ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 Дело № 305-ЭС21-12558

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва

23 декабря 2021 г.

Резолютивная часть определения объявлена 16.12.2021.

Полный текст определения изготовлен 23.12.2021.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Грачевой И.Л., судей  Хатыповой Р.А. и Чучуновой Н.С.

при участии представителей акционерного общества «Торговый дом «Перекресток» ФИО1 (доверенность от 22.11.2021), ФИО2 (доверенность от 29.07.2019), индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО4 (доверенность  от 01.06.2021), 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 (Москва) на постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.04.2021 по делу № А40-100692/2020,

УСТАНОВИЛА:

Акционерное общество «Торговый дом «Перекресток»                                   (далее - Общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о расторжении договора от 20.05.2014 № 1/2014 аренды нежилого помещения. 

Арбитражный суд города Москвы решением от 06.11.2020 иск удовлетворил. 

Девятый арбитражный апелляционный суд постановлением от 20.01.2021 отменил решение от 06.11.2020 и отказал в иске.

Арбитражный суд Московского округа постановлением от 30.04.2021 отменил постановление апелляционного суда и оставил в силе решение суда первой инстанции.

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, предприниматель ФИО3, ссылаясь на нарушение судом округа  норм материального и процессуального права, просит отменить  постановление от 30.04.2021 и оставить в силе постановление апелляционного суда от 20.01.2021.

Определением от 26.11.2021 судьи Верховного Суда Российской Федерации Грачевой И.Л. жалоба предпринимателя вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

В отзыве на кассационную жалобу Общество просит оставить постановление окружного суда без изменения, считая его законным и обоснованным.

В судебном заседании представитель предпринимателя поддержал доводы жалобы, а представители Общества  - доводы, приведенные в отзыве на нее.

Согласно части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) основаниями для отмены или изменения судебных актов в порядке кассационного производства в Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Грачевой И.Л., выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации пришла к выводу о наличии предусмотренных частью 1 статьи 291.11 АПК РФ оснований для отмены  обжалуемого постановления окружного суда.

Как следует из материалов истребованного дела и установлено судами, Общество (арендатор) и предприниматели ФИО5 и ФИО6  (арендодатели) заключили договор от 20.05.2014 № 1/2014 аренды нежилого помещения площадью 2274,1 кв.м, расположенного по адресу: Москва, Протопоповский переулок, д. 3 (подвал и первый этаж), на срок до 31.12.2022.

В пункте 1.3 договора предусмотрено, что помещение может быть использовано для торговли продовольственными, непродовольственными и иными товарами, в том числе алкогольной продукцией, готовой кулинарией; часть помещения может использоваться для  оказания услуг (банковских, телекоммуникационных, страховых, размещения платежных терминалов), размещения складов. 

Арендодатели дали полное и безотзывное согласие на сдачу помещения или его части в субаренду под указанные или иные цели третьим лицам; разрешили круглосуточный режим работы арендатора и/или его субарендаторов.

Согласно пункту 1.6 помещение находится в залоге (ипотека) на основании  договоров  об ипотеке в пользу Банка ВТБ 24 (ЗАО) в качестве обеспечения  обязательств по кредитным соглашениям.

В разделе 7 договора стороны предусмотрели освобождение от ответственности за невыполнение или частичное невыполнение обязательств по договору в случае наступления обстоятельств непреодолимой силы – форс-мажорных обстоятельств. К таким обстоятельствам стороны отнесли обстоятельства, возникшие помимо их воли, которые они не могли предвидеть и предотвратить, включая, в частности, стихийные бедствия, военные действия, массовые беспорядки, забастовки, нормативные акты органов государственной власти, препятствующие исполнению сторонами обязательств по договору аренды. Стороны указали, что обязанность по доказыванию факта обстоятельства непреодолимой силы возлагается на сторону, для которой такое обстоятельство наступило (пункт 7.2 договора).

Согласно пункту 7.4 договора в случае возникновения обстоятельств непреодолимой силы исполнение обязательств по договору откладывается на весь период действия этих обстоятельств; если такие обстоятельства  длятся более трех месяцев, любая из сторон может расторгнуть данный договор.

Дополнительным соглашением от 10.11.2015 № 2 стороны изменили порядок внесения и размер арендной платы в сторону увеличения, а также указали, что  расторжение договора возможно только по соглашению сторон или в предусмотренном законом порядке; иные условия одностороннего внесудебного расторжения договора не допускаются.

В помещении Общество разместило сетевой магазин «Перекресток».

В ноябре 2016 года в связи с покупкой названного помещения его собственником и арендодателем по договору аренды от 20.05.2014 стал предприниматель  ФИО3

Общество 26.03.2020 направило арендодателю письмо с просьбой снизить размер арендной платы или расторгнуть договор, ссылаясь на  наличие трудностей в связи с падением спроса и уровня продаж из-за  введения для граждан режима самоизоляции. 

В письме от 30.03.2020 ФИО3 сообщил, что возражает против уменьшения арендной платы ввиду отсутствия оснований для ее снижения. Арендодатель привел следующие доводы: в период ковидных ограничений и закрытия специализированных магазинов потребительский спрос в продовольственных магазинах, осуществляющих также торговлю сопутствующими товарами, бытовой химией и т.п., значительно увеличился; при этом ФИО3, приобретший помещение за счет кредитных (заемных) средств в рублевом эквиваленте по курсу доллара США, несет убытки ввиду увеличившегося в текущий период из-за последствий эпидемии курса валют; снижение  арендной платы повлечет невозможность осуществлять погашение арендодателем кредита и процентов по нему в соответствии с графиком платежей.

Общество 17.06.2020 обратилось в арбитражный суд с иском о расторжении указанного договора аренды, ссылаясь на следующие обстоятельства.

В связи применением мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) существенно изменились обстоятельства, из которых Общество исходило при заключении с предпринимателем договора от 20.05.2014, а именно: снизился поток покупателей в супермаркет, расположенный в арендованном по спорному договору помещении, что повлекло возникновение отрицательных показателей прибыли именно этого супермаркета.

Арендодатель отказался от предложения арендатора уменьшить арендную плату за период с апреля по май 2020 года или расторгнуть договор аренды.

Поскольку из-за применения мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) арендатор не смог преодолеть убыточность супермаркета, влекущую невозможность  вносить арендные платежи, договор подлежит расторжению на основании пункта 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора).

Предприниматель в отзыве на иск привел следующие возражения относительно заявленного требования: Общество осуществляет деятельность по розничной торговле продовольственными товарами, следовательно, на него не распространились принятые публичными органами ограничительные  меры по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19), деятельность Общества не входит в перечень отраслей, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения этой инфекции; напротив, согласно отчету X5 RETAIL GROUP (управляющей компании торговыми сетями «Пятерочка», «Перекресток», «Карусель»), размещенному на официальном сайте  x5.ru, темп роста чистой розничной выручки торговой сети «Перекресток» во втором квартале 2020 (период карантинного режима) составил 12,6 % по сравнению с показателем за аналогичный период 2019 года; изменение экономических показателей (доход – убыток) в конкретном магазине не может относиться к существенным обстоятельствам применительно к аренде помещения, в связи с наличием которых арендатор вправе требовать расторжения договора аренды.

Суд первой инстанции, сославшись на статью 451 ГК РФ и правовую позицию, изложенную в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 (далее – Обзор), пришел к выводу о наличии оснований для расторжения договора аренды от 20.05.2014.

Суд посчитал, что распространение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) является существенным изменением обстоятельств и основанием для расторжения договора в соответствии со статьей 451 ГК РФ. Суд указал, что поскольку Общество не может продолжать работу в арендуемом помещении ввиду того, что условия договора стали для него кабальными, в то время как прекращение обязательств не будет противоречить общественным интересам, заключенный сторонами договор аренды подлежит расторжению. 

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав представленные в дело доказательства и оценив доводы сторон, пришел к выводу о недоказанности арендатором наличия предусмотренных статьей 451 ГК РФ оснований для расторжения спорного договора, отменил решение суда первой инстанции и отказал Обществу в иске.

Апелляционный суд исходил из следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре (вопрос № 7), в соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, то есть одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Апелляционный суд указал, что по смыслу приведенных разъяснений признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела.

В настоящем случае арендатор не является субъектом малого или среднего предпринимательства и не осуществляет деятельность в отраслях российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, перечень которых утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 434, и не попадает под действие Федерального закона от 08.06.2020 № 166-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях принятия неотложных мер, направленных на обеспечение устойчивого развития экономики и предотвращение последствий распространения новой коронавирусной инфекции». 

Более того, деятельность продуктовых магазинов (которую осуществляет истец) на протяжении всего периода специальных мер и ограничений в течение 2020 года никогда не приостанавливалась и не ограничивалась в целях беспрепятственного доступа населения к продовольственным товарам и товарам первой необходимости. 

Арендуемое встроенно-пристроенное помещение к многоквартирному дому находится в районе жилой застройки, расположено в пешей доступности от станции метро «Проспект мира», многоквартирных домов, в месте, обеспеченном доступностью на личном и общественном транспорте.

Истец ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представил достаточных и достоверных доказательств (декларацию по налогу на прибыль организации, промежуточную финансовую отчетность, бухгалтерскую документацию), объективно свидетельствующих о наличии убытков или невозможности исполнять финансовые обязательства по договору аренды со стороны юридического лица. Сведения о снижении посещаемости и отрицательные показатели прибыли представлены истцом в тексте самого иска в виде односложной таблицы без ссылок на какие-либо документы.

В свою очередь ответчик представил отчет управляющей компании -           Х5  RETAIL GROUP, в котором объявлено о росте чистой  розничной выручки магазинов «Перекресток» во втором квартале 2020 года, то есть за тот же период, на убыточность деятельности в который указывает истец. Иных доказательств материалы дела не содержат.

Апелляционный суд указал, что баланс имущественных интересов сторон может быть нарушен любым последующим изменением обстоятельств, однако только их существенное изменение признается основанием, предоставляющим суду возможность изменить или расторгнуть договор.

Изменение покупательского спроса в спорном супермаркете является предпринимательским риском сторон (абзац 3 пункта 1 статьи 2 ГК РФ), о данном обстоятельстве как специфике предпринимательской деятельности не могло не быть известно арендатору, данное обстоятельство он (как сторона гражданского оборота) должен был учесть при проявлении должной степени заботливости и осмотрительности.

При этом договором аренды не предусмотрена зависимость внесения  арендной платы от торгового оборота арендатора, наличия покупательского спроса, количества покупателей, стоимости среднего чека и т.п. 

В пункте 3.2 договора аренды в редакции дополнительного соглашения  от 10.11.2015 № 2 установлена четкая фиксированная ставка аренды за пользование помещением вне зависимости от постоянно изменяющихся показателей коммерческой (торговой) деятельности организации, размещенной на объекте аренды.

С учетом приведенных установленных по делу обстоятельств апелляционный суд пришел к выводу о недоказанности истцом наличия всех условий, предусмотренных статьей 451 ГК РФ в качестве основания для расторжения спорного договора, а также указал, что изменение юридическим лицом мнения относительно экономической целесообразности сделки нельзя расценивать в качестве  существенного изменения обстоятельств, повлекшего для истца последствия, установленные статьей 451 ГК РФ, так как Общество, заключая договор, действовало добровольно и по собственной инициативе, рассчитывая получить прибыль от использования объекта аренды.

Поскольку истцом не представлено доказательств того, что договор аренды заключен вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась, данная сделка не может быть расценена судом как кабальная в порядке статьи 179 ГК РФ.

Окружной суд не согласился с выводами  апелляционного суда,  отменил постановление апелляционного суда и оставил в силе решение суда первой инстанции. Суд округа указал, что введение карантинных мер, повлекшее серьезные изменения в  покупательском спросе в сторону его снижения, уменьшение у арендатора на длительный период выручки, на которую он вправе был рассчитывать,   следует оценить как обстоятельства, изменившиеся настолько, что у истца отсутствует возможность исполнять договор на установленных в нем условиях.

Судебная коллегия считает, что суды первой и кассационной инстанций при рассмотрении настоящего дела неправильно применили нормы материального и процессуального права и не учли следующего.

Статьей 451 ГК РФ предусмотрена возможность расторжения договора в связи с существенным изменением обстоятельств, из которых стороны исходили при его заключении. При этом изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Применение положений данной нормы возможно только при наличии совокупности фактов, свидетельствующих об исключительности, непредвидимости и существенности возникших обстоятельств.

Вспышка новой коронавирусной инфекции с 11.03.2020 признана пандемией, то есть эпидемией, которая характеризуется распространением инфекционного заболевания на территорию многих стран мира.

С учетом масштабов распространения новой коронавирусной инфекции в мире, значительности негативных социально-экономических последствий пандемии она может быть приравнена к чрезвычайным и непредотвратимым событиям. 

Вместе с тем, как следует из вопроса № 7 Обзора, признание  распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Обстоятельство непреодолимой силы должно в совокупности характеризоваться признаками чрезвычайности и непредотвратимости применительно к конкретным обстоятельствам осуществления сторонами обязанностей и реализации прав по конкретному договору, быть непосредственной причиной невозможности их исполнения или ненадлежащего исполнения. Вопрос об отнесении того или иного обстоятельства к непреодолимой силе должен решаться в каждом конкретном случае судом.

Поскольку  само по себе наличие пандемии не может автоматически влечь негативные последствия для сторон гражданско-правовых отношений – всех и каждого, признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы по общему правилу не является основанием для прекращения или изменения гражданско-правового обязательства.

Однако эпидемиологическую обстановку, введение ограничительных мер или режима самоизоляции, которые не могли быть разумно предвидены участниками гражданского оборота, возможно признать допустимыми основаниями для изменения или расторжения договора по правилам статьи 451 ГК РФ, если они повлекли существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора. 

При решении вопроса о расторжении или изменении договора в связи с существенным изменением обстоятельств суду надлежит установить наличие каждого из обязательных условий, указанных в пункте 2 статьи 451 ГК РФ, подтверждающих приоритет защиты стабильности исполнения договорных обязательств: 

1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет;

2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота;

3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора;

4) из обычаев или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.

Все указанные в данной норме условия должны соблюдаться одновременно. Бремя доказывания их соблюдения лежит на лице, требующем расторжения или изменения договора.

Кроме того, в Обзоре указано, что обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции и принимаемые органами власти меры по ограничению ее распространения, могут быть признаны основанием для применения статьи 451 ГК РФ, если будет установлена причинно-следственная связь именно между их наличием и возникновением для конкретного должника значительного ущерба. Положения данной нормы неприменимы, если неблагоприятные имущественные последствия, возникшие на фоне распространения коронавирусной инфекции, вызваны в действительности иными факторами (например, появление в непосредственной близости от арендуемого помещения конкурента, возникшая еще до начала пандемии убыточность деятельности) либо носят кратковременный характер.

Таким образом, критериями применения статьи 451 ГК РФ при расторжении договора аренды по требованию арендатора в связи с распространением новой коронавирусной инфекции являются:

1) чрезвычайность и непредотвратимость изменившихся обстоятельств для данного арендатора с учетом срока аренды, вида и характера его деятельности, условий ее осуществления в арендуемом объекте, в том числе региона, в котором действует арендатор, включая сроки действия и виды вводившихся противоэпидемиологических ограничений в данном регионе;

2) существенное нарушение баланса имущественных интересов сторон при сохранении действия договора аренды в изменившихся условиях деятельности арендатора в силу его чрезвычайной обременительности для последнего.

По смыслу подпункта 3 пункта 2 статьи 451 ГК РФ существенное нарушение баланса имущественных интересов сторон (соразмерность того, что стороны получают в результате исполнения договорных обязательств) при сохранении действия договора аренды в изменившихся условиях деятельности арендатора оценивается в зависимости от того, не приведет ли исполнение договора без изменения его условий к возникновению у арендатора такого ущерба, что он в значительной степени лишится того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора, то есть деструктивное влияние изменения обстоятельств на интересы истца должно быть очень существенным.

Следовательно, для применения статьи 451 ГК РФ необходимо установить, как изменится соотношение имущественных интересов сторон в силу изменения обстоятельств после заключения договора, для чего могут использоваться различные показатели финансово-хозяйственной деятельности арендатора, характеризующие изменение динамики доходности этой деятельности (изменение выручки, рентабельности продаж и т.п.) и отражающие то, в какой степени (существенной или нет) исполнение обязательства стало менее выгодным и более затратным для арендатора. Незначительные, в том числе временные (сезонные) колебания не являются основанием для изменения договора по правилам статьи 451 ГК РФ. 

Изменение обстоятельств должно носить такой характер, что причины таких изменений не могли быть преодолены истцом. При этом необходимо  учитывать возможность у истца преодолеть возникшие обстоятельства за счет использования экономически обоснованных и разумных мер.

Оценка судами названных обстоятельств и представленных  сторонами доказательств производится по правилам статьи 71 АПК РФ. Ее правильность зависит от того, позволяют ли представленные в материалы дела доказательства в своей совокупности сделать вывод о существенном нарушении баланса имущественных интересов сторон при сохранении действия договора аренды в изменившихся обстоятельствах и о том, что данный дисбаланс вызван именно мерами, принимаемыми органами власти в связи с распространением новой коронавирусной инфекции.

