ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

                                                19-007-16 

                                                КАССАЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

                                                г. Москва 17 апреля 2007 г.  

                                                Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации 

                                                в составе: председательствующего - Кочина В.В. судей - Шишлянникова В.Ф. и Анохина В.Д. 

                                                рассмотрела в судебном заседании 17 апреля 2007 года уголовное дело  

                                                кассационным жалобам осужденных Шутко Е.Н., Мочалова А.К., Калиберды  

                                                А.А., адвокатов Алиханян Л.А., Молчановой Н.В. и Шальневой Н.В. на  

                                                приговор Ставропольского краевого суда от 26 декабря 2006 года, которым 

                                                Шутко Е Н .  

                                                ранее судимый: 1). 28.03.2003 года по ст. 213 ч. 2 п. «а» УК РФ к  лишению свободы сроком на 1 год и 6 месяцев условно с  испытательным сроком на 2 года;  

                                                2). 06.10.2003 года по ст. 158 ч. 3 УК РФ к лишению свободы сроком  на 2 года и 6 месяцев; освобожден 08.07.2004 года условно досрочно  на 1 год 6 месяцев и 22 дня;  

                                                осужден к лишению свободы: 

                                                по ст. 162 ч. 4 п. «в» УК РФ сроком на 9 лет со штрафом в размере 10  000 рублей;  

                                                по ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ сроком на 12 лет. 

                                                На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений  назначено 13 лет лишения свободы.  

                                                На основании ст. 70 УК РФ частично присоединено наказание,  неотбытое по приговору от 06.10.2003 года и окончательно назначено  13 лет и 6 месяцев лишения свободы со штрафом в размере  рублей с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.  

 

                                                Мочалов А К ,  

                                                , 

                                                осужден по ст. 162 ч. 3 УК РФ к лишению свободы сроком на 7 лет с  отбыванием в исправительной колонии строгого режима.  

                                                Калиберды А А ,  

                                                 ранее судимый: 

                                                1),26 03.2001 года по ст. 228 ч. 1 УК РФ к лишению свободы сроком  на 1 год;  

                                                2). 17.09.2002 года по ст. 112 ч. 1 УК РФ к лишению свободы сроком  на 1 год и 6 месяцев; Постановлением судьи Георгиевского районного  суда Ставропольского края оставшаяся неотбытая часть наказания  заменена более мягким видом наказания-исправительными работами  сроком на 2 года с удержанием % заработка в доход государства  (наказание не отбывал),  

                                                осужден по ст. 162 ч. 3 УК РФ к лишению свободы сроком на 8 лет и  6 месяцев со штрафом в размере рублей;  

                                                На основании ст. ст. 70 и 71 УК РФ частично присоединено  наказание, неотбытое по приговору от 17.09.2002 года и окончательно  назначено 9 лет лишения свободы со штрафом в размере  рублей с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.  

                                                Постановлено взыскать в доход Республиканского бюджета в счет  

                                                оплаты услуг адвокатов, с Шутко Е.Н. рублей и с Калиберды А.А.  

                                                 рублей. 

                                                Заслушав доклад с\дьи Шишлянникова В.Ф., объяснения осужденных  

                                                Шутко Е.Н., Мочалова А.К., Калиберды А.А., адвоката Молчанову Н.В.,  

                                                поддержавших кассационные жалобы, мнение прокурора Шиховой Н.В.,  

                                                полагавшей оставить приговор без изменения, судебная коллегия, 

                                                УСТАНОВИЛА: 

                                                Шутко Е.Н., Мочалов А.К. и Калиберды А.А. признаны виновными в  

                                                разбойном нападении на С ., совершенном группой лиц по  

                                                предварительному сговору, с применением предметов, используемых в  

                                                качестве оружия, сопряженном с незаконным проникновением в жилище  

                                                потерпевшей, расположенное в  

                                                 а Шутко Е.Н., кроме того, 

                                                в умышленном причинении смерти С 

 

                                                В кассационных жалобах и дополнениях: 

                                                осужденный Шутко Е.Н., не соглашаясь с приговором, считает его  незаконным, необоснованным и несправедливым, а содержащиеся в нем  выводы несоответствующими фактическим обстоятельствам дела, указывает,  что уголовное дело сфабриковано на предварительном следствии, а судом  рассмотрено односторонне, с обвинительным уклоном и нарушениями  уголовно-процессуального закона и международной Конвенции о защите  прав человека и основных свобод, доводы защиты не приняты судом во  внимание, в основу приговора положены недопустимые доказательства, в  том числе явка с повинной Мочалова, в которой он оговорил его под  воздействием оперативных работников, утверждает, что не совершал  инкриминируемого преступления и не мог его совершить с названными  лицами, поскольку у него с ними были неприязненные отношения,  указывает, что в момент совершения преступления находился дома и это  подтвердили его родственники, к показаниям которых суд необоснованно  отнесся критически, считает, что в материалах дела нет доказательств его  вины, проведенные экспертизы не подтверждают его вину, поскольку носят  предположительный характер, просит отменить приговор и дело направить  на новое рассмотрение.  

                                                Осужденный Мочалов А.К., не соглашаясь с приговором, также  считает, что уголовное дело сфабриковано, явку с повинной, показания в  качестве подозреваемого, обвиняемого и при проверке на месте давал под  принуждением оперативных работников, утверждает, что при проверке  показаний на месте использовалась видеозапись, однако видеокассета не  приобщена к материалам дела, считает, что показаниям его сестры  В доверять нельзя, поскольку у нее проблемы с психикой и  памятью, утверждает о непричастности к инкриминируемому преступлению,  просит отменить приговор.  

                                                Осужденный Калиберды А.А. также считает приговор, а  содержащиеся в нем выводы не соответствующими обстоятельствам дела,  также считает судебное разбирательство односторонним, проведенным с  обвинительным уклоном и нарушениями закона, а положенные в основу  приговора доказательства - недопустимыми, утверждает о своей  непричастности к инкриминируемому преступлению, просит отменить  приговор и дело в отношении него производством прекратить.  

                                                Адвокат Алиханян Л.А., в защиту осужденного Шутко, не  соглашаясь с приговором, считает его незаконным, необоснованным,  постановленным на недопустимых доказательствах, изложенные в приговоре  выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, полагает, что вина  Шутко не доказана, Калиберды и Мочалов оговорили его под воздействием  оперативных работников, просит отменить приговор и дело направить на  новое рассмотрение.  

 

                                                Адвокат Молчанова Н.В. в интересах осужденного Мочалова А.К.  также считает незаконным и необоснованным приговор, а выводы суда в нем  не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, также считает,  что в основу приговора положены недопустимые доказательства,  перечисляет их в своей жалобе и обосновывает свои доводы относительно  недопустимости доказательств, полагает, что суд необоснованно отклонил ее  ходатайство об исключении недопустимых доказательств из материалов  дела, также указывает на то, что Мочалов явку с повинной написал в  результате применения к нему со стороны оперативных работников  недозволенных методов воздействия. Мочалов и Калиберды оговорили и  себя и Шутко на предварительном следствии. На самом же деле ее  подзащитный непричастен к преступлению, доказательств его вины в  материалах дела нет, указывает, что при проверке показаний ее  подзащитного на месте происшествия применялась видеозапись, однако  видеокассета к материалам дела не приобщена, полагает, что судом не  устранены противоречия относительно даты совершения преступления, не  установлено как и чем была убита потерпевшая, просит отменить приговор и  дело направить на новое рассмотрение.  

                                                Адвокат Шальнева Н.В. в интересах осужденного Калиберды А.А.  также считает незаконным и необоснованным приговор, а вину своего  подзащитного недоказанной, приводит аналогичные доводы, указывает о  том, что на предварительном следствии было нарушено право на защиту  Калиберды, поскольку его и Мочалова защищал один и тот же адвокат  Шелудченко, просит отменить приговор и дело направить на новое  рассмотрение.  

                                                В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель  Сиротин М.В. опровергает изложенные в жалобах доводы, просит оставить  их без удовлетворения, а приговор без изменения.  

                                                Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и  возражений, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным  и справедливым.  

                                                Вина Шутко, Мочалова и Калиберды в разбойном нападении на  С , а Шутко и в убийстве названной потерпевшей при указанных  в приговоре обстоятельствах подтверждается совокупностью исследованных  в судебном заседании доказательств: протоколами следственных действий,  заключениями экспертиз, показаниями свидетелей, а также показаниями  осужденных Калиберды и Мочалова, которые они дали на предварительном  следствии при допросах в качестве подозреваемых, обвиняемых и при  проверке их на месте совершения преступления, а также явкой с повинной  Мочалова.  

 

                                                Так, в материалах дела имеется явка с повинной Мочалова А.К. от  19.02.2005 г., в которой он в порядке ст. ст. 141, 142 УПК РФ  собственноручно письменно изложил обстоятельства содеянного, заявляя  при этом о раскаянии в содеянном и отсутствии физического принуждения  при ее написании. Будучи предупрежденным об уголовной ответственности  за заведомо ложный донос по ст. 306 УК РФ он указал о совершенном  примерно, 5-6 февраля 2005 г., совместно и по предварительному сговору, с  Шутко Е.Н. и Калибердой А.А. нападении на С . с  проникновением в ее жилище и применением насилия для завладения ее  деньгами. Указывал он и то, что лично наносил С удар ногой по  телу, участвовал в связывании рук потерпевшей, поисках и завладении  деньгами С в сумме рублей (т.1 л.д. 182-183).  

                                                Данная явка с повинной проанализирована судом и, как правильно  указано в приговоре, содержание названного документа свидетельствует о  том, что текст сообщения о преступлении написан человеком с низким  уровнем интеллекта и образования, соответствующим данным о Мочалове  А.К., поскольку изобилует орфографическими, синтаксическими и  стилистическими ошибками. Текст явки с повинной также содержит факты,  о которых следствие еще не знало (нанесение ударов ногой по телу),  поскольку данные о наличии таких ударов и возникших от них повреждений  - (переломов ребер, механизме их образования) появились позднее, лишь  22.02.2005 г. (т.З л.д. 11). Вышеперечисленные обстоятельства позволили  суду сделать вывод о том, что текст явки с повинной не мог быть  продиктован или подсказан Мочалову работниками милиции. Аналогичные  пояснения в этот же день Мочалов дал и в объяснениях  оперуполномоченному К ., при проверке сообщения в порядке ст.  144 УПК РФ.  

                                                Будучи допрошенным в качестве подозреваемого в совершении  преступления предусмотренного ст. 105 ч.1 УК РФ 20.02.2005 г. Мочалов  А.К., в присутствии защитника, т.е. в условиях исключающих незаконное  воздействие, не признавая вины в совершении убийства, дал признательные  показания о совершении им разбойного нападения. Он, в частности пояснил,  что 6 февраля 2005 г, в ходе совместного распития спиртных напитков с  Калибердой А. и Шутко Е., последний предложил пойти и «...ограбить  С , у которой дома есть деньги поддавшись уговорам..., примерно  в 20 часов, втроем пошли к ней домой. Шутко постучал в дверь сказав, что  его прислала мать, занять денег. Они с Калибердой прятались за углом.  С открыла и Шутко зашел в дом, через минуту и они тоже зашли в  дом. С уже лежала на полу, возмущалась. Шутко велел им искать  деньги. По просьбе Шутко он взял шнур от чайника и втроем они связали  С руки. Он видел, как ... Шутко ударил С палкой по голове...,  стали искать деньги. В шкафу он нашел деньги, а Шутко нашел деньги в кровати. Видел, что Шутко наносил С удары по голове основанием  настольной лампы, Они помогли Шутко завернуть С в ковер, который  Шутко завязал ранее найденной им веревкой, и забросал вещами. С  Калибердой они некоторое время ожидали Шутко на улице. Когда тот  вышел,, то сообщил им что вылез через окно, подперев дверь изнутри  холодильником. Потом они пошли вниз села, по дороге Шутко купил 2  бутылки водки, деньги поделили» (т. 1 л.д. 207-213).  

                                                В дальнейшем в этот же день, при проверке показаний с выходом на  место происшествия, в присутствии понятых и своего адвоката, Мочалов  подробно рассказал о содеянном, подтвердив ранее данные показания, при  этом уточнил, что Шутко, при входе в дом несколько раз ударил С  дубинкой, и, что «... он тоже подошел и ударил ей (С ) ногой по телу  несколько раз...» (т. 1 л.д. 242-256).  

                                                При допросе в качестве обвиняемого по ст. 162 ч.З УК РФ, Мочалов  А.К. также подтвердил указанные выше обстоятельства, дополнив, что «... у  Шутко с собой была палка небольшого размера, которую он держал под  курткой.... и что этой палкой в их присутствии Шутко несколько раз ударил  С по голове, ... что проходя мимо, он (Мочалов) один, а не несколько  раз, как говорил ранее, «... пнул ее тело своей ногой...». В остальном он дал  пояснения идентичные вышеприведенным показаниям (т.2 л.д. 88-94).  

                                                Таким образом, в вышеприведенных показаниях Мочалов не только  признавал вину в целом, но признавал осведомленность вооруженности  Шутко палкой, предназначенной для применения в отношении С ,  что охватывалось их договоренностью о применении к ней насилия.  

                                                В свою очередь, будучи допрошенным 19. 02. 2005 г. в качестве  подозреваемого по ст. 105 ч. 1 УК РФ, после разъяснения положений ст. 51  Конституции РФ Калиберда А.А, в присутствии адвоката, т.е. в условиях  исключающих незаконное воздействие с целъю принуждения к даче  необъективных показаний, не признавая сговора и участия в убийстве,  пояснил, что примерно 5-6 февраля, к нему пришел Шутко Е.Н. и предложил  ограбить одинокую С ., у которой имеются деньги. 06.02.2005 г.,  примерно в 19 часов, Шутко пришел к нему с водкой. Он позвал соседа- Мочалова А.К. В процессе распития спиртного Шутко предложил  участвовать в ограблении С и Мочалову, на что тот согласился. «... У  Шутко была дубинка размером, примерно 50 см, он прятал ее под курткой...,  Шутко перелез через забор и открыл им калитку. Они спрятались за угол, а  Шутко постучал, сказав, что его послала мать, занять денег. С  открыла, они вошли следом за Шутко..., Шутко достал дубинку и несколько  раз ударил С по голове, по предложению Шутко они связали  С руки шнуром от чайника, найденным Мочаловым и стали искать  деньги, ...подошел Мочалов и два... раза ударил С по телу ногой...,  Шутко взял где-то настольную лампу и ударил ею по голове С .  

 

                                                Деньги искали они с Мочаловым, а Шутко был с бабкой. Шутко и Мочалов  обнаружили по рублей, соответственно под матрасом и в шкафу.  По предложению Шутко они завернули С в ковер, который обвязали  бельевой веревкой. Признаков жизни С не подавала. Они с  Мочаловым ушли первыми, потом подошел Шутко, сказав, что подпер  входную дверь холодильником и вылез через окно, выбив одну створку возле  входной двери.. В продуктовом магазине в районе ул. (что в  дальнейшем нашло свое подтверждение о чем до дачи этих пояснений  сотрудники милиции не могли знать), купили две бутылки водки. После  чего, поймав машину, поехали в центр села. Шутко дал ему рублей,  которые он потратил. Дубинка все время была при Шутко. Во время  преступления он был в синем бушлате, (на данном бушлате в последствии  была найдена кровь, происхождение которой от С не исключается).  На следующий день он пошел домой к Шутко, по тот обещал дать  еще денег, но его мать сказала что он в «бегах» (т.1 л.д. 193-199).  

                                                Аналогичные показания Калиберда дал 20.02.2005 г., при проверке их  с выходом на место происшествия, в присутствии понятых и защитника, т.е.  в условиях, исключающих влияние сотрудников милиции, рассказав о  содеянном указал конкретные места, где они прятались с Мочаловым в  момент, когда Шутко стучал в дверь. Указал где, куда, как и сколько  наносилось ударов С по голове (уточнил, что один удар, когда  Шутко вошел в дом, затем еще два, когда С упала и лежала на полу),  каким образом связывались ее руки (пояснил что лично держал руки, когда  Шутко связывал их), каким образом Шутко подпирал двери холодильником  и т.д. (т.1 л.д. 222-239).  

                                                При допросе 24.02.2005 г. в качестве обвиняемого по ст. 162 ч.З УК  РФ Калиберда, признавая это обвинение, вновь в присутствии защитника,  подтвердил указанные выше показания уточнив, что во время нападении  Мочалов два раза ударил С ногой по телу (что соответствует  пояснениям об этом самого Мочалова), и что Шутко наносил удары по  голове С основанием настольной лампы. Причем этот факт нашел  свое объективное подтверждение позднее (28.04.2005 г. при проведении по  делу дополнительной судебно-медицинской экспертизы т.З л.д.20-25), что,  как правильно указано в приговоре, свидетельствует о достоверности  соответствующих показаний осужденных, поскольку кроме лиц,  непосредственно участвовавших в данном преступлении никто не мог знать  о таких деталях (т.2 л.д. 77-83).  

                                                В ходе дополнительного допроса 23.03.2005 г. Калиберда, не отрицая  своего участия в преступлении, без объяснения мотивов и, как полагает суд,  с целю облегчения своей ответственности за содеянное, приуменьшив свою  роль в преступлении, стал утверждать, что между ним, Мочаловым и Шутко  была договоренность только на кражу, сговора об убийстве не было, дубинку у Шутко он увидел уже в момент ее применения в отношении С ,  руки ей связывали Мочалов и Шутко, а удары С наносил только  Шутко (т.2 л.д. 179-182).  

                                                Эти признательные показания осужденных Мочалова и Калиберды,  как согласующиеся между собой, совпадающие в деталях и соответствующие  другим добытым доказательствам, в том числе объективным, суд  обоснованно положил в основу приговора.  

                                                В дальнейшем, при дополнительном допросе 22.04.2005 г., Калиберда  отказался от всех ранее данных показаний, заявив, что они добыты  незаконным путем.  

                                                Заявления Калиберды и Мочалова о применении к ним незаконных  методов расследования неоднократно проверялись как в ходе  предварительного следствия, так и судом и обоснованно признаны  несостоятельными с приведением в приговоре мотивов такого вывода со  ссылкой на соответствующие доказательства.  

                                                Доводы защиты о том, что первичные признательные показания Мочалова и Калиберды получены с нарушением их права на защиту, поскольку,  якобы, при наличии противоречий в их позициях, их не должен был  защищать один адвокат - Шелудченко В.И., суд обоснованно признал  несостоятельными. Ссылка стороны защиты на заключение  валификационной комиссии адвокатской палаты Ставропольского края о  нарушении Шелудченко В.И. требований закона об адвокатуре, кодекса  адвокатской этики, ч. 6 ст. 49 УПК РФ при осуществлении защиты Мочалова  и Калиберды неправомерна и несостоятельна. В соответствии с  действующим законодательством - ст. ст. 49 ч. 6 и 72 ч. 1 п.З УПК РФ, одно  и тоже лицо не может быть защитником двух подозреваемых или  обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого,  а обстоятельством исключающим участие защитника в производстве по  уголовному делу является то, что он «...оказывает юридическую помощь  лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им  подозреваемого, обвиняемого...». Данных обстоятельств по настоящему делу  не имеется. При осуществлении Шелудченко В.И. защиты одновременно  Мочалова и Калиберды, никаких нарушений норм уголовно- процессуального закона не допущено, так как противоречий в интересах  Мочалова и Калиберды, как это предусматривает закон, не было (ни  Калиберды, ни Мочалов не признавали себя виновными в убийстве,  изобличали в содеянном Шутко, давали последовательные показания о своем  участии в разбое). Опровергая доводы стороны защиты о якобы допущенных  нарушенгиях прав Мочалова и Калиберды, суд обоснованно указал в  приговоре, что вывод о том, нарушены ли права на защиту Мочалова и  Калиберды при данных обстоятельствах по конкретному уголовному делу вправе делать только суд, а не адвокатская палата своим ведомственным  актом, причем не основанным на материалах уголовного дела.  

                                                Из пояснений в суде адвоката Шелудченко В.И. следует, что  ознакомившись с явкой с повинной Мочалова, объяснениями Мочалова и  Калиберды, не усмотрев противоречий в их интересах с учетом их  совпадающих показаний, он посчитал возможным осуществить защиту их  обоих и участвовал в первоначальных допросах и проверках показаний с  входом на место, удостоверив правильность отраженного в протоколах  следственных действий, причем он уточнил, что 19.02.2005 г. Мочалов на  его вопрос будет ли он давать показания отказался сегодня давать показания,  сказав, что еще подумает, дав их на следующий день. Шелудченко показал,  что ни Мочалов, ни .Калиберды никаких жалоб, включая о состоянии  здоровья, не высказывали, видимых телесных повреждений у них не было.  Он уточнил, что именно по его устному-ходатайству следователь согласился  провести освидетельствование подозреваемых. Он также, давая показания об  обстоятельствах осуществления следственных действий, т.е. опровергая  осужденных, заявил, что никто из них чистых бланков не подписывал. Все  следственные действия, в которых он значится защитником, осуществлялись  с его и подзащитного участием. Доводы защиты, что противоречия в  позициях Мочалова и Калиберды выразились в их разном отношении к  вопросу о мере пресечения, при избрании ее в суде, не состоятельны,  поскольку Мочалов действительно не признавал обвинения по ст. 105 ч.1 УК  РФ, давая признание лишь о соучастии в разбое. Аналогичной позиции  придерживался и Калиберды. То, что он не возражал против заключения под  стражу при рассмотрении этого вопроса в суде, не свидетельствует об  изменении его позиции по существу признаваемых им деяний.  

                                                Таким образом, суд обоснованно не усмотрел нарушений закона при  допросах Мочалова и Калиберды на предварительном следствии, в том числе  их прав на защиту.  

                                                Помимо приведенных выше признательных показаний осужденны  Мочалова А.К. и Калиберды А.А., их и Шутко Е.Н. доводы о непричастности  к инкриминированным деяниям опровергаются, а вина подтверждается  следующими доказательствами:  

                                                - протоколом осмотра места происшествия от 11 февраля 2005 года,  согласно которому в доме № по ул. с. ,  

                                                 района края обнаружен труп С .  обернутый в ковер с телесными повреждениями и со связанными руками, а  также зафиксировано нарушение в доме порядка, то что холодильником  была задвинута дверь в комнату где был труп, что у входной двери в дом  справа выбита фанерная створка окна (что подтверждало заявления  осужденных о поиске денег, связывании рук потерпевшей, сообщения о том,  что сделал Шутко перед покиданием места преступления). Были изъяты и в дальнейшем приобщены к делу: основание настольной лампы, (которой как в  последствии было установлено, С были причинены повреждения в  области головы), шнур от электрочайника, которым С связали руки,  шнур от лампы, бельевая веревка, лоскут ткани, шерстяные варежки, рабочие  парусиновые перчатки, черные кожаные перчатки, (на которых позднее  обнаружен пот, происхождение которого от Калиберды, Мочалова и Шутко  не исключается.), шнур от электрочайника, хирургическая резиновая  перчатка (на которых позднее была обнаружена кровь человека с примесью  пота, происхождение которых от Калиберды, Мочалова и Шутко не  исключается).  

                                                Обстановка на месте преступления, характер видимых повреждений  на трупе подтверждает факт разбойного нападения и убийства С  

                                                (т. 1л.д.6-29); 

                                                - заключением судебно-медицинской экспертизы № от 28.04.2005  г., согласно которому, смерть С наступила в результате  закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся ушибом головного  мозга с кровоизлияниями под его оболочки. Обнаруженные при  исследовании трупа С четыре ушибленные раны на волосистой части  головы образовались от воздействия твердого тупого предмета, имеющего  грань не более 0,3 см, за несколько минут - 2-4 часа до момента наступления  смерти, обычно у живых лиц квалифицируется как тяжкий вред здоровью и  находится в прямой причинной связи с наступившей смертью. Количество  ударов было не менее четырех. Переломы 7-8 ребер справа образовались,  наиболее вероятно, в результате удара тупым твердым предметом, каким  может быть рука, нога или иной твердый предмет, за несколько минут - часов до момента наступления смерти, обычно у живых лиц  квалифицируется как средний вред здоровью и в прямой причинной связи с  наступлением смерти не находятся. Количество ударов было не менее двух  (т. 3 л.д. 12-16);  

                                                - заключением дополнительной судебно- медицинской экспертизой №  380 от 28.04.2005 года, согласно которому обнаруженные при исследовании  трупа С четыре ушибленные раны на волосистой части головы  могли образоваться от ударов представленным на исследование основанием  настольной лампы (т. 3 л.д. 24-25). Данное заключение эксперта  подтверждает показания Калиберды А.А. и Мочалова А.К. о предмете  используемым в качестве орудия преступления. Тем самым объективно  подтверждаются приведенные выше показания Мочалова и Калиберды о  нанесении Шутко ударов по голове С , и что достоверно никто кроме  исполнителей не мог знать;  

                                                - протоколом обыска в домовладении Калиберды, в ходе которого  был обнаружен и изъят его бушлат с меховым воротником и подкладкой  

 

                                                (называемый так же курткой, пальто), который затем подвергся экспертному  исследованию) (т.2 л.д. 18-19);  

                                                - заключением судебно-биологической экспертизы № от 15.03.2005  года, согласно которому, на шнуре от лампы, настольной лампе, обрезках  бельевой веревки, лоскуте материи, шерстяных варежках, рабочих  парусиновых перчатках (изъятых на месте происшествия), обнаружен пот,  происхождение которого от Калиберды, Мочалова и Шутко не исключается.  На подкладке бушлата Калиберды и в подногтевом содержимом пальцев рук  Калиберды обнаружена кровь человека, происхождение которой от  С не исключается. На шнуре от электрочайника, хирургической  резиновой перчатке обнаружена кровь человека с примесью пота,  происхождение которых от Калиберды, Мочалова и Шутко не исключается.  На внутренней поверхности черных кожаных перчаток найден пот,  происхождение которого от Шутко не исключается, только в смеси с потом  человека 3 группы крови, (это обстоятельство не исключает совершения  преступления Шутко поскольку он не признавал своего участия в этом  преступлении и, следовательно, о происхождении перчаток, которые мог  носить не только он). В смывах с наружной поверхности этих перчаток, в  отдельных пятнах обнаружен пот, происхождение которого от Калибрды и  Мочалова не исключается. В подогтевом содержимом пальцев левой руки  Мочалова обнаружена кровь человека, происхождение которой от С 

                                                 не исключается (т. 3 л.д. 117-129). 

                                                Как пояснила в судебном заседании эксперт-биолог Г  разъясняя экспертизу, для того, чтобы обнаружить кровь в подногтевом  содержимом необходимо чтобы было обильное кровотечение и чтобы это  лицо активно взаимодействовало с кровью, а не просто прикасалось, чем  опровергла утверждения Мочалова о том, что это якобы его кровь, поскольку  Мочалов на вопросы в суде говорил, что никаких телесных повреждений,  влекущих обильное кровотечение у него не было. Лишь услышав данные  пояснения эксперта Мочалов пояснил, что якобы у него был разбит нос, о  чем никогда ранее не заявлял и что противоречит заключению его судебно- медицинского освидетельствования, согласно которому никаких телесных  повреждений у него 21.02. 2005 г. не имелось. Эксперт так же разъяснила  противоречие в последнем абзаце выводов экспертизы, пояснив, что вывод  об отсутствии крови на бушлате Калиберды относился лишь к его наружной  части, на внутренней поверхности его была обнаружена и идентифицирована  кровь;  

                                                оглашенными в судебном, заседании, согласно ст. 281 ч.З УПК РФ,  показаниями свидетеля В сводной сестры Мочалова А.К.,  пояснившей при допросе 02.03.2005 г., что «... в начале февраля ее брат  пошел в отпуск и находился дома..., в это время к ним домой стал приходить  Шутко Е., о котором она знала, что он плохой человек. Брат дружил с  

 

                                                К , к ним домой приходил сосед Калиберда А...., 6 февраля, в  воскресенье, к ним пришел Калиберда А. и позвал брата, они куда-то  уходили. Она легла спать и больше в этот день брата не видела,... 12 февраля,  когда стало известно об убийстве С , вечером к ним домой, в  отсутствие брата, пришел Шутко Е., спрашивал где брат, кричал на нее,  требовал сообщить где он находится. В тот день, когда А забрали в  милицию, к ним домой прибежал Шутко Е., который был в нервном  состоянии. Она сообщила, что А забрали в милицию, а Шутко  растерялся и стал выяснять подробности, нервничал. Так же приходил  Калиберда А., искал брата, и тоже был нервным. По указанию брата,  просившего говорить, если придут Шутко или Калиберда, что его нет дома,  она говорила, что его нет дома. Позже она догадалась, что они вместе  совершили преступление и поэтому нервничали (т.2л.д. 126-130).  

                                                В ходе последующего допроса 28.02.2005 г.  существенно изменила показания, вновь подтвердив, что Шутко Е. был  знаком с братом и в феврале 2005 г. трижды приходил к ним домой (что  отрицал Мочалов), она указала существенно иной круг общения брата  пояснив, что в него входили «Ш », С , фамилии которого не знает и  Калиберда А. Она уточнила, что 05 февраля, в день встречи выпускников,  (что объективно подтверждается материалами дела), к ним приезжали и  оставались ночевать двоюродный брат - К и его друг Т  ( ). Как заявила В на следующий день (6.02.2005 г.)  они вдвоем (с Мочаловым) весь вечер были дома. Никто к ним не приходил  и брат никуда не уходил, (т.е. опровергала утверждения Мочалова о  «свидетелях его алиби» - Е , Ч , Ш ). Она вновь  подтвердила, что по просьбе брата говорила искавшему его Шутко, что того  нет дома ( т.2 л.д. 248-250). В судебном заседании она полностью отказалась  от приведенных выше показаний, сославшись на то, что якобы таких  показаний не давала, не читала протокол, страдает заболеванием,  сказывающимся на возможности запоминания событий, самостоятельно  плохо ориентируется в окружающей обстановке. В частности она  продолжила изменение своих первоначальных показаний в сторону  подтверждения версии брата об алиби, и без приведения веских доводов  изменения г оказаний, стала утверждать, что 6 февраля брат был дома весь  вечер и ночь - совместно с пришедшими Ш , Е и Ч  смотрели видеофильмы, отрицала приход к ним домой Шутко.  

                                                Однако такое изменение ее показаний суд обоснованно расценил как  попытку помощи брату избежать ответственности за содеянное, поскольку  допрошенный в судебном заседании свидетель Р показал, что  при даче показаний В была адекватна, знакомилась с  содержанием протоколов, своей подписью удостоверила ознакомление с содержанием своих показаний и правильность их отражения, (что  объективно подтверждается имеющимися в протоколах отметками).  

                                                Для исключения какой-либо возможности влияния заболевания  В на существо ее показаний, по делу была проведена  психолого-психиатрическая экспертиза в ходе которой, по заключению  комплексной амбулаторной психолого-психиатрической экспертизы №  от 07.06.2006 г., поведение В на экспертизе носило явно  установочный характер т.е. она грубо симулировала, демонстративно и  нарочито отвечала на вопросы экспертов и т.д., что само по себе  свидетельствует о достаточном уровне интеллекта с тем, чтобы  симулировать и давать значимые для дела показания и об отсутствии  внушаемости. В результате такого поведения В врачи - эксперты не смогли сделать какого- либо категоричного вывода о ее  состоянии;  

                                                - показаниями свидетеля К брата осужденного  Калиберды, заявившего, вопреки утверждениям осужденных, что они  контактировали между собой, и подтвердившего содержание оглашенных  государственным обвинителем протоколов своих допросов на  предварительном следствии, где он заявлял о том, что 06.02.2005 г. не  ночевал дома и, следовательно, не может подтвердить алиби своего брата.  Более того, он косвенно опроверг заявления брата, о том, что он 06.02.2005  года, якобы, находился дома, поскольку подтвердил то, что лично от  В слышал, что ее брат с Шутко Е. и Калибердой А. вечером  06.02. 2005 г., втроем куда-то уходили из дома.  

                                                Таким образом, как правильно указано в приговоре, из независимого  источника подтверждаются первоначальные показания В ,  опровергающие алиби ее брата Мочалова А.К., от которых она пыталась  отказаться в судебном заседании, что свидетельствует об обоснованности их  оценки судом как достоверных.;  

                                                - показаниями свидетеля Р , оглашенными согласно ст. 281 ч.З  УПК РФ, из которых следует, что 06 февраля 2005 года, в воскресенье, она  совместно с С находилась на рабочем месте в магазине .  Примерно в 21 час в магазин пришли трое парней, ранее ей знакомых,  которые находились, как ей показалось, в состоянии алкогольного  опьянения. Калиберды и Мочалов и Е (мать В , проживают на  ул. ), приобрели в магазине спиртное и сигареты, за которые  расплачивался Шутко Е.Н..(т. 2 л.д. 132-135);  

                                                - аналогичными показаниями свидетеля С . на  предварительном следствии от 02.03.2005 г., оглашенными согласно ст. 281  ч.З УГЖ РФ (т. 2 л.д. 122-125). В судебном заседании, хотя свидетель и не  смогла назвать дату прихода в магазин подсудимых, но подтвердила факт их совместного прихода в магазин в начале февраля 2005 г. (что осужденные в  судебном заседании категорически отрицали).  

                                                Показания свидетелей Р и С , как соответствующие  другим доказательствам, в том числе признанным достоверными показаниям  Калиберды А.А. и Мочалова А.К., суд признал соответствующими  действительности, тем более что в них указываются такие доводы по  конкретному определению даты прихода подсудимых в магазин (6 февраля),  которые перепутать не возможно - как график работы - два дня работы, два  отдых (а не 4 на 4 дня) в тот день работу закончили раньше, это было  воскресенье, этот день был следующим после вечера встречи выпускников  (дата которого достоверно известна - 05.02. 2005. г.);  

                                                - показаниями свидетеля Е от 29.04.2005 г. оглашенными  согласно ст. 281 ч.З УПК РФ, в которых он, опровергая алиби Мочалова А.,  пояснил, что был у Мочалова совместно с Ч и Ш  не 6 февраля 2005 г. как утверждал в судебном заседании Мочалов, а в день  встречи выпускников, причем уточнил конкретизацию даты тем, что это  была первая суббота месяца т.е. 05 февраля 2005 г (т.4 .л.д. 21-23);  

                                                - показаниями свидетеля Ш от 11 03. 2005 г. и 28.04. 2005  г., оглашенными в соответствии со ст. 281 ч.З УПК РФ, согласно которым не  5 февраля, как утверждает Е ., а 3 февраля он совместно с Е  и Ч был в гостях у Мочалова и они смотрели видеофильмы до 23  часов. В дальнейшем он уточнил, что 05. 02. 2005 г. он видел Мочалова в  автомашине « » с каким-то парнем. Мочалов говорил ему, чтобы он  не приходил к нему в этот день, а виделся ли он с Мочаловым 06.02.2005 г.  не помнит, т.е. также опроверг алиби выдвинутое Мочаловым. (т.2 л.д. 148- 150, 238-240). 13 мая 2005 г., на очной ставке с . Ш , не  смотря на то, что Ч утверждал, что якобы они с Ш и Е  были весь вечер 06.02.2005 г. в гостях у Мочалова, не подтверждал этого.  

                                                Свидетель В в своих показаниях, которые даны уже  после выдвижения версии об алиби Мочалова и содержат часть этой версии,  о нахождении у них дома, вечером 5 февраля, К и Д  

                                                ., в категоричной форме заявила, что 6 февраля они с братом находились  дома одни, Мочалов никуда не отлучался, никто к ним не приходил, т.е.  опровергала показания Ч , Ш , Е в судебном заседании (л.д.  249 т.2).  

                                                Анализ показаний свидетелей об алиби Мочалова данных свидетелем  К . и Д , (брата и друга Мочалова), В .,  сопоставление их с приведенными показаниями осужденного, свидетелей  Ш , Ч , Е , свидетельствует о наличии в них неустранимых  противоречий в отдельных деталях и подтверждает вывод суда о  надуманности этой версии.  

 

                                                Судом тщательно проверено и опровергнуто с приведением в  приговоре доказательств выдвинутое осужденным Шутко алиби о том, что  он совершить инкриминируемых преступлений не мог, поскольку, якобы,  вечером 06.02.2005 г. находился дома и никуда не отлучался  

                                                В судебном заседании было установлено, что только семья Шутко  контактировала с потерпевшей С , и, следовательно, только он мог  предложить совершение нападения на одинокую С и только ему она  могла открыть дверь, когда он сообщил о приходе по поручению матери, о  чем изолировано друг от друга показали Мочалов А.К. и Калиберды А.А.  

                                                Указанное соответствует пояснениям свидетеля К .  подтвердившей, что С вела замкнутый образ жизни даже знакомых  редко пускала к себе в дом, пенсию получала на улице, открывала только  знакомым.  

                                                Проверялась судом и была обоснованно опровергнута с приведением  в приговоре убедительных доводов версия стороны защиты о совершении  преступления другими лицами.  

                                                Указанная версия защиты проверялась и не наша своего объективного  подтверждения и в ходе предварительного расследования, о чем в  материалах дела имеется постановление следователя прокуратуры  

                                                 от 18.11.2005 г. об отказе в возбуждении уголовного 

                                                дела по ст. 105 ч.2 УК РФ в отношении К ., К и  П на основании ст. 24 ч. 1 п.2 УПК РФ (т. 6 л.д. 184-185).  

                                                Необоснованными являются доводы стороны защиты и о том, что по  делу не устранены противоречия относительно даты смерти потерпевшей  С .  

                                                В судебном заседании защита ссылаясь на приобщенную копию  свидетельства о смерти С ., из которой следует, что она умерла  05 февраля 2005 г. Однако, как установлено в судебном заседании,  свидетельство о смерти выдается на основании соответствующего  заключения (справки) отделения СМЭ, которой в  

                                                 ЗАГСе в период рассмотрения уголовного дела не имелось.  

                                                Из заключения судебно медицинской экспертизы № от 28.04 2005  г. следует, что смерть С наступила за 5-7 дней до вскрытия (12  февраля 2005 г.), т.е. точная дата судебным медиком не указывалась. На  запрос суда судебно-медицинский эксперт П сообщил, что  копии справки о смерти в отделении СМЭ не сохранилось и  что в ЗАГС сообщалась примерная дата смерти С -5-7 февраля 2005  г, и, как он полагает, работники ЗАГСа вписали в свидетельство первый из  возможных дней смерти С Между тем, указанная в  свидетельстве о смерти дата смерти , как производная от заключения СМЭ,  не может являться достоверным доказательством дня гибели С , поскольку это прерогатива только органов предварительного следствия и  суда, а сомнений у суда в дате смерти С не имелось.  

                                                Доводы адвоката в жалобе о том, что в судебном заседании  исследовались недопустимые доказательства, являются несостоятельными,  они опровергнуты судом в постановлении от 19.06.2006 г., в котором  подробно изложены основания и мотивы, в силу которых, указанные  стороной защиты доказательства, не признаны недопустимыми.  

                                                С выводами суда, изложенными в указанном постановлении, судебная  коллегия считает необходимым согласиться.  

                                                Тщательно исследовав представленные сторонами доказательства и  дав им надлежащую оценку в приговоре, суд обоснованно пришел к выводу  о доказанности вины ос)окденных Шутко Е.Н., Мочалова А.К. и Калиберды  А.А. в разбойном нападении на С , совершенном группой лиц по  предварительному сговору, с применением предметов, используемых в  качестве оружия, сопряженном с незаконным проникновением в жилище  потерпевшей, а Шутко Е.Н., кроме того, в умышленном причинении смерти  С  

                                                Действиям осужденных дана судом правильная юридическая оценка. 

                                                Нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли или  могли повлиять на постановление законного, обоснованного и  справедливого приговора, по делу не установлено.  

                                                Наказание всем осужденным назначено в соответствии с  требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности  совершенного преступления, данных о личности виновных и всех  обстоятельств дела, оно является справедливым и смягчению не подлежит.  

                                                Оснований для отмены приговора в том числе по доводам жалоб, не  имеется.  

                                                Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388, 463  УПК РФ, судебная коллегия  

                                                ОПРЕДЕЛИЛА: 

                                                приговор Ставропольского краевого суда от 26 декабря 2006 года в  отношении Шутко Е Н , Мочалова А  К и Калиберды А А оставить без  изменения, а кассационные жалобы,- без удовлетворения.