ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 16УД21-16-АЗ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 суда кассационной инстанции 

г. Москва 29 июля 2021 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего Сабурова Д.Э. судей Истоминой Г.Н. и Хомицкой Т.П. при секретаре Горностаевой Е.Е. 

рассмотрела в судебном заседании кассационную жалобу осужденного  ФИО1 на приговор Волгоградского областного суда от 22 декабря  2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным  делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 16 марта 2021  года  

По приговору Волгоградского областного суда от 22 декабря 2020 года  

ФИО1, 

<

...>  

 

<

...> 

<

...> несудимый 

осужденного по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 14 годам лишения свободы с  отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с  ограничением свободы на 1 год  

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам  Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 16 марта 2021 года  приговор в отношении ФИО1 оставлен без изменения.  

Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., изложившей содержание  обжалуемого приговора и доводы кассационной жалобы, выступления  осужденного ФИО1, его защитника - адвоката Ильчишина П.В.,  поддержавших доводы жалобы, прокурора Телешевой-Курицкой НА..,  полагавшей приговор и апелляционное определение оставить без изменения,  Судебная коллегия,  

установила: 

ФИО1 осужден за убийство с особой жестокостью Р. 

Преступление совершено им 9 февраля 2020 года в г. 

<

...> при  обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. '  

В кассационной жалобе осужденный ФИО1 указывает на  существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов,  являющиеся, по его мнению, основанием отмены судебных решений.  Подробно описывая события 9 февраля 2020 года, утверждает, что не  совершал убийства Р. Считает, что его незаконно задержали, стали • 

требовать признания в убийстве, не рассматривая версию о его [ 

непричастности к совершению преступления. 

Показания свидетеля Н. считает недостоверными, противоречащими как его показаниям, так и показаниям свидетеля ,  

К

<

...> 

Из видеозаписи показаний потерпевшего следует, что он не может  точно сказать, кто совершил поджог. Анализируя заключение эксперта о  месте возгорания, об используемой для поджога жидкости, считает, что в !  

основу выводов эксперта положены показания свидетеля Н. а не данные осмотра места происшествия. По его мнению, потерпевший загорелся  в бессознательном состоянии, в связи с чем и не мог вспомнить на допросе,  что с ним произошло.  

Допрошенные судом в качестве свидетелей сотрудники МЧС не  сообщили о фактах, доказывающих его виновность.  

Показания свидетеля Б. также считает недостоверными в силу заинтересованности свидетеля в обвинении его.  

Указывает, что судом не приняты во внимание показания свидетелей  С. и М. о том, что при поступлении в ожоговое отделение потерпевший сообщал о поджоге его неизвестными лицами, на  

показания свидетеля А.о том, что потерпевший был облит горючей жидкостью, на то, что зажигалка, якобы использовавшаяся им для  поджога, не изъята и не приобщена к делу.  

Его показания о том, что с момента встречи с потерпевшим и  возвращения домой, он не выходил из дома до того момента, когда в дверь  постучали сотрудники МЧС, что у него было причин для убийства  потерпевшего, необоснованно отвергнуты судом.  

Достаточной совокупности доказательств, подтверждающих его  причастность к преступлении, в материалах дела не имеется.  

Судом нарушены требования ст. 7, 87, 88, 14, ч. 3 ст. 15 УПК РФ, ч. 2  ст. 50 Конституции РФ.  

Уголовное дело в отношении него возбуждено незаконно, с  нарушением положений ч. 2 ст. 140, ч. 1 ст. 146 УПК РФ при отсутствии  достаточной совокупности данных о наличии в его действиях признаков  состава преступления, обвинение ему предъявлено с нарушением требований  ст. 171 УПК РФ. При ознакомлении его с материалами дела следователь  необоснованно отказал в удовлетворении его ходатайства о прекращении  уголовного дела, нарушив тем самым его право на защиту. В нарушение  положений ч. 3 ст. 195 УПК РФ он и его защитник были несвоевременно  ознакомлены с постановлениями о назначении экспертиз, в связи с ем не  могли воспользоваться предусмотренными ч. 1 ст. 198 УПК РФ правами.  

В связи с этими нарушениями закона заключения экспертов № 

<

...> от 3  марта 2020 года (т. 2 л.д. 113-115), №

<

...> от 25 февраля 2020 года (т. 2 л.д.  120-123), № 

<

...> от 20 марта 2020 года (т. 2 л.д. 130-136), №

<

...> от 5  марта 2020 года (т. 2 л.д. 143-153), № 

<

...>от 2 марта 2020 года (т. 2 л.д. 158- 166), а также обнаруженные в его квартире следы и предметы в ходе обыска,  проведенного в его отсутствие с нарушением требований ст. 182 УПК РФ,  являются недопустимыми доказательствами.  

Исследованные судом доказательства ни каждое в отдельности, ни в  совокупности не подтверждают его виновность.  

После постановления приговора он не был ознакомлен с протоколом  судебного заседания, что не позволило ему в суде апелляционной инстанции  в полном объеме осуществить свою защиту. Кроме того в суде  апелляционной инстанции ему был назначен защитник, с которым он  позицию не согласовал, его защита осуществлялась формально.  