Обращаясь в суд с иском о расторжении договора аренды, именно Общество должно доказать наличие совокупности предусмотренных статьей  451 ГК РФ условий для прекращения по решению суда договорных отношений с предпринимателем, в том числе наличие причинно-следственной связи между последствиями  пандемии - введением в Москве с 26.03.2020 по 08.05.2020 ограничений в связи с распространением новой коронавирусной инфекции и режима самоизоляции граждан и возникновением у арендатора на момент обращения с иском в суд (17.06.2020) таких существенных убытков вследствие  падения покупательского спроса, что он в значительной степени лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора, снижение прибыли (выручки) не позволяет ему исполнять условия договора, он принял все разумные меры для уменьшения убытков.

При этом довод Общества, положенный в основу иска и принятый судом первой инстанции, о снижении потока покупателей в супермаркет и выручки в  указанный двухмесячный период сам по себе не подтверждает наличие предусмотренных статьей 451 ГК РФ оснований для расторжения договора, в том числе наличие существенного нарушения баланса имущественных интересов сторон.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, истец в период рассмотрения дела кроме таблиц о снижении выручки в супермаркете в указанный период не представил достаточных и достоверных доказательств, объективно свидетельствующих о том, что введение ограничительных мер из-за распространения новой коронавирусной инфекции явилось непреодолимой силой для Общества -  крупного профессионального участника товарного рынка по продаже продовольственных и непродовольственных (бытовых) товаров, деятельность которого не приостанавливалась ни в период указанных ограничений, ни в последующем.

Апелляционный суд принял во внимание представленный ответчиком в материалы дела отчет X5 RETAIL GROUP (управляющей компании торговыми сетями «Пятерочка», «Перекресток», «Карусель»), размещенный на официальном сайте  x5.ru, согласно которому темп роста розничной чистой выручки  во втором квартале 2020 года (спорный период) торговой сети «Перекресток» вырос на 12,6 %. В отчете также указано, что по сравнению с супермаркетами, расположенными в торговых комплексах, которые были закрыты в апреле - мае 2020 года, в отдельно стоящих магазинах (к которым относится магазин, расположенный в помещении ответчика)  рост  чистой розничной выручки во втором квартале 2020 года составил 24 %; после снятия ограничений в июне 2020 года в супермаркетах, расположенных в торговых центрах, начал восстанавливаться трафик продаж; убыточности не зафиксировано.

Поскольку, несмотря на введенные в апреле - мае 2020 года ограничения,  в иных супермаркетах торговой сети «Перекресток» розничная выручка возросла, при этом спорный магазин находится не в торговом центре, а во встроенно-пристроенном помещении к жилому дому, и как указано в исковом заявлении Общества, рядом с метро, в доступном для общественного и личного транспорта месте, истцу следовало представить убедительные и надлежащие доказательства того, что данная торговая точка пострадала более других, поток покупателей в этот магазин снизился именно из-за введения ограничительных мер, наличия к тому объективных причин, а также указать, какие меры были приняты Обществом  для снижения издержек.

Между тем Общество таких доказательств и сведений не представило, а также не доказало, что дальнейшее исполнение договора нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для Общества такой ущерб, что оно в значительной степени лишилось бы того, на что было вправе рассчитывать при заключении договора.  

Следует также отметить, что ограничительные меры в связи с распространением новой коронавирусной инфекции в Российской Федерации и в Москве были введены в конце марта 2020 года. При этом, как пояснил в судебном заседании Судебной коллегии представитель Общества, арендатор обратился к арендодателю с предложением о снижении размера арендной платы еще в январе 2020 года, ссылаясь на то, что предусмотренный  договором размер платы выше рыночной, а 26.03.2020 направил предпринимателю претензию о снижении арендной платы или расторжении договора аренды со ссылкой на ограничения вследствие распространения новой коронавирусной инфекции. 

Относительно довода истца о высоком размере установленной в договоре арендной платы апелляционный суд, сославшись на разъяснения, приведенные в пунктах 9 и 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»,  правомерно указал на отсутствие оснований считать, что при заключении спорного договора условие о цене было несправедливым или обременительным для Общества, которое само выбрало помещение, соответствовавшее по техническим и локационным параметрам для размещения магазина, либо это условие было навязано бывшими арендодателями (предпринимателями) – предыдущими собственниками помещения, которые как и нынешний собственник не могут быть признаны сильной стороной в спорных правоотношениях.

Заключая долгосрочный договор по фиксированной цене, и более того, подписывая в 2015 году соглашение об увеличении арендной платы, Общество как представитель крупной розничной продовольственной сети, длительное время работающей в условиях современной нестабильной мировой экономики, могло предусмотреть в договоре механизм изменения  арендной платы на случай непредвиденного  изменения обстоятельств. 

