ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

  № 305-ЭС22-7760 (2) 

г. Москва 11 декабря 2023 г.  

Судья Верховного Суда Российской Федерации Разумов И.В., изучив с  материалами истребованного дела кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.11.2022,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2023 и  постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.04.2023 по делу   № А40-191321/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с  ограниченной ответственностью «Строительный холдинг «Мосты и тоннели»,  

у с т а н о в и л :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с  ограниченной ответственностью «Строительный холдинг «Мосты и тоннели»  (далее – холдинг) его конкурсный управляющий и акционерное общество  «Торговый дом «Партнер» (конкурный кредитор) обратились в суд с  заявлениями, объединенными для совместного рассмотрения, о привлечении к  субсидиарной ответственности по обязательствам холдинга ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО1, ФИО6 и общества с ограниченной  ответственностью «Главная дорога» (далее – общество).  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.10.2022  признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности ФИО1, производство по обособленному спору в  части, касающейся определения размера его ответственности, приостановлено  до окончания расчетов с кредиторами, в остальной части в удовлетворении  заявлений отказано.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда  от 21.01.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.  

Арбитражный суд Московского округа постановлением от 19.04.2023  определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной  инстанции оставил без изменения.  

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской  Федерации, ФИО1 просит названные судебные акты отменить.  

Основанием для отмены или изменения судебных актов в порядке  кассационного производства являются существенные нарушения норм  материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на  исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита  нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и  иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом  публичных интересов (часть 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации).  

ФИО1 полагает, что такого рода существенные нарушения  норм права допущены судами.  

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и  усматривается из материалов дела, дело о банкротстве холдинга возбуждено  23.07.2019, процедура наблюдения введена 02.10.2019, конкурсное  производство открыто 07.12.2020.  

Определяя круг контролировавших холдинг лиц, инициировавшие  обсоленный спор лица сослались на то, что участниками холдинга являлись:  

с 23.12.2016 по 15.03.2018 ФИО3 (доля участия – 100 процентов);  

с 15.03.2018 по 07.12.2018 – ФИО6 (доля – 100 процентов);  

с 07.12.2018 по 31.05.2019 – ФИО1 (доля – 51 процент),  ФИО2 (доля 24,5 процента), ФИО5 (доля – 24,5  процента);  

с 31.05.2019 – ФИО1 (доля – 63,5 процента) ФИО5  (доля – 36,5 процента).  

Полномочия единоличного исполнительного органа холдинга исполняли:  

с 23.12.2016 до 06.04.2018 – ФИО3; с 06.04.2018 до 04.04.2019 – ФИО2; 

с 04.04.2019 до момента открытия конкурсного производства –  ФИО1  

Кроме того, по их мнению, к числу контролирующих холдинг лиц  относятся общество, которое, безосновательно получило свыше 342 млн.  рублей от холдинга, извлекло тем самым выгоду из недобросовестного  поведения его руководителей ФИО2 и ФИО1, а также  участник общества ФИО4 (доля участия – 20 процентов (с 19.06.2018 по  11.07.2019) и 100 процентов (после 11.07.2019)).  

Разрешая спор, суды установили, что основным видом деятельности  холдинга являлось выполнение строительных работ.  

В период с 13.07.2018 по 23.05.2019 холдинг перечислил обществу  342 663 946 рублей 90 копеек (в том числе, 299 411 658 рублей 45 копеек за  

время руководства ФИО2 и 43 252 288 рублей 45 копеек за время  руководства ФИО1).  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города  Москвы от 30.06.2021 по настоящему делу эти операции признаны  недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Судебный акт  мотивирован тем, что данные операции совершены в период подозрительности,  доказательства встречного исполнения не представлены, общество является  заинтересованным лицом по отношению к холдингу, так как в период с  31.01.2019 по 11.07.2019 холдинг являлся мажоритарным участником общества  (доля – 80 процентов).  

В рамках настоящего обособленного спора суды пришли к выводу о том,  что упомянутое определение не имеет преюдициального значения, поскольку к  участию в ранее разрешенном споре о недействительности платежных  операций контролировавшие холдинг физические лица, в том числе  ФИО2 и ФИО1, не привлекались, какие-либо первичные  документы в первый спор не представлялись и поэтому они не были предметом  исследования суда.  

