ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 84-009-55 

                                                КАССАЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 22 октября 2009 г.  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

                                                председательствующего Нестерова В.В. судей Истоминой Г.Н. и Подминогина В.Н. при секретаре Алиеве А.И. 

                                                рассмотрела в судебном заседании от 22 октября 2009 года кассационные  жалобы осужденных Балашкевича А.А., Иванюка А.П., адвокатов Шанина  Т.В, Утешева А.И., Гарибян К.Э., Бугаевой Т.А., Кизикова С.Е.,  Кожевниковой А.В. на приговор Новгородского областного суда от 25 июня  2009 года, которым  

                                                Балашкевич А А. 

                                                 

<

...> 

                                                

<

...> осужден по п.п. «а», «в», «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ к 8 годам лишения свободы с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания старшего лейтенанта милиции, по ч. 1 ст. 318 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ст. 319 УК РФ к обязательным работам на срок 150 часов. 

                                                По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ  назначено 9 лет лишения свободы в исправительной колонии строго режима  с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания старшего  лейтенанта милиции.  

                                                Иванюк А П. 

                                                

<

...>  

                                                

<

...> 

                                                осужден по п.п. «а», «в», «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ к 7 годам 10 месяцам  лишения свободы с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального  звания майора милиции.  

                                                Балашкевич и Иванюк осуждены за получение у О. взятки в виде денег за действия и бездействия и бездействия в пользу взяткодателя,  если такие действия входят в служебные полномочия должностного лица,  оно в силу должностного положения может способствовать таким действиям  и бездействию, группой лиц по предварительному сговору, сопряженное с  вымогательством взятки.  

                                                Балашкевич осужден также за применение насилия в отношении  представителя власти, не опасного для жизни и здоровья и угрозу  применения насилия в отношении представителя власти и его близких в  связи с исполнением им своих должностных обязанностей и за публичное  оскорбление представителя власти в связи с исполнением ис своих  должностных обязанностей.  

                                                Преступления совершены ими в период с 13 февраля по 29 февраля  2008 года 

<

...> при обстоятельствах, изложенных в  приговоре.  

                                                Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., объяснения осужденного  Балашкевич А.А., адвокатов Шанина Т.В., Утешева А.И., Гарибян К.Э.,  Бугаевой Т.А., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение  прокурора Митюшова В.П. полагавшего оставить приговор без изменения,  судебная коллегия  

                                                установила: 

                                                В кассационной жалобе адвокат Шанин Т.В. в защиту Балашкевича  указывает на незаконность возбуждения уголовного дела, нарушения уголовно-процессуального закона в ходе расследования дела и отсутствие  доказательств виновности Балашкевича.  

                                                О

<

...> обратился с заявлением в УФСБ 28  февраля 2008 года. Однако перед его разговором с Балашкевичем, который  состоялся 27 февраля 2008 года, он передал свою куртку сотрудникам УФСБ.  Для чего у него брали куртку, О пояснить не может, записывающей  аппаратуры ни при нем, ни в его автомашине не было. Этим О вводит  суд в заблуждение, так как с сотрудниками УФСБ он встретился 27 февраля  2008 г., и заявление у него было принято не в здании УФСБ, а в его  квартире.  

                                                В деле нет ни единого документа о том, как Балашкевич и Иванюк  попали в поле зрения сотрудников УФСБ с 13 февраля 2008 года. С 20 по 21  февраля 2008 года выносится ряд постановлений о прослушивании  телефонных переговоров. Фамилия И. записана в этих постановлениях как И., указан К., как лицо, причастное к вымогательству взятки. Постановления № 211 и № 212 от 20 февраля 2008 года  зарегистрированы в секретариате УФСБ 19 февраля 2008 года. Только по  этим основаниям данные постановления не имеют юридической силы.  

                                                Суду не были предоставлены оригиналы записей телефонных  переговоров на жестких дисках, вместо этого был предоставлен СД-диск с  копиями данных разговоров, в силу чего все заключения фонографических  экспертиз нельзя признать допустимыми доказательствами.  

                                                С нарушением закона представлена в суд по ходатайству стороны  обвинения аудиозапись разговоров Балашкевича, а потому она не может  быть признана вещественным доказательством, а проведенная по ней  дополнительная фонографическая экспертиза не может быть положена в  основу обвинения.  

                                                Копии записей разговоров Балашкевича и его собеседниками не могут  служить доказательствами, поскольку санкции на прослушивание разговоров  были получены незаконно, оригиналов носителей с записями телефонных  переговоров не было предоставлено, в силу чего все проведенные  фонографические экспертизы не могут быть в основу обвинения.  

                                                Кроме того содержание этих разговоров неконкретное, все они не  «вяжутся» с текстом предъявленного Балашкевичу обвинения.  

                                                Все проведенные Балашкевичем в отношении О. мероприятия находились в рамках правового поля. Все допрошенные по делу свидетели - сотрудники УВД 

<

...> и прикомандированные из МВД  показали, что материала был перспективным и требовал дальнейшей работы  по нему. О нем было уведомлено руководство УВД 

<

...>.  В такой ситуации Балашкевич при всем желании не мог принять решение по  этому материалу в пользу О.. 

                                                Причина встреч и разговора Балшкевича и О. носила исключительно оперативный характер с целью установления лиц, причастных к незаконной деятельности О.. Когда же О. начал предпринимать попытки решить данный вопрос путем дачи взятки,  Балашкевичем было принято решение о заведении своего дела оперативного  учета, для чего ему необходимо было прибыть в 

<

...>, доложить своему  руководству, составить план оперативных мероприятий.  

                                                По поводу судьбы денег, перечисленных на расчетный счет ООО 

                                                

<

...> О. ввел суд в заблуждении, неоднократно заявляя в судебном заседании о том, что ему не известна судьба этих денег, что ему обещали  после суда возвратить эти деньги. В приговоре суда показаний О. в этой части приведены неправильно: отмечено, что деньги, которые О. перечислил ООО 

<

...>, возвратились на счет его фирмы, и он их снял».  Полагает, что О. должен быть привлечен к уголовной ответственности за дачу заведомо ложны показаний. А с учетом дачи им  ложных показаний нельзя доверять и его показаниям о том, что Балашкевич  требовал с него взятку в размере 

<

...> долларов США.  

                                                Протокол обыска автомашины Балашкевича является недопустимым  доказательством, поскольку осмотр и опечатывание документов, изъятых в  салоне автомобиля, стоявшего на улице у гостиницы, был произведен в холле  гостиницы. Во время обыска Балашкевич сразу заявил о том, что в его  автомашину был подброшен лист бумаги, как оказалось со счетом ООО  

<

...>.  

                                                Балашкевич не получил и не мог получить денежных средств,  поскольку не имел отношения к ООО 

<

...>, со счета которого деньги  были обратно переведены на расчетный счет ООО 

<

...>» и в  дальнейшем обналичены О. без причинения ему какого-либо ущерба. В силу того, что О. является свидетелем, а не потерпевшим, невозможно говорить о покушении на мошенничество, ввиду отсутствия  события данного преступления, ущерба и умысла у Балашкевича на  совершение этого преступления.  

                                                Не могут быть действия Балашкевича квалифицированы и как  покушение на вымогательство взятки ввиду отсутствия события данного  преступления. Вывод суда о совершении Балашкевичем оконченного  преступления по получению взятки является необоснованным. Суд сослался  в приговоре на то, что Балашкевич и Иванюк имели намерение и реальную  возможность получить перечисленные для них О. деньги путем снятия их со счета фирмы.  

                                                Однако эти обстоятельства не нашли подтверждения. Ни один из  сотрудников ООО 

<

...>, юридический адрес данного общества не были  установлены. О деятельности данного общества ничего не известно. Каким  образом, кто из лиц, имеющих отношение к ООО 

<

...> вернул деньги в  сумме 

<

...> рублей обратно на расчетный счет ООО 

<

...>, а также  каким способом (с использованием электронного ключа или непосредственно  в банке 

<

...>) не установлено.  

 

Не подтвержден и вывод суда о том, что Балашкевич и Иванюк  поставили О.в такие условия, при которых его деятельность будет существенно затруднена, и тот вынужден дать взятку.  

                                                По мнению суда, Балашкевич и Иванюк еще до проведения проверки  знали о незаконной деятельности О., что противоречит материалам дела. Проверка деятельности фирмы О. могла затянуться на несколько месяцев, и только после этого можно было говорить о квалификации его  действий. Никто из свидетелей не показал, что Балашкевич готовил почву  для прекращения или приостановления работы по материалу. О том, что  материал был перспективным, показали все допрошенные свидетели.  

                                                Анализируя показания свидетелей П., сотрудников ОРЧ БЭП 

<

...>, С., А., Ю., И., автор жалобы отмечает, что все решения по материалу могли быть приняты только  К. и два его руководителя, а не Балашкевич. Не мог повлиять Балашкевич и на избрание меры пресечения в отношении О.. 

                                                Балашкевич действовал строго в рамках закона. Действия О., подозреваемого в отмывании денежных средств через различные банки, по  переводу денег на расчетный счет ООО 

<

...> являются спланированной  провокаций с целью дискредитации сотрудников ДЭБ МВД РФ и лишения  их возможности продолжать свою деятельность.  

                                                С учетом этого автор жалобы считает, что Балашкевич не является  субъектом получения взятки, поскольку не мог повлиять на развитие  событий в отношении О.. Отсутствует и само событие преступления, поскольку Балашкевич добросовестно выполнял свои служебные  обязанности.  

                                                Незаконно возбуждено уголовное дело и по ч. 1 ст. 318, ст. 319 УК РФ.  После ознакомления стороны защиты с материалами дела в томе № 2  появились новые документы: сопроводительное письмо на л.д. 12 о  направлении материала проверки на 14 листах, объяснения Р.. и А. записка для следователя на л.д. 11. При этом из 14 листов имеется только 12, а листы № 15 и № 20 совершенно пусты.  

                                                Подробно анализируя содержание материала проверки, на основании  которого было возбужденного уголовное дело по ч. 1 ст. 318, ст. 319 УК РФ,  автор жалобы отмечает, что на 1 марта 2008 года следователь принял  решение о возбуждении уголовного дела в отношении неустановленных лиц ,  не имея ни одного документа о происшествии в кафе «Кубышка», не получив  объяснения от заявителей М. и Г., не имея никаких документов, свидетельствующих о причинении Г. телесных повреждений. Полагает, что экстренное возбуждение уголовного дела  отношении Балашкевича вызывалось тем, чтобы к моменту ареста  Балашкевича, было еще одно уголовное дело.  

                                                Далее, описывая события вечера 27 февраля 2008 года, указывает, что  конфликтная ситуация у кафе была спровоцирована сотрудниками ППСМ, к  моменту приезда которых Балашкевич извинился перед М., и они с 

 

О

<

...>собираясь уезжать. Сотрудники ППС не вызвали ответственного  офицера, не задержали угрожавших им работников ЧОП 

<

...>, с  которыми были в приятельских отношениях, а избили их, применили  спецсредства, газ и посадили в отсек для задержанных. Ударов никому и  нигде Балашкевич не наносил. В дежурной части он пытался оградить  О. от ранее избивших того сотрудников ППСМ. 

                                                Факт избиения перед кафе подтверждается показаниями свидетеля  Г. и заключениями судебно-медицинского эксперта в отношении Балашкевича и О.. Показания свидетеля Г. приведены в приговоре неправильно, не так как они изложены в протоколе судебного  заседания. Не указано, что Балашкевичу сделали подсечку, нанесли два  удара ногами по телу и насильно посадили в машину ППСМ. Все  допрошенные по данному эпизоду свидетели не подтвердили причинение  телесных повреждений Балашкевичу и О. в дежурной части, а это означает, что они были избиты перед кафе, чем и объясняется  ненормативная лексика Балашкевича как ответная реакция на преступные  действия со стороны сотрудников ЧОМ 

<

...> сотрудников ППС. В  действиях Балашкевича усматривается дисциплинарный проступок,  связанный с нецензурными выражениями.  

                                                Просит приговор в отношении Балашкевича отменить, уголовное дело  прекратить в связи с несоответствием выводов суда фактическим  обстоятельствам дела и отсутствием в его действиях состава преступлений.  

                                                Об этом же ставит вопрос в своей кассационной жалобе адвокат  Утешев А.И. в защиту Балашкевича. По доводам его жалобы выводы суда не  соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Исследованным  доказательствам суд дал неправильную оценку. Суд по неизвестным  причинам признал недостоверными показания Балашкевича, отрицавшего  получение взятки и применение насилия и оскорбления в адрес сотрудников  милиции, а полностью доверил показаниям О., И., Г. и К.. 

                                                Приводя в приговоре показания указанных лиц, суд практически  скопировал показания, данные ими на предварительном следствии и  «опустил» их ответы на вопросы защиты в судебном заседании.  

                                                В суде установлено, что после возврата денег на счет О., как ошибочно отправленных в 

<

...>, О. их получил, а в суде заявил, что не получил этих денег. Не нашло отражение в приговоре и заявление  О. о том, что 

<

...> рублей Балашкевич не просил отправлять в 

<

...>. Несмотря на это, суд признал показания О. последовательными, подтверждающимися совокупностью других  доказательств.  

                                                Показания И. в судебном заседании выглядят неубедительно, но суд также оценил их как последовательные.  

