ВЕРХОВНЫЙ СУД  РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

 № 309-ЭС16-18581 

г. Москва 17 апреля 2017 г.  

Резолютивная часть определения объявлена 10.04.2017 

Полный текст определения изготовлен 17.04.2017 

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации в составе председательствующего судьи  Ксенофонтовой Н.А., судей Кирейковой Г.Г. и Шилохвоста О.Ю. рассмотрела  в открытом судебном заседании кассационную жалобу гражданина  ФИО1 на решение Арбитражного суда Оренбургской области  от 04.02.2016 по делу № А47-10739/2015, постановление Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 19.05.2016 и постановление  Арбитражного суда Уральского округа от 28.09.2016 по тому же делу.  

В заседании приняли участие представители: 

акционерного общества «Государственная страховая компания «Югория»  (истца) – ФИО2 по доверенности от 01.02.2017 № 277,  ФИО3 по доверенности от 09.12.2016 № 596;  

гражданина ФИО1 (ответчика) – ФИО4  по доверенности от 30.03.2017 № 56 АА 1549785.  

Заслушав и обсудив доклад судьи Верховного Суда Российской  Федерации Ксенофонтовой Н.А., а также объяснения представителей  участвующих в деле лиц, Судебная коллегия по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации  

установила: 

открытое акционерное общество «Государственная страховая компания  «Югория» (далее – страховая компания) обратилось в арбитражный суд  с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1  (далее – предприниматель) о взыскании 401 000 рублей убытков в порядке  регресса.  

Решением Арбитражного суда Оренбургской области  от 04.02.2016 (судья Пирская О.Н.), оставленным без изменения  постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 19.05.2016 (судьи Ширяева Е.В., Деева Г.А., Мальцева Т.В.), иск  удовлетворен, поскольку необходимые для взыскания заявленных убытков в  порядке регресса условия (умышленные неправомерные действия  предпринимателя и причинно-следственная связь между этими действиями и  убытками) установлены в рамках ранее рассмотренных арбитражными судами  дел, имеют преюдициальное значение для данного дела и предприниматель как  профессиональный участник процедур банкротства при осуществлении своей  деятельности не мог не осознавать нарушения законодательства о банкротстве.  

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 28.09.2016  (судьи Сафронова А.А., Абознова О.В., Васильченко Н.С.) решение  от 04.02.2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 19.05.2016 оставлены без изменения.  

ФИО5 подал в Верховный Суд Российской Федерации  кассационную жалобу, в которой просит судебные акты отменить как  незаконные, ссылаясь на отсутствие у страховой компании права регрессного  требования и недоказанность в рамках данного дела умысла в совершенных им  в качестве арбитражного управляющего действиях, и в иске отказать.  

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации  от 09.03.2017 кассационная жалоба ФИО5 с делом передана для  рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

Представитель ФИО5 в судебном заседании поддержал  доводы кассационной жалобы и просил об отмене обжалуемых судебных актов.  

Страховая компания в отзыве на кассационную жалобу просила оставить  судебные акты без изменения как законные, обоснованные и справедливые.  Такую же позицию её представители поддержали в судебном заседании.  

Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе,  отзыве на неё и выступлениях представителей участвующих в деле лиц,  Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации считает, что решение от 04.02.2016, постановление от 19.05.2016 и  постановление от 28.09.2016 подлежат отмене.  

Из материалов дела усматриваются и судами установлены следующие  обстоятельства.  

Предприниматель осуществляет профессиональную деятельность в  качестве арбитражного управляющего.  

В силу закона арбитражному управляющему вменено наличие  отвечающего определенным требованиям договора обязательного страхования  ответственности (пункт 3 статьи 20, статья 24.1 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»,  далее – Закон о банкротстве).  

В период исполнения обязанностей арбитражного управляющего  в сельскохозяйственном производственном кооперативе  «Колхоз им. Свердлова» (далее – должник) предприниматель страховал свою  ответственность в страховой компании.  

В процессе осуществления управления деятельностью должника  предприниматель своими неправомерными действиями причинил должнику  убытки на сумму 401 000 рублей, взысканные с предпринимателя в пользу  должника определением Арбитражного суда Оренбургской области  от 22.10.2013 по делу № А47-5618/2010 с одновременным отстранением  предпринимателя от исполнения обязанностей арбитражного управляющего.  

Указанное определение арбитражного суда подтвердило наступление  ответственности предпринимателя, что согласно пункту 5 статьи 24.1 Закона о  банкротстве является страховым случаем по договору обязательного  страхования ответственности арбитражного управляющего.  

Причинение должнику убытков в период действия договора страхования  ответственности арбитражного управляющего от 18.01.2013 № 91000008-42/13  признано страховым случаем и убытки в виде страхового возмещения  взысканы со страховой компании решением Арбитражного суда Оренбургской  области от 23.09.2014 по делу № А47-4829/2014.  

Пунктом 9 статьи 24.1 Закона о банкротстве предусмотрены случаи, при  которых страховщик имеет право предъявить регрессное требование  к причинившему убытки арбитражному управляющему, риск ответственности  которого застрахован по договору обязательного страхования ответственности  арбитражного управляющего, в размере произведенной страховой выплаты,  составляющие в том числе причинение убытков вследствие:  

умышленных действий или бездействия арбитражного управляющего,  выразившихся в нарушении им требований этого Федерального закона, других  федеральных законов или иных нормативных правовых актов Российской  Федерации либо федеральных стандартов или стандартов и правил  профессиональной деятельности;  

незаконного получения арбитражным управляющим любых  материальных выгод (доходов, вознаграждений) в процессе осуществления  возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе  в результате использования информации, ставшей ему известной в результате  осуществления деятельности в качестве арбитражного управляющего.  

