ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 305-ЭС17-5496

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва

03.11.2017

Резолютивная часть определения объявлена 02.11.2017.

Полный текст определения изготовлен 03.11.2017.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего судьи Кирейковой Г.Г.,

судей Букиной И.А. и Корнелюк Е.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу государственного казенного учреждения города Москвы «Дирекция Департамента природопользования и охраны окружающей среды города Москвы» на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2016 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.02.2017 по делу № А40-85050/2016 Арбитражного суда города Москвы,

В судебном заседании приняли участие представители:

государственного казенного учреждения города Москвы «Дирекция Департамента природопользования и охраны окружающей среды города Москвы»: ФИО1 (доверенность от 16.01.2017), ФИО2 (доверенность от 09.10.2017), ФИО3 (доверенность от 21.03.2017), ФИО4 (доверенность от 18.05.2017) и ФИО5 (доверенность от 31.08.2017).

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кирейковой Г.Г., объяснения представителей участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

государственное казенное учреждение города Москвы «Дирекция Департамента природопользования и охраны окружающей среды города Москвы» (далее – учреждение) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Коммерческому банку «Международный строительный банк» (общество с ограниченной ответственностью) (далее – банк) о взыскании задолженности по банковским гарантиям от 01.12.2014 № БГ452/2014 и от 05.12.2014 № БГ459/2014 в общей сумме 477 794 руб. 52 коп. и 44 434 руб. 89 коп. неустойки.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Экоград» (далее – общество).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2016 (судья Дубовик О.В.) исковые требования удовлетворены.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2016 (судьи Титова И.А., Фриев А.Л., Гончаров В.Я.), оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 03.02.2017 (судьи Малюшин А.А., Воронина Е.Ю., Хвостова Н.О.), решение от 22.06.2016 отменено, в удовлетворении иска учреждению отказано.

Учреждение обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой, в которой просит отменить судебные акты апелляционной инстанции и округа и оставить в силе решение суда первой инстанции.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Кирейковой Г.Г. от 07.09.2017 кассационная жалоба учреждение вместе с делом № А40-85050/2016 переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

В судебном заседании 12.10.2017 представители учреждения поддержали доводы кассационной жалобы.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.10.2017 судебное заседание отложено на 02.11.2017.

Представители банка и общества в судебные заседания 12.10.2017 и 02.11.2017 не явились.

Представители учреждение в судебном заседании 02.11.2017 поддержали доводы жалобы и представили письменные пояснения.

Обсудив изложенные в кассационной жалобе, письменных пояснениях и объяснениях представителей учреждения доводы, проверив материалы дела, судебная коллегия считает, что жалоба подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, между учреждением (заказчиком, бенефициаром) и обществом (исполнителем, принципалом) заключены государственные контракты от 03.12.2014 № ПП-17/14 и от 09.12.2014 № ПП-30/14 на выполнение проектно-изыскательских работ.

При заключении контрактов в качестве обеспечения исполнения обязательств общество предоставило учреждению банковские гарантии от 01.12.2014 № БГ452/2014 и от 05.12.2014 № БГ459/2014, выданные ответчиком (банком – гарантом).

В связи с неисполнением обществом своих обязательств по контрактам учреждение в одностороннем порядке отказалось от их исполнения.

Пунктом 5.5.4.2 контрактов предусмотрено, что в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обществом (принципалом) обязательств по контракту (включая нарушение объема работ, качества работ) начисляется штраф в размере 5% цены контракта.

Учреждение письмом от 12.11.2015 потребовало от банка уплаты денежной суммы по банковским гарантиям, составляющей штрафы. Письмо направлено по адресу, указанному в банковской гарантии для предъявления бенефициаром требования (119021, 

<

...>), однако не доставлено в связи с изменением места нахождения гаранта, о чем бенефициар не был уведомлен.

Аналогичное требование направлено учреждением по юридическому адресу банка (письмо от 02.12.2015).

В письме от 17.12.2015 банк изложил возражения на требование об осуществлении уплаты денежной суммы.

Учреждение письмом от 29.01.2016 направило банку документы, а также указало на необоснованность заявленных гарантом возражений и требований по документам.

Банк, ссылаясь на направление требования и документов по истечении срока действия гарантий (после 31.12.2015) и на то, что гарантией обеспечены только обязательства по возмещению убытков бенефициара, отказал учреждению в выплате спорных сумм (письмо от 05.02.2016).

Учреждение, полагая, что отказ банка является незаконным, обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции на основании положений статей 368, 369 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) пришел к выводу о том, что гарантиями обеспечивается надлежащее исполнение принципалом обязательств по государственным контрактам, а не только возмещение убытков, возникших у бенефициара в связи с нарушением обществом этих обязательств. 

Суд указал, что расторжение контрактов не влияет на обязанность гаранта по оплате задолженности по гарантиям в силу принципа независимости гарантий и наличия самостоятельного срока действия.

Суд первой инстанции исходил из того, что специальные условия выдачи, проверки и принятия банковских гарантий в обеспечение надлежащего исполнения обязательств по государственным контрактам, а также требования к форме и содержанию обосновывающих документов определены положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) и постановлением Правительства Российской Федерации от 08.11.2013 № 1005 «О банковских гарантиях, используемых для целей Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Постановление № 1005). В этой связи банк не вправе требовать представления каких-либо дополнительных документов либо расчетов, не имеющих правового значения для исполнения гарантом обязанности по банковским гарантиям. 

За допущенную просрочку исполнения банком своих обязательств суд взыскал неустойку.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в иске, суд апелляционной инстанции, сославшись на положения статей 368, 369, 370, 374, 375, 376 ГК РФ, указал, что требование о платеже по гарантиям подано бенефициаром с нарушением формальных признаков, предъявляемых к такому требованию. При этом суд исходил из того, что учреждение вопреки условию гарантий предъявило копии гарантий вместо оригиналов. Суд счел, что поскольку истец принял гарантии банка в обеспечение исполнения обязательств по государственным контрактам, он согласился с условием данных гарантий о необходимости приложения к письменному требованию бенефициара ее оригинала.

Апелляционный суд указал также, что к требованию от 02.12.2015 приложен неполный перечень документов, оформленный ненадлежащим образом. Требование от 29.01.2016 № 12-24-129/16 предъявлено по истечении срока действия гарантии. Основанием к отказу в иске послужило и то обстоятельство, что гарантией обеспечено обязательство по возмещению убытков, а не штрафов, требуемых учреждением.

Суд округа поддержал выводы суда апелляционной инстанции.

Между тем судами апелляционной инстанции и округа не учтено следующее.

Статьей 368 ГК РФ (в редакции, действовавшей в спорном периоде) предусмотрено, что в силу банковской гарантии банк, иное кредитное учреждение (гарант) выдают по просьбе другого лица (принципала) письменное обязательство уплатить третьему лицу (бенефициару) в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования об уплате.

Согласно статье 369 ГК РФ банковская гарантия обеспечивает надлежащее исполнение принципалом его обязательства перед бенефициаром (основного обязательства). За выдачу банковской гарантии принципал уплачивает гаранту вознаграждение.

Предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, даже если в гарантии содержится ссылка на это обязательство (статья 370 ГК РФ).

Толкуя условия спорных банковских гарантий, суды апелляционной инстанции и округа указали, что они обеспечивают исполнение принципалом обязательства по возмещению учреждению только убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обществом-принципалом обязательств по государственным контрактам (абзацы 2 и 3 пункта 1 гарантий).

Такое толкование противоречит абзацу 1 пункта 1 гарантий, связавшему наступление обязанности гаранта уплатить сумму, ограниченную суммой, составляющей 30% цены государственных контрактов (пункт 6.1 контрактов), с неисполнением или ненадлежащим исполнением принципалом обязательств по государственным контрактам. Кроме того, штраф, установленный пунктом 5.5.4.2 государственных контрактов, направлен на компенсацию убытков государственного заказчика. 