 

По делу проведено три фонографических экспертизы: две на следствии  по копиям фонограмм, и одна в суде якобы по оригиналу фонограмм. В  приговоре перечислены все экспертизы, а вывод о том, какая из них  положена в основу обвинения, отсутствует. В то же время заключение  экспертизы от 19 мая 2009 года не исключает возможность монтажа, а на  экспертизу от 10.06 2009 г. предоставление аудиокассеты не оформлено  надлежащим образом. Она получена по ходатайству государственного  обвинителя, была предоставлена в конверте без каких-либо реквизитов о  способе ее получения, об аппаратуре, при помощи которой производилась  запись на нее, что является недопустимым.  

                                                Сам О. в суде заявлял, что ему ничего не известно о прослушивании телефонных разговоров с Балшкевичем, но сотрудники  УФСБ брали его куртку, при этом каких-либо документов не составлялось.  Но эти показания О. не отражены в приговоре. 

                                                Не приведены в приговоре и показания специалиста Г.., хотя сделан вывод о том, что ее показания не опровергают выводы  фонографических экспертиз от 15.09.2008 г., от 19.05.2009. и от 10.06.2009 г .  специалист Г. ничего не могла сказать о выводах экспертиз от 19.05.2009. и от 10.06.2009 г., поскольку допрошена была раньше 2 апреля  2009 г. Такой вывод суда делает приговор сомнительным, построенным на  предположении.  

                                                О полномочиях Балашкевича в приговоре приведены вывода следствия,  а не суда, свидетели К. - первый заместитель начальника УВД 

<

...>, Ш. - сотрудник МВД РФ, З.сотрудник МВД РФ, К., П., И., К., С. не сообщили суду, что Балашкевич мог принять какое-либо решение по  материалу в отношении О.. 

                                                Доводы адвокатов о том, что Балашкевич не имел возможности  распорядиться денежными средствами, находящимися на расчетном счете  ООО 

<

...>, необоснованно отвергнуты, хотя его связь с ООО 

<

...>  не установлена, а возможное снятие денег с использованием электронных  ключей - вымысел суда. Таким образом Балашкевич мог снять не только  деньги О., но и деньги посторонних лиц. Почему Балашкевичу не дали возможности снять деньги со счета ООО 

<

...>? невозможно сделать  вывод о получении взятки, когда Балашкевич ее не только не получил, но и  не видел. Однако суд сделал вывод о том, что имеет место оконченный  состав преступления.  

                                                На предположениях основан и вывод суда о виновности Балашкевича  в оказании сопротивления и оскорблении работников милиции.  

                                                В приговоре приведены показания потерпевших, данные ими на  предварительном следствии, а не в судебном заседании.  

                                                Суть конфликта между Балашкевичем и сотрудниками милиции  Г. и К. не выяснена в судебном заседании, потерпевшие утверждают, что они не знали, что перед ними сотрудники милиции, в то время, когда все присутствующие на месте преступления заявляют обратное  и показывают в суде, что Балашкевич предъявлял служебное удостоверение.  С учетом этого полагает, что Г. и К. оговорили Балашкевича. Они и же создали конфликтную ситуацию. Балашкевич не применял насилия, об  этом никто не дал показаний. Свидетель М. заявила, что Балашкевич просто не хотел садиться в машину, что оскорблений в адрес сотрудников  милиции она не слышала. Аналогичные показания дала суду и свидетель  У.. Суд же не учел эти показания свидетелей. 

                                                С учетом этого считает, что в приговоре отсутствуют бесспорные  доказательства, подтверждающие вывод суда о совершении Балашкевичем  преступлений, за которые он осужден.  

                                                В кассационной жалобе адвокаты Гарибян К.Э. и Бугаева Т.А. в защиту  Балашкевича также указывают на несоответствие приговора фактическим  обстоятельствам дела, установленным судом, на то, что выводы суда не  подтверждаются рассмотренными в судебном заседании доказательствами.  

                                                Показания свидетелей искажены в приговоре.  

                                                Искажены в приговоре показания свидетеля И.. Приведены показания о том, что И. и Балашкевич могли реально влиять на решение по материалу в отношении О., которых И. не давал в судебном заседании.  

                                                Показания свидетеля К. искажены и изложены неполно. Свидетель пояснял о том, что целью командированных сотрудников было  оказание практической и методической помощи, любые указания, которые  поступали, он (К

<

...>) согласовывал со своим руководством. В  приговоре же показания данного свидетеля изложены таким образом, что  данные сотрудники осуществляли руководство ОРМ, в также выполняли  контрольно-надзорные функции.  

                                                Неполно приведены в приговоре показания свидетеля К., не указано, что Блашкевич и И. не могла оказать влияния по делу О., что решение должен был принимать сотрудник УВД 

<

...>.  

                                                Искажены в приговоре и показания свидетелей К. 9лист приговора 43, листы 3-15 протокола судебного заседания от 19 марта 2009  г.), свидетеля П. (лист приговора 43-45, листы 2-26 протокола судебного заседания от 5 марта 2009 г.), Ш. (лист приговора 41-42, листы 2-26 протокола судебного заседания от 18 марта 2009 г.), свидетеля  К. (лист приговора 40-41, листы 9-17 протокола судебного заседания от 11 марта 2009 г.).  

                                                Наличие листа с записями об ООО 

<

...> в салоне автомобиля  Балашкевича вызывает сомнение, что подтверждается замечанием  последнего в ходе обыска. Балашкевич считал, что этот лист ему подброшен.  Осмотр и опечатывание изъятых в салоне документов, в холле гостиницы не  опровергает данное заявление Балашкевича, сделанное в присутствии понятых, а потому протокол обыска не может являться доказательством по  делу. Следствием не проведена экспертиза с целью идентификации текста  на листе по способу печатания с доступной Балашкевичу в условиях  командировки компьютерной техникой, его личной техникой. То, что текст  на листе напечатан, подтверждает возможность фальсификации.  

                                                Суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на  выводы суда.  

                                                Балашкевич не имел полномочий по определению судьбы  возглавляемого О. предприятия, по вынесению решения о возбуждении уголовного дела либо об отказе в возбуждении уголовного  дела. Тот факт, что Балашкевич действовал в строгом соответствии с его  должностными обязанностями, подтверждается тем, что следствие не  усмотрело в его действиях состава преступления, предусмотренного ст. 285  УПК РФ.  

                                                При наличии противоречивых доказательств суд не указал в приговоре,  по каким причинам он принимает одни доказательства и отвергает другие.  

                                                Подробно приводя показания эксперта Л., давшей заключение от 15 сентября 2008 года по результатам исследования цифровых  фонограмм и показания специалиста Г.., сопоставляя эти показания о методике исследования цифровых фонограмм, в жалобе  отмечается, что отсутствие в заключении эксперта содержания исследования  по вопросу о наличии или отсутствии признаков монтажа фонограммы,  является существенным нарушением, которое свидетельствует о том, что  такое исследование не проведено. Со ссылкой на ст.ст. 13 и 15 Закона  Российской Федерации от 27 апреля 1993 г. «Об обеспечении единства  измерений», в жалобе отмечается, что использованная Л 

                                                система «диалект» средством измерения не является, а потому результаты  проведенной ею экспертизы не являются достоверными доказательством.  

                                                Другим доказательством являются фонограммы, поступившие на  экспертизу на оптических компакт-дисках. Эксперт Л подтвердила, что  эти цифровые фонограммы - копии. При этом верность этих копий  фонограмм не была надлежаще проверена и удостоверена. Из  представленных материалов видно, что на одном диске имеется подборка из  7 файлов, представляющих выборочную фиксацию разговоров в период с  20.02.2008 г. по 28.02.2008 г. На втором диске содержится выборка двух  файлов, записанных 20.02. 2008 . и 27.02. 2008 г. В соответствии с  Государственным стандартом (ГОСТ 13699-9 1) полагают, что объединение  фонограмм путем их выборочной перезаписи на съемные оптические диски  подпадает под признаки монтажа. Для установления достоверности  фонограмм, а также исключения возможности внесения каких-либо  изменений при перезаписи, необходимо сличить приобщенные к материалам  дела фонограммы с оригиналами фонограмм, однако такое экспертное  исследование не проводилось.  

 

Показания эксперта Л о том, что она на слух не выявила  нарушений непрерывности речевых сигналов, не устраняет сомнений в  доброкачественности фонограмм. Объективная оценка заключений  экспертов по фонограммам, как доказательствам, которые могут  свидетельствовать о невиновности Балашкевича, судом не дана.  

                                                Судом неправильно применен уголовный закон. Если считать  нашедшими подтверждение выводы суда о получении Балашкевичем и  Иванюком взятки в виде денег, то вывод суда об оконченном составе  преступления является неправильным. Балашкевич не получал и не мог  получить деньги со счета ООО 

<

...>, так как не имел отношения к этому  обществу. Сам О. в суде пояснил, что деньги, перечисленные на расчетный счет ООО 

<

...>, вернулись на счет отправителя и он снял их  со счета. Уже эти обстоятельства являются основанием для  переквалификации действий Балашкевича на приготовление к преступлению.  

                                                В отношении Балашкевича не установлен умысел на получение денег,  о чем может свидетельствовать тот факт, что отношение Балашкевича к  ООО 

<

...>, не доказано.  

                                                О

<

...>, давая указание бухгалтеру С., понимал незаконность перечисления и то, что деньги продолжают оставаться в его активе, что  снятие его иными лицами невозможно, так как они считаются  перечисленными ошибочно. При таких обстоятельствах факт якобы передачи  денег на самом деле таковым не является, что исключает наличие события  преступления.  

                                                Диспозиция ст. 290 УК РФ предусматривает ответственность за  получение взятки за действия и бездействия в пользу взяткодателя.  Балашкевич же признан виновным в совершении обоих составов  преступлений за действия и за бездействия, то есть суд расширил пределы  ответственности, обвиняя его в действии и бездействии, что является  взаимоисключающими понятиями. При этом в приговоре не отражено, какой  поступок является действием, а какой бездействием.  

                                                Данное нарушение лишает Балашкевича права защищаться от  конкретного, а не абстрактного обвинения.  

                                                С учетом этого считают приговор незаконным, просят его отменить,  дело направить на новое судебное рассмотрение в ином составе судей, а меру  пресечения в отношении Балашкевича изменить на не связанную с лишением  свободы.  

                                                В кассационной жалобе осужденный Балашкевич А.А. указывает на  незаконность приговора и обращает внимание на следующие факты.  

                                                Оперативный эксперимент, в ходе которого был записан разговор  между ним и О., проведен 27 февраля 2008 года с нарушением закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Работники УФСБ не  имели оснований для его проведения, поскольку О. обратился с заявлением только 28 февраля. О. также пояснил суду, что работники УФСБ брали у него куртку, но для чего он не мог объяснить.  

                                                Постановление о проведении оперативного эксперимента не  выносилось, согласие О. на участие в эксперименте не было получено, акт о вручении О. записывающего устройства не составлялся, осмотр О. перед экспериментом не проводился, акт изъятия записывающего устройства у О. также не составлялся, это устройство не было упаковано и опечатано печатью УФСБ и не подписано понятыми.  Поскольку оперативные мероприятия проведены с грубым нарушением  закона, полученные результаты не имеют юридической силы и не могут  быть положены в основу приговора.  

                                                К материалам делам не приобщены оригиналы - жесткие диски  прослушанных телефонных переговоров, а имеются их копии на компакт СД- дисках. Стороной защиты неоднократно заявлялись ходатайства об  истребовании оригиналов, в удовлетворении которых отказано.  

                                                В описательной части приговора указывается о том, что согласно  протоколов телефонных соединений абонента 

<

...>,  зарегистрированного на О., установлено соединение с номером 

<

...>, при этом имело место 10 телефонных разговоров. На  представленном же СД-диске только 7 разговоров. Где остальные три  разговора, непонятно, почему они вырезаны и не приобщены к материалам  дела. Исходя из этого, считает недопустимым доказательством и результаты  оперативного мероприятия по прослушиванию телефонных переговоров.  

                                                Непонятно из материалов дела, откуда работникам УФСБ на 19 и 20  февраля 2008 года стала известна информация о номерах мобильных  телефонов, которую О. сообщил им только 28 февраля 2008 года. Полагает, что О. с самого начала, а именно с 13 февраля 2008 года, общался с сотрудниками УФСБ и с этого момента начал осуществлять  провокацию на расформирование группы центрального аппарата МВД  России, прибывших в командировку в 

<

...>.  

                                                Обращает также внимание на то, что номерами 

<

...> и 

<

...> он не пользовался, о чем неоднократно заявлял в судебном  заседании, однако в приговоре сделан ничем не подтвержденный вывод о  том, что он пользовался этими номерами мобильных телефонов.  

                                                Все проводимые им в отношении О. мероприятия не выходили за рамки его должностных полномочий. Находясь в командировке, он мог  только давать консультации сотрудникам УВД 

<

...>.  Никаких указаний он не мог давать. Обо всех своих действиях он  докладывал старшему группы Ш.. Он доложил о перспективности материала, о том, что в офисах О. найдены печати фиктивных организаций, через которые О. осуществлял свою противоправную деятельность. Материал был поставлен на контроль, о нем знали начальник  УВД Р., его первый заместитель К., начальник УБЭП УВД К., начальник ОРЧ по линии УБЭП УВД С., оперуполномоченный К., у которого находилось в производстве дело оперативного учета, находившийся с ним в командировке З.. Все они понимали, что материала является перспективным, а потому он не мог  скрыть данную проверку, решить вопрос о прекращении уголовного дела и  все вернуть О.. 

                                                Утверждает, что его связь с ООО 

<

...> не установлена, ему не  известна эта организация, где она находится, чем занимается, а тем более  сведения о ее счетах.  

                                                Согласно движению денежных средств на счете ООО 

<

...>  поступившие 3 марта 2008 года 

<

...> рублей следующей операцией были  возвращены обратно на р/с 

<

...>, как ошибочно перечисленные, 4  марта 2008 года зачислены на счет 

<

...> и 11 марта 2008 года  обналичены О. путем перечисления свою пластиковую карточку. 

                                                Считает, что он должен быть оправдан по ч. 4 ст. 290 УК РФ за  отсутствием события преступления.  

                                                Не согласен он и с осуждением по ч. 1 ст. 318, ст. 319 УК РФ. 

                                                Ему, как действующему сотруднику милиции, известно, что он  согласно ст.ст. 2.2, 27.1, 27.2 Кодекса Российской Федерации об  административных правонарушениях не может быть привлечен к  административной ответственности за мелкое хулиганство, он несет за это  дисциплинарную ответственность по месту службы. Приехавшим  сотрудникам ППС он представился и попросил вызвать на место  ответственного от их руководства или дежурного офицера. Вместо этого они  поздоровались с сотрудниками ЧОП 

<

...> в грубой форме попытались  препроводить в отсек для задержанных. В результате сбили его с ног и стали  избивать. Это подтверждается заключением судебно-медицинского эксперта  и показаниями свидетеля Г. В дежурной части УВД никаких документов на них не составлялось. После беседы с заместителем  начальника КМ УВД Г. они пришли к общему мнению об отсутствии претензий и были отпущены домой.  

                                                Просит приговор отменить, уголовное дело в отношении него по п.п.  «а», «в», «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ прекратить за отсутствием события  преступления, по ч. 1 ст. 318, ст. 319 УК РФ - за отсутствием состава  преступления.  

                                                В дополнении к кассационной жалобе осужденный Балашкевич А.А.  просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение  в ином составе судей, а меру пресечения в отношении него изменить на не  связанную с лишением свободы. При этом в обоснование этой просьбы он  ссылается на то, что в период выполнения служебного задания в составе  оперативной группы МВД России на территории 

<

...> он  не может быть субъектом преступления, предусмотренного ст. 290 УК РФ.  На него были возложены организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, на территории 

<

...> он не обладал статусом самостоятельного должностного лица.  

                                                Далее подробно приводя содержание показаний свидетелей П., К., К., З., И., Ш.К., С., отмечает, что эти показания как каждое в отдельности, так и в совокупности не подтверждают вывод суда о том, что он в силу  должностного положения мог способствовать прекращению проведения в  отношении О. оперативных мероприятий, а потому, находясь в служебной командировке, он не являлся должностным лицом.  

                                                Суду не представлены и в приговоре не приведены доказательства,  подтверждающие получением им взятки в размере 

<

...> рублей. Более  того в материалах дела не имеется никаких сведений о том, что он и Иванюк  получили или пытались получить лично или через третьих лиц  перечисленные О. деньги. Не имеется в материалах дела и данных о том, что передача денег ему и Иванюку не состоялась по независящим от них  причинам.  

                                                Суд констатирует лишь факт прогона 

<

...> рулей между 000  

<

...> и ООО 

<

...> туда и обратно. Полагает, что этот прогон был  запланирован и осуществлен О. под непосредственным руководством УФСБ.  

                                                Описывая передачу О. листка бумаги формата А-4 с реквизитами ООО 

<

...> В УФСБ, следователю, бухгалтеру  С., отмечает, что налицо явное тиражирование этого листа бумаги. На 28 февраля 2008 года листок бумаги с реквизитами общества 

<

...>  был в распоряжении УФСБ, с него было сделано три копии. Однако кто был  автором изготовления этого листа бумаги, кто являлся обладателем его  оригинала, не установлено. Задержан он был 29 февраля 2008 года, ключи от  автомашины у него были в тот же день, и до 1 марта 2008 года, его  автомобиль находился на неохраняемой стоянке около гостиницы «Садко», и  доступ в него был не контролируемым. Несмотря на это суд принял на веру  факт изъятия из его машины листа бумаги с реквизитами ООО 

<

...>.  

                                                На момент постановления приговора суду не были известны  обстоятельства происхождения листка бумаги с реквизитами ООО 

<

...>,  особенности его изготовления, которые могли бы свидетельствовать о его  причастности к изготовлению этой записи, не установлено наличие следов  пальцев рук на этом листе его или Иванюка, а также сотрудника УФСБ  З., обеспечивающего оперативное сопровождение дела, суд не имел заключения эксперта о том, что изъятый в его машине листок бумаги с  реквизитами общества 

<

...> является оригиналом.  

                                                Суд не выяснил кто отозвал и отзывал ли деньги из ООО 

<

...> или  они вернулись также по системе электронного обезличенного ключа.  

                                                Суд сослался в приговоре на недопустимые доказательства. 

 

Аудиокассета с записями голосов его и Иванюка как результата  оперативно-розыскного мероприятия была записана УФСБ 27 февраля 2008  года. При этом до 3 марта 2009 года о ней вообще не упоминалось. Только  на завершающем этапе судопроизводства по ходатайству государственного  обвинителя была истребована эта аудиокассета и по ней назначена  экспертиза, однако в связи с выводами эксперта о наличии на этой кассете  преобразований и следов редактирования, она не может служить оригиналом  аудио записи.  

                                                Приводя показания О. и И.об обстоятельствах передачи Иванюком листа бумаги с реквизитами ООО 

<

...> отмечает, что суд не  выснил причины противоречий в их показаниях.  

                                                Не выяснил суд и вопрос о том, кто О. или бухгалтер С. произвели перечисление денег на счет серой фирмы 

<

...> . полагает, что  более правдоподобными являются показания С. о об отправлении денег по электронной почт, и свидетельствуют, по его мнению, о  существовании устойчивых связей О., и С. с ООО 

<

...> при перечислении денежных средств с использованием электронного ключа.  

                                                Версия О. построена на обезличенной системе пергона денежных средтсв не позволяет установить конкретных участников перегона, но  позволяет привязать его к любому лицу. Однако суд не придал значения  этому факту.  

                                                Судом не установлено само событие получения хотя бы части взятки,  однако постановлен обвинительный приговор.  

                                                По эпизоду осуждения его по ч. 2 ст. 318, ст. 319 УК РФ, подробно  приводя в жалобе показания свидетелей Г., Ш., отмечает, что они подтверждают его невинность, что истинной причиной случившегося  явились действия сотрудников охранной фирмы 

<

...>, созданной после  пресечения с его участием преступной деятельности ЧОП 

<

...>,  которые таким образом расправились с ним как с работником милиции. Суд  же не учел провокационный характер действий в отношении него бывших  сотрудников ЧОП 

<

...>  

                                                С учетом этого считает выводы суда о его виновности не  соответствующими фактическим обстоятельствам дела.  

                                                В кассационной жалобе адвокат Кожевников А.В. в защиту Иванюка  ставит вопрос об отмене приговора, и прекращении уголовного дела в  отношении Иванюка за отсутствием в его действиях состава преступления.  

                                                По доводам жалобы Иванюк не был ознакомлен с делом оперативного  учета в отношении ООО 

<

...>, 

<

...>, 

<

...> и лично  О., поэтому не имел возможности дать даже какие-либо советы сотрудника УВД 

<

...>. Практически все свидетели опровергли версию обвинения о том, что Иванюк мог принять какое-либо  решение в отношении О., а тем более повлиять на возбуждение уголовного дела в отношении него и избрание меры пресечения.  

 

Суд вышел за пределы предъявленного Иванюку обвинения, сделав  вывод о возможности получения им денег со счета ООО 

<

...> путем  использования электронного ключа и посредством любого компьютера.  Органы следствия не вменяли Иванюку способ получения денежных средств.  У Иванюка и Балашкевича не был изъят носитель с электронным ключом к  банковскому счету, а потому этот вывод суда не основан на материалах дела.  

                                                Возможность получения Иванюком денег со счета и какая-либо его  связь с ООО 

<

...> не доказаны. Отсутствие и предмет посягательства.  Деньги в сумме 

<

...> рублей были возвращены на счет 

<

...> и  сняты О. на его личный счет. 

                                                С учетом этого считает приговори незаконным, подлежащим отмене. 

                                                В кассационной жалобе адвокат Кизиков СЕ. в защиту Иванюка  указывает на то, что вина его подзащитного не нашла подтверждения в ходе  судебного заседания.  

                                                Показания Иванюка о непричастности к получению взятки, о том, что  не имел права принимать решения в отношении О., не мог возвратить изъятые у него документы, о том, что он не имеет отношения к ООО  

<

...>, что О. и И. оговорили его, подтверждаются исследованными судом доказательствами. Его показания подтвердил  Балашкевич.  

                                                Приводя показания свидетелей К., З., Ш., данные ими в судебном заседании, о полномочиях Иванюка, согласно  которым Иванюк не имел права принимать какие-либо процессуальные  решения по материалам оперативного учета, находящимся в производстве  сотрудников УВД 

<

...>, что даваемые им советы носили  лишь рекомендательный характер, автор жалобы отмечает, что этим  показаниям свидетелей суд не дал надлежащей оценки, хотя они имеют  существенное значение для решения вопроса о виновности Иванюка.  

                                                Показания К. и Ш. изложены в приговоре так, что Иванюк и Балашкевич могли повлиять на направление дела в орган  предварительного расследования и на возбуждение уголовного дела в  отношении О., что противоречит существу данных ими в судебном заседании показаний.  

                                                Свидетель К. также пояснил, что дело оперативного учета в отношении О. находилось в его производстве, при этом Иванюк не давал ему каких-либо указаний по этому материалу, не склонял к принятию  какого-либо решения, а если бы он дал такое указание, он должен был  доложить о нем своему руководству. Однако в приговоре показания  К. изложены таким образом, что Иванюк и Балашкевич давали обязательные для него указания по делу в отношении О.. 

                                                Неправильно изложены в приговоре и показания свидетелей П., К., С., И., которые пояснили в судебном заседании о том, что офицеры оперативной бригады оказывали лишь консультационную помощь, а в приговоре их показания представлены так, что у Иванюка якобы  имелись полномочия по принятию решения в отношении О.. 

                                                Кроме того Иванюк не был ознакомлен в делами оперативного учета, в  том числе с делом в отношении О. в силу их секретности, его подпись об ознакомлении с этими делами отсутствует, а потому он не мог знать о  сути проводимых оперативных мероприятий.  

                                                Вопреки этому суд сделал вывод о том, что Иванюк был ознакомлен с  делами оперативного учета, сославшись при этом на показания свидетелей  П., К., К., Ш. 

                                                Согласно должностной инструкции Иванюка, в его обязанности  входила борьба с преступлениями в области черной и цветной металлургии, к  которой не относится проверяемая деятельность ООО 

<

...>, «

<

...>»,  

<

...>» и лично О.. 

                                                Результаты видеонаблюдения в холле гостиницы 

<

...>об имевших  место встречах Иванюка с О. и И. подтверждают показания Иванюка о том, что И.и О. обращались к нему с просьбой вернуть изъятые документы.  

                                                Из содержания телефонных переговоров между Иванюком и  И. следует, что Иванюк не угрожал И. и О., не вымогал у них взятку.  

                                                Из показаний свидетелей обвинения В. и К. не установлена связь Иванюка с ООО 

<

...>», не представлены стороной  обвинения и доказательства возможности получения И. денег со счета ООО 

<

...>.  

                                                Показания О. и И. крайне противоречивы. О. в судебном заседании пояснил, что до настоящего времени не получил  перечисленные им в качестве взятки деньги, хотя из справки о движении  денежных средств усматривается, что О. эти деньги сняты со счета предприятия. В этой связи не выяснен вопрос о том, был ли сам факт  передачи взятки, следствием не проверена возможность связи между  О. и ООО 

<

...>. 

                                                В материалах дела отсутствует протокол наложения ареста на  указанную денежную сумму. В распоряжении суда не имелось основного  вещественного доказательства - предмета взятки.  

                                                В связи с тем, что не доказана возможность получения Иванюком  денежных средств со счета фирмы ООО 

<

...>, действия Иванюка  невозможно квалифицировать не как оконченное преступление, ни как  покушение на получение взятки. Умысел на получение взятки мог иметь  место лишь тогда, когда виновный предполагал способ получения взятки,  однако такой способ органы следствия не указали. Высказанное судом  предположение в этой части является недопустимым, и свидетельствует о  том, что суд вышел за рамки предъявленного обвинения.  

 

Не имеется оснований и для квалификации действий Иванюка по  признакам вымогательства взятки, а также как совершенных группой лиц по  предварительному сговору.  

                                                Отсутствие доказательств о способе получения денег Иванюком со  счета ООО 

<

...> исключает возможность квалификации действий  Иванюка и по чт. 159 УК РФ. Поскольку в состав группы Иванюк был  включен законно его действия не могут быть квалифицированы и по ст.ст.  285, 286 УК РФ.  

                                                С учетом этого считает, что в действиях Иванюка отсутствует состав  преступления, в связи с чем просит приговор в отношении Иванюка  отменить, уголовное дело в отношении него прекратить на основании п. 2 ч.  1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления.  

                                                Об этом же ставит вопрос в своей кассационной жалобе осужденный  Иванюк А.П. Утверждая о непричастности к получению взятки, об  отсутствии в его действиях состава преступления он приводит такие же  доводы, что и в жалобе его защитника Кизикова СЕ.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб,  судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденных в  содеянном правильными, основанными на исследованных в судебном  заседании и приведенных в приговоре доказательствах.  

                                                Доводы жалоб о непричастности Балашкевича и Иванюка к получению  взятки не основаны на материалах дела и опровергаются следующими  доказательствами.  

                                                Так, допрошенный в судебном заседании свидетель О. дал подробные показания об обстоятельствах вымогательства у него взятки  Балашкевичем и Иванюком за возврат документов, изъятых в ходе обыска в  офисе его фирмы.  

                                                При этом он пояснил, что 13 февраля 2008 года от И. узнал об изъятии из офиса ООО 

<

...> документации, относящейся к  деятельности ООО 

<

...> и ООО 

<

...>, а также о том, Балашкевич через И. передал, что он (О

<

...>) должен позвонить по названному Балашкевичем телефону, чтобы решить проблемы, связанные с  проверкой их деятельности и изъятием документов.  

                                                14 февраля 2008 года И. сообщил ему, что прибывшие из 

<

...> сотрудники милиции вызывают его для разговора в гостиницу 

<

...>. По  его просьбе И. встретился с сотрудниками милиции и в тот же день сообщил ему, что в ходе встречи с Иванюком и Балашкевичем, последний  показал ему (И

<

...>) лист бумаги, на котором цифрами было написано  

<

...> знак доллара США и попросил передать ему (О

<

...>), что в  противном случае он будет привлечен к уголовной ответственности по ряду статей УК РФ, а если выплатит данную сумму, то ему вернут все изъятые  документы.  

                                                На следующий день Балашкевич в ходе телефонного разговора с  И. пояснил, что их интересует только безналичный расчет, что они выставят счет.  

                                                Через некоторое время И. сообщил ему о звонке Иванюка, который назначил встречу в гостинице 

<

...> Около 21 часа 30 минут он  и И. на его автомобиле марки 

<

...> подъехали к гостинице 

<

...> по его просьбе о знакомстве с сотрудниками милиции, И. привел к машине Иванюка и попросил довезти его до Д.. Иванюк положил в багажник какую-то коробку, сел на переднее пассажирское  сиденье, и в ходе разговора с ним сказал, что его (О

<

...>) «заказали  местные», что он подозревается в совершении убийства и легализации  доходов, полученных преступным путем, в связи с чем должен отдать деньги  и работать спокойно. Иванюк сообщил о проведении в отношении него  оперативно-розыскных мероприятий, в связи с чем он должен приобрести на  свое имя две сим-карты, одну из которых передать Иванюку, и общаться  только по этим телефонам. Денежные вопросы, со слов Иванюка, он должен  будет решать с Балашкевичем. Иванюк также сказал ему, что 

<

...>  долларов США он должен перечислить на расчетный счет ООО 

<

...> и  передал ему в машине лист бумаги, на котором были записаны реквизиты  указанной организации. Он понял, что после перечисления денег в  отношении него будет прекращена проверка, и будут возвращены  документы, а в противном случае он будет привлечен к уголовной  ответственности.  

                                                Выполняя указание Иванюка, он на следующий день приобрел две сим- карты после чего вместе с И. приехали в гостиниц у 

<

...>, где у стойки ресепшен он отдал одну сим-карту Иванюку, а вторую оставил себе.  Минут через 15 на приобретенный им номер телефона сначала позвонил  Иванюк, а затем Балашкевич, с которым разговаривал И.. Балашкевич, который сказал, чтобы деньги они перечислили по полученным реквизитам,  он приедет после праздников и после оплаты им будет возвращена вся  документация.  

                                                26 февраля 2008 года на приобретенный номер телефона звонил  Балашкевич и в ходе разговора с И. интересовался перечислены ли деньги. В ночное время он (О

<

...>) звонил на приобретенный номер и в  разговоре с Иванюком предлагал встретиться.  

                                                27 февраля 2008 года около 11 часов он созвонился с Балашкевичем и  тот назначил ему встречу в гостинице 

<

...> Он и И. приехали в гостиницу, встретились с Балашкевичем, вместе с ним сели в его автомобиль  

<

...>, где Балашкевич вновь высказал ему требованием передачи  денег. На его вопрос, в чем он виноват, Балашкевич пояснил, что он (О

<

...>)  лидер преступной группировки, что они посадили М., К. и его посадят. Он пояснил Балашкевичу, что не имеет требуемой суммы денег, предлагал забрать принадлежащие ему машины, также предлагал наличные  средства, но Балашкевич настаивал на безналичной оплате, предлагал  продать автомобили и начинать переводить деньги.  

                                                После этого он больше не встречался с Балашкевичем и Иванюком. 

                                                28 февраля 2008 года ему позвонил Балашкевич, интересовался, когда  он отдаст деньги, на его просьбу о перечислении денег частями Балашкевич  не согласился.  

                                                29 февраля 2008 года около 14 часов он положил на счет ООО 

<

...> в банке 

<

...> рублей. 

<

...> рублей уже имелись на счету данной фирмы. По его просьбе С. напечатала платежное поручение, для чего он передал ей листок с реквизитами ООО  

<

...> После этого электронным способом был осуществлен платеж на  общую сумму 

<

...> рублей путем перечисления данных денежных  средств на счет ООО 

<

...>. Он позвонил Балашкевичу, чтобы сообщить  о перечислении денег, но тот не ответил. В ответ на это Балашкевич написал  сообщение, спросил, по какой причине направлена только часть денег,  требовал направить всю сумму. Через некоторое время 

<

...> рублей,  которые он перечислил на счет ООО 

<

...> вернули на счет его фирмы, и  он снял эти деньги.  

                                                Аналогичные показания о действиях Балашкевича и Иванюка, об  обстоятельствах вымогательства ими взятки у О. дал в судебном заседании свидетель И. 

                                                Он, в частности пояснил, 13.02.2008 года находился в офисе ООО  

<

...> вместе с бухгалтером С. и видел, что проведением мероприятий по обыску руководили Балашкевич и Иванюк. Это были два  главных действующих лица. Они давали указания другим сотрудникам,  руководили процессом проведения мероприятий, вели все переговоры. Во  время обыска к нему подошел Иванюк А.П., который записал номер его, т.е.  И., мобильного телефона №

<

...>. После того, как обыск был произведен, документы изъяты и он расписался в протоколе в качестве  понятого, к нему подошел Балашкевич А., сообщил свой номер телефона № 

<

...> и сказал, что если О. хочет решить вопрос, то ему следует позвонить по данному номеру. Под фразой «решить вопрос» он  (И

<

...>) понял прекращение каких-то следственных и оперативных  мероприятий в отношении О.. Оба милиционера сообщили ему, что они являются сотрудниками департамента МВД РФ. Затем он покинул офис,  встретился с О. и обо всем ему рассказал. 

                                                На следующий день, 14.02.2008 года, ему на сотовый телефон позвонил  Балашкевич А.А. с номера городского телефона и попросил подъехать к  гостинице

<

...>. Через 10 минут он подъехал к гостинице и в вестибюле  около банкомата встретился с Балашкевичем А.А. и Иванюком А.П.  Балашкевич А.А. отвел его в сторону и показал клочок бумаги, на котором  было написано 

<

...> и знак американского доллара, который потом убрал, сказал, что это цена, за которую можно решить вопрос с возвратом  документов и печатей, так как дело очень серьезное, О. грозит большое наказание, но если последний отдаст деньги, то вся документация  будет возвращена. Балашкевич А.А. также сказал, что на следующий день он  перезвонит. Кроме того, Балашкевич А.А. пояснил, что им известно с кем  О. общается и что они могут познакомить с человеком, который будет курировать работу О. Балашкевич А.А. упомянул, что они уезжают в 

<

...>, а приедут во вторник и ответ нужно дать на следующий  день по его звонку. После данного разговора он снова встретился с  О. и рассказал тому о произошедшем. 

                                                15.02.2008 года, вечером, в период с 20:00 до 21:00, Балашкевич А.А.  позвонил ему на мобильный телефон с номера 

<

...> и сказал, что  находится в 

<

...>, спросил все ли нормально и пояснил, что их интересует  перечисление денег безналичным расчетом, сказав, что номер расчетного  счета сообщит дополнительно. Он (И

<

...>) ответил, что никакого решение  принять не может, так как нужно разговаривать с О. О состоявшемся разговоре он вновь рассказал О. 

                                                Спустя несколько дней днем ему позвонил Иванюк А.П. и попросил  сообщить номер факса, куда можно передать данные. Он назвал тому номер  факса ООО 

<

...>. В этот же день, вечером, ему снова позвонил  Иванюк А.П. и попросил подъехать в гостиницу 

<

...>, номер № 

<

...>  После этого он позвонил О., и они вместе поехали в гостиницу 

<

...> Он один поднялся в указанный номер гостиницы, где его ждал  Иванюк А.П. Перед началом разговора Иванюк А.П. обыскал его, сам при  этом находился в состоянии алкогольного опьянения, пил коньяк, дал листок  бумаги с реквизитами московской фирмы и номером расчетного счета,  сказал, что по поводу данных на листке бумаги все пояснит Балашкевич.  Данный листок он оставил в номере Иванюка, позднее Иванюк сам передал  этот листок О. Он сказал Иванюку, что для обсуждения вопросов необходимо встретиться с О. Иванюк А.П. ответил, что завтра приедет Балашкевич А.А., который будет дальше вести переговоры. Он  спустился вниз в машину к О.., который попросил его подняться обратно к Иванюку А.П. и предложить тому переговорить.  

                                                Он поднялся к Иванюку А.П., предложил выйти поговорить, на что тот  согласился и они вместе вышли на улицу. Иванюк А.П. подошел к своему  автомобилю 

<

...>, взял оттуда коробку с бытовой техникой,  положил в багажник их автомобиля, сел на переднее сиденье и включил  громко музыку, сказав, что О. «слушают». Они поехали в 

<

...>, при этом по дороге Иванюк А.П. рассказывал О. о том, что сложившаяся ситуация с требованием у того денег за возврат документов и  прекращения проверки - это работа местных сотрудников милиции. В. они высадили Иванюка А.П. и поехали обратно. О. сказал, что Иванюк А.П. попросил купить две сим-карты на собственное имя и на следующий день в 11 часов привезти одну из них в гостиницу. После  этого. О. приобрел две сим-карты оператора связи МТС. 

                                                На следующий день, в 11:00, они с О. привезли одну из сим-карт с номером 

<

...> и отдали ее Иванюку А.П. Сим-карту  отдали целиком с пакетом документов в квадратной картонной коробке  красного цвета. Вторая сим-карта осталась у него с номером 

<

...>.  Примерно через 30 минут, в тот же день, ему позвонил Балашкевич А.А. с  телефонного номера 

<

...>и сказал, что О.. необходимо начинать перечислять деньги. Он, т.е. И., ответил, что сумма очень большая и нужно общаться дополнительно. Примерно через час на этот же  номер позвонил Иванюк А.П., спросил будут ли они перечислять деньги, на  это он ответил отказом. Иванюк А.П. пояснил, что Балашкевич А.А.  находится в 

<

...> во вторник приедет и созвонится с ними.  

                                                26.02.2008 года, с номера 

<

...> позвонил Балашкевич А.А. и  сказал, что необходимо встретиться. Он, т.е. И., ответил, что это невозможно, так как О. в командировке. Через 30 минут Балашкевич А.А. еще раз перезвонил и попросил приехать его в гостиницу  одному. Он прибыл в гостиницу, где в вестибюле его встретил Балашкевич  А.А., и после этого они прошли в его автомобиль 

<

...> где Балашкевич  А.А. включил музыку и сказал, что он должен срочно найти О. Балашкевич А.А. сказал, что завтра последний день для перечисления денег,  иначе материалы передадут в Следственный комитет, и он ничем не сможет  помочь.  

                                                27.02.2008 года, он позвонил на номер 

<

...>, трубку взял Иванюк  А.П. и сказал, что Балашкевич А.А. перезвонит через пять минут.  Балашкевич А.А. позвонил примерно через пять минут, сказав, что  перезвонит после обеда и назначит встречу. После обеда Балашкевич А.А.  позвонил и сказал, чтобы они с О. подъехали к гостинице 

<

...>, что они и сделали. В вестибюле их встретил Балашкевич А.А., и  вместе О.. они пошли разговаривать в машину. 

                                                В последующем от О.. ему стало известно, что 29.02.2008 года тот перевел на банковский счет для Балашкевича А.А. и Иванюка А.П.  безналичным путем денежные средства в размере 

<

...> рублей.  

