ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 67-АПУ 18-25 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 6 декабря 2018 г.  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе  

председательствующего Иванова Г.П. судей Зеленина СР. и Зыкина В.Я. при секретаре Быстрове Д.С. с участием прокурора Кривоноговой Е.А., адвоката Гарина М.А. 

рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционному  представлению государственного обвинителя Привалихина Н.П.,  апелляционной жалобе потерпевшей Л. на постановление Новосибирского областного суда от 24 сентября 2014 года в отношении  ФИО1  

Заслушав доклад судьи Зеленина СР., выступления прокурора  Генеральной прокуратуры Кривоноговой Е.А., поддержавшей доводы  апелляционного представления государственного обвинителя об отмене  постановления суда, защитника Гарина М.А., просившего представление и  жалобу оставить без удовлетворения, судебная коллегия  

УСТАНОВИЛА: 

постановлением Новосибирского областного суда от 24 сентября 2014  года прекращено уголовное дело в части обвинения Мошкова Виктора  Андреевича в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст.  105 УК РФ, и уголовное преследование Мошкова В.А., обвиняемого в  совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в  связи с истечением сроков давности уголовного преследования на основании  п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.  

В апелляционном представлении государственный обвинитель  Привалихин Н.П. утверждает, что решение суда о прекращении уголовного  дела по обвинению ФИО1 в совершении преступления,  предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, по указанным основаниям  противоречит требованиям закона.  

Считает, что принимая решение о прекращении уголовного дела по п.  «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, суд не дал оценки допущенным в ходе досудебного  производства нарушениям уголовно-процессуального закона и  процессуальных прав участников судебного разбирательства, в том числе  законности прекращения органами расследования уголовного дела  возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 126  УК РФ, по факту безвестного исчезновения Б. и Л. 

В связи с этим находит неверным решение суда о незаконности  возобновления производства по данному обвинению, соединения уголовных  дел в отношении ФИО1, а также о незаконности привлечения ФИО1 к  уголовной ответственности по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ - как принятых за  рамками установленного срока давности привлечения его к уголовной  ответственности по преступлению, в связи с которым было возбуждено  уголовное дело.  

Считает, что обжалуемым судебным решением нарушен общий  порядок исчисления сроков давности привлечения лица к уголовной  ответственности, создаются препятствия органам следствия к привлечению  ФИО1 к уголовной ответственности за убийство двух лиц, нарушаются  конституционные права пострадавших и их родственников. Полагает, что  допущенные органами следствия нарушения уголовно-процессуального  закона при возбуждении уголовного дела и его прекращении, создавали  препятствия к рассмотрению дела в этой части судом и являлись основанием  к возвращению дела прокурору.  

Просит постановление суда в указанной части отменить, дело в  соответствии со ст. 237 УПК РФ направить прокурору для устранения  

препятствий его рассмотрения судом. При этом автор представления не  конкретизирует, какие препятствия следует устранить и какими мерами.  

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней потерпевшая  Л. считает принятое судом решение незаконным, затрудняющим ей доступ к правосудию. Ошибка следствия, не возбудившего  своевременно уголовное дело по факту убийства ее сына - Л. а также Б. по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, не давала суду оснований к принятию решения о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1  по указанным основаниям.  

Считает, что суд фактически применил сроки давности уголовного  преследования к ч. 1 ст. 126 УК РФ, оставив без обсуждения сроки давности  по преступлению, предусмотренному п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, просит об  отмене постановления суда.  

В возражениях на апелляционное представление государственного  обвинителя на постановление суда от 24 сентября 2014 года, законный  представитель ФИО1 и адвокат Гарин М.А. считают постановление законным и обоснованным, просят оставить его без  изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.  

Проверив материалы дела, судебная коллегия находит постановление  суда подлежащим отмене по следующим основаниям.  

Прекращая уголовное дело в отношении ФИО1 по п. «а» части  2 ст. 105 УК РФ в связи с истечением сроков давности, суд первой инстанции  сослался на то, что уголовное дело по факту безвестного исчезновения Б. и Л. было возбуждено 27 мая 1998 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 126 УК РФ, и законно и  обоснованно прекращено 22 декабря 2008 года за истечением срока давности,  предусмотренного п. «в» части 1 ст. 78 УК РФ для указанного тяжкого  преступления.  

Обращая внимание на то, что уголовное дело как в отношении  ФИО1, так и в связи с исчезновением Б. и Л. по п. «а» части 2 ст. 105 УК РФ не возбуждалось, суд делает вывод о том, что  изменение квалификации преступления на более тяжкую норму закона могло  иметь место лишь в пределах срока давности, установленного для  преступления, по которому велось предварительное следствие. Поскольку  этот срок истек до направления дела в суд, уголовное дело подлежит  прекращению в соответствии с п. 1 ст. 254 УПК РФ.  

Указанные выводы суда не в полной мере основаны на действующих  нормах закона.  

Статьей 78 УК РФ установлено, что срок давности привлечения к  уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления составляет  десять лет после его совершения, а за совершение особо тяжкого  преступления - пятнадцать лет. Вопрос о применении сроков давности к  лицу, совершившему преступление, наказуемое пожизненным лишением  свободы, решается судом.  

Установление законодателем более продолжительных сроков давности  привлечения к уголовной ответственности в зависимости от повышения  тяжести преступления (пп. «а» - «г» части 1 и части 4 и 5 ст. 78 УК РФ) не  исключает, а предполагает, что в случае выявления органом, возбудившим  уголовное дело по менее тяжкому преступлению, в ходе расследования  признаков более тяжкого преступления, расследование его обстоятельств  должно быть продолжено с учетом того срока давности, который установлен  для этого преступления. Лишь при таких условиях орган предварительного  расследования может выполнить возложенную на него обязанность  осуществить от имени государства уголовное преследование в целях  обеспечения неотвратимости ответственности виновных и защиты прав  граждан, пострадавших от преступлений.  

Поскольку в действиях обвиняемого ФИО1 были выявлены  признаки преступления, предусмотренного п. «а» части 2 ст. 105 УК РФ, для  которого закон не установил срока давности, являющегося основанием для  прекращения уголовного дела в стадии предварительного расследования (ч. 4  ст. 78 УК РФ), руководитель следственного органа 7 мая 2013 года  обоснованно отменил постановление о прекращении уголовного дела,  возобновил производство по делу и соединил это дело с иными уголовными  делами, которые на тот момент расследовались в отношении ФИО1 8  мая 2013 года ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении  преступления, предусмотренного п. «а» части 2 ст. 105 УК РФ.  

Такие действия органа предварительного следствия не противоречат  положениям действующих уголовно-процессуальных норм.  

Иное толкование закона, в том числе изложенное в обжалуемом  постановлении суда о возможности изменения квалификации на более  тяжкое обвинение лишь в пределах срока давности преступления, по  которому возбуждено уголовное дело и первоначально велось  предварительное следствие, означало бы отказ от уголовного преследования  лица, причастность которого к совершению преступлений повышенной  тяжести установлена в ходе следствия, на основании одной лишь  

предполагаемой и опровергнутой последующим расследованием дела  квалификации преступления, данной на этапе возбуждения уголовного дела,  когда обстоятельства преступления в силу объективных причин не могут  быть установлены с достаточной полнотой.  

То обстоятельство, что уголовное дело по п. «а» части 2 ст. 105 УК РФ  в отношении ФИО1 или по факту исчезновения Б. и Л.., не возбуждалось, в данном деле не имеет существенного значения, поскольку органами предварительного расследования по существу  расследовались одни и те же (первоначально - по части 1 ст. 126 УК РФ, в  дальнейшем - по п. «а» части 2 ст. 105 УК РФ) обстоятельства, послужившие  причиной исчезновения потерпевших.  

Таким образом, инкриминированные ФИО1 по п. «а» части 2 ст. 105  УК РФ действия не образуют преступление, самостоятельное от  обстоятельств, по поводу которых было возбуждено уголовное дело, а  являются их установленной частью, что, по смыслу неоднократно  выраженной Конституционным Судом Российской Федерации позиции  (определения от 23 декабря 2014 года № 300 8-0, от 20 апреля 2017 года №  865-0, от 27 февраля 2018 года № 264-0 и др.), не предполагает обязанности  возбуждения нового уголовного дела.  

По изложенным мотивам, постановление о прекращении уголовного  дела и уголовного преследования является незаконным, подлежит отмене, а  дело в части обвинения ФИО1 в совершении преступления,  предусмотренного п. «а» части 2 ст. 105 УК РФ - передаче на новое судебное  разбирательство.  

Возражения защитника Гарина М.А. по поводу пропуска срока  обжалования постановления суда не могут быть признаны обоснованными и  препятствующими пересмотру обжалованного постановления суда в  апелляционном порядке.  

Пропуск срока апелляционного обжалования постановления о  прекращении уголовного дела от 24 сентября 2014 года был вызван  уважительными для сторон причинами - ошибочным указанием в  постановлении о возможности его обжалования лишь одновременно с  обжалованием итогового судебного решения по делу. Постановление суда о  прекращении уголовного дела и уголовного преследования в силу п. 53 ст. 5  УПК РФ само является итоговым судебным решением, подлежащим  обжалованию в апелляционном порядке в предусмотренный ст. 389 УПК РФ  срок 10 суток со дня его вынесения. Таким образом, постановление суда от  28 сентября 2018 года о восстановлении государственному обвинителю и  

потерпевшей срока апелляционного обжалования является законным и  обоснованным.  

Руководствуясь ст. 389°, 38920, 389^ УПК РФ, судебная коллегия 

ОПРЕДЕЛИЛА: 

постановление Новосибирского областного суда от 24 сентября 2014  года о прекращении уголовного дела в части обвинения ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст.  105 УК РФ, и уголовного преследования ФИО1, обвиняемого в  совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в  связи с истечением сроков давности уголовного преследования отменить,  уголовное дело в этой части передать на новое судебное разбирательство в  суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства.  

ПредседательствующийСудьи