ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 26-Г04-4 

                                                

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе  

                                                председательствующего судьи Г.В.Манохиной судей Г.В.Макарова и В.Н.Соловьева 

                                                рассмотрела в судебном заседании от 28 июля 2004 г. гражданское де- ло по заявлению Зязикова М.А., Оздоева М.Д. и других об отмене решения  Избирательной комиссии Республики Ингушетия об итогах голосования по  выборам депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации и Народного Собрания Республики Ингушетия 7 декабря 2003 года по кассационной жалобе заявителей на решение Верховного  Суда Республики Ингушетия от 16 апреля 2004 г., которым постановлено:  «Заявление кандидатов в депутаты Государственной Думы Федерального  Собрания Российской Федерации и в Народное Собрание Республики Ингушетия - Зязикова М А Цечоева М У ,  Дударова Т Б Дзангиева Х М Оздоева  Б М Ведзижева А Р Курсаева С 

                                                 И , Оздоева М Д , Абадиева И  У , Хамхоева М С Оздоева И И 

                                                 - об отмене решения Избирательной комиссии Республики Ингушетия, Окружных и Территориальных Избирательных комиссий Республики  Ингушетия об итогах голосования на выборах депутатов в Государственную  Думу Федерального Собрания Российской Федерации и в Народное Собра-ние Республики Ингушетия 7 декабря 2003 года оставить без удовлетворения».  

                                                Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Ма- карова Г.В., объяснения Оздоева М.Д. и Дудко А.М., а также представите- лей Избирательной комиссии Республики Ингушетия Евлоева М.Х. и Кос- тоева К.Б., судебная коллегия  

                                                установила: 

                                                Кандидаты в депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по Ингушскому одномандатному избирательно- му округу № 13 и Народное Собрание Республики Ингушетия Зязиков М.А.,  Цечоев М.У., Дударов Т.Б., Дзангиев Х.М., Оздоев Б.М., Ведзижев А.Р.,  Курсаев С-Г.И., Абадиев И.У., Хамхоев М.С, Оздоев И.И. обратились в суд  с заявлением об отмене решения Избирательной комиссии Республики Ингушетия об итогах голосования по выборам депутатов Государственной Ду- мы Федерального Собрания Российской Федерации и Народного Собрания  Республики Ингушетия 7 декабря 2003 года в связи с нарушениями условий  проведения предвыборной агитации; составлением списков избирателей;  порядка формирования избирательных комиссий; порядка голосования и  подсчета голосов (включая воспрепятствование наблюдению за их проведе- нием) и порядка определения результатов выборов.  

                                                В обоснование указанных требований заявители сослались на массо- вое нарушение требований действующего федерального и республиканского  избирательного законодательства. В частности, указали на то, что админи- страциями населенных пунктов за 30 дней до выборов не были выделены  специальные места для размещения печатных материалов на избирательных  участках; религиозные деятели республики, которым по закону запрещено  заниматься предвыборной агитацией, 24 ноября 2003 года на телевидении  призывали голосовать за кандидата в депутаты Госдумы Кодзоева, а ранее и  местные руководители на совещании 21-22 ноября 2003 года публично вы- ступили в поддержку того же Кодзоева; на телевидении выступления кандидатов в депутаты подвергались монтажу без согласования с ними в связи с  чем, эти выступления лишались своей привлекательности; перед выборами  избирательные списки не проверялись и в них, в числе голосовавших указа- ны давно умершие лица; избирательная комиссия Республики Ингушетия  сформирована без учета родственных отношений отдельных членов комиссии с кандидатами в депутаты; в день выборов на избирательных участках  бюллетени избирателям выдавались без предъявления документа удостове- ряющего личность, а их доставка осуществлялась специально выделенным  автотранспортом и при этом одни и те же лица голосовали по несколько раз  и на разных участках; при подсчете голосов наблюдатели не допускались,  при них не осуществлялся подсчет и погашение неиспользованных бюлле-теней, а по итогам голосования участковая избирательная комиссия заседа- ния не проводила, не утверждала протоколы № 1 и № 2; итоговые протоколы голосования заполнялись карандашом, а подписывались членами комиссии ручкой, что позволило председателям избирательных участков фальси- фицировать протоколы по итогам голосования, пред тем как сдать их в Тер- риториальную избирательную комиссию, что подтверждается ксерокопиями  протоколов выданных наблюдателям на избирательных участках.  