В связи с допущенными в ходе производства по делу нарушениями  закона просит приговор и апелляционное определение отменить, вынести в  отношении него судебное решение, которым оправдать его.  

В возражении на кассационную жалобу осужденного государственный  обвинитель Мельникова А.Ф. просит оставить ее без удовлетворения, а  судебные решения - без изменения.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,  Судебная коллегия находит, что приговор суда и апелляционное определение  являются законными и обоснованными.  

Выводы суда о виновности ФИО1 в убийстве Р. основаны на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах: показаниях свидетеля Б. и выданной им видеозаписи беседы с потерпевшим Р. показаниях свидетелей Н.М. Ф.А. С.Г. Д.Л. К.С. М.Н. О.Б. К. данных осмотра места происшествия и квартиры, в которой проживал осужденный,  заключениях экспертов по результатам исследования трупа потерпевшего  Р. и вещественных доказательств (одежды потерпевшего и осужденного, смывов с рук ФИО1, осколков бутылки, жидкости  из пластиковой бутылки, изъятой в квартире осужденного), акте пожарно- технической экспертизы.  

Подробное содержание и анализ исследованных доказательств  приведен в приговоре. При этом вопреки доводам жалобы всем  рассмотренным доказательствам суд дал в приговоре надлежащую оценку с  точки зрения их достоверности, допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения дела, с приведением мотивов, в силу которых  одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты.  Правила оценки доказательств судом не нарушены.  

Признавая достоверными показания свидетеля Н. уличавшей осужденного в совершении убийства потерпевшего, суд  правильно сослался на отсутствие у нее причин к оговору ФИО2.,  на последовательность ее показаний, соответствие сообщенных ею сведений  о способе и месте причинения смерти потерпевшему путем обливания его в  подъезде дома дизельным топливом и поджоге с помощью зажигалки  другим доказательствам: данным осмотра места происшествия, заключению  судебно-медицинского эксперта о характере, локализации и способе  причинения повреждений потерпевшему, о причине его смерти, заключению  эксперта по результатам исследования вещественных доказательств,  согласно которому на потерпевшем, его одежде и одежде ФИО1  обнаружены следы нефтепродукта, имеющего общую родовую  принадлежность с нефтепродуктом в бутылке, изъятой из квартиры  осужденного.  

Не основаны на материалах дела и доводы осужденного о  заинтересованности в исходе дела свидетеля Б. передавшего 

следователю видеозапись беседы с потерпевшим. Содержанием  просмотренной в судебном заседании видеозаписи подтверждаются  показания указанного свидетеля о том, что со слов Р. именно ФИО1 поджег его.  

Из показаний допрошенных в качестве свидетелей медицинских сестер  М. и Ф. следует, что какого-либо давления на Р. в ходе беседы с ним не оказывалось. 

Принимая во внимание эти обстоятельства, суд не имел оснований  сомневаться в правдивости сообщенных потерпевшим в ходе беседы с  Б. сведений о ссоре, обливании его жидкостью и поджоге его, которые соответствуют показаниям Н. 

Показания допрошенных в качестве свидетелей сотрудников МЧС,  прибывших на место пожара и сообщивших об обстоятельствах обнаружения  Р. в подъезде дома со следами ожогов и горевшей на нем одежде, соседей, сообщившей о возгорании в подъезде дома, врача скорой  помощи, сообщившей о наличии на теле потерпевшего следов термического  воздействия также соответствуют показаниям свидетеля Н. о месте обливания потерпевшего легковоспламеняющейся жидкостью и  поджоге его в подъезде жилого дома.  

В то же время показаниями указанных лиц, а также показаниями  свидетеля К.С. и М. не опровергаются сообщенные очевидцем преступления Н., потерпевшим Р., свидетелями Б.М.СВ. и Ф. сведения, согласно которым осужденный совершил поджог потерпевшего, облив его  легковоспламеняющейся жидкостью.  

Дав надлежащую оценку всем рассмотренным доказательствам, суд  обоснованно отверг доводы осужденного о непричастности к причинению  смерти потерпевшему и признал его виновным в совершении убийства  Р. с особой жестокостью. 

Тот факт, что зажигалка, с помощью которой осужденный поджег  потерпевшего, не обнаружена и не изъята, не может поставить под сомнение  вывод суда о виновности ФИО1  

Вопреки доводам жалобы в основу выводов о виновности осужденного  в убийстве Р. положены только допустимые доказательства, в числе которых заключения судебно-медицинского эксперта № 

<

...> от 3 марта  2020 года по результатам освидетельствования ФИО1,  заключение эксперта № 

<

...> от 25 февраля 2020 года по результатам  

пожарно-технического исследования, заключение эксперта № 

<

...> от 20  марта 2020 года по результатам исследования вещественных доказательств,  заключение эксперта № 

<

...> от 5 марта 2020 года по результатам  исследования одежды Р. заключение эксперта № 

<

...>от 2 марта 2020 года по результатам исследования трупа Р. 

