том, что суд вышел за пределы  предъявленного обвинения, также являются необоснованными,  поскольку в приговоре при описании преступного события суд не  ссылался на подготовку осужденными ходатайства о предпочтительной  мере пресечения Ш. и направлении его в следственные органы, а указал, что Морозов группой лиц по предварительному сговору создавал  условия для избрания в отношении Ш. меры пресечения, не связанной с лишением свободы и назначения ему более мягкого  наказания.  

                                                Таким образом, нарушений норм уголовно-процессуального  закона при рассмотрении дела судом не допущено.  

                                                Действиям Морозова дана правильная юридическая оценка. 

                                                Как следует из ответа присяжных заседателей на 8 вопрос  вопросного листа во взаимосвязи с их утвердительным ответом на  первый вопрос, умыслом Морозова охватывалось получение им вместе с  другими оперативными сотрудниками милиции 

<

...> рублей от  Ш. за создание условий, при которых в отношении него не будет избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, а при  рассмотрении уголовного дела в суде - за способствование смягчению  ему наказания, и часть из этой суммы - 

<

...> рублей, была  получена 5 декабря 2007 года, в распределении которой Морозов принял  непосредственное участие, а также он участвовал в предоставлении  Ш. срока на поиск остальной части денежных средств. 

                                                По смыслу закона, дача взятки, а равно ее получение  должностным лицом, каким являлся Морозов, считаются оконченными с  момента принятия получателем хотя бы части передаваемых ценностей.  

                                                В связи с этим, нельзя согласиться с доводами кассационной  жалобы о том, что Морозов необоснованно осужден по  квалифицирующему признаку - «получения взятки в крупном размере».  

                                                Тем более что Ш., в счет требуемых денежных сумм, в том числе и Морозовым, как это указано в ответе на восьмой вопрос,  передал еще 

<

...> рублей, чтобы не быть заключенным под стражу,  и в получении этой части взятки принял участие следователь, который  непосредственно избирал меру пресечения Ш., и, которого для выполнения своих обещаний привлекли Мухин и Еременко,  находившиеся в преступном сговоре с Морозовым на получение взятки  от Ш.. 

                                                При назначении наказания Морозову, судья учел все  обстоятельства, влияющие на наказание, и применил положение ст. 64  УК РФ.  

 

                                                Руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия  

                                                ОПРЕДЕЛИЛА: 

                                                приговор Московского областного суда с участием присяжных  

                                                заседателей от 30 июня 2009 года в отношении Морозова К. 

                                                К

<

...> оставить без изменения, а кассационную жалобу - без  

                                                удовлетворения. Председательствующий:Судьи: