ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                Дело № 81-012-43 

                                                КАССАЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва «26» июня 2012 г.  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе:  

                                                председательствующего Червоткина А.С. 

                                                судей Ермолаевой Т.А., Зеленина СР. при секретаре Ереминой Ю.В. 

                                                рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осуждённых  Гребнева М.В., Берестова М.М., Брызгалова А.В.,Косых А.В. адвокатов  Левашовой Л.В., Кемайкиной Л.В., Аношиной Р.Н., Доренского В.Г.,  Кызынгашева СЕ. и кассационное представление государственного  обвинителя Тимченко Р.В. на приговор Кемеровского областного суда от 20  марта 2012 года, по которому  

                                                КУЗНЕЦОВ И В  

                                                не судимый, осуждён к наказанию 

                                                - по ч. 1 ст. 105 УК РФ (в редакции от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ) к лишению  свободы сроком на восемь лет;  

                                                - по п. «к» ч.2 ст. 105 УК РФ (в редакции от 21 июля 2004 г. № 73-ФЗ) к  лишению свободы сроком на семнадцать лет.  

 

По совокупности преступлений на основании ч.З ст.69 УК РФ  окончательное наказание Кузнецову И В назначено путём  частичного сложения наказаний - лишение свободы сроком на восемнадцать  лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.  

                                                КОСЫХ А В  

                                                не судимый, 

                                                осуждён по ч.1 ст. 126 УК РФ (в редакции от 07.12.2011 г. № 420-ФЗ) к  лишению свободы сроком на четыре года.  

                                                Оправдан Косых А В по ч. 1 ст. 162 УК РФ на основании  п. 2 ч. 2 ст. 302 в связи с непричастностью к совершению преступления и  признано за ним право на реабилитацию.  

                                                ГРЕБНЕВ М В  

                                                 не судимый, 

                                                осуждён по ч. 1 ст. 126 УК РФ (в редакции от 07.12.2011 г. № 420-ФЗ) к  лишению свободы сроком на четыре года.  

                                                БРЫЗГАЛОВ А В  

                                                 не 

                                                судимый, 

                                                осуждён по чЛ ст. 126 УК РФ (в редакции от 07.1202011 г. № 420-ФЗ) к  

                                                лишению свободы сроком на два года. 

                                                БЕРЕСТОВ М М  

                                                 не судимый, 

                                                осуждён по ст.316 УК РФ (в редакции от 07.12.2011 г. № 420-ФЗ) к лишению  свободы сроком на один год шесть месяцев.  

 

В соответствии со ст. 302 ч.8 УПК РФ постановлено освободить  Берестова М М от назначенного по ст. 316 УК РФ (в  редакции от 07.12.2011 г. № 420-ФЗ) наказания.  

                                                В соответствии со ст. 302 ч.8 УПК РФ постановлено освободить  Брызгалова А В Гребнева М В Косых  А В от назначенного по ч. 1 ст. 126 УК РФ (в редакции от  07.12.2011 г. № 420-ФЗ) наказания.  

                                                Заслушав доклад судьи Ермолаевой Т.А., выступление прокурора  Щукиной Л.В., частично поддержавшей представление и возражавшей против  доводов кассационных жалоб, выступления адвокатов Доренского В.Г.,  Живовой Т.Г., Чегодайкина А.Н., Кротовой СВ. ,Шевченко Е.М., Бондаренко  В.Х., по доводам кассационных жалоб и кассационного представления,  судебная коллегия  

                                                установила: 

                                                по приговору суда Брызгалов А.В., Косых А.В., Гребнев М.В. признаны  виновными в том, что совершили похищение человека. Кузнецов И.В. признан  виновным в том, что совершил убийство, то есть умышленное причинение  смерти другому человеку (убийство Г а также убийство, то есть  умышленное причинение смерти другому человеку, с целью скрыть другое  преступление (убийство Л Берестов М.М. признан виновным в  том,что совершил заранее не обещанное укрывательство особо тяжких  преступлений, совершенных Кузнецовым И.В.  

                                                Преступления были совершены 16 июля 2005 г.в г.  

                                                области при обстоятельствах, изложенных в приговоре 

                                                В кассационном представлении государственный обвинитель просит  приговор в отношении Кузнецова И.В., Косых А.В., Гребнева М.В., Брызгалова  А.В,, Берестова М.М. - отменить ввиду несоответствия выводов суда,  изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела,  нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения  уголовного закона, а также несправедливости назначенного наказания  вследствие его чрезмерной мягкости в отношении Гребнева М.В., Брызгалова  А.В., Косых А.В. и чрезмерной суровости в отношении Берестова М.М,а дело  направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.В обоснование  своей просьбы указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре,  относительно необходимости исключения из объёма обвинения Брызгалова  

 

А.В., Косых А.В. и Гребнева М.В. квалифицирующего признака ч. 2 ст. 126 УК  РФ - совершение преступления «группой лиц по предварительному сговору» - содержат существенные противоречия, которые повлияли на правильность  применения уголовного закона.Судом в приговоре изложены доказательства,  подтверждающие вину осуждённых, однако, исследованным в судебном  заседании доказательствам не была дана надлежащая оценка.  

                                                В судебном заседании было установлено, что Брызгалов Косых А.В. и  Гребнев М.В. действовали с целью реализации желания подсудимого  Кузнецова И.В. - «для разрешения конфликта с потерпевшими встретиться от  кафе-магазина в безлюдном месте» (л.п.2), по  указанию. При этом суд установил, что «подсудимые Брызгалов А.В., Косых  А.В. и Гребнев М.В. совершали преступление совместно, действовали  согласованно, дополняя и поддерживали друг друга в изъятии и перемещении  потерпевших» (л.п.47).Тем не менее, как указано в кассационном  представлении, фактически установив: наличие словесно выраженного  предложения со стороны Кузнецова о похищении потерпевших,  приступившего остальным подсудимым до начала выполнения ими действий к  похищению Г и Л ; наличие совместных и согласованных  действий по реализации общей цели (озвученной Кузнецовым) - переместить  потерпевших против их воли в иное место, суд, фактически принял решение о  том, что каждый из подсудимых действовал самостоятельно, похищая  потерпевших, что противоречит установленным в судебном заседании  обстоятельствам. Ссылка суда на показания: Брызгалова А.В. данные им в  ходе предварительного расследования; свидетеля Е под  псевдонимом С свидетеля под псевдонимом М  свидетеля под псевдонимом С свидетеля Ф под  псевдонимом Б , и последовавший затем вывод о том, что  подсудимые оказались на месте происшествия не одновременно и встретили  терпевших случайно - не свидетельствуют об отсутствии у осужденых умысла  на совершение преступление группой лиц по предварительному сговору, а  лишь указывают на время, место и обстоятельства совершения подсудимыми  Брызгаловым А.В., Косых А.В. и Гребневым М.В. преступления но  предварительному сговору группой лиц.Неверная юридическая оценка  действий Брызгалова А.В., Косых А.В. и Гребнева М.В.,по мнению  государственного обвинителя, повлекла назначение им несправедливого,  чрезмерно мягкого наказания. Кроме того, государственный обвинитель  указывает, что при решении вопроса о назначении вида и размера наказания  Берестову М.М за совершение преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ,  относящемуся к категории небольшой тяжести, суд, в нарушение требований ч.  1 ст. 56 УК РФ, пришел к выводу о том, что исправление осужденного  Берестова М.М. возможно «только в условиях изоляции от общества» (л.п. 54)  и назначил ему наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы.При этом в  качестве обстоятельства, отягчающего наказание Берестову, суд необоснованно  учел: «наступление тяжких последствий в результате совершения преступления  

 

- ухудшения состояния здоровья потерпевшей Л - матери Л  

                                                .». 

                                                Однако, обоснования вывода как о наличии причинной связи между  подсудимыми действиями Берестова (по заранее не обещанному  обстоятельству) и ухудшением состояния здоровья потерпевшей Л и о  необходимости учета данного обстоятельства в качестве наказания только  Берестову, но не Гребневу, Брызгалову и совершивших похищение Л  

                                                , и не Кузнецову, совершившему убийство потерпевшего суд в  приговоре не привел.Учитывая роль Берестова М.М., характер и степень  общественной и совершенного им преступления, а так же отсутствие  медицинского подтверждения о наличии причинной связи между  совершенным преступлением и ухудшением здоровья Л  государственный обвинитель считает данный вывод суда не обоснованным.  Поскольку Берестову М.М., в силу ч. 1 ст. 56 за преступление небольшой  тяжести, при отсутствии отягчающих обстоятельств не может быть назначено  наказание в виде реального лишения свободы, государственный обвинитель  просит вид, назначенного Берестову М.М. наказания изменить на более  мягкий, чем лишение свободы.  

                                                Кроме того, государственный обвинитель считает, что суд, необоснованно  квалифицировал действия Берестова М.М. по ст. 316 УК РФ (в редакции от  07.12.2011 г. № 420-ФЗ),т.к. согласно ч. 3 ст.8 Федерального закона от 07  декабря 2011 года положения Уголовного кодекса РФ в части принудительных  работ применяются с 1 января 2013 года, т.е. на момент вынесения приговора  надлежало квалифицировать действия Берестова по ст. 316 УК РФ в редакции  Федерального закона от 07.03.2011 № 26-ФЗ.  

                                                Кроме того, оправдывая Косых А.В. в совершении преступления,  предусмотренного ст. 162 ч. 1 УК РФ, суд, по мнению государственного  обвинителя, пришел к необоснованному выводу, что Косых во время  совершения разбойного нападения на З находился у себя дома и к  указанному преступлению не причастен, поскольку суд не сослался на  совокупность доказательств, давшую ему возможность сделать такой вывод, не  дал оценки доказательствам, представленным стороной обвинения. По мнению  государственного обвинителя суд, оправдывая Косых, не дал надлежащей  оценки доказательствам представленным стороной обвинения, в совокупности  с другими доказательствами; при наличии противоречивых доказательств,  имеющих существенное значение для выводов суда, суд не указал - по каким  основаниям принял одни из них и отверг другие.  

                                                В кассационной жалобе адвокат Доренский В.Г., в защиту интересов  осужденного Кузнецова И.В., указывает, что приговор суда является  незаконным и подлежит отмене .По мнению защиты, следственные органы  рассматривали единственную версию о виновности в двух убийствах Кузнецова  И.В.и не исключили версии о виновности других лиц (лица), применялись незаконные методы раскрытия и расследования преступления. Версия о  виновности другого лица даже не допускалась и не проверялась. В судебном  заседании со слов свидетеля М было установлено, что погибшие  Г и Л уезжали для приобретения именно ему наркотиков. Согласно  актов СМЭ, в крови каждого из них были обнаружены наркотические вещества.  Считает, что утверждение суда в приговоре (л. 28) о том, что данный факт не  относится к делу, «поскольку не является доказательством», нарушает  основной принцип судопроизводства - презумпцию невиновности. Считает, что  версия гибели потерпевших Г и Л от действий других  лиц и при других обстоятельствах следствием не допускалась, поскольку целью  привлечения к уголовной ответственности были подсудимые и в частности  Кузнецов И.В.Кроме того, выводы суда, изложенные в приговоре, не  соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном  заседании. Доказательство обвинения - «явка с повинной подсудимого  Гребнева М.В.», принятая бывшим зам. начальника оперативного отдела  СИЗО П была написана от его имени, по его заданию и  фактически взята осуждённым К содержащимся в одной  камере с Гребневым М.В. в СИЗО г. Адвокат указывает в  своей жалобе, что суд оставил без юридической и фактической оценки  установленный факт незаконного сбора доказательств, факт применения  физического насилия ко всем подсудимым, в том числе Кузнецову И.В., со  стороны сотрудников правоохранительных органов. Считает, что органы  следствия использовали незаконные методы получения обвинительных  доказательств, вводя в заблуждение суд. Так, на предварительном следствии  ряд свидетелей - Ш Е Л Ф  будучи предупреждены об ответственности за дачу ложных показаний,  допрошенные под своей настоящей фамилией, не давали показаний против  Кузнецова И.В. Они же, допрошенные в период предварительного следствия,  будучи засекречены под псевдонимами «Б С , П  Б дали противоположные показания, уличающие Кузнецова И.В.,в  связи с чем эти доказательства не могут являться допустимыми. Адвокат  указывает в своей жалобе, что основным доказательством обвинения,  указанным в приговоре, являются показания осужденного Брызгалова А.В.,  данные им в качестве подозреваемого в день задержания и в результате  применения к нему физического насилия. Кроме того, адвокат считает, что  выводы суда, изложенные в приговоре, основаны на необъективной оценке  доказательств - показаний ряда свидетелей, при этом суд придерживался  обвинительного уклона. Судом нарушены принципы уголовного  судопроизводства о недопустимости применения насилия при получении  доказательств и недопустимости нарушения права на защиту подозреваемого.  Считает, что все изложенные в кассационной жалобе факты свидетельствуют о  непричастности Кузнецова И.В. к лишению жизни потерпевших Г и  Л Указывает в кассационной жалобе, что суд проверял алиби  Кузнецова И.В., но не дал ему объективной оценки. Так, свидетели  

                                                и Н в судебных заседаниях подтвердили, что в ночь с 15 на 16-ое июля 2005 г. Кузнецов И.В. находился в ресторане г. с  А и не мог быть на месте преступления.  

                                                В кассационных жалобах осуждённый Гребнев М.В. и адвокат Аношина  Р.Н., указывают, что приговор суда подлежит  отмене, уголовное дело прекращению, т.к. судом неправильно применён  уголовный закон и выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют  фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом.  Считают, что в отношении Гребнева допущено нарушение ст. 171 УПК РФ. В  соответствии с требованиями данной статьи в постановлении о привлечении  лица в качестве обвиняемого в том числе должно быть указано: пункт, часть,  статья Уголовного Кодекса Российской Федерации, предусматривающие  ответственность за данное преступление. В постановлении о привлечении в  качестве обвиняемого от 29 ноября 2007 года указано: привлечь Гребнева  М В года рождения, уроженца  г. области РФ в качестве обвиняемого по данному  уголовному делу, предъявив ему обвинение в совершении преступлений,  предусмотренных ч. 3 ст. 126, п. « а » ч 3 , ст. 127, ч 1 УК РФ. Часть 3 ст. 126  УК РФ в редакции Федерального Закона от 8 декабря 2003 года  предусматривает квалифицирующие признаки : п. «а» - организованная группа  и п. «в» - смерть потерпевшего по неосторожности или иные тяжкие  последствия. Таким образом, обвинение предъявлено не в соответствии с  требованиями ст. 171 УПК РФ.Кроме того ссылаются на то, что судом  неправильно дана оценка показаниям свидетелей стороны защиты, что  повлекло вынесение незаконного приговора. Факт приезда в г. и  нахождения Гребнева М.В. в квартире Ш в вышеуказанное время  подтверждается показаниями Гребнева М.В., показаниями свидетелей  З Ш и Ш , К подсудимого  Косых А.В., данными на следствии и в судебных заседаниях. Не доверять  показаниям подсудимого Гребнева и показаниям свидетелей нет оснований, т.к.  их показания последовательные, не противоречивые. Неверны выводы суда о  том, что Ш изменила свои показания, добросовестно заблуждаясь о  дате, когда Гребнев М.В. ночевал в июле 2005 года у неё в квартире и доверяет  показаниям свидетеля, данным в ходе предварительного расследования. При  этом в кассационной жалобе ссылаются на показания свидетели: Г  

                                                 (ранее У С К П С

                                                З Ш В Б , которые находились в  разное вечернее время 15 июля 2005 года и ночное время 16 июля 2005 года, в  кафе « Гребнева М.В. не виде л и.Кроме того в кассационной жалобе  указывают, что у суда не имелось оснований доверять показаниям свидетелей  обвинения: Ф М , Б С К  т.к. их показания противоречивы и непоследовательны.  

