ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 66-АПУ19-13 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

  г. Москва 08 августа 2019 года  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда  Российской Федерации в составе:  

Председательствующего Безуглого Н.П. судей Червоткина АС, Сабурова Д.Э. при секретаре Димаковой Д.Н. 

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по  апелляционным жалобам осужденных ФИО1 и ФИО2,  

адвокатов Зарубиной ЕВ. и Казикова О В. на приговор Иркутского  областного суда от 22 апреля 2019 года, которым  

ФИО1, 

<

...> 

<

...> судимый 

16.05.2017 п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ к 300 часам обязательных работ,- осужден к лишению свободы по:  

- ч. 3 ст. 33 и п.п. «б, в» ч.4 ст. 162 УК РФ на 9 лет, со штрафом в размере  100 000 рублей, с ограничением свободы в 1 год;  

- ч.З ст.ЗЗ, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ - на 17 лет с ограничением свободы 1 год;  - ч. 2 ст.222 УК РФ на 3 года со штрафом в размере 40 000 рублей.  

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений,  ФИО1 назначено 19 лет лишения свободы, со штрафом в размере  120 000 рублей, с ограничением свободы в один год шесть месяцев.  

На основании ч. 1 ст.70 УК РФ к этому наказанию частично  присоединена неотбытая часть наказания, назначенного по приговору от 16  мая 2017 года, и окончательно назначено наказание - 19 лет 2 дня лишения  свободы в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере  120 000 рублей, с ограничением свободы 1 год 6 месяцев, с ограничениями,  

указанными в приговоре.  

ФИО2, 

<

...> несудимый,- 

осужден к лишению свободы по: 

- п.п. «б, в» ч. 4 ст. 162 УК РФ на 9 лет, со штрафом в размере 100 000 рублей,  с ограничением свободы 1 год;  

- ч. 5 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 16 лет с ограничением свободы 1 год.  

На основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений  окончательно ФИО3 назначено наказание - 17 лет лишения свободы  в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 100 000  рублей, с ограничением свободы 1 год 6 месяцев, с ограничениями,  указанными в приговоре.  

ФИО4, 

<

...>  

<

...> несудимый,-осужден к лишению свободы по: 

- п.п. «б, в» ч. 4 ст. 162 УК РФ на 8 лет со штрафом 90 000 рублей; 

- п. «з» ч.2 ст. 105 УК РФ на 15 лет; 

- ч. 2 ст.222 УК РФ на 2 года со штрафом в размере 20 000 рублей;  - ч. 1 ст.222 УК РФ на 1 год со штрафом в размере 10 000 рублей.  

На основании ч.З ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений  окончательно ФИО4 назначено наказание - 16 лет лишения  свободы в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере  100 000 (сто тысяч) рублей.  

Постановлено взыскать с ФИО1, ФИО4 и ФИО2 в счет компенсации морального вреда в пользу: М. по 500 000 рублей с каждого; Ме

<

...> по 500 000 рублей с каждого.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Червоткина АС, выступления осужденных ФИО1 и ФИО2,  защитников Зарубиной Е.В., Казикова ОН. и Шинелевой Т.Н.,  поддержавших доводы апелляционных жалоб, осужденного ФИО4,  адвоката Анпилоговой Р.Н., потерпевших М.Я. С. и М. просивших жалобы отклонить, прокурора Луканиной Я.Н., просившую об исключении из осуждения  ФИО1 передачу, а из осуждения ФИО4 - приобретения  пистолета ТТ на вокзале г. Новочеркасска, об исключении из их осуждения  совершение незаконных действий с пистолетом ТТ в поезде и в Иркутской  области группой лиц по предварительному сговору и об оставлении  приговора в остальной его части без изменения, Судебная коллегия  

установила: 

ФИО2 признан виновным в совершении разбойного нападения  на М. группой лиц по предварительному сговору, с 

применением оружия, в особо крупном размере, с причинением тяжкого  вреда здоровью потерпевшей, а также пособничество в ее убийстве,  сопряженном с разбоем, а ФИО1 - в организации указанных  преступлений  

Кроме того, ФИО1 признан виновным в незаконных: передаче,  перевозке, хранении и ношении огнестрельного оружия.  

Разбой и убийство совершены 18 февраля 2018 года в г. Иркутске, а  действия, связанные с незаконным оборотом огнестрельного оружия - в  период с 16 января 2018 года по 18 февраля 2018 года в Ростовской области и  в г. Иркутске при обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

В судебном заседании ФИО4 виновным себя признал  полностью, а ФИО1 и ФИО2 - частично.  

В апелляционных жалобах и дополнениях: 

- осужденный ФИО1 просит приговор отменить, либо  изменить его с переквалификацией его действий на организацию грабежа,  указывая на то, что его виновность в организации разбоя и убийства не  доказана. Приговор постановлен на противоречивых показаниях  осужденного ФИО4, который оговорил его и ФИО5, чтобы  самому уйти от ответственности. Суд необоснованно отказал ему в  ходатайстве о допросе адвоката Беляева А.Ю., который мог бы подтвердить,  как ФИО4 после очной ставки сознавался в оговоре. Утверждает, что  организатором преступления в виде открытого завладения ювелирными  изделиями был не он, а ФИО4, который склонил к совершению грабежа  его (Кобяцкого), а также привлек к нему ФИО5. Причастность его к  совершению незаконных действий с оружием также ничем не доказана. Суд  изменил время и место передачи оружия - на вокзале в г. Новочеркасске,  тогда как обвинение было предъявлено - в квартире в г. Таганроге.  Следователь Н. составил протокол его (Кобяцкого) допроса неразборчивым почерком, поэтому он подписал протокол, не читая. На  вокзал Новочеркасска оружие невозможно было пронести, так как согласно  справке, представленной адвокатом, там были установлены металлоискатели.  Судом необоснованно поставлены под сомнение показания свидетеля  Т. о том, что ФИО4 высказывал угрозы в адрес членов его семьи. Утверждает, что его вину можно усмотреть лишь в том, что он  разговаривал по телефону, заказывая ювелирные изделия и заманил в г.  Иркутск потерпевшую. Но он был уверен, что ее жизни ничто не угрожает, а  ювелирные изделия ФИО4 заберет у слабой девушки без применения  насилия;  

- адвокат Зарубина ЕВ. просит отменить приговор в целом, либо в  части осуждения ФИО1 по ст.ст. 33 ч. 3-105 ч. 2 п. «з» и ч. 2 ст. 222  УК РФ, а в остальной части - переквалифицировать на ст.ст. 33 ч. 3, 161ч. 3  п. «б» УК РФ. Указывает, что, в нарушение требований уголовно- 

процессуального закона, выйдя за пределы обвинения, суд изменил время и  место совершения действий, связанных с незаконным оборотом оружия.  ФИО1 обвинялся в передаче пистолета ФИО4 в период с И по  16 января 2018 года в г. Таганроге, а суд в приговоре указал, что это  произошло в период 16-17 января 2018 года в г. Новочеркасске. Тем самым  было нарушено право ФИО1 на защиту от конкретного обвинения.  Представленные суду доказательства - показания потерпевших, свидетелей,  документы и т.д. не подтверждают вину ФИО1 в организации  разбоя и убийства. Приговор постановлен на одних лишь противоречивых  показаниях осужденного по делу ФИО4, не подтвержденных другими  доказательствами. Материалами дела не опровергнуты показания ФИО1 о том, что ему было известно лишь о планах ФИО4 совершить  грабеж. Указание в приговоре на то, что пистолет Кобяцкой передал  ФИО4 в пакете с продуктами в г. Новочеркасске опровергается  показаниями проводницы этого поезда Ц. о том, что пакет был прозрачный, и в нем были одни лишь продукты. Доводы ФИО1 о  том, что протокол его допроса, содержащий показания относительно  пистолета, он не читал, так как не разобрал рукописного текста следователя,  также ничем не опровергнуты. Суд необоснованно отказал в ходатайстве о  допросе адвоката Беляева, который мог бы подтвердить факт оговора  Кобяцкого ФИО4. Из представленных доказательств могла бы быть  установлена вина ФИО1 лишь в организации грабежа с  применением насилия, не опасного для здоровья при эксцессе исполнителя  ФИО4, который вышел за пределы договоренности и совершил  более тяжкие преступления. При определении ФИО1 наказания  подлежат учету его положительные характеристики, признание вины,  состояние здоровья, наличие у него малолетнего ребенка;  

- осужденный ФИО2 и адвокат Казиков О.В. выражают  несогласие с приговором, указывая на то, что он является незаконным и  несправедливым, что ФИО2 назначено несправедливо суровое  наказание, большее по размеру, чем исполнителю преступления ФИО4.  Суд не учел, что ФИО2 действовал под влиянием угроз, насилия и  принуждения со стороны ФИО4 реально опасаясь за жизнь свою и  своих близких. Однако суд необоснованно не учел этого в качестве  смягчающего наказания обстоятельства, предусмотренного п. 2е ч. 1 ст. 61  УК РФ. ФИО2, давая правдивые показания, активно способствовал  раскрытию и расследованию преступления, задержанию ФИО4.  

В дополнениях к жалобам, поступивших после поступления уголовного  дела в суд апелляционной инстанции, ФИО2 указывает, что суд  необоснованно принял во внимание противоречивые показания ФИО4,  который использовал его (ФИО5) как таксиста, а в суде отказался  отвечать на вопросы, ссылаясь на ст. 51 Конституции РФ. Утверждает, что  

первоначальные показания, данные следователю, он не читал из-за  заболевания глаз. Судом приняты во внимание лишь доказательства стороны  обвинения, и не опровергнуты его показания о невиновности. Он просит  переквалифицировать его действия на ст. 316 УК РФ, указывая на то, что  лишь укрывал преступление под влиянием угрозы жизни его и его близким  со стороны вооруженного пистолетом ФИО4. Тот обещал ему заплатить  деньги именно за укрывательство, а не за помощь в совершении  преступления, о планировании которого он не знал. Он не был осведомлен о  подготовке ФИО4 убийства потерпевшей; об обстоятельствах  преступления узнал лишь после его совершения. Обращает внимание на то,  что суд в приговоре не учел его активное способствование раскрытию  преступления, сообщению о местонахождения тела потерпевшей и иных  улик, а также положительные характеристики, хотя и исследовал их в  судебном заседании.  

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель  Степанова Т.И. просит оставить их без удовлетворения.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и  возражений на них, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.  

Виновность всех осужденных в совершении установленных в  приговоре действий, связанных с организацией и совершением разбойного  нападения на М. а также ФИО1 и ФИО4 в перевозке огнестрельного оружия (пистолета ТТ) подтверждена  доказательствами, исследованными в судебном заседании.  

ФИО1 в суде показал, что в начале декабря 2017 года в г.  Москве он познакомился с ФИО4, который, узнав о прежнем  месте его работы в ювелирной организации ООО « 

<

...>», предложил совершить ограбление менеджера этой организации. В середине  января 2018 года ФИО4 предложил ему заманить менеджера с  ювелирными изделиями в г. Иркутск, где совершить хищение этих изделий;  он согласился. Они договорились, что он (Кобяцкой) от имени работника  ювелирной фирмы В. проживающего в 

<

...>, сделает крупный заказ ювелирных изделий у ООО «

<

...>»  на сумму не менее четырех миллионов рублей, и сообщит ФИО4 о  прилете менеджера в г. Иркутск.  

Получив от ФИО4 из г. Иркутска сим-карту с номером  региона Иркутской области, он (Кобяцкой), представляясь В., договорился с менеджером ООО «

<

...> М. о доставке в Иркутск партии ювелирных изделий. 18 февраля 2018 года М. вылетела в г.Иркутск, о чем он сообщил ФИО4. М.он сообщил, что сам не сможет встретить ее в виду дорожно-транспортного  происшествия, а ее встретит его брат по имени Т. имея в виду 

ФИО4. Об убийстве М. он и ФИО4 не договаривались, также он не знал и об участии ФИО5 в ограблении. На ст. Новочеркасск  он передал ФИО4 пакет с продуктами питания; пистолет не передавал. О  наличии пистолета у ФИО4 он узнал в г. Таганроге в период времени с  11 по 16 января 2018 года.  

ФИО2 в судебном заседании показал, что ФИО4 предложил  ему, как водителю такси свозить курьера и самого ФИО4 из аэропорта  Иркутска до г. Ангарска и обратно. Действия ФИО4 в отношении  женщины-курьера для него были неожиданными. Опасаясь вооруженного  пистолетом ФИО4, он помог ему спрятать труп потерпевшей и  уничтожить следы преступления.  

Несмотря на утверждения ФИО1 и ФИО2 об их  неосведомленности о действительных намерениях ФИО4, их  причастность к совершению разбоя и сопряженного с ним убийства  М. подтверждена доказательствами, исследованными в судебном заседании.  

ФИО4 на всем протяжении производства по делу, в том числе,  в судебном заседании показывал, что 11-12 января 2018 года в г. Таганроге  Кобяцкой предложил ему убить и ограбить курьера ювелирной фирмы,  которого он (ФИО1) обманом заманит в г. Иркутск, пользуясь своим  опытом работы в данной сфере. Кобяцкой должен был, представившись  индивидуальным предпринимателем из г. Иркутска по имени О. заказать партию ювелирных изделий. 

