ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 66-АПУ18-18 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

  г.Москва 27 сентября 2018 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

председательствующего Червоткина АС. судей Климова А.Н., ТаратутыИВ. при секретаре Горностаевой Е.Е. 

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным  жалобам осужденного ФИО1, адвокатов Миковой Е.Б. и Агильдина  В.А. на приговор Иркутского областного суда от 09 июля 2018 года, которым  

ФИО1, 

<

...>  

<

...>  

<

...>судимый: 01.12.1999 года (с учетом последующих  

изменений) по п. «з» ч.2 ст.105, ч.2 ст.338, п.п. «а, б» ч. 2 ст. 158,  

п. «б» ч. 4 ст.226, ч. 2 ст. 167, ч. 2 ст. 222, ч. 3 ст. 69 УК РФ, к 17  

годам 8 месяцам лишения свободы, освобожден 22.02.2011 г.  

условно-досрочно на 5 лет 3 месяца 20 дней, -

осужден к лишению свободы по: 

- п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ - на 12 лет со штрафом в размере 100.000 рублей  и с ограничением свободы на 1 год;  

- п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ - на 17 лет с ограничением свободы на 1 год.  

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения  наказаний ФИО1 по совокупности преступлений назначено наказание  - 22 года лишения свободы в исправительной колонии особого режима, с  отбыванием первых 5 лет в тюрьме, со штрафом в размере 100.000 рублей и с  ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с указанными в приговоре  ограничениями.  

ФИО2, 

<

...>  

 

<

...> 

несудимый,-

осужден по ч. 3 ст. 162 УК РФ на 7 лет 6 месяцев лишения свободы в  исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 100 000 (сто  

тысяч) рублей, с ограничением свободы в один год, с указанными в  приговоре ограничениями.  

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу Д. в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 142.650  рублей, расходы на оплату услуг адвоката в сумме 5 500 руб., а также в счет  компенсации морального вреда 1. 000.000 (один миллион) рублей.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда РФ Червоткина АС,  выступления осужденных ФИО1 и ФИО2 и адвокатов Миковой  Е.Б. и Агильдина В.А. (в режиме видеоконференц-связи), адвокатов Цапина  В.И. и Урсола А. Л. поддержавших доводы апелляционных жалоб,  прокурораФилимоновой СР. об оставлении приговора без изменения,  Судебная коллегия  

установила: 

ФИО1 признан виновным в совершении разбоя группой лиц по  предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным  проникновением в помещение, в крупном размере, с причинением тяжкого  вреда здоровью потерпевшей Д. а также ее убийство, сопряженное с разбоем.  

ФИО2 признан виновным в совершении разбоя группой лиц по  предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным  проникновением в помещение, в крупном размере.  

Преступления совершены в ночь на 09 августа 2017 года в посёлке  Солзан Слюдянского района Иркутской области при обстоятельствах,  изложенных в приговоре.  

В судебном заседании ФИО1 виновным себя признал частично, а  ФИО2 - не признал.  

В апелляционных жалобах и дополнениях: 

- осужденный ФИО1 просит приговор отменить с вынесением  нового приговора, указывая на то, что его действия квалифицированы  неправильно, а назначенное наказание является чрезмерно суровым. Считает,  что все его действия охватываются составом преступления,  предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и не требуют дополнительной  квалификации по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, поскольку он совершил убийство  потерпевшей выстрелом из обреза, и никакого иного тяжкого вреда ее  здоровью не причинял. По его мнению, суд необоснованно не признал в  качестве смягчающих обстоятельств наличие у него малолетней дочери, а  также то, что на преступление он пошел в силу стечения тяжелых жизненных  обстоятельств. В 2013 году был фактически остановлен Байкальский  целлюлозно-бумажный комбинат. Он вынужден был работать в различных  частных организациях, где имел заработок 10-12 тысяч рублей, подрабатывал  частным извозом. В июле 2017 года он попал в дорожно-транспортное  происшествие, в результате которого его автомобиль не подлежал  восстановлению. В приговоре суд указал, что он оказывал лишь  

эпизодическую помощь своей дочери, хотя он в полном объеме занимался ее  воспитанием и содержанием, что могут подтвердить свидетели К. (его мать) и И. (его сожительница, мать его дочери). Обращает внимание на то, что из похищенных 536.000 рублей было обнаружено и  изъято 383.000 рублей, судьба остальных денег судом не установлена.  Учитывая ряд смягчающих обстоятельств, в том числе, явку с повинной,  активное способствование раскрытию и расследованию преступлений  изобличение другого соучастника, просит о смягчении наказания с  применением правил, предусмотренных ст. 64 УК РФ. Кроме того, он  выражает несогласие с решением суда о взыскании с него процессуальных  издержек, связанных с участием в деле адвоката по назначению. Полагает,  что, поскольку участие защитника в деле по закону (ст. 51 УПК РФ) являлось  обязательным, связанные с этим процессуальные издержки подлежат  отнесению на счет федерального бюджета;  

- адвокат Микова Е.Б. просит приговор в отношении ФИО1  изменить и смягчить назначенное ему наказание, указывая на то, что  убийство потерпевшей он совершил не с прямым, а с косвенным умыслом.  Из его показаний, не опровергнутых другими доказательствами, следует, что  он заранее не планировал убийство, а хотел лишь напугать потерпевшую,  угрожая обрезом. Но потерпевшая узнала его. От неожиданности он произвел  выстрел, не желая, но сознательно допуская наступление смерти  потерпевшей. Никаких иных действий, направленных на лишение жизни  потерпевшей, он не совершал. При назначении наказания суд не дал  надлежащей оценки факту нахождения на иждивении ФИО1  малолетнего ребенка, а также его тяжелое материальное положение,  спровоцировавшее формирование умысла на совершение разбоя. Суд  сослался в приговоре на эпизодичность оказания материальной помощи  своей дочери. Однако эта эпизодичность не может характеризовать его  негативно, так как связана с отсутствием у него материальных средств;  

- адвокат Агильдин ВВ. выражает несогласие с приговором,  указывая на то, что виновность ФИО2 в совершении преступления не  доказана. ФИО2 не совершал никаких действий, связанных с  нападением на потерпевшую и на завладение денежными средствами, не был  посвящен в планы своего брата ФИО1, не знал о наличии у него  оружия. Первоначальные показания по делу ФИО2 были даны в  результате применения к нему недозволенных методов ведения следствия.  После освобождения из ИВС у него было больше телесных повреждений,  чем до помещения в него. Судом не установлена действительная сумма  похищенных денег, она необоснованно завышена; выводы ревизии не  основаны на первичных документах, и доверять им нельзя. Кроме того,  наказание ФИО2 должно было быть назначено с учетом положений,  предусмотренных ст.ст. 15 ч. 6, 64 и 73 УК РФ, поскольку он является  младшим братом ФИО1, непосредственно совершившего нападение, и  находился у него в зависимости, не судим, имеет постоянное место работы,  характеризуется положительно, планировал регистрацию брака.  

В возражениях на апелляционные жалобы государственный  обвинитель Руды М.С. просит оставить приговор без изменения.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб,  судебная коллегия считает, что приговор суда является законным,  обоснованным и справедливым.  

Виновность осужденных ФИО1 и ФИО2 в совершении  преступлений, установленных приговором, подтверждается  доказательствами, исследованными в судебном заседании.  

В судебном заседании осужденный ФИО1 не отрицал факта  совершения разбойного нападения и убийства Д. заявив, что преступления он совершил один.  

Между тем, в ходе предварительного расследования осужденный  ФИО1 давал подробные показания о совершении им разбойного  нападения вместе с ФИО2, своим братом. При этом он показывал, что  работал на АЗС электриком, знал, где хранится выручка, и решил совершить  разбойное нападение с использованием обреза. Сначала он набросил  металлический трос на линию электропередач, от чего произошло короткое  замыкание. После звонка оператора Д. он приехал на АЗС и отключил оставшееся электрооборудование, включая камеры  видеонаблюдения. Взяв дома рации и обрез, он позвал своего брата ФИО2 и сказал ему, что запланировал разбойное нападение. Брат согласился  наблюдать за обстановкой и предупредить его по рации в случае опасности.  Завязав на голове майку, чтобы Д.не узнала его, он попросил продать ему антифриз или масло. Однако потерпевшая узнала его, назвав по имени,  поэтому он решил убить ее, произвел выстрел из обреза, и потерпевшая  упала. Проникнув в помещение АЗС, он взял деньги из кассы и из тумбочки  около 500.000 рублей и регистратор. Часть денег передал брату (т.1 л.д. 185- 195; 222-228; т.2 л.д. 139-144). Эти показания ФИО1 подтвердил при  проверке их на месте (т.1 л.д. 196-215).  

Осужденный ФИО2 в судебном заседании не отрицал, что он  вместе со своим братом - ФИО1 ходил в сторону очистных  сооружений. Брат куда-то отходил, передав ему рацию, спрашивал по рации,  все ли тихо, на что он ответил да. Брат вернулся с большой суммой денег,  более 300 000 рублей, часть из которых он впоследствии взял себе.  

Вместе с тем, в ходе предварительного следствия он показывал, что  брат, у которого под курткой был обрез, предложил ему принять участие в  нападении на АЗС. Брат должен был, угрожая обрезом, проникнуть внутрь  операторского пункта и забрать там деньги. Сам он должен был наблюдать за  обстановкой и при необходимости предупредить об опасности. Так и  поступили. Брат спрашивал у него по рации, все ли спокойно, велел  подниматься к очистным сооружениям, где они встретились, выбросили  рации. Брат передал ему пакет с деньгами, велев их спрятать, и они выехали  в сторону Бурятии. Денег было более 300 000 рублей. В п. Танхой у  Л. он пересчитал деньги, их было 536 000 рублей. 36 000 рублей он оставил себе, остальные спрятал комнате Л. (т.1 л.д. 162-168). 

Доводы осужденных о том, что показания в ходе предварительного  следствия были даны ими под давлением работников правоохранительных  органов, ничем не подтверждены. Показания Кружая В.А. и Кружая Н.С,  данные ими в досудебной стадии производства по делу, суд обоснованно  признал достоверными, поскольку они согласуются между собой и  подтверждаются совокупностью иных доказательств. Они даны на допросах,  проводившихся с соблюдением требований уголовно-процессуального  закона. До начала допросов каждому из них разъяснялись их процессуальные  права, а также то, что эти показания могут быть использованы в качестве  доказательств по уголовному делу.  

Доводы осужденного ФИО2 о том, что он оговорил себя ввиду  оказанного на него со стороны оперативных работников физического  насилия, а также о фальсификации протокола допроса подозреваемого были  проверены и обоснованно отвергнуты судом, поскольку они опровергаются  материалами дела. По его заявлению об этом была проведена проверка в  порядке ст.ст.144, 145 УПК РФ, по результатам которой было принято  решение об отказе в возбуждении уголовного дела, так как изложенные им  факты, не нашли своего подтверждения.  

Более того, в судебном заседании суда апелляционной инстанции он  заявил, что признает себя виновным в содействии своему брату в нападении  на АЗС, не согласен лишь с квалифицирующим признаком незаконного  проникновением в помещение, поскольку считал, что брат работает на АЗС  электриком и имеет свободный доступ на АЗС.  

Виновность осужденных подтверждается также показаниями  потерпевших Д.Р. и Р. свидетелей П.Л. Д.П. и других протоколами осмотра места происшествия, выемки и обыска, заключениями  экспертов и другими доказательствами, изложенными в приговоре.  

Так, согласно протоколам осмотра мест происшествия в жилище  свидетеля Л. было изъято 350 000 руб. денег (т.1 л.д. 136-156); в отстойнике были изъяты две рации (т.2 л.д.67-79). У ФИО2 было  изъято 33 000 рублей денег (т.2 л.д.32-34).  

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы смерть  Д. последовала от огнестрельного дробового слепого проникающего ранения грудной клетки слева с повреждением внутренних  органов, осложнившегося обильной кровопотерей (т.2 л.д.211-213).  

Сумма денег, похищенных в результате разбойного нападения,  установлена как показаниями, данными в ходе предварительного следствия  осужденным ФИО2, так и показаниями потерпевших Р. и Р. подтвержденных результатами проведенной ревизии и актом инвентаризации (т.2, л.д. 150).  

Судом дана надлежащая оценка всей совокупности имеющихся по делу  доказательств, сделан обоснованный вывод о виновности осужденных  ФИО1 и ФИО2, и действия каждого из них квалифицированы  правильно, в том числе, и по признаку совершения разбоя с незаконным  

проникновением в помещение. Из первоначальных показаний обоих  осужденных следует, что Кружай В.А. должен был, угрожая обрезом,  проникнуть внутрь операторского пункта и забрать там деньги. Факт  незаконного проникновения Кружая В.А. через окно в помещение АЗС  «Солзан» после производства выстрела в потеревшую подтвержден и  другими материалами дела.  

О наличии у ФИО1 прямого умысла на убийство потерпевшей  свидетельствует характер и последовательность его действий, выразившихся  в производстве прицельного выстрела из обреза огнестрельного ружья в  область расположения жизненно важных органов человека.  

Доводы осужденного ФИО1 о том, что все его действия  охватываются составом преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 105  УК РФ и не требуют дополнительной квалификации по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК  РФ, являются необоснованными. В соответствии с разъяснениями,  содержащимися в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  27.01.1999 N 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)»  как сопряженное с разбоем, следует квалифицировать убийство в процессе  его совершения. Содеянное в таких случаях квалифицируется по п. «з» ч. 2  ст. 105 УК РФ в совокупности со статьями УК, предусматривающими  ответственность за разбой.  

Согласно заключениям психолого-психиатрических экспертиз ФИО1 и ФИО2 никакими психическими расстройствами не страдали и  не страдают, могли осознавать фактическим характер и общественную  опасность своих действий и руководить ими. Их индивидуально- психологические особенности не могли оказать существенного влияния на их  сознание и поведение (т.З л.д.27-35, 44-51). Оценив данные выводы в  совокупности с иными материалами дела, суд обоснованно признал обоих  осужденных вменяемыми.  

Наказание ФИО1 и ФИО2 назначено справедливое, в  соответствии с законом, с учетом характера и степени общественной  опасности содеянного, роли в совершении преступления, данных о личности  каждого из них и всех обстоятельств дела.  

При назначении наказания ФИО1, суд в качестве смягчающих  обстоятельств учел наличие малолетнего ребенка, явку с повинной, активное  способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению  соучастника преступления, розыск имущества, добытого в результате  преступлений, частичное возмещение имущественного ущерба, признание  своей вины, состояние здоровья, чистосердечное раскаяние в содеянном.  

Таким образом, вопреки содержащимся в апелляционных жалобах  осужденного ФИО1 и его защитника доводам, суд признал наличие у  него малолетнего ребенка смягчающим наказание обстоятельством. Степень  же его участия в содержании и воспитании ребенка при этом юридического  значения не имеет.  

В соответствии с п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание  обстоятельством является совершение преступления в силу стечения  

тяжелых жизненных обстоятельств либо по мотиву сострадания. Кружай  В.А. испытывал временные материальные затруднения в связи с утратой  заработка и повреждением автомобиля, которые не могут быть расценены в  качестве смягчающего наказание обстоятельства, о чем он просит в своей  апелляционной жалобе.  

Обстоятельством, отягчающим наказание, ФИО1 суд  обоснованно признал рецидив преступлений, который, в силу п. «б» ч. 3 ст. 18  УК РФ, является особо опасным.  

При назначении наказания ФИО2 суд в качестве обстоятельств,  смягчающих наказание, учел явку с повинной, активное способствование  раскрытию и расследованию преступлений изобличению соучастника  преступления, розыск имущества, добытого в результате преступления,  частичное возмещение имущественного ущерба, признание вины в ходе  предварительного следствия, молодой возраст.  

Наказание ему назначено с применением правил, предусмотренных ч. 1  ст.62 УК РФ. Суд обсуждал вопрос и мотивировал невозможность  применения к ФИО2 положений, предусмотренных ст.ст. 64 и 73 УК  РФ. По делу не установлены исключительные обстоятельства, связанные с  целями и мотивами преступления, его ролью и поведением во время и после  совершения преступления, и другие обстоятельства, существенно  уменьшающих степень общественной опасности преступления. С учетом  способа совершения преступления ФИО2, его роли в совершении  разбоя, характера и размера наступивших последствий, суд обоснованно не  установил оснований для изменения в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ  категории совершенного им преступления на менее тяжкую.  

Обоснованно назначено к отбыванию ФИО1 и части наказания в  тюрьме, поскольку он, будучи судимым за особо тяжкие преступления, через  непродолжительный период времени после условно-досрочного освобождения  вновь совершил особо тяжкие преступления, что характеризует его как лицо,  представляющее повышенную опасность для общества.  

Защиту ФИО1 осуществлял адвокат Касперович Д.С по  назначению суда. Судом обоснованно, в соответствии с требованиями ст.ст.  131 и 132 УПК РФ взысканы с ФИО1 процессуальные издержки в виде  сумм, подлежащих выплате защитнику в сумме за оказание юридической  помощи. Оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ, для  освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек не имеется.  

Гражданский иск потерпевшего Д. о взыскании с осужденного ФИО1 расходов, связанных с погребением погибшей  Д. с оплатой услуг представителя потерпевшего, а также денежных сумм в счет компенсации морального вреда, разрешены в  соответствии с требованиями действующего законодательства.  

Размер сумм, взысканных в счет компенсации морального вреда,  определен в соответствии с ч. 2 ст. 151, ч.2 ст. 1101 ГК РФ с учетом характера  и степени причиненных потерпевшему физических и нравственных  страданий, требований разумности и справедливости.  

11 9П по 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389 ,389 ,389 ,  

чЗЗ 389 УПК РФ, судебная коллегия 

определила: 

Приговор Иркутского областного суда от 09 июля 2018 года в  отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного  ФИО1, адвокатов Миковой Е.Б. и Агильдина В.А. - без  удовлетворения.  

Определение может быть обжаловано в Президиум Верховного Суда  Российской Федерации в порядке судебного надзора, установленном главой  48'УПК РФ.  

Председательствующий: Судьи: