ВЕРХОВНЫЙ СУД 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ  

Дело № 22-УД24-6-АЗ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

СУДА КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ 

г. Москва 07 ноября 2024 года  

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда  Российской Федерации в составе:  

председательствующего Червоткина А.С., 

судей Кочиной И.Г., Сабурова Д.Э. 

при секретаре Горностаевой Е.Е. с участием переводчика К.

рассмотрела в судебном заседании дело по кассационной жалобе  адвоката Бестаева В.И. на приговор Верховного Суда Республики Северной  Осетии-Алании от 03 августа 2023 года и на апелляционное определение  Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 01 февраля 2024 года.  

По приговору суда ФИО1, 

<

...>  

 

<

...> 

<

...> не судимый,-

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ УК РФ (в редакции ФЗ-26 от 20.03.2001) к 11  годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.  

В апелляционном порядке приговор оставлен без изменения. 

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Червоткина АС, выступления осужденного ФИО1. и адвоката  Бестаева В.И., поддержавших доводы кассационной жалобы, прокурора  Киселевай М.А. об оставлении приговора и апелляционного определения без  изменения, Судебная коллегия  

установила: 

ФИО1 признан виновным в совершении убийства М. 01 июня 2001 года в Пригородном районе Республики Северной 

Осетии-Алании при обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

В кассационной жалобе адвокат Бестаев В.И. просит приговор и  апелляционное определение отменить с передачей дела на новое судебное  рассмотрение или с возвращением его прокурору за непричастностью  ФИО1 к совершению преступления, указывая на то, что его  виновность материалами дела не доказана. Приговор постановлен на  показаниях, данных в ходе предварительного следствия врачом скорой  помощи Д.., которые являются недопустимым доказательством. Протокол ее допроса выполнен на бланке, не соответствующем требованием  УПК РФ. Показаниям свидетеля С. данным в ходе предварительного следствия, дана неверная оценка. Из показаний свидетеля  Б. и других материалов дела следует, что убийство совершил Г. по кличке 

<

...> Протокол осмотра места происшествия свидетельствует о том, что выстрел произвел человек, находившийся вне  салона автомобиля, так как пуля была обнаружена на земле около заднего  левого колеса автомобиля. Ход раневого канала также свидетельствует об  этом, и ставит под сомнение показания эксперта М.. Считает, что действия виновного, которым не является ФИО1 правильнее  квалифицировать по ч. 4 ст. 111 УК РФ, а не по ч. 1 ст. 105 УК РФ.  

В возражениях на кассационную жалобу потерпевшая М. и заместитель прокурора Республики Северной Осетии-Алании ФИО2  просят ее отклонить.  

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы  кассационной жалобы, Судебная коллегия полагает, что выводы о  виновности ФИО1 подтверждены доказательствами, надлежащая  оценка которым дана в приговоре и апелляционном определении.  

В судебном заседании ФИО1 не отрицал, что находился на  месте происшествия, но утверждал, что выстрелы в потерпевшего произвел  другой человек.  

В то же время из показаний очевидцев происшедших событий - свидетелей С. и Б. данных ими в ходе предварительного расследования, усматривается, что именно ФИО1  находился на переднем пассажирском сидении автомобиля под управлением  М. и в автомобиле больше никого не было. После наезда автомашины на пенек, ФИО1 выбежал из машины М. и, сев в автомашину С. попросил уехать. В этот же вечер им стало известно, что М. был ранен, и скончался в больнице. 

Из показаний свидетеля Д. следует, что она как врач скорой помощи сопровождала в больницу раненого М. который говорил, что в него стрелял ФИО1.  

Письменные показания, данные в ходе предварительного  расследования свидетелями С. и Д. были исследованы судом в связи с их смертью.  

Доводы стороны защиты о недопустимости показаний свидетеля  Д. являются необоснованными. Из показаний свидетеля З. следует, что он допросил врача станции скорой помощи Д. в качестве свидетеля. Протокол ее допроса выполнен на бланке, предназначенном для допроса подозреваемого. При этом имеющиеся  в этом бланке права подозреваемого были зачеркнуты, Д. были разъяснены права свидетеля. Показания в протокол были записаны со слов  Д. которая ознакомилась с протоколом, и поставила свои подписи.  

