04RS0007-01 -2022-007868-79 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 73-КГ24-5-К8 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 4 февраля 2025 г. 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда  Российской Федерации в составе  

председательствующего Асташова СВ., судей Киселёва А.П. и Марьина А.Н. 

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску  ФИО1 к Управлению Федеральной службы судебных  приставов по Республике Бурятия, Министерству финансов Российской  Федерации, Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации о  возмещении ущерба, причинённого незаконным бездействием должностных лиц,  и взыскании компенсации морального вреда  

по кассационной жалобе ФИО1 на апелляционное  определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда  Республики Бурятия от 22 ноября 2023 г. и определение судебной коллегии по  гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции  от 19 марта 2024 г.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Киселёва А.П., выслушав представителя Федеральной службы судебных  приставов Российской Федерации ФИО2, возражавшую против  удовлетворения кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским  делам Верховного Суда Российской Федерации  

установила: 

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению Федеральной службы  

судебных приставов по Республике Бурятия (далее - УФССП России по  

Республике Бурятия) и, уточнив требования, просил взыскать возмещение  ущерба в размере 316 170,13 руб., расходов на уплату транспортного налога за  период с 1 января 2017 г. по 31 декабря 2021 г. в размере 18 205 руб., а также  компенсацию морального вреда - 2 000 руб.  

В обоснование иска ФИО1 указал, что являлся должником по  исполнительному производству о взыскании задолженности по кредитному  договору и об обращении взыскания на заложенное имущество - автомобиль.  

В результате незаконного бездействия судебных приставов-исполнителей  арестованный и переданный на ответственное хранение взыскателю предмет  залога утрачен, а долг погашен за счёт другого имущества ФИО1  

Требования о возмещении убытков истец поименовал регрессными, а в  обоснование требований о взыскании компенсации морального вреда ссылался  на причинение ему нравственных страданий.  

Определением Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ  от 18 января 2023 г. в качестве соответчиков к участию в деле привлечены  Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления  федерального казначейства по Республике Бурятия, Федеральная служба  судебных приставов Российской Федерации (далее - ФССП России).  

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ФИО4,  ФИО5, ФИО6, ФИО7., ООО «Нэйва».  

Решением Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от  6 июля 2023 г. иск удовлетворён частично: с Российской Федерации в лице  ФССП России за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО1  взысканы возмещение ущерба в размере 316 170,13 руб. и компенсация  морального вреда - 2 000 руб., в остальной части требования ФИО1  оставлены без удовлетворения.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики  Бурятия определением от 30 октября 2023 г. перешла к рассмотрению дела по  правилам производства в суде первой инстанции без учёта особенностей,  предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской  Федерации, и привлекла к участию в деле в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,  ФИО8  

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам  Верховного Суда Республики Бурятия от 22 ноября 2023 г. решение суда первой  инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым в  удовлетворении требований ФИО1 отказано.  

Определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого  кассационного суда общей юрисдикции от 19 марта 2024 г. апелляционное  определение оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе заявителем ставится вопрос об отмене  определений судов апелляционной и кассационной инстанций, как незаконных.  

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации  

Марьина А.Н. от 2 сентября 2024 г. заявителю восстановлен срок на подачу  

кассационной жалобы на указанные выше судебные постановления, а  определением от 20 декабря 2024 г. кассационная жалоба с делом передана для  рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам  Верховного Суда Российской Федерации.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной  жалобе, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.  

В соответствии со статьёй 390 Гражданского процессуального кодекса  Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебной  коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в  кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального  права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и  без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных  прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом  публичных интересов.  

Такие нарушения допущены судами апелляционной и кассационной  инстанций при рассмотрении настоящего дела.  

Судом установлено, что решением Кяхтинского районного суда  Республики Бурятия от 8 октября 2015 г. с ФИО1 в пользу  ООО КБ «АйМаниБанк» взыскана задолженность по кредитному договору  от 26 августа 2013 г. в размере 714 123,15 руб., судебные расходы14 341,23 руб., обращено взыскание на предмет залога - автомобиль  «Toyota Alphard», принадлежащий ФИО1, путём продажи с публичных  торгов с начальной продажной ценой в размере 432 000 руб.  

Определением Кяхтинского районного суда Республики Бурятия  на автомобиль «Toyota Alphard» наложен арест.  

На основании исполнительных листов должностными лицами службы  судебных приставов возбуждены исполнительные производства.  