Информация о торгах и условиях заключаемых по их результатам государственных контрактов, в том числе содержащих требования к обеспечению исполнения контрактов, размещена заказчиком в единой информационной системе в соответствии с требованиями Закона № 44-ФЗ и доступна банку. С учетом изложенного толкование условий банковской гарантии должно осуществляться в пользу бенефициара в целях сохранения обеспечения обязательства.

Кроме того, толкование, данное судами, не учитывает существо законодательного регулирования спорных правоотношений. Гарантии по своей правовой природе представляют сделки, не зависимые от договора, заключенного между принципалом и бенефициаром. Гарант не связан таким договором, несмотря на то что ссылка на него включена в текст гарантии. Обязательство гаранта заключается в уплате им указанной в гарантии суммы при представлении письменного требования о платеже и документов, перечисленных в гарантии, которые по своим внешним признакам соответствуют ее условиям.

Разрешая возникший между сторонами спор о соответствии требования учреждения положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона № 44-ФЗ, Постановления № 1005 и условиям банковских гарантий, суды не учли следующего.

Требование бенефициара об уплате денежной суммы по банковской гарантии должно быть представлено гаранту в письменной форме с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать, в чем состоит нарушение принципалом основного обязательства, в обеспечение которого выдана гарантия. Требование бенефициара должно быть представлено гаранту до окончания определенного в гарантии срока, на который она выдана (статья 374 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 2 статьи 375 ГК РФ в редакции, действовавшей на момент выдачи гарантий, гарант должен рассмотреть требование бенефициара с приложенными к нему документами в разумный срок и проявить разумную заботливость, чтобы установить, соответствуют ли это требование и приложенные к нему документы условиям гарантии.

Пунктом 7 банковских гарантий предусмотрено 5 рабочих дней для выплаты суммы банком по требованию бенефициара, а также указан адрес, по которому направляется требование с документами.

Как установлено судами, учреждение направило требование о выплате по обеим гарантиям с документами по адресу, в них указанному. В ходе рассмотрения дела банк не оспаривал, что требование им не получено в связи с изменением места нахождения, о чем бенефициар уведомлен не был. 

Последствия такого поведения гаранта положениями Гражданского кодекса Российской Федерации в прежней редакции не предусматривались. Между тем неправомерное поведение гаранта не должно ставить его в более выгодное положение и создавать дополнительные возможности неисполнения обязательств по гарантии помимо предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, учитывая, что предъявление бенефициаром требования после окончания определенного в гарантии срока, на который она выдана, может повлечь отказ гаранта в выплате.

Такие последствия определены Унифицированными правилами для гарантий по требованию, включая типовые формы (URDG 758) (Публикация Международной торговой палаты № 758). В частности, статьей 24 указанных Правил предусмотрено, что при несоблюдении гарантом положений о надлежащем уведомлении об отклонении требования (пункт «d») и сроках его направления (пункт «е») он лишается права ссылаться на то, что требование и любые связанные с ним документы не являются надлежащим требованием (пункт «f»).

Ненадлежащее исполнение банком-гарантом обязанности по доведению информации об изменении адреса представления требования по гарантии фактически направлено на уклонение от выплат по спорным банковским гарантиям и, по мнению судебной коллегии, должно влечь для банка те же негативные правовые последствия, что предусмотрены названными Унифицированными правилами – банк не вправе ссылаться на несоответствие направленного учреждением требования и приложенных к нему документов условиям банковской гарантии.

Между тем, согласившись с доводами банка о несоответствии документов условиям гарантии и сочтя направленные бенефициаром гаранту повторные требования новыми или самостоятельными требованиями, предъявленными по истечении срока действия гарантии, суды неправомерно отказали учреждению в удовлетворении иска.

Учитывая, что судами апелляционной инстанции и округа при рассмотрении настоящего дела допущены существенные нарушения норм материального права, без устранения которых невозможны восстановление и защита прав и законных интересов учреждения, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2016 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.02.2017 подлежат отмене, а решение Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2016 оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 291.11, 291.13 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации 

определила:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2016 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.02.2017 по делу № А40-85050/2016 отменить.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2016 по настоящему делу оставить в силе.

ПредседательствующийГ.Г. Кирейкова

СудьиИ.А. Букина

Е.С. Корнелюк