Из имеющегося в материалах дела протокола допроса Д. видно, что он составлен на типографском бланке, предназначенном для  допроса подозреваемого. Вместе с тем, наименование протокола допрос  «подозреваемого» было зачеркнуто, и указано «свидетеля». Процессуальные  права подозреваемого также зачеркнуты, добавлена запись о  предупреждении свидетеля об уголовной ответственности по ст.ст. 307-308  УК РФ, и ей разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ.  

Из показаний других свидетелей, в том числе К.К. Г.Т. а также потерпевших следует, что из различных источников им было известно, что М. сообщал врачу о том, что огнестрельное ранение ему причинил именно ФИО1.  

Изменениям в суде своих показаний свидетелем Б. о причастности к убийству другого лица обоснованно дана критическая  оценка, а его объяснения о том, что он подписал протоколы его допросов, не  читая, или по просьбе других лиц, признаны не заслуживающими внимания.  

В ходе предварительного расследования свидетель Б. давал последовательные показания о причастности к убийству ФИО1 ФИО3.  

Эти показания он давал в ходе очной ставки, а также при выходе на  место происшествия, где, как показали в суде свидетели С. и С. участвовавшие в производстве данного следственного действия в качестве понятых, Б. свободно и добровольно рассказывал об обстоятельствах совершения преступления, и подтвердил  свои показания подписями в протоколе.  

Оснований считать показания указанных свидетелей оговором  осужденного, или не доверять им по другим причинам, не имеется.  

Виновность ФИО1 в совершении убийства подтверждается  также протоколом осмотра места происшествия, заключениями экспертов и  другими доказательствами, подробно изложенными в приговоре.  

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта смерть М. наступила от огнестрельного пулевого ранения брюшной полости с повреждением внутренних органов, осложнившемся острой кровопотерей  (т.1,л.д. 41-43).  

Эксперт М. в суде не исключил возможность получения М. огнестрельного ранения при его нахождении в автомашине за рулем, а лица производившего выстрел справа от него. Специалист С. пояснил, что при производстве выстрела из огнестрельного оружия в салоне автомашины, с учетом положения стрелявшего, рикошета, большой  скорости вылета, стреляная гильза могла оказаться где угодно, в том числе,  вылетев через открытое окно автомобиля, возле левого колеса автомашины,  как это зафиксировано в протоколе осмотра места происшествия.  

Доводы о том, что выстрелы в потерпевшего произвел не ФИО1, а Г. умерший в 2009 году, тщательно проверялись судами нижестоящих инстанций, и были обоснованно отвергнуты.  

Они опровергаются показаниями свидетелей С.Б., Д. и других, а также иными доказательствами, изложенными в приговоре. Кроме того, согласно выводам комиссионной  медицинской (ситуационной) судебной экспертизы № 49 от 07.04.2022 года,  получение М. огнестрельного ранения живота при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе проверки его  показаний на месте происшествия, является невозможным (т. 5, л.д. 30-36).  

Судами первой и апелляционной инстанций дана надлежащая оценка  всей совокупности исследованных по делу доказательств, сделан  обоснованный вывод о виновности ФИО1, и его действия с учетом  характеристик орудия преступления, локализации и тяжести причиненного  ранения квалифицированы правильно как умышленное причинение смерти  другому человеку.  

Из материалов дела следует, что сразу после совершения преступления  ФИО1 скрылся. Постановлением следователя от 05.07.2001 года он  был объявлен в розыск, и задержан лишь в 2021 году.  

Наказание осуждённому ФИО1 назначено справедливое, в  соответствии с законом, с учетом характера и степени общественной  опасности совершенных преступных действий, данных о его личности, всех  обстоятельств дела, в том числе, смягчающих наказание. Оснований считать  назначенное ФИО1 наказание чрезмерно суровым, не имеется.  

С учетом изложенного и руководствуясь ст. 401.14 - 401.16 УПК  РФ, Судебная коллегия  

определила: 

Приговор Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 03  августа 2023 года и апелляционное определение Судебной коллегии по  уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 01  февраля 2024 года в отношении ФИО1 оставить  без изменения, а кассационную жалобу адвоката Бестаева В.И. - без  удовлетворен ия.  

Определение суда кассационной инстанции может быть обжаловано в  Президиум Верховного Суда Российской Федерации в порядке судебного  надзора, установленном главой 48 УПК РФ.  

Председательствующий