ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

ОПРЕДЕЛЕНИЕ 

от 17 октября 2016 года № 307-ЭС15-17721 (4)  

г. Москва Дело № А56-71819/2012  

Резолютивная часть определения объявлена 13 октября 2016 года.  Полный текст определения изготовлен 17 октября 2016 года.  

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации в составе:  

председательствующего судьи Букиной И.А., судей Зарубиной Е.Н. и Корнелюк Е.С. 

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную  жалобу публичного акционерного общества «Банк ЗЕНИТ» (далее –  Банк Зенит) на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.09.2015  (судья Мирошниченко В.В.), постановление Тринадцатого  арбитражного апелляционного суда от 08.12.2015  (судьи Масенкова И.В., Глазков Е.Г., Зайцева Е.К.) и постановление  Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.04.2016  (судьи Боровая А.А., Колесникова С.Г., Яковец А.В.) по делу   № А56-71819/2012 о несостоятельности (банкротстве) открытого  акционерного общества «Доминанта-Энерджи» (далее – должник).  

В судебном заседании приняли участие конкурсный  управляющий должником ФИО1, а также  представители:  

Банка Зенит – ФИО2 по доверенности от 24.03.2016; 

конкурсного управляющего должником – ФИО3 по  доверенности от 01.02.2016;  

акционерного банка «Содействие общественным инициативам»  (открытое акционерное общество) (далее – Собинбанк) – Борисов А.А.  по доверенности от 02.12.2015.  

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Букиной И.А. и объяснения лиц¸ явившихся в судебное заседание,  судебная коллегия  

У С Т А Н О В И Л А: 

в рамках дела о банкротстве должника его конкурсный  управляющий ФИО1 обратилась в арбитражный суд с  заявлением о признании недействительными:  

- пункта 1.2 дополнительного соглашения от 31.01.2013 № 1 к  договору об открытии кредитной линии от 13.07.2012   № 02633ЮЛ-Р/12/12 (далее – кредитный договор), заключенного между  Собинбанком и должником;  

- договора ипотеки недвижимого имущества от 31.01.2013   № 02633ЮЛ-Р/12/13-И (далее – договор ипотеки), заключенного между  теми же сторонами,  

и применении последствий недействительности сделок в виде  внесения в ЕГРП записи о снятии обременения в отношении  переданных в ипотеку объектов недвижимости.  

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 04.09.2015, оставленным без изменения  постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  от 08.12.2015 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного  округа от 19.04.2016, в удовлетворении заявленных требований  отказано.  

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской  Федерации, Банк Зенит просил обжалуемые судебные акты отменить и  удовлетворить требования конкурсного управляющего.  

Определением Верховного Суда Российской Федерации  от 05.09.2016 (судья Букина И.А.) кассационная жалоба вместе с делом  переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий  поддержал изложенные в ней доводы, просил удовлетворить  заявленные им требования в полном объеме.  

В дополнении к кассационной жалобе Банк Зенит просил  удовлетворить требования конкурсного управляющего в части  признания недействительным договора ипотеки, в остальной части в  удовлетворении заявленных требований отказать.  

В судебном заседании конкурсный управляющий и его  представитель, а также представитель Банка Зенит поддержали свои  доводы. Представитель Собинбанка возражал против удовлетворения  кассационной жалобы, считая обжалуемые судебные акты законными и  обоснованными.  

Проверив материалы обособленного спора, обсудив доводы,  изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, выслушав  представителей явившихся в судебное заседание лиц, судебная  коллегия считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене по  следующим основаниям.  

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и  следует из материалов дела, 13.07.2012 между Собинбанком  (кредитором) и должником (заемщиком) заключен кредитный договор,  по условиям которого кредитор обязался открыть заемщику кредитную  линию в размере 150 000 000 руб. в целях финансирования текущей  финансово-хозяйственной деятельности должника (оплата поставок,  услуг, налогов, выплата заработной платы), а заемщик обязался  возвратить полученные денежные суммы и уплатить проценты за  пользование кредитом.  

В целях обеспечения исполнения обязательств стороны  договорились в течение 60 дней с момента заключения соглашения  подписать и подать на государственную регистрацию в установленном  законодательством порядке договор ипотеки принадлежащих должнику  объектов недвижимого имущества.  

Денежные средства перечислены заемщику 16.07.2012, что  подтверждено определением суда первой инстанции от 24.02.2014 по  настоящему делу о включении требований Собинбанка в размере  154 520 547,92 руб. в реестр требований кредиторов.  

Определением суда первой инстанции от 06.12.2012 возбуждено  настоящее дело о банкротстве, после чего 31.01.2013 Собинбанк  (залогодержатель) и должник (залогодатель) подписали упомянутый  выше договор ипотеки, по условиям которого в залог кредитору  передано следующее недвижимое имущество:  

- нежилое здание общей площадью 2705,6 кв.м и земельный  участок площадью 1374 кв.м, расположенные по адресу: г. Санкт- Петербург, Синопская наб., д. 36а, лит. В, и  

- нежилое здание общей площадью 37,3 кв.м, расположенное по  адресу: 

<

...>, лит. Л.  

Кроме того, 31.01.2013 стороны подписали дополнительное  соглашение № 1 к кредитному договору, в пункте 1.2 которого  уточнили содержание условий о способах обеспечения надлежащего  исполнения кредитных обязательств.  

Государственная регистрация договора ипотеки, а также самой  ипотеки осуществлена 07.10.2014 на основании решения Арбитражного  суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.02.2014  по делу № А56-60995/2013.  

Определением суда первой инстанции от 17.12.2014 по  настоящему делу за Собинбанком признан статус залогового кредитора  по включенным требованиям.  

Полагая, что в результате заключения договора ипотеки и  дополнительного соглашения № 1 Собинбанку как одному из  конкурсных кредиторов оказано или может быть оказано большее  предпочтение в отношении удовлетворения его требований к должнику  по сравнению с другими кредиторами, конкурсный управляющий  ФИО1 обратилась в арбитражный суд с настоящим  заявлением.  

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного  управляющего, суды трех инстанций, сославшись на положения  пунктов 1 и 2 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)  с учетом разъяснений, изложенных в пункте 11 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010   № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  постановление № 63), установили, что оспариваемые сделки  совершены после возбуждения дела о банкротстве должника.  

Вместе с тем суды пришли к выводу, что, исходя из конкретных  фактических обстоятельств настоящего спора, сделки не могут быть  признаны недействительными, поскольку необходимым условием  выдачи кредита являлась передача недвижимого имущества должника в  залог.  

Суды отметили, что дать правовую квалификацию договору  ипотеки невозможно отдельно от кредитного договора, заключая  который Собинбанк действовал добросовестно, а потому ненадлежащее  исполнение должником обязательств передать недвижимость в залог не  может быть поставлено в вину кредитору.  

При таких условиях суды пришли к выводу об отказе в  удовлетворении требований конкурсного управляющего.  

Между тем судами не учтено следующее. 

В целях правильного применения положений статьи 61.3 Закона о  банкротстве необходимо определить, какой характер имеет  оспариваемая сделка, то есть установить, какое сочетание прав и  обязанностей сторон правоотношений опосредует ее содержание.  

Оспаривая пункт 1.2 дополнительного соглашения № 1 (которым  определен перечень сделок, обеспечивающих кредит), а также договор  

ипотеки, конкурсный управляющий преследовал цель лишить  требования Собинбанка, включенные в реестр, статуса  залоговых, ссылаясь на преференциальный характер возникновения  обеспечения.  

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце 8 пункта 12  постановления № 63, действия по установлению залога соответствуют  как диспозиции абзаца 2 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве,  поскольку такие действия направлены на обеспечение исполнения  обязательства должника, возникшего до совершения оспариваемой  сделки, так и абзаца 3 названного пункта по причине того, что  установление залога приводит к изменению очередности  удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим  до совершения оспариваемой сделки.  

Из содержания пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве  следует, что независимо от того, совершена ли сделка в пределах шести  либо одного месяца до возбуждения дела о банкротстве, а также  после возбуждения данного дела, при наличии условий,  предусмотренных абзацами 2 и 3 пункта 1 указанной  статьи, недобросовестность контрагента по сделке не подлежит  доказыванию (абзацы 1 и 2 пункта 12 постановления № 63).  Следовательно, при наличии соответствующих условий состав  недействительности сделки с предпочтением, по сути, носит  формальный характер.  

В связи с этим вопреки выводам судов вопрос о  добросовестности не входил в предмет доказывания по  рассматриваемому спору. Обращаясь в суд с настоящим заявлением,  конкурсный управляющий и не ссылался на недобросовестность  Собинбанка, поскольку обстоятельства осведомленности последнего о  факте неплатежеспособности должника на момент установления  ипотеки не имели значения для правильного применения положений  статьи 61.3 Закона о банкротстве. Конкурсному управляющему  достаточно было доказать, что залог в отношении ранее возникшего  обязательства установлен в пределах шести месяцев до возбуждения  дела о банкротстве либо позже, что им и было сделано.  

При этом суды фактически исходили из того, что для целей  соотнесения момента совершения сделки с периодом  предпочтительности необходимо принимать во внимание дату  заключения договора ипотеки – 31.01.2013.  

Судебная коллегия не может согласиться с таким выводом. 

Договор ипотеки заключен до вступления в силу Федерального  закона от 21.12.2013 № 367-ФЗ (01.07.2014), и в соответствии с  положениями статей 10, 11 и 19 Федерального закона от 16.07.1998   № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (в редакции,  

применяемой к спорным отношениям) регистрации подлежали как сам  договор ипотеки, так и возникшее на его основании обременение.  

По смыслу пункта 2 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации предполагается, что ипотека как вещное обременение,  подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой  регистрации. Применительно к правоотношениям, формирующимся в  рамках дела о несостоятельности, указанное означает, что, по общему  правилу, включение требований в реестр как обеспеченных ипотекой  допускается только при условии наличия соответствующей записи об  обременении в ЕГРП, поскольку в таком случае у суда не должно  возникать сомнений относительно того, что ипотека действительно  существует.  

Вместе с тем, согласно фабуле настоящего дела после подписания  31.01.2013 договора ипотеки его стороны обратились за  государственной регистрацией как самого договора, так и обременения  в регистрирующий орган, который сначала отказал в регистрации, а  после повторного обращения сторон – приостановил государственную  регистрацию в связи с наложением ареста на имущество должника в  рамках исполнительного производства.  

Решением от 06.02.2014 по делу № А56-60995/2013 Арбитражный  суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обязал  регистрирующий орган зарегистрировать договор ипотеки и внести в  ЕГРП запись о возникновении соответствующего обременения. Данное  решение в силу части 1 статьи 180 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации вступило в законную силу 06.03.2014.  

Наличие такого вступившего в законную силу судебного акта, в  котором, по сути, сделан вывод о необходимости регистрации уже само  по себе может являться для суда, рассматривающего дело о  банкротстве, основанием к включению требований кредитора в реестр  как обеспеченных залогом. Такое включение влечет негативные  последствия в виде повышения очередности удовлетворения  требований Собинбанка, на устранение которых заявленное в данном  обособленном споре требование конкурсного управляющего и  направлено.  

При таких условиях датой совершения сделки, которая имеет  значение для соотнесения ее с периодом предпочтительности, следует  признать дату вступления в законную силу решения суда по делу   № А56-60995/2013, то есть 06.03.2014. Поскольку в указанный период в  отношении должника уже была введена процедура наблюдения  (определение от 15.10.2013), то договор ипотеки как предоставляющий  Собинбанку предпочтение в удовлетворении его требований и  приходящийся на период предпочтительности подлежит признанию  недействительным.  

При этом правильными являются доводы Банка Зенит,  изложенные в дополнении к кассационной жалобе, о том, что пункт 1.2  дополнительного соглашения № 1 не подлежит признанию  недействительным по причине того, что изложенные в нем  договоренности сторон не могли являться основанием для  возникновения ипотеки. По существу такие действия заемщика и  кредитора свидетельствуют о согласовании ими намерений обеспечить  кредит в будущем либо о констатации факта существования подобного  рода обеспечения, однако данные действия не создают  предпочтительности по смыслу Закона о банкротстве и потому не  могут быть оспорены по предусмотренным этим законом специальным  основаниям.  

Кроме того, суды, по сути, констатировали, что обязанность  банка по выдаче кредита носила встречный характер и была  обусловлена предоставлением спорного имущества в ипотеку  (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции,  применяемой к спорным отношениям), в связи с чем суды сочли, что  договор ипотеки не может рассматриваться отдельно от кредитного  соглашения (в том числе и применительно к вопросу исчисления  периода предпочтительности).  

Указанный вывод является ошибочным. Действительно, с  экономической точки зрения, наличие ликвидного дорогостоящего  обеспечения влияет на поведение банка при выдаче кредита и  формулировании условий кредитного соглашения (принятие решения  по кредитной заявке, процентная ставка по кредиту, срок его  погашения, условия досрочного возврата и т.д.). Однако по смыслу  пунктов 2.14.3 и 5 кредитного договора (в редакции дополнительного  соглашения № 1) стороны обязались подписать и подать на  государственную регистрацию договор ипотеки не позднее 60 дней с  даты заключения кредитного договора, при этом они не связывали  возможность осуществления выборки по кредитной линии с наличием  обеспечения. Согласно пункту 2.7.1 договора кредит предоставлялся в  свободном режиме при условии соблюдения оговоренного лимита.  Данное обстоятельство подтверждается еще и тем, что на следующий  рабочий день после подписания кредитного соглашения Собинбанк  перечислил на счет заемщика денежные средства, не дожидаясь  заключения договора ипотеки.  

Таким образом, в рассматриваемом случае суды ошибочно  отождествили экономическую обусловленность действий кредитной  организации с предусмотренной Гражданским кодексом Российской  Федерации встречностью исполнения. При этом ни экономические  мотивы заключения сделок, ни юридические обусловленности  исполнения обязательств не влияют на порядок исчисления  

специальных периодов, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о  банкротстве.  

В связи с тем, что судами допущены существенные нарушения  норм материального права, которые повлияли на исход обособленного  спора и без устранения которых невозможны восстановление и защита  нарушенных прав, свобод и законных интересов должника и его  кредиторов в сфере предпринимательской и иной экономической  деятельности, обжалуемые судебные акты на основании части 1 статьи  291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  подлежат отмене с принятием нового судебного акта об  удовлетворении заявленных требований в части признания  недействительным договора ипотеки и применения последствий  недействительности сделки.  

Поскольку заключение договора ипотеки повлекло регистрацию  соответствующего обременения в ЕГРП и включение требований  Собинбанка в реестр требований кредиторов должника как  обеспеченных залогом, судебная коллегия, руководствуясь  положениями статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  и учитывая разъяснения, изложенные в пункте 52 постановления  Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010  «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при  разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других  вещных прав», полагает, что в порядке применения реституции  обременение подлежит признанию отсутствующим.  

Избранный же конкурсным управляющим способ защиты в виде  обязания регистрирующего органа внести в ЕГРП запись о снятии  обременения с учетом изложенных выше норм в рассматриваемом  случае применению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 291.11 – 291.14 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  

О П Р Е Д Е Л И Л А: 

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 04.09.2015, постановление Тринадцатого  арбитражного апелляционного суда от 08.12.2015 и постановление  Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.04.2016 по делу   № А56-71819/2012 отменить.  

Признать недействительным договор ипотеки недвижимого  имущества от 31.01.2013 № 02633ЮЛ-Р/12/13-И, заключенный между  

акционерным банком «Содействие общественным инициативам» и  открытым акционерным обществом «Доминанта-Энерджи».  

Признать обременение, возникшее на основании договора  ипотеки недвижимого имущества от 31.01.2013 № 02633ЮЛ-Р/12/13-И,  отсутствующим.  

В остальной части в удовлетворении заявленных требований  отказать.  

Председательствующий-судья И.А. Букина 

судья Е.Н. Зарубина  

судья Е.С. Корнелюк