                                                Показания О. и И. о приобретении по указанию Иванюка мобильного телефона, и двух сим-карт, одну из которых О. передал Иванюку, а другой пользовался сам, подтверждаются следующими  доказательствами:  

                                                - протоколом выемки от 01.03.2008 года, в ходе которой у О. изъяты мобильный телефон 

<

...>с сим-картой МТС, платежное  поручение № 

<

...>от 29.02.2008 года, квитанция №

<

...> от 29.02.2008 года;  

                                                -договором о предоставлении услуг подвижной радиотелефонной связи   № 

<

...> от 21.02.2008, кассовым чеком к нему, накладной выдачи оборудования абоненту № 

<

...> и  счета №

<

...>, согласно которым оператор мобильной связи «МТС»  оказывает абоненту О. услуги связи на номер телефона 

<

...>, номер сим-карты 

<

...>;  

                                                -договором о предоставлении услуг подвижной радиотелефонной связи   № 

<

...> от 21.02.2008, кассовым чеком к нему,  накладной выдачи оборудования абоненту № 

<

...> и  счета № 

<

...>, согласно которым оператор мобильной связи «МТС»  оказывает абоненту О. услуги связи на номер телефона 

<

...>, номер сим-карты 

<

...>(т. 1 л.д. 100-111);  

                                                протоколами телефонных соединений номера 

<

...>,  зарегистрированного на О.., содержание которых подробно приведено в приговоре, из которых следует что в период с 22.02.2008 по  29.02.2008 соединения абонента осуществлялись только с номером  

<

...>, также зарегистрированного на О.. 

                                                - протоколами телефонных соединений абонента 

<

...>,  зарегистрированного на О.., из которых следует, что в период с 22.02.2008 по 29.02.2008 соединения абонента осуществлялись только с  номером 

<

...>, номер телефона активирован 21 февраля 2008 года в  11.58;  

                                                -протокола обыска в номере 

<

...> гостиницы 

<

...>от 21.02.2008 года,  в ходе которого Балашкевич А.А. в числе других предметов добровольно  выдал мобильный телефон 

<

...> в пластиковом корпусе черно-белого  цвета;  

                                                - протоколом осмотра данного мобильного телефона 

<

...> из  которого следует, что телефон модели 

<

...> в корпусе, изготовленном из  пластика черного и серого цветов с серебристыми вставками и кнопками  серебристого цвета, заводской номер телефона № 

<

...>,  соответствующий электронному номеру, в телефоне находится сим-карта  оператора сотовой связи МТС № 

<

...> с телефонным  номером

<

...>.  

                                                В судебном заседании были исследованы также протоколы телефонных  соединений номеров, которыми пользовались Балашкевич и Иванюк,  содержание которых приведено в приговоре.  

                                                Проанализировав телефонные соединения номеров, которыми  пользовались осужденные, а также свидетели О., И., суд правильно отметил в приговоре, что осмотр трафиков телефонов  подтверждает показания И.. и О. об обстоятельствах передачи сим-карты Иванюку А.П. и последующих  звонках сначала Иванюка А.П., а затем Балашкевича А.А., что на  следующий день после встречи с Иванюком А.П. О. выполняет требования последнего о приобретении для конспирации  противоправной деятельности на свое имя двух сим-карт. После  передачи Иванюку А.П. сим-карты 21.02.2008 года в 10.58, в 11.05  

 

О 

<

...> и И.. активировали оставшуюся у них сим-карту. Сразу же на данный телефон О.. и И.. в 11.07 поступило сообщение о попытке вызова на данную сим-карту с номера  телефона Иванюка А.П.. Соответственно Иванюк А.П. пытался  позвонить И. еще до активации тем сим-карты, И. же получив сообщение от Иванюка А.П. сразу перезвонил ему в 11.09.  

                                                Сим-карта, которая осталась у О. и И.., использовалась в телефонном аппарате с таким же заводским номером,  что и номер изъятого у О. 01.03.2008 года телефона, а сим- карта, которую осужденные передали Иванюку А.П. и Балашкевичу  А.А. использовалась в телефонном аппарате, с таким же заводским  номером, который имел обнаруженный в номере Балашкевича А.А.  телефон.  

                                                Результатами телефонных соединений установлено также, что  когда Иванюк А.П. звонил Балашкевичу А.А., то пользовался  телефонным аппаратом с тем же заводским номером, что и номер  изъятого у Балашкевича А.А. телефонного аппарата.  

                                                Протокол телефонных соединений номера И. подтверждает, что 15.02.2008 года в 19.42 он разговаривал с Балашкевичем А.А., который  находился в 

<

...>  

                                                Показания О. и И. о том, что осужденные требовали передачи взятки безналичным путем на указанный ими счет ООО 

<

...>  подтверждаются протоколом выемки от 01.03.2008 года, в ходе которой у  О. изъяты платежное поручение № 

<

...> от 29.02.2008 года о перечислении со счета принадлежащего ООО 

<

...> № 

<

...> филиала ОАО КБ 

<

...>, 

<

...> рублей на счет № 

<

...> ООО 

<

...> в 

<

...> филиале ЗАО 

<

...>, квитанция №

<

...> от 29.02.2008 года о внесении для зачисления на счет ООО 

<

...> филиала ОАО КБ 

<

...> денежных средств в сумме 

<

...> рублей; фрагмент бумаги с реквизитами  ООО 

<

...> протоколом осмотра этих документов; протоколом обыска  автомобиля 

<

...> гос. номер 

<

...> от 01.03.2008 года с  участием подозреваемого Балашкевича А.А., из которого следует, что в ходе  обыска обнаружены и изъяты пакет документов оператора сотовой связи  МТС на номер 

<

...>, требования ИЦ, рабочая тетрадь по служебной  подготовке на 2007 год оперуполномоченного Балашкевича А.А., лист  бумаги с реквизитами ООО 

<

...> (т.З л.д.38-47).  

                                                Судом обсуждались доводы стороны защиты, поддержанные и в  кассационных жалобах, о том, что протокол обыска является недопустимым  доказательством. Об обстоятельствах производства обыска судом был допрошен в качестве свидетеля понятой П.., который пояснил, что у сотрудника милиции, который открывал дверь автомашины, в руках ничего  не было, в ходе обыска внимание понятых обращалось на все, что изымалось  из автомашины, в салоне нашли лист бумаги, по поводу которого  Балашкевич заявил, что этот лист ему подкинули. Изъятые документы  поместили в пакет, потом все прошли в холл гостиницы, где документы  переписали и опечатали.  

                                                Принимая во внимание показания понятого, а также то, что обыск  проведен с соблюдением требований ст.ст. 166, 182 УПК РФ, суд с  обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защитников подсудимых  о признании протокола обыска недопустимым доказательством.  

                                                В жалобах имеются ссылки на то, что автор изъятого листа бумаги, а  также обладатель его оригинала не установлены. Однако эти обстоятельства  не могут поставить под сомнение результаты обыска, показания О. о получении листа бумаги с реквизитами ООО 

<

...>  

                                                Доводы жалоб о том, что данный лист бумаги мог быть подброшен в  автомашину Балшкевича, которая находилась на неохраняемой стоянке у  гостиницы, являются предположительными и не основаны на  исследованных судом доказательствах.  

                                                Показания О. о том, что после перечисления части денежных средств на счет ООО 

<

...> Балашкевич присылал ему СМС сообщения,  в которых просил направить всю сумму денег, подтверждаются протоколом  осмотра мобильного телефона 

<

...> с сим-картой оператора сотовой  связи МТС №

<

...>, имеющей телефонный номер  

<

...>, и содержащейся в нем на вкладке «Сообщения» и на вкладке  «Принятое», информацией следующего содержания»:  

                                                1. «Все отправляй сразу, по частям не надо», Отправитель - А., Номер 

<

...>, Послано - 29.02.2008 в 17.19.07.  

                                                2. Отчет. Доставлено абоненту А. на номер 

<

...>, 29.02.2008 в 17.15.49;  

                                                3. «Давай все сразу. По частям не надо. Скажи когда отправишь чтобы  люди ждали» Отправитель - А. Номер - 

<

...>, Послано29.02.2008 в 17.14.35. 

                                                4. Отчет. Доставлено абоненту А. на номер 

<

...>, 29.02.2008 в 16.38.38;  

                                                5. «С какой фирмы? И сколько.» Отправитель - А. Номер

<

...>, Послано - 29.02.2008 в 16.33.39. 

                                                6 Отчет. Доставлено абоненту А. на номер 

<

...>, 29.02.2008 в 16.13.05.  

                                                7. «Сколько отправил, от куда, когда, и почему часть когда остальные»  Отправитель - А., номер -

<

...>, Послано - 29.02.2008 в 16.05.50; 8. «Напиши что хотел». Отправитель - А., Номер -

<

...>, Послано-29.02.2008 в 15.59.41.  

                                                На вкладке «Принятые звонки» содержатся сведения о следующих  входящих телефонных соединениях: 

<

...>, которые имели место  28.02.2008 в 16.16.39, 27.02.2008 в 13.29.54, 27.02.2008 в 10.37.31, 26.02.2008  в 19.08.15, 26.02.2008 в 18.52.27; 

<

...>, который имел место  21.02.2008 в 11.02.08.  

                                                На вкладке «Набранные номера» содержатся сведения о следующих  исходящих телефонных соединениях: - 

<

...>, которые имели место  29.02.2008 в 15.17.44, 27.02.2008 в 10.31.32, 27.02.2008 в 10.31.18, 26.02.2008  г. 11.00.50  

                                                23.37.32, 26.02.2008 в 19.20.15; 

<

...>, который имел место  21.02.2008в 11.00.50.  

                                                В телефонной книге среди прочих имеются записи: «А

<

...>» - +  

<

...>, «Б» - 

<

...>. (т. 3 л.д. 96-100).  

                                                На изъятом в ходе обыска в номере 

<

...> гостиницы 

<

...> от  21.02.2008 года, телефонном аппарате Балашкевича установлены следующие  принятые сообщения:  

                                                1. «Вторник, среда. Край, а когда от вас ждать?» Отправитель - О.  Номер -

<

...> Передано 29 февраля 2008 года в 17:15:49;  

                                                2. «Пока 

<

...>. С.. Может сегодня еще пошлю». Отправитель - О., Номер - 

<

...>, Передано 29 февраля 2008 года в  16:38:38;  

                                                3. «Отправлял бухгалтер все что есть на счетах, рассчитаюсь полностью  до вторника-среды», Отправитель - О., Номер - 

<

...>, передано 29  февраля 2008 года в 16:13:05;  

                                                4. «Отправил часть денег. Если надо могу отдать платежку.»,  Отправитель -О., Номер-

<

...>, передано 29 февраля 2008 года в  17:03:24.  

                                                Во вкладке «Переданные», обнаружены следующие сообщения и  сведения о них:  

                                                1 . «Все отправляй сразу, по частям не надо». Получатель - О., Номер

<

...>;  

                                                2. «Давай все сразу. По частям не надо. Скажи когда отправишь чтобы  люди ждали », Получатель - О., Номер - 

<

...>;  

                                                3 . «С какой фирмы? И сколько.», Получатель - О., Номер -

<

...>; 

                                                4. «Сколько отправил, от куда, когда, и почему часть когда остальные».  Получатель - О., Номер -

<

...> 

                                                5. «Напиши что хотел». Получатель - О., Номер - 

<

...>  

                                                По поводу указанных смс-сообщений свидетель О. пояснил в судебном заседании, что это его переписка с Балашкевичем.  

 

Показания О. и И. о неоднократных встречах с Иванюком и Балашкевичем, о содержании разговоров между ними подтверждаются  результатами оперативно-розыскных мероприятий, проводившихся  сотрудниками УФСБ РФ 

<

...> в период с 13 по 28  февраля 2008 года.  

                                                Вопреки доводам жалоб в отношении Балашкевича и Иванюка  проводился не оперативный эксперимент, а наблюдение с использованием  аудиозаписи и других технических средств по местам их жительства и  пребывания, прослушивание телефонных переговоров, получение  информации о телефонных соединениях, обследование принадлежащих им  помещений.  

                                                Данные оперативные мероприятия проведены с соблюдением ст.ст. 7,8,9  Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» на основании  постановлений заместителя председателя 

<

...> областного суда от  20 и 21 февраля 2008 года. Основанием для проведения оперативных  мероприятий послужило не заявление О. от 28 февраля 2008 г., а информация о планируемом Иванюком и Балашкевичем вымогательстве  денежных средств у предпринимателей г. 

<

...>, о чем указано  в сообщении начальника Управления ФСБ России 

<

...>  на имя прокурора 

<

...>, (т. 1 л.д. 46-48).  

                                                С учетом этого доводы жалоб о том, что работники ФСБ должны были  вынести постановление о проведении оперативного эксперимента, составить  протокол о вручении О. записывающего устройства не основаны на законе.  

                                                Постановлением начальника Управления ФСБ России 

<

...> от 29 февраля 2008 года, вынесенного в соответствии с  требованиями ст. 11 Закона «Об оперативно-розыскной деятельности»,  результаты оперативно-розыскных мероприятий были представлены в  прокуратуру 

<

...>.  

                                                При таких обстоятельствах суд обоснованно признал результаты  оперативно-розыскных мероприятий допустимыми доказательствами и  сослался на них в приговоре.  

                                                Согласно рапорта оперуполномоченного 

<

...> отделения ОЭБ УФСБ РФ 

<

...> Р. от 28.02.2008 года им осуществлено оперативно-розыскное мероприятие «наблюдение с  использованием специальных технических средств» с 20 по 27 февраля 2008  года, в ходе которого им зафиксированы встречи О.а 

<

...>. и И.. 20.02.2008 года с Иванюком, О. с Балашкевичем А.А. 27.02.2008 года.  

 

Содержание разговора между О. и Балашкевичем в автомобиле 

<

...> отражено Р. в справке-меморандуме, приобщенной к рапорту.  

                                                Результаты оперативно-технического мероприятия «прослушивание  телефонных переговоров» между Иванюком и И. от 20 февраля 2008 года, от 22 февраля 2008 года, от 26 февраля 2008 года, от 27 февраля  2008 года, между Балашкевичем и И. - от 27 февраля 2008 года, между Балашкевичем и О. от 28 февраля 2008 года отражено в справке-меморандуме Р.. от 28 февраля 2008 года. 

                                                По фонограммам записанных в ходе оперативных мероприятий  разговоров проведены экспертизы.  

                                                Согласно заключению фонографической экспертизы № 

<

...> от  15.09.2008 года на фонограммах, имеющихся в звуковых файлах СО-дисков  с аудиозаписями результатов оперативно-розыскного мероприятия  «прослушивание телефонных переговоров» рег. № 

<

...> от 28.02.2008  имеются голос и речь Иванюка А.П. и Балашкевича А.А.:  

                                                - фонограмма, содержащая диалог мужчины с Иванюком А.П., в ходе  которого последний интересуется далеко ли мужчина. Узнав, что мужчина  занимается в спортивном зале, высказывает намерение перезвонить через пол  часа;  

                                                - фонограмма, содержащая диалог мужчины с Иванюком А.П., в ходе  которого последний отмечает, что все нормально и до вторника тишина,  ничего не будет. На предложение мужчины перезвонить позднее отвечает  утвердительно;  

                                                - фонограмма, содержащая диалог мужчины с Иванюком А.П., в ходе  которого мужчина интересуется у последнего далеко ли Балашкевич А.А.,  поясняет, что ему (мужчине) позвонил В.. На это Иванюк А.П. спрашивает у мужчины что передать А. Иванюк А.П. поясняет, что находится не на месте, но может потом перезвонить А. и все объяснить, предлагает встретиться завтра;  

                                                - фонограмма, содержащая диалог мужчины с Иванюком А.П., в ходе  которого мужчина сообщает, что они вместе подъехали и ждут. На это  Иванюк А.П. сообщает, что через 5 минут подъедет А.; 

                                                - фонограмма, содержащая диалог мужчины по имени К. с Балашкевичем А.А., в ходе которого последний интересуется по какому  поводу тот звонил ранее. Балашкевич поясняет, что сейчас не получается  встретиться, можно позднее, он перезвонит. При этом Балашкевич А.А.  уточняет находится ли с мужчиной еще один человек. Константин сообщает,  что они сейчас вдвоем. Балашкевич А.А. просит не расходится, а встретиться  после обеда, он сам предварительно позвонит;  

 

- фонограмма, содержащая диалог мужчины по имени К. с Балашкевичем А.А., в ходе которого последний интересуется когда мужчина  сможет подъехать к гостинице. Получив ответ, что К. прибудет через 10-13 минут, отвечает, что ждет;  

                                                - фонограмма, содержащая диалог мужчины по имени В. с Балашкевичем А.А.. В. предлагает встретиться, на что Балашкевич А.А. поясняет, что встречаться он больше не будет и требует дать  отрицательный или положительный ответ. В.отвечает положительно и Балашкевич А.А. уточняет когда тот подойдет. В. просит дать время до понедельника, вторника, поскольку тому отдадут наличные денежные  средства, в связи с чем Балашкевич А.А. спрашивает когда тот сможет  отправить денежные средства и указывает, что наличные денежные средства  передавать не надо, требует перевести безналичным путем через банк. Кроме  того, В. требует гарантий, предлагает посылать часть, на что Балашкевич не соглашается. В. спрашивает каким образом будут осуществляться все действия. Балашкевич А.А. разъясняет, что когда тот  отправит денежные средства, сообщит ему откуда они направлены, и как  только их получат в 

<

...>, он позвонит и мужчине вернут документы.  В. предлагает перезвонить завтра, на что Балашкевич А.А. ответил, что ждет звонка.  

                                                На фонограмме, содержащейся в звуковом файле 27.02.2008.дуау СО- диска с аудиозаписями результатов оперативно-розыскного мероприятия  «наблюдение» рег. № 

<

...> от 28.02.2008 имеются голос и речь  Балашкевича А.А. На фонограмме имеется диалог Балашкевича А.А. и  мужчины по имени В., в ходе которого Балашкевич разъясняет, что В. занимается обналичиванием денежных средств и проходит по многим статьям, им известно о нем все, что они - департамент, просто так не  работают, и предлагает решить вопрос либо нет. В. категорически отрицает информацию о свой причастности. Балашкевич А.А. утверждает,  что сегодня последний срок и если тот не даст ответ, то начнутся движения.  В. поясняет, что у него нет денег, предлагает забрать машины, но Балашкевич А.А. говорит, что машины не нужны, уточняя, что ему известно,  что заплатить В. может не менее 

<

...>. В. категорически отрицает возможность подобных выплат. Балашкевич А.А. на слова В. об отсутствии у него средств, предлагает продать машину, занять денежные  средства, говорит, что в 

<

...> это стоит гораздо больше. При этом  Балашкевич А.А. поясняет, что если они с В. закрывают вопрос, то В. никто трогать не будет. В. просит дать ему время и Балашкевич А.А., поясняя, что сегодня среда, предлагает дать конкретный  ответ вечером в четверг. В ходе разговора В. интересуется можно ли разговаривать по телефону, на что Балашкевич А.А. говорит, что по  телефону нельзя говорить о суммах, а следует договариваться о встречах,  при этом, поясняя о телефоне, который находится в его пользовании,  уточняя, что пользоваться таким телефоном нужно месяц, а затем вместе с сим-картой выкидывать. Балашкевич А.А. предлагает В. встретиться вечером около 5 часов следующего дня. Кроме того, Балашкевич А.А.  поясняет, что имеет отношение к привлечению к уголовной ответственности  К., М., указывая, что В. занимается финансовыми махинациями, (т. 2 л.д. 239-262)  

                                                - Согласно заключению фонографической экспертизы № 

<

...> от  19.05.2009 года, на фонограммах, содержащихся в файлах СО-диска с  аудиозаписями результатов оперативно-розыскного мероприятия  «прослушивание телефонных переговоров» рег. № 

<

...> от 28.02.2008  признаков монтажа не имеется.  

                                                В результате проведения лингвистического анализа было установлено  коммуникативное и смысловое единство беседы (тематика разговора).  

                                                Оценив в совокупности результаты проведённых исследований эксперт  пришёл к выводу о том, что вышеуказанные фонограммы, вероятно,  являются копиями цифровых фонограмм. (т.11 л.д.223)  

                                                В связи с тем, что Балашкевич в судебном заседании отрицал  содержание разговора, записанного между ним и О. 27 февраля 2008 года в автомобиле, а также в связи с тем, что эксперту на фонографическое  исследование была представлена копия цифровой фонограммы судом по  ходатайству государственного обвинителя был истребован оригинал  аудиозаписи разговора, полученного 27 февраля 2008 года в результате в  отношении О.. На основании постановления Вр.ИО начальника Управления ФСБ России 

<

...> от 25 мая 2009 года  принято решение о предоставлении в 

<

...> областной суд для  использования в судебном процессе оригинала аудиозаписи, полученной в  результате проведения 27 февраля 2008 года оперативно-розыскного  мероприятия «наблюдение» в отношении О. 

                                                В судебном заседании был вскрыт опечатанный конверт, в котором  находилась аудиокассета, с приклеенной полоской бумаги, на котором  выполнена надпись «

<

...>», которая совпадает с данными,  указанными в сопроводительном письме.  

                                                В судебном заседание была прослушана данная аудиозапись, при этом  содержание записи соответствует тексту стенограммы, описанному в  заключении эксперта от 15 сентября 2008 года.  

                                                По ходатайству стороны обвинения постановлением суда от 25 мая 2009  года по прослушанной аудиозаписи, полученной 27 февраля 2008 года была  назначена фонографическая экспертиза, при этом в распоряжение экспертов  была представлена аудиокассета рег. № 

<

...> от 27 февраля 2008 г.,  аудиокассета с записью образцов голоса Балашкевича, СО-диск с  аудиозаписями результатов оперативно-розыскного мероприятия  «наблюдение» рег № 

<

...> с от 28.02.08.  

 

При таких обстоятельствах доводы жалоб о том, что аудиозапись  разговоров Балашкевича была представлена в суд с нарушением закона, а  потому она не может быть признана вещественным доказательством, нельзя  признать обоснованными.  

                                                Как следует из заключения фонографической экспертизы № от  10.06.2009 года, на фонограмме, содержащейся на аудиокассете рег. №

<

...> от  27.02.2008 г., признаков монтажа или иных изменений, произведённых в  процессе записи или после неё, не выявлено.  

                                                На фонограмме, содержащейся на аудиокассете рег. № 

<

...> от 27.02.2008  г., имеется голос и речь обвиняемого Балашкевича А.А. 

                                                В ходе разговора Балашкевича А.А. с мужчиной по имени В., Балашкевич А.А. разъясняет, что В. занимается обналичиванием денежных средств и проходит по многим статьям, им известно о нем все, что  они -Департамент, просто так не работают, и предлагает решить вопрос либо  нет. В. категорически отрицает информацию о свой причастности. Балашкевич А.А. утверждает, что сегодня последний срок и если тот не даст  ответ, то начнутся движения. В. поясняет, что у него нет денег, предлагает забрать машины, но Балашкевич А.А. говорит, что машины не  нужны, уточняя, что ему известно, что заплатить В. может не менее 

<

...>. В. категорически отрицает возможность подобных выплат. Балашкевич А.А. на слова В. об отсутствии у него средств, предлагает продать машину, занять денежные средства, говорит, что в 

<

...> это стоит  гораздо больше. При этом Балашкевич А.А. поясняет, что если они с  В. закрывают вопрос, то В. никто трогать не будет. В. просит дать ему время и Балашкевич А.А., поясняя, что сегодня среда,  предлагает дать конкретный ответ вечером в четверг. В ходе разговора  В. интересуется можно ли разговаривать по телефону, на что Балашкевич А.А. говорит, что по телефону нельзя говорит о суммах, а  следует договариваться о встречах, при этом, поясняя о телефоне, который  находится в его пользовании, уточняя, что пользоваться таким телефоном  нужно месяц, а затем вместе с сим-картой выкидывать. Балашкевич А.А.  предлагает В. встретиться вечером около 5 часов следующего дня. Кроме того, Балашкевич А.А. поясняет, что имеет отношение к привлечению  к уголовной ответственности К , М указывая, что  В занимается финансовы ями 

                                                Фонограмма, содержащаяся в звуковом файле 27_02_08.шау,  зафиксированная на представленном для исследования СО-диске с  аудиозаписью результатов оперативно-розыскного мероприятия  «наблюдение», рег. № 

<

...> от 28.02.08, является копией фонограммы,  содержащейся на аудиокассете рег. № 

<

...> от 27.02.08.  

                                                Фонограмма, зафиксированная на аудиокассете рег. № 

<

...> от 27.02.08 г.,  является оригиналом.  

 

Данными выводами экспертов опровергаются доводы жалоб о том, что  в распоряжение экспертов была представлена копии записи разговора, а не  оригинал, о том, что представленные для исследования фонограммы  содержали признаки монтажа.  

                                                Проанализировав заключения экспертов, сопоставив их с показаниями  специалиста Г.., допрошенной по ходатайству стороны защиты по вопросам методики идентификации лиц по фонограммам устной речи,  суд правильно отметил, что показаниями Г. не опровергаются выводы фонографической экспертизы № 

<

...> от 15.09.2008 года, выводы  которой согласуются с заключениями фонографических экспертиз № 

<

...>  от 19.05.2009 года и № от 10.06.2009 года и с другими  исследованными доказательствами. С учетом того, что выводы экспертов по  результатам исследования фонограмм не противоречат друг другу, суд  обоснованно признал все указанные заключения экспертов допустимыми  доказательствами и сослался на них в приговоре.  

                                                Показания свидетелей О. и И. о неоднократных встречах с Балашкевичем А.А. и Иванюком А.П. подтверждаются помимо  приведенных выше доказательств видеозаписью камер наружного  наблюдения гостиницы 

<

...> содержание которых подробно приведено в  приговоре.  

                                                Принимая во внимание соответствие показаний свидетелей О. и И. другим доказательствам, суд обоснованно признал их достоверными и пришел к выводу о том, что Балашкевич и Иванюк  умышленно неоднократно, как в ходе непосредственного разговора, так и в  ходе телефонных бесед требовали от О. передать в их пользу 

<

...> долларов США за возвращение изъятых в ООО 

<

...> и ООО 

<

...> документов, прекращение оперативных мероприятий.  

                                                Доводы жалоб о том, что Балашкевич и Иванюк не имели полномочий  по принятию решения по материалу проверки в отношении О., опровергаются показаниями допрошенных в качестве свидетелей  сотрудников УВД 

<

...> К., К., П.а, И., С., К., из которых следует, что сотрудники МВД РФ Балашкевич и Иванюк в рамках исполнения своих  полномочий могли знакомиться с делами оперучета, координировать  проведение по ним оперативно-розыскных мероприятий, давать указания  работникам УВД 

<

...>, планировать или организовывать  их работу, что они были ознакомлены с делами оперучета по ООО  

<

...> и ООО 

<

...>, ООО 

<

...>, давали указания,  рекомендации по данному материалу, брали объяснения, советовали  сотрудникам УВД, что нужно делать.  

 

Свидетель П. уточнил также, что Балашкевич и Иванюк сказали, что дело по ООО 

<

...> является перспективным, что они готовы  принимать активное участие в проведении оперативно-розыскных  мероприятий по этому делу. Дальнейшие оперативно-розыскные  мероприятия по данному материалу К., у которого данное дело находилось в производстве, осуществлял под руководством вышеуказанных  сотрудников ДЭБ МВД РФ.  

                                                Свидетель К. пояснил также, что сотрудники ДЭБ МВД РФ истребовали у него для изучения дело оперативного учета по ООО 

<

...>,  конкретно данное дело изучал Балашкевич, с данным же сотрудником он  наиболее плотно общался по поводу указанного материала. Балашкевич  считал данный материал перспективным, стал давать указания по вызову  лиц, которые имели отношение к обналичиванию денежных средств через  ООО 

<

...>. Объяснения со всех данных людей брали сотрудники ДЭБ  МВД РФ, среди которых были Иванюк А.П. и Балашкевич А.А., в самих  объяснениях они не подписывались. В последующем они принесли ему  данные объяснения и он подписал их. Указания Балашкевича А.А. и Иванюка  А.П. для него были обязательными. Данные сотрудники осуществляли  руководство проведением оперативно-розыскных мероприятий по данному  материалу, а так же выполняли контрольно-надзорные функции.  

                                                Показания И., К., К., К., П.Ш. вопреки доводам жалоб приведены в приговоре в соответствии с протоколом судебного заседания.  

                                                Согласно показаний сотрудников МВД РФ Ш.. - руководителя оперативной группы, и З., сотрудники оперативной группы могли давать рекомендации сотрудникам УВД 

<

...> по  делам, находящимся у тех в производстве, организовывать их работу. В  случае, если рекомендация, данная сотруднику УВД 

<

...> по его действиям либо по материалам, находящимся у него в  производстве, не принималась, об этом докладывалось вышестоящему  руководителю УВД 

<

...> для решения вопроса о  необходимости выполнения требуемых мероприятий. В такой ситуации  собиралось совещание с участием заинтересованных руководителей и того  сотрудника, в ведении которого находилось то или иное дело.  

                                                Иванюк и Балашкевич, используя свой авторитет сотрудников МВД РФ,  могли дать рекомендацию, к которой сотрудники УВД 

<

...>, наверняка,  прислушались бы, они могли не процессуальным путем, а посредством дачи  рекомендаций, высказывания своего мнения, оказать влияние на принятие  того или иного решения по материалу, в том числе в отношении О.. После того, как Балашкевич изучил материалы, в два раза увеличилось  количество предприятий, контролируемых организованными преступными  группами.  

 

О том, что Балашкевич и Иванюк вели себя активно во время обыска,  что они руководили обыском в офисе фирмы 

<

...> пояснили в  судебном заседании и свидетели С., А., Ю., И.. 

                                                Полномочия Балашкевича и Иванюка по организации выявления,  предупреждения, пресечения и раскрытия наиболее опасных  межрегиональных, международных экономических и налоговых  преступлений в приоритетных областях экономики, наиболее опасных  экономических и налоговых преступлений, вызывающих большой  общественный резонанс, по оказанию организационно-методической помощи  и контролю за деятельностью подразделений по борьбе с экономическими  преступлениями и по налоговым преступлениям управлений внутренних дел  по субъектам РФ по выполнению возложенных на них задач в области  обеспечения экономической безопасности, по проведению во  взаимодействии с сотрудниками отделов ДЭБ и других подразделений МВД  РФ оперативно-розыскных мероприятий по выявлению, пресечению и  раскрытию преступлений экономической направленности, проведению  оперативной разработки лиц, подготавливающих, совершающих или  совершивших преступления в сфере налогообложения и экономики,  вытекают и из положения о ДЭБ МВД РФ, утвержденного приказом МВД  РФ от 28.04.2007 года № 397дсп, должностной инструкции  оперуполномоченного 

<

...> отдела Оперативно-розыскного бюро № 

<

...> ДЭБ МВД  РФ (Балашкевича А.А.) от 10.08.2007 года и должностной инструкции  оперуполномоченного по особо важным делам 

<

...> отдела Оперативно- розыскного бюро № 

<

...> ДЭБ МВД РФ (Иванюка А.П.) от 10.08.2007 года.  

                                                В соответствии с распоряжением Министра внутренних дел от  03.09.2007 года № 1/6949 «О создании Оперативной группы МВД РФ» для  осуществления оперативно-розыскных мероприятий, организации  взаимодействия с другими субъектами оперативно-розыскной деятельности,  координации работы оперативных подразделений ГУ МВД России по СЗФО  и УВД 

<

...> сформирована Оперативная группа МВД  РФ, в том числе из числа сотрудников ДЭБ (4 человека). В задачи группы  входило организовать и провести с выездом в 

<

...> в срок до  01.10.2007 г. сбор и анализ всей имеющейся в оперативных подразделениях  МВД, ФСБ и ФСИН России значимой информации в отношении лидеров и  активных участников ОПФ, оказывающих наибольшее негативное влияние  на оперативную обстановку в регионе, фактов их преступной деятельности, в  первую очередь тяжких и особо тяжких преступлений.  

                                                В срок до 15.10.2007 г. по результатам анализа членам группы надлежало  разработать и представить на утверждение руководству МВД России  комплексный план организационных, оперативно-розыскных, агентурных и  иных мероприятий по пресечению деятельности ОПФ, привлечению к  уголовной ответственности их лидеров и активных участников, выводу из-под их контроля хозяйствующих субъектов и нейтрализации  коррумпированных связей в органах власти и управления, раскрытию  преступлений, в совершении которых обоснованно подозреваются участники  ОПФ.  

                                                Изложенное свидетельствует о том, что Иванюк и Балашкевич имели  полномочия по осуществлению оперативно-розыскных мероприятий в  отношении О., фактически принимали участие в проведении таких мероприятий, и имели реальную возможность оказать влияние на принятие  решения по итогам проверки, по ее продолжению либо возвращению  изъятых в ООО 

<

...> и ООО 

<

...> документов, а потому суд  обоснованно признал их надлежащими субъектами получения взятки.  

                                                При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований  для отмены приговора в отношении Балашкевича и Иванюка в части  осуждения их за вымогательство взятки у О. по доводам жалоб. 

                                                С учетом того, что Иванюк и Балашкевич требовали от О. дать им взятку под угрозой в случае отказа, повлиять на решение о направлении  материалов оперативно-розыскных мероприятий в орган предварительного  расследования и возбуждении в отношении О. уголовного дела, а так же применении в отношении того меры пресечения в виде заключения  под стражу, и, соответственно, прекращении деятельности ООО 

<

...>  то есть совершения в отношении него действий, которые могут причинить  ущерб законным интересам гражданина, либо поставить последнего в такие  условия, при которых он вынужден дать взятку с целью предотвращения  вредных последствий для его охраняемых законом интересов, суд  обоснованно пришел к выводу о наличии в действиях осужденных  квалифицирующего признака, предусмотренного п.«в» ч.4 ст.290 УК РФ.  

                                                Вместе с тем, суд, правильно установив фактические обстоятельства,  необоснованно расценил действия Балашакевича и Иванюка по  вымогательству взятки как оконченное преступление.  

                                                По смыслу закона, получение взятки считается оконченным  преступлением с момента принятия получателем хотя бы части  передаваемых ценностей.  

                                                С учетом особенностей настоящего дела, по которому взятка была  передана осужденным путем безналичного перечисления ее на указанный  ими расчетный счет, преступление считается оконченным с момента  поступления денег на расчетный счет.  

                                                Эти требования закона не учтены судом по настоящему делу. 

                                                Расценивая действия осужденных как оконченное преступление, суд  исходил из того, что деньги в размере 

<

...> рублей были переведены  О. на расчетный указанной осужденными организации - ООО 

 

<

...> и Балашкевич и Иванюк имели намерение и реальную  возможность получить перечисленные для них деньги.  

                                                Однако вывод суда о наличии у осужденных реальной возможности  получить перечисленные деньги не основан на исследованных в судебном  заседании доказательствах.  

                                                Как следует из материалов дела, О. перечислил 

<

...> рублей от имении ООО 

<

...> на расчетный счет ООО 

<

...> 29 февраля  2008 года. В этот же день Балашкевич и Иванюк были задержаны по  подозрению в получении взятки. Перечисленная же О. денежная сумма от ООО 

<

...> была зачислена на расчетный счет ООО  

<

...> согласно справки ЗАО «

<

...> банк» 3 марта 2008 года в то  время, когда Балашкевич и Иванюк содержались под стражей, (т. 5 л.д. 118- 119)  

                                                При таких данных вывод суда о том, что осужденные имели реальную  возможность получить взятку нельзя признать обоснованным.  

                                                Исследованные судом доказательства свидетельствует о том,  преступная деятельность Балашкевича и Иванюка была пресечена до  поступления денег на указанный ими счет, то есть до окончания  преступления по получению ими взятки на стадии покушения на получение  взятки. Ими были совершены все действия, направленные на получение  взятки, однако в связи с их задержанием преступление не было доведено  ими до конца по не зависящим от них обстоятельствам.  

                                                С учетом изложенного действия Балашкевича и Иванюка подлежат  переквалификации с п.п. «а», «в», «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ на ч. 3 ст. 30, п.п.  «а», «в», «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ.  

                                                При назначении наказания осужденным за данное преступление,  судебная коллегия учитывает все те обстоятельства, на которые сослался суд,  однако в связи с переквалификацией действий осужденных на неоконченное  преступление, находит необходимым снизить им наказание.  

                                                Обсуждая доводы жалоб в защиту Балашкевича о необоснованности  осуждения его по ч. 1 ст. 318, ст. 319 УПК РФ, судебная коллегия не находит  оснований для их удовлетворения.  

                                                Доводы жалоб о непричастности Балашкевича к совершению  указанных преступлений, о том, что конфликтная ситуация у кафе была  спровоцирована сотрудниками ППСМ, которые не имели права задерживать  Балашкевича не основаны на исследованных в судебном заседании  доказательствах.  

                                                Так, потерпевший Г. показал, что вместе с милиционером- водителем К. прибыли на место происшествия в связи с полученным по радиостанции сообщением от дежурного о том, что в кафе «Кубышка» идёт драка, скандал с охраной. Автомобиль остановили у кафе.  Рядом с кафе стояла группа людей - 2 охранника ЧОП 

<

...> и ранее не  знакомые ему Балашкевич А.А. и О.., находившиеся в состоянии алкогольного опьянения, так как от них исходил запах алкоголя, речь была  бессвязная. Между подсудимыми и охранниками ЧОП был конфликт. Когда  он и К.вышли из автомобиля, Балашкевич А.А. схватил охранников за одежду и сказал ему, что бы он их забирал, что это члены бандитской  группировки и их надо поместить в отсек для задержанных, махнул перед его  лицом каким-то документом, сказав, что он из какого-то центрального  комитета или департамента. Сотрудником милиции Балашкевич А.А. не  назывался и своего удостоверения рассмотреть не дал. Он попытался  разобраться в ситуации. Охранник сказал, что у Балашкевича и у О. произошел конфликт в кафе «Кубышка» с девушкой, Балашкевич и  О. вели себя вызывающе, приставали к девушке, кто-то из них ударил ее, повредил сотовый телефон, они нецензурно выражались, со слов  охранника выходило, что Балашкевич и О. совершили мелкое хулиганство. Девушка подтвердила рассказ охранника, сказала, что  Балашкевич А.А. ударил её в лицо. В ходе разговора, он представился,  сказал, что из батальона патрульно-постовой службы (ППС). После того как  он отказался задерживать охранников ЧОП, Балашкевич стал нецензурно  оскорблять его и других сотрудников ППС. Ситуация была неприятная, так  как рядом было много гражданских лиц, которые все слышали. К. и О о чем-то разговаривали у патрульной машины. Когда он  связывался по рации с дежурной частью, он увидел, что О резко  бросился с кулаками к девушке - потерпевшей, на его пути дин из  охранников. Девушка спряталась за спиной охранника. О ,  выражаясь грубой нецензурной бранью и оскорбляя девушку, попытался  ударить ее, но охранник не давал ему подойти к девушке. Поскольку  О вел себя агрессивно, то он принял решение о доставлении  того в КАЗ. Он и К оттащили О от охранника. В связи с отказом  О пройти в патрульный автомобиль, они начали принудительно  по к автомобилю ППС. О и Балашкевич А.А. стали,  громко крича, оскорблять его, выра нецензурной бранью. В это  время рядом находились охранники, девушка-потерпевшая со своей  подругой, посетители кафе «Кубышка», таксисты. Данные слова оскорбили  его как представителя власти. Балашкевич также высказывал девушке угрозы  подбросить наркотические вещества и сфабрикованные улики. Когда  О уже сидел в отсеке для задержанных,_к ним подбежал  Балашкевич А.А., оттолкнул руками К толкнул его, двумя руками  в грудь, от чего он отскочил метра орону, и начал вытаскивать  О , которого удерживал К из отсека для задержанных.  О и обхватил Балашкеви сзади руками. Тот пытался  вырваться, размахивая локтями, отчего они вместе упали на землю. Ему удалось надеть один из браслетов наручников Балашкевичу на руку, второй  браслет не удалось надеть, так как Балашкевич оказывал активное  сопротивление, размахивал у него перед лицом свободным браслетом  наручников, представляя опасность. Он почувствовал, что ситуация выходит  из-под контроля и сказал К применить слезоточивый газ. К 

                                                применил слезоточивый газ к О. и Балашкевичу, после чего он надел наручники на Балашкевича, а О добровольно сел в машину  без наручников. После применения слезоточивого газа Балашкевич А.А.  продолжал сопротивляться, оскорблять их. Им с К удалось водворить  Балашкевича А.А. в отсек для задержанных. Во время конфликта Балашкевич  и О нецензурно выражались, публично оскорбляли его и  К , высказывали угрозы мести за правомерные действия, Балашкевич  высказывал угрозы физической расправы, убийства, сексуального насилия,  практически с того момента как он увидел сотрудников ППС и до того  момента, как его повезли на освидетельствование.  

                                                Девушку доставили в отдел милиции 

<

...>, для подачи  заявления, а сами, посоветовавшись с дежурным по городу, отвезли  задержанных в УВД 

<

...>. Когда О. и Балашкевича А.А. заводили в УВД 

<

...> они открывали  двери УВД ударом ноги, сопровождали свои действия грубой нецензурной  бранью, высказыванием в грубой нецензурной форме оскорблений в их  адрес. Пройдя в ДЧ УВД 

<

...>, О. и Балашкевич А.А. стали угрожать им увольнением и высказывать угрозы как  в их адрес, так и в адрес дежурных УВД 

<

...>.  Балашкевич, находясь в наручниках, которые были застегнуты за спиной,  коленями ударял его и К., отпихивал их от О., препятствовал, чтобы тому одели ему наручники.  

                                                После этого, он и К. вывели обоих задержанных в холл УВД 

<

...>. Балашкевич А.А., где он продолжал вести себя  крайне агрессивно, постоянно угрожали ему и К., членам их семей физической расправой, побоями, другими видами насилия. Пока ждали  ответственных, около полутора-двух часов, все это время Балашкевич и  О., находясь в наручниках, подходили к нему и К. и пытались нанести удары головой. На замечания девушки постовой УВД 

<

...> на недостойное поведение Балашкевич А.А. и  О. ответили ей угрозами увольнения с работы. 

                                                Из протокола предъявления для опознания по фотографии от 02.03.2008  года следует, что Г. опознал Балашкевича А.А. как лицо, которое 27.02.2008 г. применил в отношении него и К. насилие и высказывал угрозы и публичные оскорбления, когда они с К. пытались пресечь его противоправные действия., (т. 2 л.д. 160-162)  

 

Аналогичные показания о действиях Балашкевича дал потерпевший  К. - милиционер-водитель отдельного батальона патрульно- постовой службы милиции УВД 

<

...>, который пояснил,  что по прибытии их к кафе Балашкевич схватил одного из двух охранников  за руку, потащил к ним, сказал, что поймал авторитетного бандита, которого  срочно надо сажать в тюрьму. Балашкевич, взмахнув чем-то, сказал, что он  из какого-то московского департамента или что-то в этом роде. О. и Балашкевич были пьяными, от них пахло алкоголем. Г. пошел выяснять, что произошло на самом деле. Выяснилось, что Балашкевич и О. побили девушку, разбили ее телефон, поскандалили с охраной. До приезда  сотрудников милиции девушка боялась выходить из кафе. Она была  заплакана, испугана, закрывала лицо руками, нервничала, но рассказывала  всё последовательно. Когда им удалось уговорить О. и тот сел в машину сам, подбежал Балашкевич и сказал: «Ты что делаешь, это же  обычные менты! Нас забирать нельзя! Мы - неприкасаемые!» О., поддержав Балашкевича, стал возмущаться, вылез из машины, при этом он  матерился. Затем О. обратно поместили в машину, он был занят с О.и не видел, что в это время делали Г. и Балашкевич. Затем он увидел на одной руке у Балашкевича застегнутый браслет наручников,  Г. никак с ним было не справиться. Балашкевич при этом высказывал угрозы и оскорбления, стал размахивать правой рукой, на которой был  пристёгнуты наручники перед лицом Г так, что не пристёгнутая  металлическая половина наручников своей выступающей частью могла  опасно ранить последнего. Г в этот момент крикнул ему, чтобы он  применил специальное средство - слезоточивый газ, что он и сделал, так как  им оказывали активное сопротивление. Он помог Г надеть на  Балашкевича второй браслет наручников и того тоже по в машину.  Балашкевич при этом продолжал сопротивляться, оскорблять их. Конфликт  наблюдали много людей, не менее 10, со стороны кафе и с другой стороны,  где находились таксисты. После этого Балашкевич и О были  доставлены в дежурную часть УВД . Балашкевич  высказывал ему и Г оскорбления и угрозы, не замолкая, находясь в  наручниках, он пытался ударить его и Г коленями, оттолкнуть ногами  от О . Потом, по указанию де , О и Балашкевича  вывел йе. Балашкевич обещал убить, изнаси го и его семью..  Была бесконечная нецензурная брань, мат. Нормальной речи не было. В  отношении Г было то же самое. Находясь в наручниках, Балашкевич и  О п ь обострить конфликт, ударить его и Г головой,  ногами, любыми частями тела. Часть ударов не достигла це ть все же  достигла. Удары нанесённые ему О и Балашкевичем А.А.,  причинили ему физическую боль.  

                                                Из протокола предъявления для опознания по фотографии от 02.03.2008  года следует, что К опознал Балашкевича А.А. как лицо, которое 27.02.2008 г. применил в отношении него и Г при исполнении  ими служебных полномочий, насилие и высказывал публичные оскорбления  (т. 2 л.д. 173-175).  

                                                Показания потерпевших Г и К об оскорблении их  Балашкевичем применении к ним насилия подтвердили свидетели Р 

                                                 К К

                                                Из показаний свидетелей М. и У. следует, что Балашкевич оскорбил М. в грубой нецензурной форме, в связи тем, что она оттолкнула О., затем с силой толкнул ее рукой, отчего она упала на скамейку, от удара ее телефон разлетелся на части. М. потребовала, чтобы администрация кафе вызвала милицию, оградила ее от  правонарушителей. Через непродолжительное время к кафе подъехали двое  охранников ЧОП 

<

...>, которые пытались мирно урегулировать  конфликт, но это было невозможно. Подсудимые были слишком взвинчены.  Кто-то из охранников вывел О. и Балашкевича на улицу, где между ними продолжался разговор. Они наблюдали за этим из помещения кафе.  Когда приехали сотрудники милиции, М. рассказала им о происшествии, предложила молодым людям извиниться перед ней.  Балашкевич начал извиняться, но потом стал опять вести себя агрессивно, и  М. спряталась за спину милиционера. 

                                                Пояснили свидетели и о том, что видели как О. и Балашкевича отказавшись выполнить просьбу сотрудников милиции пройти в машину  оказали им сопротивление.  

                                                О поведении Балашкевича после доставления его в дежурную часть  УВД 

<

...> дали показания в судебном заседании  свидетели Ш., Г., Д., Б., из показаний которых следует, что Балашкевич, находившийся в нетрезвом состоянии вел  себя в здании УВД агрессивно, выражался нецензурной бранью, высказывал  оскорбления в адрес сотрудников ППСМ, пытался их ударить.  

                                                Объективно факт агрессивного и конфликтного поведения О. и Балашкевича А.А. по отношению к сотрудникам ППСМ УВД 

<

...>, а также факт попытки причинения с их стороны  физической силы в отношении милиционеров К., Г. зафиксирован камерой наружного наблюдения УВД 

<

...>  

                                                Показаниями свидетеля Г., на которые имеются ссылки в жалобах, не опровергаются приведенные выше показания свидетелей.  

                                                В начале допроса в судебном заседании свидетель Г. пояснил, что видел, как двое вели в автомашину парня в красной куртке, тот сопротивлялся, не хотел садиться, по его мнению, «ему сделали подсечку, а  затем ударили его пару раз».  

                                                Далее, отвечая на уточняющие вопросы председательствующего, была  ли это подсечка или падение в процессе Г. пояснил, что не может дать ответ на этот вопрос, что он сам сделал предположение о том, что парню  сделали подсечку, отчего он упал.  

                                                Данный ответ по существу опровергает первоначальные показания  Г. о том, что доставлявшему к автомашине человеку применении насилие и сделали подсечку, (т. 11 л.д. 247)  

                                                С учетом этих уточнений Г. суд правильно привел в приговоре суть его показаний.  

                                                Исследованные судом доказательства свидетельствуют о том, что  работники ПППС Г. и К. действовали в рамках предоставленных им полномочий.  

                                                В соответствии со ст. 27.1, Кодекса Российской Федерации об  административных правонарушениях, в целях пресечения  административного правонарушения, установления личности нарушителя,  составления протокола, уполномоченное лицо вправе осуществить  принудительное препровождение лица, доставить правонарушителей в  служебное помещение органа внутренних дел (милиции)  

                                                Из показаний потерпевших, свидетелей М., У., Р., когда сотрудники ППС Г. и К. прибыли к кафе, О. и Балашкевич вели себя агрессивно, обступили М. с двух сторон, выражались в ее адрес нецензурной бранью, М. испугалась, спряталась за охранника кафе.  

                                                При таком положении Г. и К. с целью пресечения противоправного поведения Балашкевича и О. вправе были доставить их в отделение милиции, а потому их требование к Балашкевичу  пройти в автомобиль для доставления в отдел милиции являлось законным, и  Балашкевич обязан был его выполнить.  

                                                Согласно ст. 27.2 Кодекса Российской Федерации об  административных правонарушениях доставление предполагает  принудительное препровождение лица, а потому наличие телесных  повреждений у подсудимых Балашкевича А.А. и О.., вопреки доводам жалобы, как правильно отмечено в приговоре не свидетельствует  о незаконности действий милиционеров Г. и К., а лишь подтверждает показания потерпевших и свидетелей о том, что подсудимые  Балашкевич А.А. и О. оказывали активное сопротивление сотрудникам милиции.  

 

Оценив показания допрошенных свидетелей, суд обоснованно пришел  к выводу о том, что Балашкевич публично оскорбил представителей власти  при исполнении ими своих должностных обязанностей и в связи с их  исполнением, а также применбил насилие и угрозу применения насилия, не  опасного для жизни и здоровья и угрозу применения насилия в отношении  представителя власти и его близких в связи с исполнением им своих  должностных обязанностей.  

                                                Действиям Балшкевича суд дал правильную юридическую оценку по  ст. 319,ч. 2 ст. 318 УК РФ.  

                                                Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену  приговора, из материалов дела не усматривается.  

                                                Уголовное дело по ст. 290 и по ст.ст. 318, 319 УК РФ было  возбуждено следователем с соблюдением требований ст. 144 УПК РФ при  наличии повода и достаточных оснований для принятия такого решения.  

                                                Вопрос о законности возбуждения уголовного дела по ст.ст. 318, 319  УК РФ обсуждался судом, при этом суд обоснованно отклонил ходатайство  стороны защиты о признании незаконным постановления о возбуждении  уголовного дела и о признании недопустимыми доказательств, собранных в  ходе расследования данного дела. Подробные и правильные суждения по  данному ходатайству приведены в постановлении суда от8 апреля 2009 года.  (т. 11, л.д. 98).  

                                                Приговор постановлен судом с соблюдением требований ст. 307 УПК  РФ. Всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам суд дал  надлежащую оценку, положив в основу приговора только допустимые  доказательства. Пределы судебного разхбирательтсва также не нарушены  судом.  

                                                Наказание осужденному Балшкевичу по ст.ст. 3219, ч. 1 ст. 318 УК РФ  назначено соразмерно содеянному, с учетом данных о личности, всех  обстоятельств дела, а также влияния назначенного наказания на его  исправление, на условия жизни их семьи.  

                                                Положительные данные о личности Балашкевича: наличие у него  наград, положительные характеристики по месту учебы, работы и  жительства, а также отсутствие отягчающих обстоятельств учтено судом при  назначении наказания Балашкевичу по данным законам в полной мере.  

                                                Вместе с тем в связи с назначением Балашкевичу менее строгого  наказания по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «в», «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ, судебная  коллегия находит необходимым назначить ему по совокупности  преступлений лишение свободы на меньший срок, чем нахзначено  приговором.  

 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 378, 388 УПК РФ,  судебная коллегия  

                                                определила: 

                                                приговор Новгородского областного суда от 25 июня 2009 года в  отношении Балашкевича А.А. Иванюка А.П. изменить. 

                                                Переквалифицировать их действия с п.п. «а», «в», «г» ч. 4 ст. 290 УК  РФ на ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «в», «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ, по которой назначить  им наказание в виде лишения свободы Балашкевичу сроком на 7 лет 2 месяца  с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания старшего  лейтенанта милиции, Иванюку - сроком на 7 лет с лишением на основании  ст. 48 УК РФ специального звания майора милиции.  

                                                В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений,  предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «в», «г» ч. 4 ст. 290, ч. 1 ст. 318, ст. 319  УК РФ, путем частичного сложения наказаний окончательно назначить  Балашкевичу 8 лет лишения свободы с лишением на основании ст. 48 УК РФ  специального звания старшего лейтенанта милиции,  

                                                В остальном приговор в отношении Балашкевича А.А. и Иванюка А.П.  оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных и адвокатов  Шанина Т.В, Утешева А.И., Гарибян К.Э., Бугаевой Т.А., Кизикова С.Е.,  Кожевниковой А.В. - без удовлетворения.  

                                                Председательствующий (подпись) Судьи: (2 подписи) ВЕРНО: Судья Верховного Суда РФ