Все экспертизы проведены на основании постановлений следователя от  10.02. и 11.02.2020 года, с которыми за исключением постановления о  назначении судебно-медицинской экспертизы от 14.02.2020 г., ФИО1 и его защитник ознакомлены своевременно 14.02.2020 года, а потому  доводы осужденного о том, что ему не была предоставлена возможность  воспользоваться предусмотренными ст. 198 УПК РФ правами, нельзя  признать обоснованными.  

То обстоятельство, что с постановлением о назначении судебно- медицинской экспертизы осужденный и его защитник были ознакомлены  одновременно с заключением эксперта 23 марта 2020 года, не может  поставить под сомнение допустимость этого доказательства, в силу того, что  на последующих стадиях производства по делу осужденный и его защитник  вправе были реализовать закрепленные в ст. 198 УПК РФ права, однако  ходатайств о проведении экспертизы с постановкой дополнительных  вопросов ими не заявлялось, допустимость заключения эксперта ими не  оспаривалась в судебном заседании.  

Акты указанных выше экспертиз составлены с соблюдением  требований ст. 204 УПК РФ, с указанием проведенных исследований,  использовавшихся методик, все выводы экспертами мотивированы.  

С учетом этих данных, сопоставив заключения экспертов с другими  доказательствами, суд обоснованно признал их достоверными и сослался на  них в приговоре как на допустимые доказательства.  

Не имел суд оснований и для признания недопустимыми  доказательствами протоколов осмотра места происшествия и квартиры  осужденного от 9 февраля и 10 февраля 2020 года, а также изъятых в ходе  этих осмотров предметов, признанных вещественными доказательствами и  правильно учел их при решении вопроса о виновности осужденного. Как  следует из материалов дела, указанные следственные действия проведены с  соблюдением требований ст. 164, 170, 176, 177 УПК РФ с согласия и с  участием Н. проживавшей в квартире осужденного, с применением технических средств фиксации следственных действий, что  подтверждается приобщенными к протоколам фототаблицами.  

Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципа  состязательности и равенства сторон, которым были созданы надлежащие  

условия для осуществления предоставленных им прав.  

Не усматривается из материалов дела и нарушений уголовно- процессуального закона на досудебной стадии производства. Уголовное  дело возбуждено уполномоченным лицом с соблюдением положений ст. 146  УПК РФ. Постановление о привлечении в качестве обвиняемого  ФИО1 соответствует требованиям ст. 171 УПК РФ, порядок  предъявления обвинения ФИО1 также не нарушен следователем.  

С материалами уголовного дела ФИО1 ознакомлен  совместно с защитником Юдкиным В.А. в полном объеме и без ограничения  во времени. Заявленное им ходатайство о прекращении уголовного дело  рассмотрено следователем. Отказ в удовлетворении ходатайства не может  рассматриваться нарушением права на защиту обвиняемого.  

Не нарушено право на защиту ФИО1 в ходе судебного  разбирательства в суде первой и апелляционной инстанций.  

Его интересы представляли профессиональные защитники, активно  поддерживая занятую им позицию о непричастности к совершению  преступления.  

Доводы осужденного о том, что он не согласовал позицию с адвокатом  Масловой Н.А., защищавшей его в суде апелляционной инстанции, что в  связи с тем, что не был ознакомлен с протоколом судебного заседания, не  смог надлежащим образом защитить себя, опровергаются материалами дела.  

После вынесения приговора ФИО1 было разъяснено право  на ознакомление с протоколом судебного заседания, однако он не заявил  такого ходатайства. В судебном заседании суда апелляционной инстанции он  заявил, что согласовал позицию с защитником Масловой НА. Выступая в  прениях, ФИО3 заявил о своей непричастности к совершению  преступления, такую же позицию, выступая в прениях, высказала защитник.  

Апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389 УПК  РФ, в нем дана оценка всем доводам жалобы, приведены подробные мотивы  принятого решения.  

По указанным мотивам жалоба осужденного об отмене приговора не  подлежит удовлетворению.  

Установленным судом фактическим обстоятельствам суд дал  правильную юридическую оценку по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ.  

Наказание назначено ФИО1 с учетом характера и степени  

общественной опасности совершенного преступления, всех обстоятельств  дела, данных о его личности, смягчающих обстоятельств, а также влияния  назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.  

При этом смягчающие обстоятельства, каковыми признаны наличие у  него малолетнего ребенка, противоправное поведение потерпевшего,  явившееся поводом для преступления, учтены при назначении наказания  осужденному в полной мере. Назначенное наказание является  справедливым.  

На основании изложенного и руководствуясь ст. 401и, ч. 1 ст. 4011э, 40116 УПК РФ, Судебная коллегия 

определила: 

приговор Волгоградского областного суда от 22 декабря 2020 года и  апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам  Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 16 марта 2021 года в  отношении ФИО1 оставить без изменения,  кассационную жалобу осужденного ФИО1 - без удовлетворения.  

Председательствующий Судьи: