ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № АПЛ22-168 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 9 июня 2022 г.  

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в  составе  

председательствующего Манохиной Г.В., 

членов коллегии Зайцева В.Ю.,  

ФИО1 

при секретаре Кругликовой К.В. 

с участием прокурора Засеевой Э.С.  

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело  по административному исковому заявлению ФИО2  о признании не действующими пункта 2.7 (в части) Правил дорожного  движения Российской Федерации, утверждённых постановлением Совета  Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г.   № 1090, пунктов 2, 3, 10 Правил освидетельствования лица, которое  управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и  оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское  освидетельствование на состояние опьянения, медицинского  освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его  результатов, утверждённых постановлением Правительства Российской  Федерации от 26 июня 2008 г. № 475; пункта 15 Порядка проведения  медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного,  наркотического или иного токсического), утверждённого приказом  Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 г.  

 № 93 Зн; пункта 10 (в части) Правил проведения химико-токсикологических  

исследований при медицинском освидетельствовании, являющихся  приложением № 3 к данному Порядку,  

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Верховного  Суда Российской Федерации от 9 марта 2022 г. по делу № АКПИ21-1091,  которым административное исковое заявление оставлено без  удовлетворения.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Зайцева В.Ю., возражения относительно доводов апелляционной жалобы  представителей Правительства Российской Федерации ФИО3 и  ФИО4., Министерства здравоохранения Российской Федерации  Матвеевой И А., заключение прокурора Генеральной прокуратуры  Российской Федерации Засеевой Э.С., полагавшей апелляционную жалобу  необоснованной, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской  Федерации  

установила: 

постановлением Совета Министров - Правительства Российской  Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 утверждены Правила дорожного  движения Российской Федерации (далее - Правила дорожного движения).  

Нормативный правовой акт официально опубликован в Собрании актов  Президента и Правительства Российской Федерации 22 ноября 1993 г. № 47,  в газете «Российские вести» 23 ноября 1993 г. № 227 (действует в редакции  постановления Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2020 г.   № 2441).  

Согласно пункту 2.7 Правил дорожного движения водителю  запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения  (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных  препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или  утомлённом состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.  

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня  2008 г. № 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое  управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и  оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское  освидетельствование на состояние опьянения, медицинского  освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его  результатов (далее - Правила освидетельствования).  

Нормативный правовой акт опубликован в издании «Российская  газета» 2 июля 2008 г., в Собрании законодательства Российской Федерации  7 июля 2008 г. № 27 (действует в редакции постановления Правительства  Российской Федерации от 10 сентября 2016 г. № 904).  

Пунктом 2 Правил освидетельствования предусмотрено, что  освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения, медицинскому  освидетельствованию на состояние опьянения подлежит водитель  транспортного средства, в отношении которого имеются достаточные  

основания полагать, что он находится в состоянии опьянения, а также  

водитель, в отношении которого вынесено определение о возбуждении дела  об административном правонарушении, предусмотренном статьёй 12.24  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях  (далее также - КоАП РФ).  

В силу пункта 3 Правил освидетельствования достаточными  основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в  состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих  признаков: а) запах алкоголя изо рта; б) неустойчивость позы; в) нарушение  речи; г) резкое изменение окраски кожных покровов лица; д) поведение, не  соответствующее обстановке.  

Пунктом 10 Правил освидетельствования установлено, что  направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения  водитель транспортного средства подлежит: а) при отказе от прохождения  освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; б) при  несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного  опьянения; в) при наличии достаточных оснований полагать, что водитель  транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательном  результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.  

Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации  (далее также - Минздрав России) от 18 декабря 2015 г. № 93Зн (далее - Приказ Минздрава России № 93Зн) утверждён Порядок проведения  медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного,  наркотического или иного токсического) (далее - Порядок), приложением   № 3 к которому являются Правила проведения химико-токсикологических  исследований при медицинском освидетельствовании (далее - Правила  проведения исследований).  

Нормативный правовой акт официально опубликован на  «Официальном интернет-портале правовой информации»  (пйр://шлуш.ргауо.§оу.ги) 15 марта 2016 г., в издании «Российская газета»  23 марта 2016 г. № 60 (действует в редакции приказа Минздрава России  от 25 марта 2019 г. № 159н).  

Пунктом 15 Порядка предусмотрено, что медицинское заключение  «установлено состояние опьянения» выносится в случае  освидетельствования лиц, указанных в подпункте 1 пункта 5 данного  порядка, при положительном результате повторного исследования  выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя или наличии абсолютного  этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови,  либо при обнаружении по результатам химико-токсикологических  исследований в пробе биологического объекта одного или нескольких  наркотических средств и (или) психотропных веществ.  

Согласно абзацу первому пункта 10 Правил проведения исследований  по окончании первого этапа химико-токсикологического исследования в  случае отсутствия в пробе биологического объекта (моче) наркотических  средств, психотропных веществ, лекарственных препаратов для  

медицинского применения, вызывающих нарушение физических и  

психических функций, которые могут повлечь неблагоприятные последствия  при деятельности, связанной с источником повышенной опасности,  метаболитов и аналогов указанных средств, веществ и препаратов выносится  заключение об отсутствии в исследованной пробе биологического объекта  (моче) вызывающих опьянение средств (веществ), второй этап химико-токсикологического исследования не проводится.  

ФИО2 обратился в Верховный Суд Российской Федерации с  административным исковым заявлением о признании не действующими  пункта 2.7 (в части) Правил дорожного движения, пунктов 2, 3, 10 Правил  освидетельствования, пункта 15 Порядка, пункта 10 (в части) Правил  проведения исследований, ссылаясь на то, что названные положения  нормативных правовых актов в смысле, который придаёт им сложившаяся  правоприменительная практика, не соответствуют части 1 статьи 27.12  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,  порождают правовую неопределённость; неясность и двусмысленность  изложения оспариваемых норм не позволяют водителям транспортных  средств неукоснительно их применять, создают условия для необоснованного  привлечения их к ответственности. Свои права административный истец  считает нарушенными в связи с тем, что вступившим в силу постановлением  мирового судьи он признан виновным в совершении административного  правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.8 КоАП РФ с  назначением наказания в виде штрафа 30 000 (тридцать тысяч) руб. и  лишением права управления транспортными средствами сроком 1 (один) год  7 (семь) месяцев. При этом материалы дела об административном  правонарушении содержат документы, подтверждающие, что признаков  опьянения у ФИО2 не имелось и не выявлено. Административный  истец указал, что положения пункта 2.7 Правил дорожного движения не  содержат каких-либо чётких критериев и сроков (час, день, месяц, год)  ограничения по управлению транспортным средством под воздействием  лекарственных средств, содержащих фенобарбитал, таких как андипал,  валокордин, корвалол, валосердин, инструкции которых не содержат каких-либо указаний о сроках выведения запрещённых веществ из организма,  входящих в состав данных лекарств. Пункты 2, 3, 10 Правил  освидетельствования с учётом сложившейся правоприменительной практики  в нарушение положений части 1! статьи 27.12 КоАП РФ, содержащей  закрытый перечень оснований для направления водителя на медицинское  освидетельствование на состояние опьянения, позволяют направлять  водителей на медицинское освидетельствование на состояние опьянения по  основаниям, которые законом не предусмотрены, в том числе в связи с  возбуждением дела по статье 12.24 КоАП РФ, а также при согласии водителя  пройти медицинское освидетельствование. Оспариваемый пункт 15 Порядка  также не содержит указание на какой-либо уровень порогового значения  содержания запрещённых веществ в биологических объектах водителя, что  

порождает правовую неопределённость.  

Пункт 10 Правил проведения исследований, как полагает  административный истец, разрешает проводить второй этап химико-токсикологического исследования не для подтверждения положительного  результата исследования пробы биологического объекта, полученного на  первом этапе, а произвольно вне зависимости от проведения первого этапа  химико-токсикологического исследования.  

Административный истец и его представитель в суд первой инстанции  не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены в  предусмотренном законом порядке.  

Представители Правительства Российской Федерации, Министерства  здравоохранения Российской Федерации, Министерства юстиции Российской  Федерации (далее - Минюст России) в письменных отзывах, адресованных  суду первой инстанции, возражали против удовлетворения заявленных  требований, полагая, что оспариваемые положения нормативных правовых  актов изданы в пределах полномочий Правительства Российской Федерации  и Министерства здравоохранения Российской Федерации, соответствуют  действующему законодательству, являются ясными, определёнными и не  нарушают права и законные интересы административного истца.  

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 9 марта 2022 г.  административное исковое заявление ФИО2 оставлено без  удовлетворения.  

Не согласившись с таким решением, ФИО2 в апелляционной  жалобе просит его отменить, как незаконное и необоснованное, и принять  новое решение об удовлетворении требований в полном объёме. Считает, что  суд уклонился от оценки изложенных им доводов о незаконности  оспариваемых положений нормативных правовых актов и не учёл  сложившуюся правоприменительную практику. Судом также сделан  ошибочный вывод о том, что им фактически обжалуются постановления,  принятые в рамках дела об административном правонарушении.  

В суд апелляционной инстанции административный истец, его  представитель, а также представитель Минюста России не явились, о месте и  времени судебного заседания извещены в установленном законом порядке.  В представленных суду апелляционной инстанции возражениях Минюст  России поддержал позицию, высказанную в суде первой инстанции, и просил  рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.  

Представители Правительства Российской Федерации, Министерства  здравоохранения Российской Федерации, полагая решение суда законным и  обоснованным, просили апелляционную жалобу ФИО2 оставить  без удовлетворения.  

Исследовав материалы административного дела, обсудив доводы  апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда  Российской Федерации оснований для её удовлетворения и отмены  обжалуемого судебного решения не находит.  

Согласно пункту 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного  

судопроизводства Российской Федерации основанием для признания  

нормативного правового акта не действующим полностью или в части  является его несоответствие иному нормативному правовому акту,  имеющему большую юридическую силу.  

Проверив оспариваемые положения нормативных правовых актов на  соответствие нормативным правовым актам, регулирующим  рассматриваемые правоотношения и имеющим большую юридическую силу,  суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что по  настоящему административному делу такое основание для признания  недействующими оспариваемых норм отсутствует.  

Так, суд первой инстанции верно указал в решении, что Правила  дорожного движения изданы в пределах полномочий Правительства  Российской Федерации, основанных на нормах Федерального закона  от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения»  (далее - Закон о безопасности дорожного движения) и Федерального закона  от 29 декабря 2017 г. № 443-ФЗ «Об организации дорожного движения в  Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации».  

Пункт 21 статьи 19 Закона о безопасности дорожного движения  запрещает эксплуатацию транспортных средств лицами, находящимися в  состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.  

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях  в примечании к статье 12.8 запрещает водителю употребление веществ,  вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных  или иных вызывающих опьянение веществ.  

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, выраженной в определении от 22 декабря 2021 г. № 2924-0,  примечание к статье 12.8 КоАП РФ прямо запрещает водителю употребление  веществ, вызывающих наркотическое опьянение, либо психотропных или  иных вызывающих опьянение веществ. При этом несоблюдение данного  запрета влечёт за собой административную ответственность. Данное  законоположение, принятое в пределах компетенции федерального  законодателя, в действующей системе правового регулирования не может  расцениваться как нарушающее конституционные права.  

Таким образом, суд первой инстанции сделал правильный вывод о  том, что оспариваемые положения пункта 2.7 Правил дорожного движения  направлены на обеспечение безопасности дорожного движения путём  исключения управления транспортными средствами водителями,  находящимися в состоянии опьянения, являются ясными и определёнными, и  правомерно отверг, как несостоятельные и не основанные на нормах  материального права, доводы административного истца о том, что в  изложенном виде эти положения делают невозможным их соблюдение  водителями транспортных средств и допускают отсутствие единства  правоприменения при решении вопроса о привлечении к административной  

ответственности по части 1 статьи 128 КоАП РФ.  

Правила освидетельствования устанавливают порядок  освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления  его результатов, направления на медицинское освидетельствование на  состояние опьянения, медицинского освидетельствования на состояние  опьянения и оформления его результатов лица, которое управляет  транспортным средством соответствующего вида (пункт 1).  

Полномочия Правительства Российской Федерации на принятие  Правил освидетельствования непосредственно следуют из части 6  статьи 27.12 КоАП РФ.  

Суд первой инстанции правильно указал в решении, что пункт 2  Правил освидетельствования соответствует части I1 статьи 27.12 КоАП РФ,  предусматривающей, что лицо, которое управляет транспортным средством  соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные  основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, либо  лицо, в отношении которого вынесено определение о возбуждении дела об  административном правонарушении, предусмотренном статьёй 12.24 данного  кодекса, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного  опьянения.  

Утверждение административного истца о том, что пункт 2 Правил  освидетельствования позволяет направлять на медицинское  освидетельствование на состояние опьянения по основаниям, которые  законом не предусмотрены, в том числе в связи с возбуждением дела по  статье 12.24 КоАП РФ, является несостоятельным и опровергается решением  Верховного Суда Российской Федерации от 17 июня 2009 г. № ГКПИ09-554.  В названном решении суда указано, что пункт 2 Правил  освидетельствования, как видно из его содержания, не предусматривает  направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения  каждого водителя транспортного средства только по основанию наличия у  него признаков опьянения. В этом пункте лишь указывается на то, какие  меры обеспечения производства по делу об административном  правонарушении (освидетельствование на состояние алкогольного  опьянения, медицинское освидетельствование на состояние опьянения)  подлежат применению, если в отношении водителя имеются достаточные  основания полагать, что он находится в состоянии опьянения. Смысл  оспариваемой нормы должен определяться во взаимосвязи с другими  нормами Правил освидетельствования и с учётом её места в системе этих  норм. Пункт 2 расположен в разделе I Правил освидетельствования, в  котором содержатся общие положения и не урегулирован порядок  применения указанных в нём мер обеспечения. Порядок направления на  медицинское освидетельствование на состояние опьянения водителя  транспортного средства установлен в разделе III Правил  освидетельствования. Следовательно, при решении вопроса о наличии  законных оснований для применения указанной меры обеспечения  производства по административному делу подлежат применению не  

положения пункта 2, а нормы раздела III Правил освидетельствования,  

воспроизводящие указанные в части I1 статьи 27.12 КоАП РФ  обстоятельства, являющиеся основанием для направления водителя на  медицинское освидетельствование на состояние опьянения и  устанавливающие порядок направления на такое освидетельствование.  Ошибочное толкование оспариваемой нормы в отрыве от других норм  Правил освидетельствования, встречающееся на практике, не  свидетельствует о незаконности этой нормы и не может служить основанием  для признания её недействующей.  

Перечень признаков, которые являются достаточным основанием  полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии  опьянения, содержащийся в пункте 3 Правил освидетельствования, судом  обоснованно признан законным, поскольку нормативных правовых актов  большей юридической силы, которые бы по-иному определяли признаки  опьянения, не имеется.  

Отсутствие оснований для признания недействующим пункта 10  Правил освидетельствования подтверждается содержанием второго  предложения части I1 статьи 27.12 КоАП РФ, согласно которому при отказе  от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения  либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а  равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в  состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на  состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению  на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.  

Проанализировав положения частей 1, 2, 4 статьи 65, пункта 18 части 2  статьи 14 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах  охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пункта 1,  подпункта 5.2.73 пункта 5 Положения о Министерстве здравоохранения  Российской Федерации, утверждённого постановлением Правительства  Российской Федерации от 19 июня 2012 г. № 608, суд первой инстанции  обоснованно установил, что Порядок и Правила проведения исследований  приняты уполномоченным федеральным органом исполнительной власти во  исполнение указанных нормативных правовых актов. Полномочия  Минздрава России на установление Порядка следуют также из содержания  части 6 статьи 27.12* КоАП РФ.  

Согласно примечанию к статье 12.8 КоАП РФ употребление веществ,  вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных  или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная  ответственность, предусмотренная данной статьёй и частью 3 статьи 12.27  КоАП РФ, наступает в случае установленного факта употребления  вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется  наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей  возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма  на один литр выдыхаемого воздуха, или наличием абсолютного этилового  

спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо в случае  

наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме  человека.  

Из содержания данной нормы следует, что административная  ответственность по статье 12.8 КоАП РФ наступает в том числе в случае  наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме  человека, причём независимо от концентрации и целей их приёма.  Предписание пункта 15 Порядка, предусматривающее, что медицинское  заключение «установлено состояние опьянения» выносится при обнаружении  по результатам химико-токсикологических исследований в пробе  биологического объекта одного или нескольких наркотических средств и  (или) психотропных веществ, полностью согласуется с приведённой нормой  КоАП РФ.  

Согласно пункту 6 части 1 статьи 27.1 КоАП РФ медицинское  освидетельствование на состояние опьянения является мерой обеспечения  производства по делу об административном правонарушении.  

Как правильно указано в обжалуемом решении, порядок проведения  химико-токсикологического исследования при медицинском  освидетельствовании, содержащийся в пункте 10 Правил проведения  исследований, установлен Министерством здравоохранения Российской  Федерации в силу полномочий, возложенных на него законодательством в  области охраны здоровья, законодательством об административных  правонарушениях, законодательством о безопасности дорожного движения.  

Основания для прохождения каждого из этапов исследований  изложены в них ясно и определённо.  

Довод административного истца в апелляционной жалобе о  предоставлении пунктом 10 Правил проведения исследований возможности  проведения второго этапа химико-токсикологического исследования в  произвольном порядке без учёта результата проведения первого этапа не  соответствует действительности и опровергается содержанием данного  пункта.  

Какие-либо нормативные правовые акты, имеющие большую  юридическую силу и устанавливающие иные правила проведения  медицинского освидетельствования на состояние опьянения, правила  проведения химико-токсикологических исследований, отличные от  установленных в Приказе Минздрава России № 93Зн, отсутствуют.  

Ссылка в апелляционной жалобе на то, что оспариваемые  административным истцом положения нормативных правовых актов  устанавливают для правоприменителя необоснованно широкие пределы  усмотрения или возможность необоснованного применения, несостоятельна.  Согласно статье 1 Федерального закона от 17 июля 2009 г. № 172-ФЗ  «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов  нормативных правовых актов» коррупциогенными факторами являются  положения нормативных правовых актов (проектов нормативных правовых  актов), устанавливающие для правоприменителя необоснованно широкие  

пределы усмотрения или возможность необоснованного применения  

исключений из общих правил, а также положения, содержащие  неопределённые, трудновыполнимые и (или) обременительные требования к  гражданам и организациям и тем самым создающие условия для проявления  коррупции.  

Анализ содержания оспариваемых предписаний не даёт оснований для  вывода о наличии в них таких факторов.  

Доводы административного истца, приведённые в административном  исковом заявлении и повторённые в апелляционной жалобе, подтверждают  правильность вывода суда первой инстанции о том, что, оспаривая  нормативные правовые акты, ФИО2 фактически выражает  несогласие с принятыми судебными постановлениями о привлечении его к  административной ответственности по части 1 статьи 12.8 КоАП РФ.  

Между тем проверка законности и обоснованности таких судебных  постановлений осуществляется в порядке, установленном законодательством  об административных правонарушениях. Верховный Суд Российской  Федерации не вправе осуществлять в рамках настоящего административного  дела, рассматриваемого и разрешаемого в порядке абстрактного  нормоконтроля, проверку законности применения в конкретном деле об  административном правонарушении обжалуемых положений.  

Доводы апелляционной жалобы, повторяющие содержание  административного искового заявления, получили надлежащую оценку в  обжалуемом решении на основе анализа действующего законодательства.  Несогласие административного истца с выводами суда, которые  апелляционная инстанция признаёт правильными, не влечёт отмену решения.  

Установив, что пункт 2.7 (в части) Правил дорожного движения,  пункты 2, 3, 10 Правил освидетельствования, пункт 15 Порядка и пункт 10  (в части) Правил проведения исследований соответствуют нормативным  правовым актам большей юридической силы, суд первой инстанции в силу  пункта 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства  Российской Федерации принял правильное решение об отказе в  удовлетворении заявленного требования.  

При рассмотрении административного дела суд первой инстанции в  полной мере выяснил все обстоятельства, установленные частью 8 статьи 213  Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации,  отразил и проанализировал их в обжалуемом решении.  

Выводы суда о законности оспариваемых положений нормативных  правовых актов мотивированны и основаны на нормах действующего  законодательства.  

Предусмотренных статьёй 310 Кодекса административного  судопроизводства Российской Федерации оснований для отмены решения в  апелляционном порядке не имеется.  

Руководствуясь статьями 308-311 Кодекса административного  судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия  

Верховного Суда Российской Федерации  

определила: 

решение Верховного Суда Российской Федерации от 9 марта 2022 г.  оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.  

Председательствующий Г.В. Манохина  Члены коллегии '' В.Ю. Зайцев  

 

ФИО1