                                                В кассационных жалобах осуждённый Берестов М.М и адвокат  Кемайкина Л.В., указывают, что приговор суда является незаконным и подлежит отмене . Вывод суда о виновности Берестова М.М. в совершении  преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ основан фактически на  показаниях осуждённого Брызгалова А.В., данных им в ходе предварительного  следствия от 3 сентября 2007 г., которые он не подтверждал, утверждая, что  пояснения даны им под давлением, оказанным оперативными сотрудниками.  При этом Брызгалов представил суду документы, подтверждающие наличие  телесных повреждений, полученных в ходе допроса его в качестве  подозреваемого. Суд изменения Брызгаловым А.В. показаний оценил  критически, пришёл к выводу, что Брызгалов А.В. пытается уйти от уголовной  ответственности. Однако, наличие только пояснений одного из привлекаемого  к уголовной ответственности лица, которыми он уличает другое лицо, также  привлекаемое к уголовной ответственности, недостаточно. Показания  Брызгалова, данные им при допросе в качестве подозреваемого, якобы, о  действиях Берестова М.М. о совершении преступления в отношении  потерпевших, другими доказательствами, на которые суд ссылается в  приговоре, не подтверждены. Никто из опрошенных в суде лиц не говорил о  том, что видели Берестова М.М. как среди лиц, которые находились у кафе  

                                                 когда потерпевших, якобы, помещали в салон автомобиля, так и  непосредственно на озере, где потерпевшие в последствие были обнаружены  убитыми. Так, свидетель М которая утверждала, что Берестов  М.М. ей знаком, тем не менее не говорила о том, что она видела Берестова  М.М. 15 июля 2005 г. около кафе , давая описание автомобиля, в  который усаживали потерпевших, говорила, что автомобиль был тёмного цвета  иностранного производства, тогда как автомобиль, который находился в  собственности Берестова М.М. и который описывал Брызгалов А.В., белого  цвета. О том, что около кафе не было Берестова, в судебном заседании и на  следствии говорила также свидетель С Выражают несогласие с  оценкой показаний свидетелей С Б С  

                                                , подтверждающих алиби Берестова, как данные ими с целью помочь  избежать или смягчить ответственность осужденного,поскольку имеющиеся  неточности в пояснениях свидетеля Б нельзя расценивать как  противоречивые, т.к. её показания подтверждают свидетели С  С Ш В частности, С чётко указывала время,  когда она видела Берестова М.М. в ночь с 15 на 16 июля 2005 г.Адвокат  считает ,что суд должен был прекратить уголовное дело в отношении Берестова  М.М.  

                                                Уголовное дело по ст. 316 УК РФ возбуждено незаконно. Согласно ст.24  УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбуждённое  уголовное дело подлежит прекращению по основанию истечения сроков  давности уголовного преследования. Преступление, предусмотренное ст. 316  УК РФ, которое инкриминируется Берестову М.М., относится к категории  небольшой тяжести, срок давности привлечения к уголовной  ответственности составляет два года, а уголовное дело было возбуждено зза  пределами этого срока.  

 

Считают, что установление факта  незаконного возбуждения уголовного дела в отношении Берестова М.М.  являлось самостоятельным основанием для прекращения уголовного дела в  отношении последнего.  

                                                В кассационных жалобах осужденный Брызгалов А.В. и адвокат  Левашова Л.М. указывают, что приговор является незаконным и подлежит  отмене.  

                                                Они считают, что выводы суда, изложенные в приговоре, не  подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд  не учёл обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.  В основу обвинительного приговора судом незаконно положены показания  Брызгалова А.В. в качестве подозреваемого от 03.09.2007 г. (т.З л.д. 147- 150),т.к. при допросе Брызгалова А.В. в качестве подозреваемого были  допущены существенные нарушения требований уголовно-процессуального  закона. В частности, при задержании Брызгалова А.В. были нарушены  требования ст. 92 УПК РФ. В материалах дела отсутствует протокол  задержания Брызгалова А.В., тогда как в дневное время 03.09.2007 г. он был  задержан вместе с Гребневым М.В. оперативными сотрудниками ОБОП по г.  

                                                 и доставлен в помещение ОБОП.Тем самым было нарушено  право Брызгалова А.В. на защиту, которое он не мог реализовать  самостоятельно, т.к. находился в органе дознания и не имел возможности даже  позвонить, т.е. был лишён права выбора защитника. Адвокат по назначению  был предоставлен Брызгалову А.В. следователем непосредственно перед  началом допроса. Предоставленный ему адвокат по назначению никак не  реагировал на применение в отношении Брызгалова недозволенных методов  ведения следствия, поэтому, чтобы избежать дальнейшего применения  физического воздействия, Брызгалов был вынужден дать показания, которых от  него требовали оперативные сотрудники милиции. Данные им в ходе допроса  показания Брызгалов впоследствии не подтвердил и объяснил причину, по  которой дал такие показания. Кроме того, допрос Брызгалова А.В.  производился в ночное время, до 22 часов 30 минут. В результате таких  методов Брызгалов А.В., опасаясь за свою жизнь и здоровье, был вынужден  дать показания, которые требовали от него сотрудники ОБОП. Проверка по  жалобе Брызгалова на действия сотрудников милиции была  проведена формально, т.к. объяснения были взяты только с сотрудников  милиции, свидетели, которые могли бы подтвердить доводы жалобы, не  опрашивались. Приобщённые к материалам уголовного дела копии жалоб  Брызгалова на действия сотрудников милиции и ответы, которые он получал на  свои жалобы, подтверждают, что тщательное расследование по данному поводу  не проводилось, он получал формальные отписки. При таких обстоятельствах  протокол допроса Брызгалова А.В. в качестве подозреваемого является  недопустимым доказательством, т.к. оно было получено с нарушением  требований УПК РФ. Не могут быть признаны допустимым и достоверным  доказательством показания свидетеля М т.к во время допроса в судебном заседании свидетель подтвердил, что находился во время проведения  следственного действия в нетрезвом состоянии, заявив, что он «всегда пьяный».  Ничего конкретного по обстоятельствам проведения следственного действия  пояснить не смог, утверждал, что следователем была девушка, протокол писали  ручкой на месте, тогда как он напечатан на компьютере.Кроме того, показания  свидетеля под псевдонимом М не могут быть положены в основу  обвинительного приговора уже только потому, что она также была допрошена  под псевдонимом И причём как М она рассказывала, что видела  происходящие возле кафе события сама, как И знает об этом с  чьих-то слов, не называя источника своей осведомлённости. Свидетели  Ф Л Е и Ш допрошенные по делу под своими  фамилиями, признали в суде, что были также допрошены под псевдонимами  Б П , С и Б Указанные свидетели не подтвердили  своих показаний под псевдонимами, объяснили причину, по которой давали  такие показания: Е и Ш своей неприязнью к Кузнецову и  желанием ему навредить, Ф тем, что, находясь в СИЗО был  вынужден дать не соответствующие действительности показания под чужой  фамилией под физическим и моральным давлением со стороны Б  Аналогичное объяснение своим показаниям под псевдонимом дал Л  