Оценив доказательства, представленные обществом в ходе рассмотрения  спора о привлечении к субсидиарной ответственности, суды пришли к выводу о  том, что в настоящее время общество подтвердило реальность субподрядных  отношений с холдингом: общество фактически исполнило обязательства по  договорам субподряда, холдинг принял результаты работ, т.е. получил  встречное предоставление.  

Кроме того, суды сочли, что перечисления в пользу общества не являлись  существенными по отношению к масштабам деятельности холдинга, так как их  общая сумма оставила 27 процентов от стоимости активов последнего.  

В связи с этим суды не усмотрели оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности общества и его участника ФИО4  

Отказ в удовлетворении требований, предъявленных к ФИО3,  ФИО5 и ФИО6, суды мотивировали тем, что они не  совершали действия, ставшие необходимой причиной банкротства холдинга.  

Признавая необоснованным требование, предъявленное к  ФИО2, суды исходили из того, что в период его руководства  холдинг заключил ряд контрактов на выполнение работ с крупными  компаниями, работающими на строительном рынке. В это время холдинг  исполнял свои обязательства, работы выполнялись привлеченными холдингом  субподрядчиками и затем их результаты передавались заказчикам  строительства. По итогам 2018 года чистая прибыль холдинга составила  18 110 рублей, чистые активы – 16 584 рублей. В 2018 году холдинг располагал  значительной производственной базой (стоимость основных средств – 50,8 млн.  рублей), арендовал большой офис, среднесписочная численность его  сотрудников составляла 609 человек. После увольнения ФИО2  

холдинг продолжал активно работать, действующий контрактный портфель  позволял и дальше получать прибыль от основного вида деятельности.  

Установив, что прекращение деятельности холдинга и отрицательные  финансовые показатели имели место в период работы ФИО1  (сокращение числа сотрудников к ноябрю 2019 года до 175 человек, снижение  стоимости основных средств по итогам 2019 года до 21,4 млн. рублей, падение  стоимости чистых активов по результатам 2019 года до отрицательной  величины (- 363,5 млн. рублей), отражение в балансе за 2019 год убытков в  сумме 379,9 млн. рублей), суды привлекли его к субсидиарной ответственности,  обратив внимание на то, что им не представлены доказательства,  подтверждающие причины неисполнения холдингом договоров, заключенных с  заказчиками.  

Суды также указали на то, что ФИО1 не исполнена  обязанность по подаче заявления о банкротстве холдинга.  

Выражая несогласие с выводами судов, ФИО1 указывает на то,  что судами не был установлен факт совершения им каких-то конкретных  действий, создавших условия для наступления объективного банкротства  холдинга. Приняв во внимание лишь данные бухгалтерской отчетности за 2018  год, суды оставили без оценки иной документ – аудиторское заключение  от 15.07.2019, в котором выражено другое мнение о финансовом состоянии  холдинга в 2018 году. С момента назначения ФИО1 руководителем и  до возбуждения дела о банкротстве холдинга прошло менее 4-х месяцев, что  свидетельствует о том, что на предприятии имелся отложенный кризис,  возникший ранее – в период руководства ФИО2 Суды не учли, что  основными средствами холдинг владел на основании договоров лизинга,  которые были прекращены лизингодателями сразу после возбуждения дела о  банкротстве, что и стало причиной снижения стоимости основных средств. Ряд  обязательств по контрактам, заключенным ФИО2, к моменту ухода  его с должности, уже являлись просроченными. Как находит податель жалобы,  у судов не имелось оснований для отказа в удовлетворении ходатайства  ФИО1 о назначении судебной экономической экспертизы в целях  установления момента возникновения объективного банкротства.  

Поскольку полномочия единоличного исполнительного органа  ФИО1 исполнял непродолжительное время до момента возбуждения  дела о банкротстве холдинга, он не мог быть привлечен к ответственности за  неподачу заявления должника о собственном банкротстве.  

Приведенные в кассационной жалобе доводы заслуживают внимания и  требуют проверки в судебном заседании, поэтому жалобу с делом следует  передать на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации.  

Руководствуясь статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, судья  

о п р е д е л и л :

кассационную жалобу ФИО1 с делом передать  для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

Назначить рассмотрение кассационной жалобы в судебном заседании  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации на 15 января 2024 года на 11 часов 30 минут, в помещении суда  по адресу: Москва, улица Поварская, дом 15 зал № 3048 (подъезд 5).  

Судья Верховного Суда 

Российской Федерации И.В. Разумов