Апелляционный суд обоснованно посчитал, что наличие установленного  договором условия об арендной плате не помешало Обществу получать имущественную выгоду от использования помещения в предыдущие годы. Снижение прибыли в текущий период не исключает получение прибыли в последующие периоды с учетом ослабления, снятия ограничений или принятию Обществом мер по перестройке (переориентированию) работы магазина в спорном помещении, поскольку договором аренды арендатору предоставлено право использовать помещение для различных видов деятельности, сдавать помещение в субаренду.

В силу статей 611 и 614 ГК РФ договор аренды носит взаимный характер: арендодатель предоставляет имущество в пользование арендатору, который обязан своевременно вносить плату за пользование. Арендатор может быть освобожден от внесения платы только в случае невозможности пользования арендованным имуществом по независящим от него  обстоятельствам. 

Изменение обстановки, вызванное введением антиковидных ограничительных мер, повлекшее для арендатора, деятельность которого не прекращалась в арендованном помещении,  снижение дохода по сравнению с имевшимся до этой ситуации, не свидетельствует о нарушении принципа встречности исполнения обязательств, может являться основанием для изменения условия об арендной плате при доказанности совокупности условий, предусмотренных статьей 451 ГК РФ, а также основанием для освобождения или уменьшения штрафных санкций, предусмотренных договором за нарушение срока внесения арендной платы. 

Следует отметить, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 23.04.2021 по делу № А40-9449/2021 удовлетворен иск предпринимателя ФИО3 о взыскании с Общества долга по арендной плате за период с октября 2020 года по январь 2021 года и неустойки за нарушение срока внесения арендной платы. Суд не нашел оснований для освобождения арендатора от внесения арендной платы и уменьшения неустойки. 

Кроме того, применение статьи 451 ГК РФ и расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств должно осуществляться с учетом взаимных интересов сторон и взаимного распределения рисков. 

В обоснование своих требований арендатор указал на падение покупательного спроса и уровня продаж в конкретном супермаркете из-за введения для граждан режима самоизоляции, что повлекло невозможность исполнения договора на установленных в нем условиях.

Вместе с тем следует принять во внимание довод арендодателя –  ФИО3 о том, что он также претерпевает определенные негативные последствия: спорное помещение было приобретено им за счет кредитных (заемных) средств в рублевом эквиваленте по курсу доллара США, он несет убытки ввиду увеличения курса валют в текущий период из-за последствий эпидемии; снижение арендной платы, расторжение договора повлечет для него невозможность рассчитываться по кредиту в соответствии с графиком платежей, содержать спорное имущество, платить налоги.

В данной ситуации, когда обе стороны договора осуществляют предпринимательскую деятельность на началах риска, исходя из принципов свободы договора, равенства субъектов оборота, требований разумности и справедливости представляется недопустимым расторжение договора и отнесение всех негативных последствий изменения обстоятельств лишь на сторону арендодателя.

Однако, расторгая долгосрочный договор аренды, суд первой инстанции, поддержанный судом округа, не учел эти обстоятельства и в нарушение требований подпункта 4 пункта 2 статьи 451 ГК РФ возложил негативные последствия введения ограничительных мер на арендодателя.

Принимая во внимание изложенное, Судебная коллегия считает, что апелляционный суд, всесторонне и полно исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65, 68 и 71 АПК РФ, правильно применив нормы материального и процессуального права, правомерно отказал Обществу в удовлетворении  требования о расторжении договора аренды, поэтому у суда округа, не указавшего причин, по которым он не согласился с выводами апелляционного суда и данной им оценкой доказательств, не было предусмотренных статьей 288 АПК РФ оснований для отмены законного и обоснованного постановления апелляционного суда и оставления в силе решения суда первой инстанции, в тексте которого приведена только позиция истца и отсутствует оценка имеющихся в деле доказательств.

Поскольку суд округа допустил существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела и без устранения которых невозможны защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, постановление окружного суда от 30.04.2021 на основании части 1 статьи 291.11 АПК РФ следует отменить, а постановление апелляционного суда от 20.01.2021 - оставить в силе.

Руководствуясь статьями 167, 176, 291.11-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

ОПРЕДЕЛИЛА:

постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.04.2021 по делу № А40-100692/2020 отменить. 

Оставить в силе постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2021.

Определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суд Российской Федерации в трехмесячный срок.

Председательствующий             И.Л. Грачева

Судьи   Р.А. Хатыпова                  

 

                                                                                          Н.С. Чучунова