                                                Кроме того, судом не дано должной оценки показаниям свидетелей  З и Г , которыми подтверждается алиби Брызгалова.  

                                                В кассационных жалобах осужденный Косых А.В. и адвокат Кызынгашев  СЕ. указывают, что приговор суда является незаконным и подлежит отмене,  поскольку суд, квалифицируя действия Косых как самостоятельные,  независимые от других осужденных, не привел доказательств мотивов  совершения преступления. Суд не установил наличие неприязненных  отношений между Косых и потерпевшими Г и Л  существовавшими до времени совершения преступлениями, либо возникшие  непосредственно перед его совершением. Суд не установил какой -либо  психологической или иной зависимости Косых А.В. от Кузнецова или других  осужденных, побудивших его к совершению преступления и не привел  доказательств умысла на совершение преступления. Суд нарушил принцип  состязательности сторон, выступив на стороне обвинения, в обоснование  обвинения использовал недопустимые доказательства -показания свидетелей с  измененными анкетными данными. Так, на предварительном следствии ряд  свидетелей - Ш Е Л Ф  будучи предупреждены об ответственности за дачу ложных показаний,  допрошенные под своей настоящей фамилией, не давали показаний против  осужденных. Они же, допрошенные в период предварительного следствия,  будучи засекречены под псевдонимами «Б С П  Б » дали противоположные показания, обоснования мотивов  критической оценки показаний свидетелей суд не привел.Суд необоснованно  отказал в удовлетворении ходатайства Косых о рассекречивании свидетеля,  допрошенного под фамилией М и не оценил ее показания с точки зрения допустимости, т.к. до допроса в качестве М этот свидетель  был допрошен под фамилией И . Суд не привел доказательств обвинения  Косых в нанесении телесных повреждений потерпевшему Л при  помещении его на заднее сиденье автомобиля, не указал какие именно действия  Косых при этом совершил. Показания Брызгалова, положенные в основу  приговора являются недопустимыми доказательствами, т.к. он отказался от  показаний в судебном заседании в силу того , что к нему ранее были  применены незаконные методы следствия.  

                                                Государственный обвинитель принёс возражения на кассационные жалобы  осуждённых и защиты, в которых просит приговор оставить без изменения.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия не  находит оснований для их удовлетворения.  

                                                Вопреки утверждению в кассационных жалобах, дело судом рассмотрено  с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст. 15  УПК РФ. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их  процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все  доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной  защиты исследованы. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в  соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые  судом по ходатайствам решения мотивированы и аргументированы.  

                                                Вывод суда о виновности осужденных в совершении преступлений при  изложенных в приговоре обстоятельствах, соответствует материалам дела и  подтверждён приведёнными в приговоре доказательствами, которые получили  надлежащую оценку суда в соответствии с требованиями ст.ст. 17,88 УПК РФ.  Приговор вопреки утверждению в жалобах, основан на совокупности  допустимых доказательств, а не на предположениях и недопустимых  доказательствах. Оснований, предусмотренных ст.75 УПК РФ для признания  недопустимыми положенных в основу приговора доказательств ,не имеется.  

                                                Приговор соответствует требованиями ст.307 УПК РФ, содержит как  изложение доказательств, так и суждения суда о том, по каким основаниям суд  принял одни из доказательств и отверг другие.  

                                                В приговоре получили надлежащую оценку показания как свидетелей  обвинения ,так и показания свидетелей стороны защиты, в том числе и по  алиби осужденных.  

                                                Вина осужденных установлена совокупностью исследованных судом  доказательств и ,в частности, показаниями осужденного Брызгалова А.В. в  качестве подозреваемого в ходе предварительного расследования, когда он  изобличал осужденных в совершении преступлений и показывал о том, чо летом 2005 гола после того, как потерпевший Г по указанию Кузнецова  был увезен из кафе в автомашине, недалеко от озера между  Кузнецовым и Г состоялся недружелюбный разговор, и он видел, как  кузнецов ударил Г в область затылка битой, последний упал и стал  дергаться как в судорогах. После этого Кузнецов догнал пытавшегося убежать  Л некоторое время удерживал его, после чего последний упал ,а затем  Кузнецов и Берестов сбросили его тело в воду. В кафе были еще трое молодых  людей, которые участвовали в «свалке» с потерпевшим, среди них был Косых.  Вина Кузнецова подтверждена тпоказаниями потерпевших, показаниями  свидетелей, протоколами осмотра места происшествия, заключениями  судебных экспертиз.  

                                                Суд обоснованно признал достоверными показания свидетелей и  Брызгалова А.В. в ходе предварительного расследования (т.З л.д. 147-150),  поскольку они согласуются друг с другом и соответствуют установленным  судом обстоятельствам.  

                                                Показания Брызгалова нашли объективное подтверждение и в других  собранных доказательствах.  

                                                Согласно выводам судебно - медицинской экспертизы и актов судебно- медицинского исследования ушибленные раны головы Г с  повреждением левой теменной, затылочной костей с переходом трещин на  основание, с ушибом головного мозга образовались от девяти ударов. Все  перечисленные повреждения причинены твердым тупым предметом, имеющим  ребро, а рана № 3 - в результате воздействия предмета, имеющего трехгранный  угол. Из заключения судебно- медицинской экспертизы видно, что раны № 1-3  на кожном лоскуте левой теменной области трупа Г являются  ушибленными и могли быть причинены одним предметом, имеющем ребро,  заканчивающееся трехгранным углом.  

                                                Вопреки утверждению защиты, показания Брызгалова А.В, в ходе  предварительного расследования о том, что Кузнецов битой ударил Г в  область затылка и Г упал на землю, не противоречат выводам судебно- медицинской экспертизы о количестве нанесенных ударов Г и орудии  убийства ,поскольку Брызгалов пояснял, что наблюдал одновременно и за  Л  

                                                Эксперт К (т.4 л.д. 18) пояснил, что при наличии на бите  сколов, отщепов, исключить возможность причинения ран № 1-3 этими  элементами не представляется возможным. Оснований не доверять показаниям  эксперта К не имеется.  

                                                Доводы о недопустимости показаний Брызгалова А.В., изложенные во всех  кассационных жалобах, со ссылкой на то, что в отношении Брызгалова  применялись незаконные методы воздействия со стороны правоохранительных  органов аналогичны доводам стороны защиты в судебном заседании .Они были  тщательно исследованы и обоснованно критически оценены судом по  основаниям изложенным в приговоре.  

                                                Из протокола  допроса Брызгалова А.В. в качестве подозреваемого от 03 сентября 2007 года (т.З л.д. 147-150), видно, что при допросе Брызгалова А.В. в  качестве подозреваемого присутствовал по назначению адвокат Кузнецов Г.  В. на основании ордера (т.З л.д. 144) от 3 сентября 2007 года.Это  обстоятельство подтвердил свидетель и сам Брызгалов А.В.  Суд пришел к правильному выводу о том,что допрос был произведен в  условиях, исключающих незаконное воздействие на  Брызгалова. Перед допросом Брызгалову была предоставлена возможность  заключить соглашение с адвокатом на защиту его интересов по выбору.  Допрос начат в 21 час 00 минут, окончен в 22 часа 30 минут. Вопреки  доводам кассационных жалоб его допрос  производился по его желанию; процессуальные права подозреваемого были  разъяснены до начала допроса, что подтверждается подписями Брызгалова в  протоколе. Ни от Брызгалова, ни от адвоката Кузнецова заявлений и  замечаний о несоответствии протокола фактическим обстоятельствам  проведения следственного действия, о применении к Брызгалову незаконных  методов ведения расследования, о болезненном состоянии, отказе от дачи  показаний, отсутствии защитника или необходимости приглашения  защитника по соглашению - не поступало. Брызгалов не возражал против его  допроса в ночное время. По окончании допроса протокол им был прочитан  лично, замечаний к протоколу не поступило, что подтверждается подписями  Брызгалова, адвоката и следователя и собственноручной подписью  Брызгалова об этом.  

                                                Из показаний свидетеля П который, будучи следователем,  допрашивал Брызгалова в качестве подозреваемого 03 сентября 2007 года,  видно, что когда он получил информацию о его причастности к убийству  Г и Л то пригласил адвоката для участия в допросе. У Брызгалова  была реальная возможность пригласить самому защитника, в кабинете был  телефон и он мог им воспользоваться. Ограничений в общении с адвокатом  Брызгалова не было. Так как он не местный и был в командировке в г.  

                                                 то у следователей узнал номера телефонов адвокатов, обзвонил  по телефону адвокатов, пригласил свободного, адвокат приехал, выписал ордер.  В состоянии Брызгалова ничего не настораживало, был адекватен, даже  нарисовал схему. Следов побоев на Брызгалове он не видел, ему не угрожал.  Брызгалова доставили для допроса на основании его поручения о производстве  оперативно-розыскных мероприятий от 30.08.07г. (т.З л.д. 142-143). Он избрал  в отношении Брызгалова меру пресечения в виде подписки о невыезде.  

                                                Из материалов дела видно, что согласно постановления об избрании меры  пресечения 03 сентября 2007 года в отношении Брызгалова А.В. была избрана  мера пресечения в виде подписки о невыезде и такая подписка у Брызгалова  как подозреваемого была взята в тот же день (т.З л.д. 146).  

                                                Из показаний свидетеля М - начальника отдела оперативно- розыскной части уголовного розыска видно, что его отдел занимался  раскрытием преступления по факту убийства Г и Л Следователь  П работал по этому делу. По мере задержания доставляли  задержанных к нему, никаких мер насилия не применяли.  