                                                В качестве нарушения отмечается и то, что за политические партии,  выдвигавшиеся по федеральным спискам, проголосовало на 17 тысяч боль- ше избирателей, чем в тот же день за кандидатов Госдуму и общереспубли- канские списки кандидатов в местный Парламент.  

                                                По делу постановлено приведенное выше решение, при вынесении ко- торого суд, сославшись на положения ст.ст.48, 68 и 77 ФЗ «Об основных га- рантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ»  признал установленным и исходил из того, что оснований для отмены оспа- риваемого решения Избирательной комиссии Республики Ингушетии не  имеется.  

                                                В решении, в частности, отмечено, что указание заявителей на список  умерших лиц, но включенных в списки избирателей своего подтверждения  не нашло, а именно, отсутствуют актовые записи об их смерти, а, следова- тельно, не имеется нарушения правил составления списков избирателей.  Выступление по телевидению религиозных деятелей, проведение совещаний  на правительственном уровне по вопросам, не связанным с предвыборной  агитацией, не могут рассматриваться как нарушения избирательного законодательства. Указанные обстоятельства, как и утверждение заявителей о  нарушении порядка формирования избирательной комиссии по мотиву род- ственных отношений братьев Евлоевых, один их которых является кандида- том в депутаты в местный Парламент, а другой - членом Избиркома Республики Ингушетия с правом решающего голоса, носят устный характер,  доказательствами не подтверждены и, кроме того, они не могут быть при- знаны существенным нарушением закона, исключающим выявление дейст- вительной воли избирателей.  

                                                Доводы заявителей о нарушении порядка голосования, подсчета голосов и определения результатов выборов своего подтверждения не нашли, в  том числе, и на основании показаний свидетелей, допрошенных по ходатай- ству заявителей. Сопоставление протоколов избирательных участков и  представленных заявителями от своих наблюдателей ксерокопий протоколов указывает на расхождение имеющихся в них как данных о голосовании,  так и по самой форме заполнения протоколов, но это связано не с наруше- нием порядка работы избирательных комиссий, а с действиями наблюдателей и доверенных лиц, истребовавших копии протоколов до окончания подсчета голосов. Представленные суду ксерокопии не могут рассматриваться  как копии итоговых протоколов и в качестве доказательств фальсификации итогов выборов. Доказательств того, что итоговые протоколы переписыва- лись и членами комиссий подписывались повторно, не добыто.  

                                                Судом признано, что в действиях участковых избирательных комиссий имели место нарушения, выразившиеся в том, что их члены, в том числе  и председатели, расписывались в бланках, заполненных самими наблюдате- лями до подписания окончательно оформленных протоколов по итогам голосования, но такие нарушения не могли повлиять на порядок подсчета голосов и отразиться на определении волеизъявления избирателей.  

                                                В кассационной жалобе заявителей указывается о несогласии с реше- нием суда, ставится вопрос о его отмене и принятии нового решения - об  удовлетворении заявления.  

                                                В обоснование жалобы указано на то, что суд первой инстанции не  придерживался требований п.2 ст.57 (безосновательно отклонив все хода- тайства, имеющие решающее значение по делу, касающиеся истребования  судом списков избирателей и исследования их), ст.64, п.5, п.6, ст.67 (при  оценке доказательств суд не принял во внимание существенные расхожде- ния в графах, выданных наблюдателям заверенных копий итоговых протоколов и 1 экземпляров протоколов участковых избирательных комиссий,  факты, имеющие значение для установления истины по делу). Признав, что  со стороны участковых комиссий имели место несущественные нарушения,  которые не могут быть основанием к отмене решения Избиркома Республики, суд не дал правовой оценки другим допущенным нарушениям избирательного законодательства и сам допустил нарушения закона.  

                                                В частности, на избирательных участках не было мест для размещения  печатных материалов, в результате чего избиратели были лишены информа- ции о кандидатах в депутаты и их программах; вывод суда о неучастии в  предвыборной агитации религиозных деятелей не мотивирован и сделан без  истребования и проверки указанных заявителями доказательств, что также  имело место и в отношении довода заявителей о вмешательстве органов ис- полнительной власти в процессе предвыборной агитации за одного из кандидатов; в противоречии с общеизвестным фактом близкого родства  З.Евлоева и С.Евлоева суд указал на отсутствие такого обстоятельства; в  решении вообще не указано о нарушениях, допущенных территориальной  избирательной комиссией г.Малгобека; показания свидетелей со стороны  заявителей об имевших в день выборов нарушениях взяты выборочно, оце- нены односторонне и вне их контекста в целом; судом нарушено право заявителей на представление доказательств, так как ходатайства о вызове свидетелей в основном оставлены без удовлетворения, что имело место и по  ходатайствам о проверке обстоятельств повторного голосования одними и  теми же лицами, голосования по одним и тем же паспортным данным и от  имени умерших лиц; позиция прокуратуры объективной не была; расхожде- ние в цифрах, по количеству голосовавших за политические партии по фе- деральным спискам и голосовавших за кандидатов в Госдуму РФ и Народ-ное Собрание РИ не могло быть вызвано тем, что в первом случае голосова- ли вынужденные переселенцы, военнослужащие и т.д. Основное расхожде- ние в данных цифрах (на 14 тысяч человек) произошло, согласно сводной  таблице, в избирательном округе г.Назрани, в то время, когда места ком- пактного проживания вынужденных переселенцев, а также места дислока- ции воинских частей расположены в г.Карабулаке, Сунженском и Джейрах- ском районах и для проверки этого утверждения необходимо было запро- сить соответствующую информацию в соответствующих администрациях;  сославшись на фактические обстоятельства, суд не дал правовой оценки  расхождениям между данными выданных наблюдателям копий протоколов  и данными ТИКов; суд не исследовал и не приобщил к делу копии списков  избирателей, в то время как в них стоят подписи за умерших задолго до выборов лиц или отсутствующих в Республике в день выборов; в нарушение  п.1 ст.249 ГПК РФ, предусматривающего обязанность по доказыванию за- конности оспариваемого решения органом, которым оно принято, в данном  случае, Избирком Республики Ингушетия не представил никаких доказательств, опровергающих доводы заявителей.  

                                                Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы,  судебная коллегия не находит оснований для отмены вынесенного по делу  решения, так как суд первой инстанции располагал данными, позволяющи- ми сделать обоснованный вывод по делу. Доводы кассационной жалобы яв- ляются аналогичными мотивам обращения заявителей в суд и их объяснени- ям в судебном заседании. Из дела видно, что со стороны заявителей (пред- ставителей, наблюдателей) имели место претензии к проведению голосования на участковых избирательных пунктах. По отдельным нарушениям при- нимались оперативные меры, но по другим указываемым заявителями суд  правильно признал доводы бездоказательными, так как допрошенные в качестве свидетелей члены (председатели) участковых комиссий такие обстоятельства отрицали, а из объяснений со стороны заявителей следует, что  регистрацией и движением большинства поданных заявлений и жалоб они  не интересовались. Не опровергались и доводы членов комиссий о том, что  имеющиеся у заявителей копии протоколов были выданы со сведениями, не  являющимися итоговыми, а, следовательно, не указывают на то, что в итоговых и представленных в ТИК протоколах указанные сведения не соответ- ствуют действительности. Судом на основании показаний свидетеля со стороны заявителей Полонкоева А.М., в этой части обоснованно отмечено, что  выписанные им из итогового протокола данные были сданы в избиратель- ный штаб партии в одном виде, но в суд этот документ представлен в дру- гом виде и с исправлениями.  

                                                Судебная коллегия находит, что имеющие значение по делу и опреде- ляющие решение по нему обстоятельства судом первой инстанции установ- лены и им дана правильная оценка.  

 

                                                На основании изложенного, руководствуясь ст.361 ГПК РФ, судебная  коллегия  

                                                определила: 

                                                решение Верховного Суда Республики Ингушетия от 16 апреля 2004 г.  оставить без изменения, а кассационную жалобу Оздоева М.Д., Зязинова  М.А. и других - без удовлетворения.  

                                                ел