16 января 2018 года он выехал на поезде из г. Ростова-на-Дону в г.  Иркутск. На следующей после Ростова-на-Дону станции (Новочеркасск)  ФИО1 для совершения преступлений передал ему в пакете с  продуктами пистолет ТТ с глушителем. Из Иркутска он отправил Кобяцкому  сим-карты операторов Иркутской области для переговоров с ювелирной  фирмой. Примерно 10 февраля 2018 года он предложил ФИО5 за  1 000 000 рублей помочь в совершении убийства, и тот согласился. Он  показал ФИО5 пистолет ТТ с глушителем, из которого будет совершено  убийство. Для того чтобы спрятать труп, ФИО5 приобрел большую сумку,  вдвоем они подыскали место, где можно спрятать труп,  

18 февраля 2018 года они с ФИО5 поехали в аэропорт г. Иркутска  для встречи курьера, о прибытии которого сообщил Кобяцкой. В аэропорту  они встретили женщину-курьера и поехали по направлению к г. Ангарску. Не  доезжая поворота на ст. Батарейная, он выстрелил в М. 3 раза, убив ее. Он и ФИО5 поместили труп М. в заранее приготовленную сумку, отнесли тело на лед реки Ангара, и засыпали его снегом. Они забрали  ювелирные изделия и личные вещи потерпевшей. Из ее сумочки он взял  деньги 6000 рублей, из которых он дал ФИО5 1 000 рублей. 19 февраля  

2018 года он во дворе своего дома спрятал похищенные ювелирные изделия,  которые были впоследствии изъяты при обыске.  

В ходе предварительного следствия ФИО4 давал аналогичные  показания, в том числе, при проверке их на месте и на очных ставках с  Кобяцким и ФИО5. Считать их оговором ФИО1 и ФИО2, или не доверять им по другим причинам, нет оснований, так как они  последовательны, логичны, и подтверждены другими доказательствами.  Ходатайство стороны зашиты о допросе адвоката Беляева А.Ю., который,  якобы, мог подтвердить, как ФИО4 после очной ставки сознавался в  оговоре, судом было обоснованно отклонено. В силу ч. 3 ст. 56 УПК РФ в  качестве свидетелей не подлежат допросу адвокаты по обстоятельствам,  которые стали им известны, в связи с оказанием ими юридической помощи.  

ФИО1 в ходе предварительного следствия, в том числе, на  очной ставке с ФИО4, показывал, что 16 января 2018 года он  повез ФИО4 на железнодорожный вокзал г. Ростова-на-Дону,  провожая его в г. Иркутск для совершения ограбления. Однако там была  установлена рамка металлоискателя. ФИО4 побоялся с пистолетом  проходить через рамку. Поэтому он (Кобяцкой), проехав на автомобиле до  следующей станции в г. Новочеркасске передал ему пакет с продуктами, в  котором находился сверток с пистолетом (т.З л.д.22-26; 27-30; т.6 л.д.34-48).  

ФИО2 в ходе предварительного следствия показал, что в начале  февраля 2018 года ФИО4 предложил ему 100 000 рублей за то, что он  встретит курьера в аэропорту г. Иркутска. При этом сказал, что «человек  может потеряться». Он понял, что курьера должны убить. Через несколько  дней ФИО4 предложил ему поучаствовать в преступлении,  предложив за это 1 000 000 рублей. На квартире ФИО4 он увидел  пистолет с глушителем, из которого тот собирался убить курьера. В связи с  тяжелым материальным положением он согласился. Они вместе ездили в  сторону ст. Батарейная, обследовали берег реки Ангара в поиске места, куда  можно спрятать труп. Также ФИО4 сказал, что в присутствии  курьера он должен называть ФИО4 по имени «Т

<

...>», и что он  (ФИО4) правая рука «О

<

...>».  

18 февраля 2018 года они встретили в аэропорту женщину-курьера, и  поехали по дороге в г. Ангарск. Не доезжая до поворота на ст.Батарейная, он  услышал, как ФИО4 сказал М. «извини», она спросила «за что?», после чего он услышал громкий звук трех выстрелов. Они проехали к ранее  подысканному месту, положили труп в заранее купленную им для этой цели  сумку, отнесли его на лед реки Ангара, где забросали снегом. ФИО4 в  машине забрал из ее сумочки деньги в сумме 6 000 рублей, купюрами  достоинством 1 000 и 5 000 рублей. Купюру 1 000 рублей передал ему, чтобы  он заправил в машину бензин (т.1 л.д.166-175; т.2 л.д.78-80; 116-118).  

В ходе проверки показаний на месте, а затем в качестве обвиняемого  ФИО2 подтвердил эти показания (т.1 л.д. 186-197; т.2 л.д. 125-133).  

