ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

  № 308-ЭС19-2662

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва11.04.2019 

Судья Верховного Суда Российской Федерации Першутов А.Г., изучив  кассационную жалобу третьего лица, не заявляющего самостоятельных  требований относительно предмета спора, ФИО1 на  решение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 20.07.2018,  постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 09.11.2018 и постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа  от 22.01.2019 по делу  № А22-4505/2017 

по заявлению Межрегионального управления Федеральной службы по  регулированию алкогольного рынка по Южному федеральному округу о  привлечении общества с ограниченной ответственностью «Завод  Трехсосенский» к административной ответственности по части 2 статьи 14.16  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за  оборот алкогольной продукции без сопроводительных документов,  удостоверяющих легальность ее производства и оборота, 

установил:

постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 09.11.2018 решение суда первой инстанции от 20.07.2018 изменено, в  удовлетворении требований отказано, поскольку срок давности привлечения к  ответственности истек. Изъятая из оборота алкогольная продукция передана на  уничтожение. Изъятые транспортные средства, на которых осуществлялась  перевозка продукции, переданы на реализацию в порядке, установленном  Правительством РФ. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа  от 22.01.2019 постановление суда апелляционной инстанции оставлено без  изменения. 

Обжалуя судебные акты в Верховный Суд Российской Федерации,  ФИО1 ссылается на существенное нарушение судами норм материального  права, повлиявшее на исход дела, в части выводов о реализации в пользу  государства принадлежащего ему на праве собственности транспортного  средства, тогда как он не привлечен к административной ответственности за  данное административное правонарушение и не признан в законной процедуре  виновным в его совершении. 

Между тем, выводы судов о том, что транспортные средства,  использовавшиеся для перевозки алкогольной продукции, находившейся в  незаконном обороте, подлежат изъятию и реализации в порядке, установленном  постановлением Правительства Российской Федерации, и не могут быть  возвращены собственнику, соответствуют сложившейся судебной практике,  основанной, в том числе на правовой позиции, изложенной в пункте 12 Обзора  практики рассмотрения судами дел об административных правонарушениях,  связанных с назначением административного наказания в виде конфискации, а  также с осуществлением изъятия из незаконного владения лица, совершившего  административное правонарушение, вещей и иного имущества в сфере оборота  этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, явившихся  орудием совершения или предметом административного правонарушения,  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  19.09.2018. 

В то же время согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении  Конституционного Суда Российской Федерации от 18.02.2019  № 11-П, в  действующей системе правового регулирования лишение собственника  принадлежащего ему транспортного средства, которое использовалось для  перевозки алкогольной продукции, находящейся в незаконном обороте, в  рамках производства по делу об административном правонарушении в  отношении юридического лица - притом что сам собственник этого  транспортного средства не был привлечен к административной  ответственности за данное административное правонарушение и не был  признан в судебном порядке виновным в его совершении - приводило бы к  несоразмерному ограничению прав собственника транспортного средства,  гарантированных статьями 35 (часть 1), 46 (часть 1), 49 и 54 (часть 2)  Конституции Российской Федерации, и вступало бы в противоречие с  конституционными принципами справедливости и равенства. 

Таким образом, несмотря на то, что статья 25 Федерального закона «О  государственном регулировании производства и оборота этилового спирта,  алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления  (распития) алкогольной продукции» по ее буквальному пониманию содержит  указание на изъятие из незаконного оборота автомобильного транспорта,  используемого для перевозки этилового спирта, алкогольной и  спиртосодержащей продукции, находящихся в незаконном обороте, сами по  себе соответствующие транспортные средства не могут рассматриваться как  изъятые из оборота только в силу того, что в них хранилась или перевозилась  продукция, которая была произведена и находилась в обороте с нарушением  установленных требований. Соответственно, такие транспортные средства не  могут расцениваться как не подлежащие возвращению собственнику на данном  основании в силу пункта 2 части 3 статьи 29.10 Кодекса Российской Федерации  об административных правонарушениях. 

Выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой  смысл статьи 25 Федерального закона «О государственном регулировании  производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей  продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции»  является общеобязательным, что исключает любое иное ее истолкование в  правоприменительной практике. 

Учитывая изложенное, выявленный и сформулированный в указанном  Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации  конституционно-правовой смысл статьи 25 Федерального закона «О  государственном регулировании производства и оборота этилового спирта,  алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления  (распития) алкогольной продукции», который ранее в процессе  правоприменения ей не придавался, является основанием для пересмотра по  новым обстоятельствам обжалуемых судебных актов, принятых судами с  учетом сложившейся судебной практики на момент рассмотрения настоящего  дела в суде до вынесения Конституционным Судом Российской Федерации  указанного Постановления. Данный вывод соответствует правовой позиции,  изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации  от 27.05.2004  № 211-О и Определении Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2015   № 307-КГ14-4737. 

По смыслу положений части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6,  статьи 291.11 АПК РФ кассационная жалоба подлежит передаче для  рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда  

Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие  существенных нарушений норм материального права и (или) норм  процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых  невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов  заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Таким образом, учитывая, что заявитель не лишен возможности  восстановить свои нарушенные права путем обращения в суд с  соответствующим заявлением о пересмотре судебных актов по новым  обстоятельствам, основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном  заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации обжалуемых судебных актов в порядке кассационного  производства отсутствуют. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.1, 291.6, 291.8  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья 

определил:

в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации отказать. 

Судья Верховного Суда

Российской Федерации А.Г.Першутов