ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 № 305-ЭС22-4661     

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва

27 апреля 2022 года

Судья Верховного Суда Российской Федерации Пронина М.В., рассмотрев кассационную жалобу Федерального агентства лесного хозяйства на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2021 по делу № А40-162559/2020 Арбитражного суда города Москвы и постановление Арбитражного суда Московского округа от 22.12.2021 по тому же делу

по  заявлению общества с ограниченной ответственностью «Солнцевский угольный разрез» (далее – общество) к Федеральному агентству лесного хозяйства (далее – агентство, Рослесхоз) о признании незаконным бездействия, выразившегося в непринятии мер по заявлению от 30.07.2020 № 03/719, направленных на устранение недостоверности сведений государственного лесного реестра о выделении особо защитных участков лесов «Уч. леса 1 км вокруг сельских населенных пунктов», «Участки леса на крутых горных склонах 31° и более», «Полосы леса вдоль гребней и линий водоразделов», «Водоохранная зона», «Опушки леса, примыкающие к дорогам» в границах лесных участков Краснопольского участкового лесничества Углегорского лесничества в Сахалинской области, предоставленных в аренду обществу на основании договоров аренды лесных участков,

при участи в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - Министерства экологии Сахалинской области (далее – министерство),

установила:

решением Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда                               от 14.07.2021, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.12.2021, решение суда первой инстанции                                   от 17.02.2021 отменено, заявленное требование  удовлетворено.

Рослесхоз обратился в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, а также на нарушение оспариваемыми судебными актами его прав и законных интересов в результате неправильного применения и толкования судами норм материального и процессуального права, просит отменить постановления судов апелляционной инстанции и округа.

Согласно пункту 1 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  по результатам изучения кассационной жалобы, представления судья выносит определение об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в кассационных жалобе, представлении доводы не подтверждают существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке и (или) для решения вопроса о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, а также если указанные доводы не находят подтверждения в материалах дела.

Изучив изложенные в жалобе доводы и принятые по делу судебные акты, судья Верховного Суда Российской Федерации пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 1 части 7 статьи 291.6 Кодекса, по которым кассационная жалоба по изложенным в ней доводам может быть передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Как следует из судебных актов, в период с 2014 по 2020 годы между обществом и министерством заключены договоры аренды лесных участков, расположенных в границах Краснопольского участкового лесничества Углегорского лесничества в Сахалинской области. 

В состав арендуемых участков входят следующие виды особо защитных участков леса, включенные в свою очередь в Государственный лесной реестр: «Уч. леса 1 км вокруг сельских населенных пунктов», «Участки леса на крутых горных склонах 31° и более», «Полосы леса вдоль гребней и линий водоразделов», «Водоохранная зона», «Опушки леса, примыкающие к дорогам».

Общество, указывая, что список особо защитных участков леса в нарушении пункта 17 протокола 2-го лесоустроительного совещания                 от 26.10.2000 и пункта 2.1 Основных положений по выделению особо защитных участков леса, утвержденных приказом агентства от 30.12.1993         № 348, не утвержден органом государственной власти субъектов Российской Федерации, сведения Государственного лесного реестра являются недостоверными и ошибочными, обратилось в агентство с требованием об исключении из Государственного лесного реестра особо защитных участков леса.

Письмом агентства от 21.09.2020 № АВ-03-47/18355 обществу отказано в исключении сведений об особо защитных участков леса из Государственного лесного реестра в связи с тем, что решение агентства о выделении таких участков, об установлении и изменении границ земель, на которых располагаются участки, являющиеся основанием для внесения изменений в реестр, может быть принято агентством на основании предложений органов исполнительной власти субъектов, уполномоченных на ведение Государственного лесного реестра. Упразднение особо защитных участков леса не относится к полномочиям агентства.

Несогласие с ответом агентства послужило основанием для обращения общества в арбитражный суд.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования, пришел к выводу, что обществом не представлены доказательства ошибочности материалов Углегорского лесничества 1999 года, на основании которой информация переносилась в Государственный лесной реестр. 

Руководствуясь положениями части 7 статьи 119 Лесного кодекса Российской Федерации, суд указал, что законом не предусмотрена обязанность агентства принять решение об изменении особо защитных участков леса по заявлению общества, поскольку агентство принимает решение о выделении таких участков на основании документально обоснованного предложения государственного органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, уполномоченного на хранение материалов лесоустройства и ведение Государственного лесного реестра.

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя заявленное требование, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями  статей 55, 91, 119 Лесного кодекса Российской Федерации, Распоряжения Правительства Российской Федерации от 27.05.2013 № 849-р «Об утверждении Перечня объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, для защитных лесов, эксплуатационных лесов, резервных лесов», приказа Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации                           от 11.11.2013 № 496 «Об утверждении Перечня, формы и порядка подготовки документов, на основании которых осуществляется внесение документированной информации в государственный лесной реестр и ее изменение», Лесоустроительной инструкции, утвержденной Приказом Минприроды России от 29.03.2018 № 122, Основными положениями по выделению особо защитных участков леса, утвержденными приказом Федеральной службы лесного хозяйства России от 30.12.1993 № 348 (далее – Основные положения № 348), протоколом 2-го лесоустроительного совещания от 26.10.2000, признал, что бездействие заинтересованного лица нарушает требования действующего законодательства, права общества как недропользователя, поскольку  наличие особо защитных участков в границах арендуемых земель в настоящем случае затрагивает права и законные интересы юридического лица на полную отработку месторождения, право на которое возникло на основании лицензий на добычу полезных ископаемых. У общества имеется соответствующий интерес в устранении недостоверности сведений Государственного лесного реестра с цель возможности использовать арендуемый участок в полном объеме.

При этом суд исходил из того, что выделение особо защитных участков лесов в рамках лесов первой группы предполагает принятие отдельного решения, помимо  учреждения лесов первой группы; в нарушении пункта 17 протокола 2-го лесоустроительного совещания от 26.10.2000, пункта  2.1 Основных положений № 348 ведомость выделов особо защитных участков - полос леса шириной 1 км вокруг сельских населенных пунктов и садовых товариществ, не утверждалась; пункт 17 протокола 2-го лесоустролительного совещания от 26.10.2000 содержит сведения о выделении особо защитных участков только в отношении - полос леса шириной 1 км вокруг сельских населенных пунктов и садовых товариществ, информации об утверждении иных видов особо защитных участков  не содержит. В Государственный лесной реестр внесены виды особо защитных участков явно в большем объеме, чем указано в протоколе 2-го лесоустроительного совещания.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что доказательств, подтверждающих законность внесения в реестр сведений об особо защитных участков лесов, агентством не представлено, сведения государственного лесного реестра о выделении особо защитных участков лесов в границах лесных участков Краснопольского участкового лесничества Углегорского лесничества в Сахалинской области являются недостоверными и ошибочными.

Отклоняя довод Рослесхоза о том, что внесение изменений в государственный лесной реестр не входит в его компетенцию, суд учел, что полномочия по ведению государственного лесного реестра являются полномочиями Российской Федерации, переданными для осуществления органам государственной власти субъектов Российской Федерации.

В рассматриваемом случае с учетом положений части 7 статьи 83 Лесного кодекса Российской Федерации таким органом является агентство.

По мнению суда, не имея формальных полномочий на прямое внесение изменений в государственный лесной реестр, Рослесхоз располагает достаточным объемом прав, которые в совокупности с его обязанностью обеспечить надлежащее ведение государственного лесного реестра органами исполнительной власти субъектов РФ, позволяют ему принять меры реагирования на заявление о недостоверности сведений в государственном лесном реестре.

Суд округа согласился с выводами суда апелляционной инстанции.

Доводы кассационной жалобы являлись предметом рассмотрения судов, получили надлежащую правовую оценку с учетом установленных обстоятельств дела и мотивированно отклонены.

Приведенные доводы не свидетельствуют о неправильном применении судами норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела или допущенной судебной ошибке, направлены на переоценку установленных обстоятельств, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве, в связи с чем не могут служить основанием для передачи жалобы на рассмотрение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации

 определила: 

отказать Федеральному агентству лесного хозяйства в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Судья Верховного Суда Российской Федерации

М. В. Пронина