Показания ФИО2 и ФИО1 (в части передачи  пистолета), данные ими в досудебной стадии производства по делу, суд  обоснованно признал более достоверными, нежели данные ими в ходе  судебного разбирательства. Они согласуются между собой, отличаются  подробностями, исключающими самооговор, а также оговор друг друга. Эти  показания были даны ими в ходе производства следственных действий,  проводившихся с участием защитников и с соблюдением требований  уголовно-процессуального закона, подтверждены показаниями осужденного  ФИО4 и другими доказательствами, изложенными в приговоре.  

Доводы осужденного ФИО1 о том, что его показания об  обстоятельствах передачи пистолета ФИО4 в протоколе допроса  выполнены неразборчивым почерком, который он не смог прочитать,  являются необоснованными.  

Как видно из текста этого протокола (т. 6, л.д. 34-48) почерк  следователя является разборчивым. ФИО1 и его защитник указали,  что протокол ими прочитан, и никаких замечаний относительно его  содержания не сделали. Кроме того, другой протокол допроса ФИО1 в качестве подозреваемого, а также протокол его очной ставки с  ФИО4 (т. 3 л.д.22-30) содержащие аналогичные сведения,  выполнены в виде печатного компьютерного текста.  

Допрошенный в качестве свидетеля следователь ФИО6 пояснил,  что после оформления протокола допроса, выполненного рукописным  текстом, ФИО1 читал его со своим защитником. Если было что-то  непонятно, он (ФИО6) оглашал записанное в протоколе. После  ознакомления с протоколами, обвиняемый и его защитник каких-либо  замечаний и дополнений не сделали, подписав его.  

Доводы осужденного ФИО2 о наличии у него заболевания глаз,  вследствие чего он не мог читать протоколы следственных действий, где  отражены показания, которые он не давал, не могут быть признаны  обоснованными.  

Как видно из текстов этих протоколов ФИО2, и его защитник  указали, что протоколы ими прочитаны, и никаких замечаний относительно  их содержания не делали. Кроме того, аналогичные по содержанию  показания, данные ФИО2 в ходе проверки на месте совершения  преступления, зафиксированы на аудио-видео-носителе в виде устного  текста.  

По жалобам ФИО2 о фальсификации протоколов следственных  действий и оказания давления со стороны следователей и оперативных  работников, следственными органами была проведена проверка, по  

результатам которой 10 марта 2019 года вынесено постановление об отказе в  возбуждении уголовного дела за отсутствием составов преступлений.  

Доводы ФИО1 и ФИО2 о том, что ФИО1 был  вынужден согласиться на предложение ФИО4 совершить  преступление, а ФИО2 - оговорить себя в совершении преступления  под влиянием угроз жизни их самих и их близких со стороны ФИО4 опровергаются материалами дела, в соответствии с которыми оба они  сознательно приняли участие в подготовке и осуществления нападения на  потерпевшую и завладения ювелирными изделиями.  

Свидетель Т. (на показания которой ссылается осужденный ФИО1) показала, что в январе 2018 года утром после  праздничной ночи «Старого нового года» в квартире ФИО1 она  услышала его разговор с мужчиной на повышенных тонах, при этом он  сказал: «не трогай мою семью».  

Эти показания не свидетельствуют ни о невиновности ФИО1,  ни о совершении им преступления под влиянием угроз его жизни, поскольку  подобных угроз свидетель не слышала.  

Фактические обстоятельства причинения смерти потерпевшей,  похищения ювелирных изделий, и сокрытия следов преступления  участниками процесса не оспариваются.  

Наряду с приведенными выше доказательствами виновность ФИО2 в совершении разбойного нападения и пособничестве убийству, а  ФИО1 - в организации разбоя и убийства, подтверждена также  показаниями потерпевших, свидетелей, протоколами осмотра места  происшествия, выемок, обысков, заключениями экспертов и другими  доказательствами, изложенными в приговоре.  

Так, в ходе проверки показаний на месте от 20.02.2018г., ФИО2  указал маршрут движения и место на льду реки Ангара, где он и ФИО4 сокрыли труп, который предварительно поместили в сумку (т.1 л.д. 111- 117,119-127).  

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы смерть  М. наступила от огнестрельного пулевого слепого ранения груди с повреждением мягких тканей, грудины, позвоночника, левого  легкого и разрывом сердца. Обнаруженные на теле погибшей повреждения  сформировались в результате трех выстрелов из огнестрельного оружия (т. 5  л.д. 6-22).  

Свидетель В. показал, что являясь индивидуальным предпринимателем, он занимался изготовлением и реализацией ювелирных  изделий в городах Иркутске и Усть-Кут. С представителями ООО « 

<

...>» он работал один раз - в 2015 году, к нему приезжали 2 парня, в том  числе человек, похожий на Кобяцкого.  

Свидетель Ц. показала, что она работает проводником поезда «Кисловодск-Иркутск». 16 января 2018 года около 24 часов поезд  выехал из г. Ростова-на-Дону. В вагоне к ней подошел мужчина (ФИО4) и попросил открыть дверь вагона на ст. Новочеркасск, поскольку его  брат везет забытый пакет с едой. К вагону подошел парень и передал  ФИО4 пакет, в котором находились продукты и какие-то свертки.  

Ссылка осужденного ФИО1 и его защитника на показания  данного свидетеля как на доказательство, исключающее факт передачи им в  этом пакете пистолета ФИО4, является необоснованной, так как  свидетель Ц. показала, что наряду с продуктами в пакете были свертки, содержимое которых ей неизвестно.  

Сам по себе факт наличия на вокзале г. Новочеркасска  металлодетекторов, не исключает возможность прохода на перрон с  пистолетом.  

Виновность ФИО1 и ФИО4 в незаконной перевозке  пистолета ТТ 16 января 2018 года на автомобиле под управлением ФИО1 на территории Ростовской области также подтверждена  исследованными судом доказательствами.  

Из показаний осужденного ФИО4, данных им в ходе  предварительного следствия и в судебном заседании усматривается, что 16  января 2018 года, когда он и Кобяцкой собирались ехать на вокзал г. Ростова- на-Дону, Кобяцкой передал ему два свертка, пояснив, что в одном из них  находится пистолет, в другом - глушитель. Они вместе приехали из г.  Таганрога на вокзал г. Ростова-на-Дону. Однако на входе в вокзал он обратил  внимание, что там установлен не просто металлоискатель, а сканер, как в  аэропортах. Испугавшись возможного обнаружения пистолета, он предложил  Кобяцкому взять пистолет и передать его на другой станции. Кобяцкой сразу  поехал на следующую станцию, а он пошел сел в поезд. На следующей  станции (Новочеркасск) Кобяцкой передал ему пакет, в котором находился  пистолет и глушитель.  

ФИО1 в ходе предварительного следствия, в том числе, на  очной ставке с ФИО4, подтверждал факт совместной перевозки  на автомобиле пистолета ТТ до вокзала г. Ростова-на-Дону и передачи его  ФИО4 на следующей станции - Новочеркасск в пакете с  продуктами (т.З л.д.22-26; 27-30; т.6 л.д.34-48).  

Виновность ФИО1 и ФИО4 в перевозке оружия  подтверждена также показаниями свидетеля Ц. протоколом осмотра места происшествия, которым зафиксирован факт обнаружения в д.  Усть-Куда Иркутского района Иркутской области пистолета конструкции ТТ  с глушителем (т.2 л.д.138-151; т.4 л.д.38-56); заключением эксперта № 444/2-1  о том, что данный предмет в форме пистолета ТТ с глушителем является  

самодельным короткоствольным огнестрельным оружием, пригодным для  производства выстрелов (т. 5 л.д. 187-198); другими доказательствами,  изложенными в приговоре.  

Вместе с тем, приговор в части осуждении ФИО1 и  ФИО4 по ч. 2 ст. 222 УК РФ не может быть признан в полной мере  законным.  

В соответствии с приговором ФИО1 признан виновным в том,  что 16 января 2018 года по предварительной договоренности с ФИО4, осуществил незаконную перевозку на автомобиле из г. Таганрога до  железнодорожного вокзала станции Новочеркасск Ростовской области  огнестрельного оружия - пистолета ТТ с глушителем. Кроме того, в ночь с 16  на 17 января 2018 года ФИО1 на перроне железнодорожного вокзала  станции Новочеркасск Ростовской области, передал этот пистолет  ФИО4, а ФИО4, в свою очередь, при данных  обстоятельствах приобрел данный пистолет.  

Между тем, согласно обвинительным документам (постановлению о  привлечении в качестве обвиняемого и обвинительному заключению - т. 14,  л.д. 205-207) ФИО1 обвинялся в том, что он передал этот пистолет  ФИО4 (а тот приобрел его) в другое время и в другом месте - в период с  11 по 16 января 2018 года в 

<

...> в квартире №  36. Незаконную же перевозку пистолета они осуществили из г. Таганрога до  г. Ростова-на-Дону (а не до вокзала станции Новочеркасск, как указано в  приговоре).  

Действия, связанные с передачей пистолета ФИО1 ФИО4 в ночь с 16 на 17 января 2018 года на перроне железнодорожного  вокзала станции Новочеркасск, и приобретением ФИО4  пистолета при указанных обстоятельствах, органами предварительного  расследования ни тому, ни другому осужденному в обвинение не вменялись.  

В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство  проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему  обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается,  если этим не ухудшается положение подсудимого, и не нарушается его право  на защиту.  

В нарушение указанных требований уголовно-процессуального закона  суд произвольно, без указания каких-либо мотивов, изменил в этой части  предъявленное обвинение, указав в приговоре иные место, время, и другие  обстоятельства передачи пистолета Кобяцким ФИО4.  

Произведенные судом изменения обвинения в этой части являются  существенными, ухудшают положение осужденных ФИО1 и  ФИО4, и нарушают их право на защиту.  

Поэтому приговор в части осуждения ФИО1 и ФИО4 по ст. 222 ч. 2 УК РФ подлежит изменению, из него следует исключить  указания о передаче ФИО1 и ФИО4, а последним - о  приобретении пистолета ТТ в ночь с 16 на 17 января 2018 года на перроне  железнодорожного вокзала станции Новочеркасск Ростовской области.  

В приговор следует также внести уточнение о перевозке пистолета ТТ  ФИО1 и ФИО4 из г. Таганрога до г. Ростова-на-Дону (а  не далее - до вокзала станции Новочеркасск).  

Кроме того, действия ФИО1 и ФИО4 (в части  пистолета ТТ) суд квалифицировал по ч. 2 ст. 222 УК РФ, как незаконные  перевозка, хранение и ношение огнестрельного оружия, совершенные  группой лиц по предварительному сговору, в том числе, в поезде и в г.  Иркутске. Указанная квалификация не основана на положениях уголовного  закона.  

В силу ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным  группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица,  заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.  

По смыслу уголовного закона действия, связанные с незаконным  оборотом оружия признаются совершенными группой лиц, когда два или  более лица, действуя совместно, совершали подобные действия.  Непосредственное участие в совершении преступления совместно с другими  лицами означает, что все виновные совместно выполняют объективную  сторону состава преступления.  

Из приговора усматривается, что ФИО1 не принимал  непосредственного участия в перевозке пистолета в поезде, следующем в г.  Иркутск, а также каких-либо действиях, связанных с этим пистолетом в е.  Иркутске.  

Действия ФИО4, связанные с хранением и перевозкой  пистолета в багаже поезда, следовавшего из г. Ростова-на-Дону в г. Иркутск,  и с иными действиями с этим пистолетом в г. Иркутске ФИО1 не  могут быть вменены в обвинение. В поезде он не ехал, в г. Иркутске не  находился и никаких действий, связанных с незаконным оборотом оружия  там ни один, ни совместно с ФИО4 не совершал.  

Таким образом, судом фактически установлено, что действия, связанные  с незаконным оборотом оружия (пистолета ТТ) в поезде и в г. Иркутске были  совершены одним ФИО4, который незаконно перевозил, носил и  хранил этот пистолет совместно с другим изъятым у него оружием, его  основными частями и боеприпасами.  

При указанных обстоятельствах из приговора в части осуждения  ФИО1 по ч. 2 ст. 222 УК РФ подлежит исключению указание о  совершении им перевозки, хранении и ношении пистолета ТТ в поезде и на  территории Иркутской области.  

Внесение изменений в приговор в части осуждения ФИО1 и  ФИО4 за передачу-приобретение пистолета ТТ являются  исключительно обстоятельства уголовно-процессуального характера. При  этом сам факт передачи этого пистолета ФИО1 ФИО4 для  совершения преступлений является доказанным, и этот факт (наряду с  другими доказательствами) свидетельствует о наличии у ФИО1  умысла на организацию разбоя с убийством.  

Судом дана надлежащая оценка всей совокупности имеющихся по делу  доказательств, сделан обоснованный вывод о виновности ФИО1,  ФИО4 и ФИО2; действиям каждого из них дана правильная  юридическая оценка в приговоре (с учетом необходимости внесения  указанных выше изменений).  

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих за  собой отмену или изменение приговора, по делу не установлено.  

С учетом заключений психолого-психиатрических экспертиз ФИО1, ФИО2 и ФИО4 признаны судом первой инстанции  вменяемыми. У суда апелляционной инстанции сомнений в их вменяемости  не возникло.  

Наказание в виде длительных сроков реального лишения свободы всем  осужденным назначено в соответствии с законом, с учетом характера и  степени общественной опасности совершенных преступлений, роли  каждого из осужденных в их совершении, данных о личности каждого из  осужденных, всех обстоятельств дела, в том числе, и смягчающих наказание,  на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах.  

Доводы осужденного ФИО2 о том, что судом при назначении  ему наказания не были учтены его положительные характеристики и данные о  его личности, не соответствуют тексту приговора. В нем указано, что  ФИО2 осуществлял трудовую деятельность без заключения трудового  соглашения. По месту жительства и по месту прежних работ он  характеризуется положительно, имеет благодарственные письма из школы по  поводу хорошего воспитания сына.  

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 и  ФИО2, суд учел, в том числе, наличие у них малолетних детей, явку с  повинной, активное способствование раскрытию и расследованию  преступлений, признание ими вины в период предварительного следствия,  наличие у них заболеваний.  

Доводы осужденного ФИО2 о необходимости признания в  качестве обстоятельства, смягчающего наказание, совершение им  преступлений в результате принуждения и угроз со стороны ФИО4,  противоречат материалам дела. Ими установлены преступные действия  ФИО2, связанные с осознанным и добровольным его участием в  совершении разбойного нападения и пособничеством в убийстве  

потерпевшей. Кроме того, по утверждению ФИО2 угрозы в его адрес  ФИО4 были высказаны не до, а после совершения разбоя и  убийства, с целью их сокрытия.  

Вместе с тем, в связи с внесением изменений в приговор в отношении  ФИО1 и ФИО4 назначенное им наказание подлежит  смягчению.  

Гражданский иск по делу разрешен судом правильно, в соответствии с  требованиями норм действующего законодательства, и сторонами не  оспаривается.  

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 38913-38914,  38920, 38928, 38933 УПК РФ, Судебная коллегия  

определила: 

Приговор Иркутского областного суда от 22 апреля 2019 года в  отношении ФИО1 и ФИО4 в части их осуждения по ч. 2 ст. 222 УК РФ изменить:  

- уточнить, что незаконная перевозка пистолета ТТ ФИО1 и  ФИО4 осуществлена из г. Таганрога до г. Ростова-на-Дону (а не  далее - до вокзала станции Новочеркасск);  

- исключить из приговора указания о передаче ФИО1 - ФИО4, а последним - о приобретении пистолета ТТ в ночь с 16 на  17 января 2018 года на перроне железнодорожного вокзала станции  Новочеркасск Ростовской области, а также о совершении ФИО1  перевозки пистолета ТТ в поезде, о хранении и ношении им этого пистолета  на территории г. Иркутска и Иркутской области и о совершении указанных  действий ФИО4 группой лиц по предварительному сговору.  

Смягчить назначенное каждому из них по ч. 2 ст. 222 УК РФ наказание:  ФИО1 - до 2 лет 11 месяцев лишения свободы со штрафом в  размере 30 000 рублей; ФИО4 - до 1 года 11 месяцев лишения  свободы со штрафом в размере 10 000 рублей.  

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений,  предусмотренных ч. 3 ст. 33 - п.п. «б, в» ч.4 ст. 162 и ч. 3 ст.ЗЗ - п. «з» ч. 2  ст. 105, ч. 2 ст. 222 УК РФ путем частичного сложения наказаний ФИО1 назначить наказание - 18 лет 11 месяцев лишения свободы, со штрафом  в размере 110 000 рублей, с ограничением свободы в один год шесть месяцев.  

В соответствии с ч. 1 ст.70 УК РФ к этому наказанию частично  присоединить неотбытую часть наказания, назначенного по приговору от 16  мая 2017 года, и окончательно назначить наказание - 18 лет 11 месяцев 2 дня  лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в  размере 110 000 (сто тысяч) рублей, с ограничением свободы 1 год 6 месяцев,  с ограничениями и обязанностями, указанными в приговоре.  

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений,  предусмотренных п.п. «б, в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 222 и ч. 1  ст. 222 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно  ФИО4 назначить наказание - 15 лет 11 месяцев лишения свободы в  исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 95 000  (девяносто пять тысяч) рублей.  

В остальном приговор в отношении ФИО1 и ФИО4, а  также в целом приговор в отношении ФИО2  оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных ФИО1 и ФИО2, адвокатов Зарубиной Е.В. и Казикова О.В. - без  удовлетворения.  

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке  судебного надзора, установленном главой 48.1 УПК РФ, в Президиум  Верховного Суда Российской Федерации.  

ПредседаСудьи