Считая действия предпринимателя по причинению убытков должнику  подпадающими под названные законом случаи, страховая компания обратилась  в арбитражный суд с рассматриваемым регрессным иском.  

В правоотношениях по имущественному страхованию событие,  с которым связывается возникновение убытков, подлежащих возмещению  

посредством выплаты страхового возмещения, должно обладать признаками  вероятности и случайности.  

Если же страховой случай наступил вследствие умысла страхователя,  страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения  (пункт 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Таким образом, критерий для применения содержащегося  в законодательстве о банкротстве правила о регрессе совпадает с  установленным общими нормами гражданского законодательства о  страховании критерием для освобождения страховщика от страховой выплаты  и связан с совершением страхователем умышленных действий, заведомо  направленных на извлечение из страхования выгоды.  

В данном деле спорным явился вопрос о том, какие признаки  подтверждают наличие в действиях предпринимателя, повлекших возмещенные  страховой компанией убытки должника, условий для возложения их  страховщиком на предпринимателя в регрессном порядке.  

В рамках дела № А47-5618/2010 о банкротстве должника арбитражный  суд установил совершение предпринимателем неправомерных действий,  причинно-следственную связь между такими действиями и возникшими  убытками, размер убытков – условия, необходимые для взыскания убытков в  качестве гражданско-правовой ответственности за неправомерные действия.  

Получение предпринимателем какой-либо выгоды за счет умаления  вследствие совершения неправомерных действий прав и законных интересов  должника из установленных судом обстоятельств возникновения убытков не  следует.  

На умышленное причинение убытков страховая компания ссылалась при  рассмотрении иска о взыскании страхового возмещения и этот вопрос  обсуждался судом, признавшим непредставление страховщиком  документальных доказательств умысла (дело № А47-4829/2014 Арбитражного  суда Оренбургской области).  

Следовательно, установленные в рамках названных дел признаки  совершенных предпринимателем действий, повлекших убытки, не составляют  условий, требуемых для переложения убытков на предпринимателя в порядке  регресса.  

Для применения правила о регрессе страховая компания в пределах  рассматриваемого иска должна обосновать наличие в ранее исследованных и  оцененных судами применительно к правоотношениям о возмещении убытков  и взыскании страхового возмещения действиях предпринимателя необходимых  для регресса признаков заведомой противоправности, направленности на  извлечение собственной выгоды либо указать на иные, обладающие такими  признаками не исследованные ранее судами обстоятельства, состоящие в  причинно-следственной связи с возмещенными должнику убытками.  

Суды, признав преюдициальное значение ранее установленных судами  обстоятельств, неправомерно освободили страховую компанию от бремени  доказывания необходимых для регресса условий.  

Такая позиция не может признаваться правильной, поскольку приводит  к недопустимому приданию одним и тем же обстоятельствам  взаимоисключающих правовых последствий – возникновение вследствие  неправомерных действий арбитражного управляющего обязанности  застраховавшего ответственность страховщика выплатить страховое  возмещение и наступление в связи с этими же действиями обязанности  арбитражного управляющего возместить страховщику в порядке регресса  расходы на страховую выплату.  

Ссылку судов на обусловленное профессиональными навыками  понимание арбитражным управляющим характера совершаемых действий как  основание для регресса также нельзя признать правильной, поскольку оно не  исключает наступления в связи с осуществлением возложенных на  управляющего законодательством о банкротстве полномочий его  гражданско-правовой ответственности перед участниками процедур  банкротства и другими лицами.  

В силу положений статьи 24.1 Закона о банкротстве договор  обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего  заключается не только в интересах участвующих в процедурах банкротства лиц  и других лиц, но и самого арбитражного управляющего, который хотя  и исполняет предписанную законом обязанность по заключению такого  договора, исполнив её, вправе минимизировать за счет страхования  непреднамеренно возникшие неблагоприятные последствия.  

Противоположное толкование правового характера этого вида  страхования лишило бы его смысла.  

Таким образом, суды констатировали умышленное причинение  предпринимателем возмещенных страховой компанией убытков и возложили  их на предпринимателя в противоречие с законом, решением суда по делу   № А47-4829/2014 и обстоятельствами исполнения арбитражным управляющим  полномочий, при недоказанности необходимых в силу пункта 9 статьи 24.1  Закона о банкротстве условий для регресса, поэтому обжалуемые судебные  акты подлежат отмене по основанию, предусмотренному частью 1  статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  с принятием нового решения об отказе страховой компании в иске.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 184,  291.13 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации  

определила: 

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 04.02.2016 по делу   № А47-10739/2015, постановление Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 19.05.2016 и постановление Арбитражного суда  Уральского округа от 28.09.2016 по тому же делу отменить.  

В удовлетворении иска открытого акционерного общества  «Государственная страховая компания «Югория» отказать.  

Определение вступает в законную силу с момента вынесения и может  быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке надзора  в трехмесячный срок.  

Председательствующий судья Н.А. Ксенофонтова  

Судья Г.Г. Кирейкова  

Судья О.Ю. Шилохвост