 

Свидетель Н проводивший в качестве следователя на  следующий день, то есть 04 сентября 2007 года проверку показаний на месте  Брызгалова показывал, что ему ничего неизвестно о применении к Брызгалову  физического насилия работниками милиции. Брызгалов участвовал в  следственном действии добровольно. Жалоб не заявлял, был в нормальном  состоянии. Никаких телесных повреждений на его теле свидетель не видел, в  том числе отеков на шее и следов от наручников.  

                                                Оснований для вывода о том, что доводы о применении незаконных  методов следствия в отношении Брызгалова А.В.были проведены необъективно  и не в полном объеме, не имеется.  

                                                Доводы изложенные во всех кассационных жалобах, о недопустимости и  недостоверности показаний свидетелей под псевдонимом С под  псевдонимом М в судебном заседании и в ходе предварительного  расследования (т. 3 л.д. 106-107, л.д. 111-112), М (т. 4 л.д. 105- 106), свидетеля Е данными под псевдонимом С от  16.12.2005 года (т. 2 л.д. 33-35, т.З л.д.233-234), в судебном заседании (т. 8 л.д.  92-103), и в судебном заседании от 20.12.2010 г., свидетеля Ф (т.  4 л. д. 69-70 т. 8. л. д. 70-87) под псевдонимом Б свидетеля  Ш под псевдонимом Б (т.1 л.д. 149-151, т. 3 л.д. 231-232)  безосновательны . Допрос указанных лиц под псевдонимом не ставит под  сомнение их достоверность.  

                                                Показания указанных лиц последовательны, взаимно дополняют друг  друга, подтверждаются другими доказательствами, исследованными судом и  изложенными в приговоре. Анализируя показания свидетелей Е и  Ш суд дал им правильную оценку и обоснованно указал, что не считает  эти показания оговором осужденных.Судом не было установлено оснований  оговаривать осужденных у потерпевших и свидетелей  

                                                Ходатайство о рассекречивании свидетелей было рассмотрено и по нему  вынесено мотивированное решение. Представленное в суд кассационной  инстанции постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в  отношении адвоката Кызынгашева СЕ.по факту совершения преступления,  предусмотренного ч.1 ст.310 УК РФ не свидетельствует о необоснованности  принятого судом решения и неправильной оценки показаний свидетелей.  

                                                Доводы о нарушении в отношении Гребнева М.В. положений ст. 171 УПК  РФ не могут быть признаны основанием к отмене приговора.  

                                                Гребнев обвинялся в том, что совершил похищение человека,  совершённое в отношении двух лиц, организованной группой, то есть  преступление, предусмотренное п. «а» ч.З ст. 126 УК РФ, а также незаконное  лишение человека свободы, не связанное с его похищением, совершённое с  применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, организованной  группой, то есть преступление, предусмотренное ч.З ст. 127 УК РФ.  Резолютивная часть постановления содержит в себе указание на привлечение  Гребнева М.В. в качестве обвиняемого и предъявлении ему обвинения в  совершении преступлений, предусмотренных ч.З ст. 126, п. «а» ч.З, ст. 127, ч.1  УК РФ. В части незаконного лишения свободы уголовное преследование в отношении Гребнева М.В. прекращено. Хотя в резолютивной части указанного  постановления не указан пункт части 3 ст. 126 УК РФ, это обстоятельство  обоснованно не лишило суд возможности переквалифицировать действия  подсудимого Гребнева М.В., поскольку его положение при этом не было  ухудшено и не могло нарушить его право на защиту.  

                                                Доводы о необоснованности осуждения Кузнецова безосновательны,  поскольку опровергаются приведенными в приговоре доказательствами.  

                                                Утверждение осужденного Кузнецова, на которое имеется ссылка в  жалобе защиты, о том, что работники РОВД проверили его  алиби непосредственно после обнаружения трупов Гл и Л в том  числе и путём просмотра видеозаписи посетителей ресторана  

                                                ,проверялось и объективного подтверждения не нашло. Эти  сведения стали известны ему, как утверждал сам Кузнецов, с чужих слов.  Поэтому, по мнению судебной коллегии, данное утверждение не опровергает  выводов суда о виновности Кузнецова.  

                                                Вопреки утверждению в жалобе, показания свидетеля Н о  том, что с 15.07.05 г. на 16.07.2005 г. он вместе с Кузнецовым примерно с 24  часов 15-30 минут отдыхал в баре-ресторане на дискотеке, суд  правильно оценил как попытку свидетеля помочь своему родственнику  Кузнецову избежать уголовной ответственности и учитывая, что показания  свидетеля противоречивы. Как пояснял сам Н на него оказывалось  давление Кузнецовым и его отцом с целью получения подтверждающих алиби  Кузнецова показаний. Кузнецов сказал Н , что его подозревают в  убийстве, которое он не совершал 15.07.05г. В 2007 г. он встречался с отцом  Кузнецова, тот сказал, что И сидит в тюрьме. Рассказал, что его  подозревают в убийстве человека в то время, когда он находился в  и просил дать показания об этом.  

                                                Из исследованных показаний свидетеля Н в ходе  предварительного расследования при допросе 5 декабря 2007 года он не  называл дату, когда у него произошла встреча с Кузнецовым, а пояснил, что он  является дальним родственником Кузнецова. Зимой 2007 года папа Кузнецова  - В попросил его дать показания следователю о том, что в  середине июля 2005 года (точную дату не помнит за давностью времени) они  встретились в клубе В действительности такая встреча у него была  с Кузнецовым летом 2005 года в июле месяце. Кузнецов был с девушкой О  или Ю  

                                                При таких данных суд пришел к обоснованному выводу о том, что  показания свидетеля Н не подтверждают алиби Кузнецова на ночь с 15  на 16 июля 2005 года.  