3 февраля 2016 г. судебным приставом-исполнителем Кяхтинского РОСП  У ФССП по Республике Бурятия ФИО9 на автомобиль наложен  арест, транспортное средство изъято у должника ФИО1 и передано на  ответственное хранение представителю взыскателя ООО КБ «АйМаниБанк»  ФИО10, место хранения определено по адресу: 

<

...>.  

29 февраля 2016 г. ООО КБ «АйМаниБанк» уступило право требования  задолженности ПАО АКБ «ФинПромБанк», которое 14 февраля 2020 г.  переуступило его ООО «Нэйва».  

До 2018 года должностные лица службы судебных приставов не  предпринимали мер по реализации заложенного имущества должника.  

В сентябре 2018 года выявлено отсутствие автомобиля в месте хранения.  Место нахождения заложенного имущества не установлено.  

В рамках исполнительного производства ФИО1 произведено  частичное погашение задолженности.  

Кроме того, за период с 1 января 2017 г. по 31 декабря 2021 г.  

ФИО1 начислен транспортный налог в размере 18 205 руб.  

16 февраля 2022 г. в РЭГ ОГИБДД МВД России по Тарбагатайскому  району автомобиль «Toyota Alphard» зарегистрирован за ФИО11 на  основании договора купли-продажи, заключённого между ним и ФИО1  в качестве продавца, впоследствии признанного недействительным по решению  Мухоршибирского районного суда Республики Бурятия.  

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции указал,  что в результате незаконных действий должностных лиц У ФССП России по  Республике Бурятия ФИО1 причинён ущерб в размере 316 170,13 руб., а  также моральный вред, оценённый судом в 2 000 руб.  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики  Бурятия, рассматривая дело по правилам производства в суде первой инстанции  без учёта особенностей главы 39 Гражданского процессуального кодекса  Российской Федерации, исходила из того, что вследствие необеспечения  сохранности заложенного имущества, на которое обращено взыскание, вред в  размере стоимости утраченного заложенного имущества причинён взыскателю.  

Поскольку должник ФИО1 свои обязательства по уплате  задолженности по кредитному договору перед взыскателем в полном объёме не  исполнил (его задолженность по исполнительному производству составляет  446 453,74 руб.), то есть не понёс убытков свыше стоимости утраченного  заложенного имущества, следовательно, не приобрёл право требовать  возмещения ущерба в порядке регресса.  

Отказывая в возмещении за счёт ФССП России расходов, необходимых  для уплаты транспортного налога, судебная коллегия указала, что истцом не  представлено каких-либо доказательств, что им добросовестно предпринимались  действия для прекращения своей обязанности по уплате налога, в частности, не  представлено сведений об обращении в органы ГИБДД с заявлением о  прекращении регистрации автомобиля, о проявлении интереса к судьбе  арестованного имущества.  

Кроме того, судебная коллегия не установила нарушения каких-либо  нематериальных прав истца, в связи с чем не усмотрела правовых оснований для  взыскания в его пользу компенсации морального вреда.  

Восьмой кассационный суд общей юрисдикции с выводами судебной  коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия  согласился, указав, что решением Мухоршибирского районного суда Республики  Бурятия 1 февраля 2023 г. договор купли-продажи автомобиля «Toyota Alphard»,  заключённый между ФИО1 и ФИО11, признан  недействительным, на ФИО11 возложена обязанность возвратить  автомобиль ФИО1  

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации находит, что с постановлениями судов апелляционной и  кассационной инстанций согласиться нельзя по следующим основаниям.  

В пункте 80 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 17 ноября 2015 г. № 50 «О применении судами законодательства  при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного  

производства» разъяснено, что защита прав взыскателя, должника и других лиц  

при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы  17 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном  производстве», но не исключает применения мер гражданской ответственности  за вред, причинённый незаконными постановлениями, действиями  (бездействием) судебного пристава-исполнителя (статья 1069 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред,  причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных  действий (бездействия) государственных органов, органов местного  самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате  издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта  государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит  возмещению. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской  Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального  образования.  

Согласно пункту 1 статьи 15 этого же кодекса лицо, право которого  нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков,  если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем  размере.  

Под убытками, в соответствии с пунктом 2 данной статьи понимаются  расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет  произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его  имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо  получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не  было нарушено (упущенная выгода).  

Из установленных судом обстоятельств дела следует, что арест и изъятие у  истца принадлежащего ему на праве собственности автомобиля привели к его  фактической утрате.  

Признание по решению Мухоршибирского районного суда Республики  Бурятия от 1 февраля 2023 г. недействительным договора купли-продажи этого  автомобиля, заключённого от имени истца с ФИО11, как это следует из  обжалуемых судебных постановлений, к действительному возвращению  автомобиля истца не привело.  

При таких обстоятельствах утрата имущества истца подлежала  квалификации в соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса  Российской Федерации как убытки.  

То обстоятельство, что данный автомобиль являлся предметом залога и  был арестован в целях обращения на него взыскания, само по себе не лишает  собственника права на возмещение убытков, вызванных утратой его имущества.  

Так, в соответствии со статьёй 344 Гражданского кодекса Российской  Федерации залогодатель несёт риск случайной гибели или случайного  повреждения заложенного имущества, если иное не предусмотрено договором  залога (пункт 1).  

Залогодержатель отвечает перед залогодателем за полную или частичную  

утрату или повреждение переданного ему предмета залога, если не докажет, что  

может быть освобождён от ответственности в соответствии со статьёй 401  данного кодекса.  

Залогодержатель отвечает за утрату предмета залога в размере его  рыночной стоимости, а за его повреждение в размере суммы, на которую эта  стоимость понизилась, независимо от суммы, в которую был оценён предмет  залога по договору залога.  

Если в результате повреждения предмета залога он изменился настолько,  что не может быть использован по прямому назначению, залогодатель вправе  отказаться от него и потребовать от залогодержателя возмещение за его утрату.  

Договором может быть предусмотрена обязанность залогодержателя  возместить залогодателю и иные убытки, причинённые утратой или  повреждением предмета залога (пункт 2).  

Залогодатель, являющийся должником по обеспеченному залогом  обязательству, вправе зачесть требование к залогодержателю о возмещении  убытков, причинённых утратой или повреждением предмета залога, в погашение  обязательства, обеспеченного залогом, в том числе тогда, когда срок исполнения  этого обязательства еще не наступил и досрочное исполнение обязательства не  допускается (пункт 3).  

Из установленных судами обстоятельств не следует, что стоимость  утраченного автомобиля была зачтена в счёт исполнения обязательства истца  перед залогодержателем.  

Напротив, судами установлено, что задолженность истца по  исполнительному производству на сумму 316 170,13 руб. погашена им за счёт  другого имущества - платёжными поручениями.  

Кроме того, положения статьи 344 Гражданского кодекса Российской  Федерации, на которую ссылались ответчики, регулируют отношения между  залогодателем и залогодержателем и не распространяются на правоотношения  между судебным приставом-исполнителем и собственником утраченной вещи.  

Как следует из обжалуемых судебных постановлений зачёт стоимости  автомобиля в счёт долга истца в исполнительном производстве не осуществлён,  размер долга истца каким-либо иным образом на эту сумму не уменьшен.  

При таких обстоятельствах судам надлежало учесть пункт 83  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  17 ноября 2015 г. № 50 «О применении судами законодательства при  рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного  производства», согласно которому, если утрачено или повреждено незаконно  изъятое у должника имущество либо если после утраты или повреждения  законно изъятого и переданного на хранение имущества должник исполнил свои  обязательства перед взыскателем за счёт другого имущества, причинённый вред  подлежит возмещению должнику, за исключением случаев, когда имущество  было передано на хранение (под охрану) самому должнику или членам его  семьи.  

То обстоятельство, что требования истца поименованы им как регрессные,  не освобождало суды от правильной юридической квалификации  

правоотношений и установления в соответствии с частью 2 статьи 56  

Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельств,  имеющих существенное значение для правильного разрешения спора.  

Так, в абзаце третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» разъяснено, что по смыслу части 1 статьи 196 Гражданского  процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие нормы  права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также  указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались  лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на  не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не  является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.  

С учётом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам  Верховного Суда Российской Федерации находит, что судами апелляционной и  кассационной инстанций допущены нарушения норм права, которые являются  существенными и которые не могут быть устранены без отмены обжалуемых  судебных постановлений и направления дела на новое апелляционное  рассмотрение.  

Руководствуясь статьями 39014, 39015, 39016 Гражданского  процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации  

определила: 

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам  Верховного Суда Республики Бурятия от 22 ноября 2023 г. и определение  судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей  юрисдикции от 19 марта 2024 г. отменить, направить дело на новое  рассмотрение в суд апелляционной инстш  

Председательствующий Судьи