                                                Показания свидетеля А в обоснование алиби осужденного  Кузнецова,на которые имеется ссылка в кассационных жалобах,  безосновательна.  

                                                Ее показания также были исследованы судом. Анализ ее показаний,  приведенный в приговоре, обоснованно привел суд к выводу о том, что  показания свидетеля А являются противоречивыми , свидетель заинтересована в исходе дела и в силу своих личных взаимоотношений с  Кузнецовым, пытается помочь ему избежать уголовной ответственности.  

                                                Кроме того, показания свидетелей Ш и Е а также  показания Брызгалова А.В. в ходе предварительного расследования,  признанные судом достоверными, опровергают показания осужденного  Кузнецова и свидетеля А о том, что Кузнецов и А  вечером 15 июля 2005 были вместе и вместе приезжали в  

                                                При таких обстоятельствах доводы Кузнецова об алиби были  обоснованно отвергнуты.  

                                                Все иные доводы кассационных жалоб, касающиеся несогласия с оценкой  доказательств, данной судом, судебная коллегия не может признать  основанием к отмене приговора, т.к. оснований к переоценке доказательств, не  имеется.  

                                                Признавая выводы суда о доказанности вины осужденных в содеянном  правильными, судебная коллегия считает, что действиям их дана правильная  юридическая оценка. Выводы суда являются аргументированными и  мотивированными.  

                                                Нет оснований согласиться с доводами кассационного представления о  неправильной квалификации действий осужденных по ч.1 ст. 126 УК РФ,  поскольку суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии в действиях  Гребнева, Брызгалова, Косых квалифицирующего признака - совершение  преступления «группой лиц по предварительному сговору».  

                                                Признавая Гребнева, Брызгалова, Косых виновными в похищении  человека, суд в приговоре мотивировал свои выводы об отсутствии в их  действиях предварительного сговора на совершение данного преступления,  указав, что осужденные оказались на месте происшествия не одновременно,  встретили потерпевших случайно. Каких-либо противоречий выводы суда в  этой части не содержат. Суждения суда об отсутствии предварительного  сговора на совершение преступления соответствуют положениям ст.35 УК РФ.  согласно которой преступление признается совершенным группой лиц по  предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее  договорившиеся о совместном совершении преступления. Как следует из  анализа исследованных судом доказательств, оснований для вывода о том, что  осужденные заранее договорились о совершении похищения человека ,не  имеется  

                                                При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения кассационного  представления государственного обвинителя в части необоснованной  переквалификации действий осужденных на ч.1 ст. 126 УК РФ и отмене в связи  с этим приговора не имеется.  

 

Доводы кассационного представления о необоснованном оправдании  Косых в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 162 УК РФ, также  нельзя признать состоятельными.  

                                                Судом в приговоре проанализированы все доказательства, которые были  представлены стороной обвинения: показания потерпевшего З  свидетеля З и суд пришел к обоснованному выводу о том, что  объективных доказательств того, что Косых завладел мобильным телефоном  потерпевшего в результате разбойного нападения ,не имеется. Сам  потерпевший не утверждал, что именно Косых нанес ему удары и похитил  телефон. Не утверждала об этом и свидетель З которой о  происшедшем известно со слов потерпевшего.  

                                                Приведенные в кассационном представлении суждения государственного  обвинителя в части оценки показаний потерпевшего и свидетеля, не  свидетельствуют о необоснованности выводов суда об отсутствии  доказательств вины Косых в разбойном нападении и не могут являться  основанием к отмене оправдательного приговора в отношении Косых по ст. 162  чЛУКРФ.  

                                                Вместе с тем, судебная коллегия находит, что приговор в отношении  Берестова М.М. подлежит отмене по следующим основаниям. Согласно ст.24  УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбуждённое  уголовное дело подлежит прекращению по основанию истечения сроков  давности уголовного преследования. Преступление, предусмотренное ст. 316  УК РФ, которое инкриминируется Берестову М.М., и совершенное согласно  обвинительному заключению 16 июля 2005 года относится к категории  небольшой тяжести, срок давности привлечения к уголовной  ответственности составляет два года, а уголовное дело было возбуждено за  пределами этого срока- 20 ноября 2007 года. В связи с этим приговор в  отношении Берестова М М судебная коллегия считает  необходимым отменить и дело прекратить на основании п.З ч.1 ст.24 УПК РФ  за истечением сроков давности уголовного преследования.  

                                                Доводы кассационного представления о несправедливости назначенного  наказания вследствие его чрезмерной мягкости в отношении Гребнева М.В.,  Брызгалова А.В., Косых А.В.судебная коллегия считает необоснованными.  Наказание назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ в пределах  санкции статьи уголовного закона, по которому каждый из них осужден, с  учетом конкретных обстоятельств дела и данных о личности и не может быть  признано чрезмерно мягким.  

                                                Нарушений уголовно-процессуального закона ,влекущих отмену приговора,  не установлено.  

 

В силу изложенного, руководствуясь ст.ст.377, 378 и 388 УПК РФ, судебная  коллегия  

                                                определила: 

                                                приговор Кемеровского областного суда от 20 марта 2012 г. в отношении  Берестова М М отменить и дело прекратить на основании  п.З ч.1 ст.24 УПК РФ за истечением сроков давности уголовного  преследования.  

                                                Этот же приговор в отношении Кузнецова И В Косых  А В Гребнева М В Брызгалова А  В оставить без изменения, кассационные жалобы и кассационное  представление - без удовлетворения.  

                                                Председательствующи