ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № 41-019-1 

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г. Москва 14 марта 2019 года 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской  

Федерации в составе председательствующего Абрамова С.Н. судей Кондратова П.Е. и Смирнова В.П., при секретаре Мамейчике М.А. 

рассмотрела в судебном заседании кассационное представление  

государственного обвинителя Доброродной Е.В. и кассационные жалобы (с  

дополнениями) осужденного ФИО1 и его защитников - адвокатов  

Цуканова ЮН., Степановой А.С. и Ласкавого Д.Ю. на приговор Ростовского  

областного суда от 20 января 2009 г., по которому 

ФИО1, 

<

...>  

1

<

...> несудимый,  осужден: по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 10 годам лишения свободы,  - по пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 14 годам лишения свободы,  

- по ч. 4 ст. 150 УК РФ к 5 годам лишения свободы, 

- на основании ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений  

окончательно к 15 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в  

исправительной колонии строгого режима. 

В счет компенсации морального вреда с ФИО1 взыскано в  

пользу П. 450 000 рублей, в пользу П. 450 000 

рублей. Также постановлено взыскать с ФИО1 процессуальные  

издержки в сумме 3 440 рублей 24 копейки. По данному уголовному делу также осужден ФИО2 

Заслушав доклад судьи Кондратова П.Е. о содержании приговора,  доводах кассационной жалобы (с дополнениями) и возражений на нее,  выслушав объяснения осужденного Савельева М.В. (в режиме  видеоконференц-связи) и выступление адвоката Живовой Т.Г. в его  защиту, поддержавшей кассационные жалобы, а также выслушав мнение  прокурора Лох Е.Н., не поддержавшей кассационные представление и  жалобы, но настаивавшей на изменении приговора в отношении  Савельева М.В., освобождении его от наказания, назначенного по ч. 4 ст.  150 УК РФ, в связи с истечением срока давности и о снижении наказания,  назначенного по совокупности преступлений, Судебная коллегия  

установила: 

по приговору ФИО1 признан виновным в совершении по  предварительному сговору группой лиц разбойного нападения на  П. с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, в  крупном размере, а также его убийства, сопряженного с разбоем. Кроме  того, ФИО1 признан виновным в вовлечении  несовершеннолетнего ФИО2, 

<

...> ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, в  совершение особо тяжких преступлений. Преступления совершены 4  сентября 2007 г. на территории Мартыновского района Ростовской  области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.  

В кассационном представлении государственный обвинитель  Доброродная Е.В. просит приговор отменить и направить уголовное дело  на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на то, что судом в приговоре  не описана субъективная сторона состава преступления,  предусмотренного пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Также обращает  внимание на то, что в материалах дела имеются расписки потерпевших  П. и П. о том, что им ФИО1 выплачено в качестве компенсации морального вреда по 50 000 рублей,  однако суд безосновательно не признал частичное возмещение вреда  смягчающим обстоятельством.  

В кассационной жалобе (с дополнениями) осужденный ФИО1 выражает несогласие с постановленным в отношении него  приговором, считая его чрезмерно суровым. Полагает, что суд, признав в  качестве смягчающих наказание обстоятельств его явку с повинной и  активное способствование раскрытию и расследованию преступлений,  необоснованно не применил в отношении него положения ст. 62 УК РФ,  в результате чего при назначении наказания исходил из максимального  размера возможного наказания, указанного в санкциях соответствующих  

статей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, а  не установленного с учетом нормы ч. 1 ст. 62 УК РФ. Считает также  незаконным отказ суда в признании смягчающим обстоятельством,  предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, факта добровольного  возмещения его родителями причиненного потерпевшим П.. и П. имущественного ущерба и частичной компенсации морального вреда. Просит о пересмотре приговора.  

Адвокат Цуканов Ю.Н. в кассационной жалобе в интересах  осужденного ФИО1 оспаривает постановленный по уголовному  делу приговор, отмечая несоответствие выводов суда фактическим  обстоятельствам дела, неправильное применение уголовного закона и  назначение несправедливого наказания. Считает, что суду не было  представлено достаточных доказательств того, что у ФИО1  имелся прямой умысел на вовлечение несовершеннолетнего  ФИО2 в совершение разбойного нападения на водителя  такси, а выводы суда об этом основаны на предположениях. Обращает  внимание на то, что в своих первоначальных показаниях ФИО1 и  ФИО2 инициативу в совершении разбоя перекладывали друг  на друга, однако в последующих показаниях ФИО1 подтверждал  ранее высказанную им позицию, а ФИО2 Всвою позицию  изменил, заявляя и на очной ставке и в судебных заседаниях, что это  именно он инициировал нападение и сам нанес потерпевшему телесные  повреждения ножом и удавкой. При таких обстоятельствах, полагает  адвокат, суд был не вправе признавать, что инициатива совершения  преступлений принадлежала ФИО1 и что, следовательно, в его  действиях содержится состав вовлечения несовершеннолетнего в  совершение преступления. Подчеркивает, что ФИО1, который  ранее не привлекался к уголовной ответственности, не мог бы вовлечь в  совершение преступлений ранее судимого за корыстное преступление  ФИО2; сам ФИО2 никогда не утверждал, что  ФИО1 его уговаривал или принуждал совершить преступления  либо совершал какие-нибудь иные действия, направленные именно на  вовлечение его в совершение особо тяжких преступлений. Не отрицая  доказанность виновности ФИО1 в совершении разбоя и  убийства, а также правильность квалификации этих действий, автор  кассационной жалобы оспаривает чрезмерную суровость назначенного за  их совершение наказания. Отмечает, что ФИО1 оформил явку с  повинной, активно способствовал раскрытию и расследованию  преступлений, частично добровольно компенсировал причиненный  потерпевшим моральный вред, его роль в совершении преступлений  менее значима, чем у другого соучастника, так как его действия в  отношении П не стали причиной смерти потерпевшего.  Обращает вн о ФИО1 едва перешагнул возраст  совершеннолетия, не привлекался к уголовной ответственности, не имеет  

отягчающих обстоятельств. Просит приговор изменить, прекратить  уголовное дело в части осуждения Савельева М.В. по ч. 4 ст. 150 УК РФ  и снизить назначенное осужденному окончательное наказание.  

В дополнениях к ранее поданным кассационным жалобам адвокаты  Степанова А.С. и Ласкавый Д.Ю. просят смягчить назначенное  осужденному наказание по пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК  РФ, прекратить уголовное дело по ч. 4 ст. 150 УК РФ и применительно к  обвинению по этой статье учесть истечение срока давности. Полагают,  что суд, перечислив в приговоре смягчающие обстоятельства, фактически  не учел их при назначении наказания. Отмечают, что ФИО1  подробно рассказал об обстоятельствах совершения преступлений,  подтвердив сообщенное при проверке показаний на месте и выдав  похищенное имущество, что следует расценивать как активное  способствование раскрытию и расследованию преступлений. Считают,  что, с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, максимальное наказание,  которое могло быть назначено осужденному по пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК  РФ не могло превышать 13 лет 4 месяцев лишения свободы, а по п. «в» ч.  4 ст. 162 УК РФ - 10 лет лишения свободы, однако, помимо этого, при  назначении наказания должны были быть учтены и другие смягчающие  обстоятельства. Указывают на то, что с момента совершения 4 сентября  2007 г. преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 150 УК РФ, прошло  более 10 лет, что дает основание говорить об истечении срока давности  уголовного преследования за данное преступление. Также обосновывают  вывод о том, что предусмотренное ч. 4 ст. 150 УК РФ преступление  ФИО1 не совершалось, т.к. никаких доказательств его  инициативы и лидерства в совершении преступлений не представлено, а  наоборот, имеются доказательства инициативы в совершении  преступлений несовершеннолетнего ФИО2 Подчеркивают,  что сам по себе факт совершения лицом, достигшим 18-летнего возраста,  преступления совместно с несовершеннолетним еще не свидетельствует о  наличии вовлечения несовершеннолетнего в совершение особо тяжкого  преступления. Из показаний самих осужденных, а также свидетелей  Р , А , С ., С ,  К акж нозн о ли и  п ии преступлений ФИО1 Обращают внимание на  то, что фактические обстоятельства совершенных преступлений  свидетельствуют о более активной роли в них ФИО2,  который не только сам начал совершать нападение, но и призывал  ФИО1 наносить потерпевшему удары ножом и уничтожать  следы преступления. Кроме того, в деле отсутствуют доказательства  того, что ФИО1 знал о несовершеннолетнем возрасте  ФИО2  

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы  кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит,  что выводы суда о виновности осужденного в совершении  инкриминируемых ему преступлений соответствуют установленным по  результатам судебного разбирательства фактическим обстоятельствам  дела. Эти выводы основываются на исследованных в судебном заседании  и надлежащим образом проанализированных в приговоре  доказательствах, отвечающих в полной мере требованиям относимости,  допустимости и достоверности.  

В частности, виновность ФИО1 в совершении разбойного  нападения на П. и его убийства, сопряженного с разбоем, подтверждается сведениями, содержащимися в протоколах осмотра мест  происшествия по месту обнаружения автомобиля «Рено Логан» со  следами преступлений в нем, по месту обнаружения трупа П.., по месту обнаружения ножа, зажигалки, водительского удостоверения, шорт со следами бурого цвета; заключениями судебно- биологических экспертиз, установивших возможную принадлежность  следов пота на обнаруженных в автомобиле перчатках ФИО1 и  ФИО2, а следов крови на предметах одежды, чехлах и двери  автомобиля, других предметах - П. заключениями судебно-медицинских экспертиз о характере и локализации телесных  повреждений на трупе П. и причине его смерти; показаниями свидетеля Б. об обстоятельствах заказа 4 сентября 2007 г. такси, которым управлял П. показаниями свидетеля А о том, что в начале сентября 2007 г. она по  просьбе ФИО1 выдала себя за его мать и пообещала директору  таксопарка г. Волгодонска оплатить поездку ФИО1 на такси;  справками о телефонных соединениях с телефонов, находившихся в  пользовании ФИО1, А , диспетчера такси;  протоколами задержания в качеств ых ФИО1 и  ФИО2, у которых были обнаружены принадлежавшие  П пистолет и шарики к нему; протоколом обыска по  ме ФИО1, в ходе которого были обнаружены  принадлежавшие П предметы; протоколами осмотров  предметов; другим нными в судебном заседании  доказательствами.  

Указанные доказательства согласуются как между собой, так и с  показаниями ФИО1 и ФИО2, которые были даны  ими в ходе предварительного следствия при явке с повинной, допросах в  качестве подозреваемых, обвиняемых, проверке показаний на месте, а  также при допросах в судебном заседании. Осужденные в полной мере  признали свою вину в совершении разбойного нападения на водителя  такси П. и его убийства, подробно изложили обстоятельства совершения этих преступлений, которые как в целом, так  

и в деталях подтверждаются другими доказательствами. Так, исходя  именно из информации, сообщенной осужденными, в том числе  Савельевым М.В., были обнаружены места сокрытия трупа П., автомобиля, ножа, других предметов, сохраняющих на себе следы преступлений; сообщенные Савельевым М.В. и Шерстобитовым А.В.  сведения о механизме причинения смерти потерпевшему  подтверждаются выводами экспертных заключений по результатам  исследования трупа.  

Инкриминируемые ФИО1 действия, как они установлены  по результатам судебного разбирательства, правильно квалифицированы  судом по п. «в» ч. 4 ст. 162 и пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ. При этом  признание судом наличия договоренности о нападении на любого  водителя такси с целью завладения его автомобилем с использованием  удавки и ножа, а также о предварительном определении действий  каждого из соучастников в отношении водителя не дает оснований  сомневаться в определенности выводов суда характере умысла, мотивов  и целей действий ФИО1  

То обстоятельство, что смерть П. наступила непосредственно от сдавления его шеи петлей, а не от нанесенных  ФИО1 ножевых ранений, не дает оснований для вывода об  отсутствии в его действиях состава соисполнительства в убийстве. Удары  ножом наносились ФИО1 в жизненно важные органы  П. - в шею и грудь, причиняя ему повреждения, опасные для жизни и здоровья и ограничивающие его возможности  сопротивляться удушению. Эти действия ФИО1 носили  согласованный характер с действиями второго участника преступлений и  были направлены на достижение общего для них преступного результата.  При таких обстоятельствах его осуждение за совершение в группе лиц по  предварительному сговору убийства потерпевшего не вызывает  сомнений.  

Не имеется оснований и для пересмотра приговора в части  признания ФИО1 виновным в совершении преступления,  предусмотренного ч. 4 ст. 150 УК РФ.  

В результате судебного разбирательства установлено не только  различие в возрасте ФИО1, которому во время совершения  преступления уже исполнилось 18 лет, и ФИО2, не  достигшего к этому времени совершеннолетия, но и то, что ФИО1 это различие было известно. О том, что он знал о  несовершеннолетии ФИО2 свидетельствуют: показания  самого ФИО1, подтвердившего, что ФИО2 учился с  ним в одной школе на один класс ниже; показания матери ФИО1  о тесной дружбе между ее сыном и ФИО2, который, даже  учась уже в училище, часто ночевал в их доме, его паспорт длительное  

время находился у Савельева М.В.; показания свидетеля А. о том, что Савельев М.В. познакомил ее со своим товарищем  Шерстобитовым А.В., о котором она знала, что он моложе ее, т.е. не  достиг еще 18 лет.  

Кроме того, судом при осуждении ФИО1 по ч. 4 ст. 150  УК РФ было учтено и то, что, как следует из показаний свидетелей  А. и К. ФИО1 морально был сильнее ФИО2, в отношениях между ними подавлял последнего,  доминируя над ним. Это проявилось и при совершении преступлений,  поскольку именно ФИО1 определялась последовательность  действий соучастников, начиная с заказа такси и заканчивая  распоряжением похищенными у П. вещами. 

Сам же по себе тот факт, что ФИО2 ранее уже  привлекался к уголовной ответственности за корыстное преступление, на  чем акцентирует внимание адвокат Цуканов Ю.Н., не дает оснований  считать, что именно ему принадлежала ведущая роль в совершении  преступлений.  

Таким образом, Судебная коллегия находит доказанным факт  вовлечения достигшим 18-летнего возраста ФИО3  несовершеннолетнего ФИО2 в совершение особо тяжкого  преступления и признает правильной квалификацию этих его действий по  ч. 4 ст. 150 УК РФ.  

Вместе с тем Судебная коллегия отмечает, что с момента  совершения этого преступления и до рассмотрения уголовного дела  судом кассационной инстанции прошло более 10 лет. В соответствии же  с п. «в» ч. 1 ст. 78 УК РФ в случае, если со дня совершения тяжкого  преступления и до вступления в законную силу обвинительного  приговора прошло более 10 лет, лицо подлежит освобождению от  уголовной ответственности ввиду истечения установленного законом  срока давности уголовного преследования. Поскольку предусмотренное  ч. 4 ст. 150 УК РФ преступление, за совершение которого ФИО1  осужден по приговору Ростовского областного суда от 20 января 2009 г.,  относится к категории тяжких преступлений, срок давности уголовного  преследования за которое истек 4 сентября 2017 г., что обусловливает  необходимость освобождения осужденного от назначенного ему за  данное преступление наказания.  

Назначая ФИО1 наказание за остальные преступления, суд  в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ учел характер и степень общественной  опасности совершенных преступлений, данные о личности виновного, его  возраст, характеристику, совершение им преступления впервые, роль в  совершении преступлений, смягчающие наказание обстоятельства (явку с  повинной, активное способствование раскрытию преступлений), а также  отсутствие отягчающих обстоятельств.  

С учетом наличия у осужденного смягчающих обстоятельств,  предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ и отсутствия отягчающих  обстоятельств суд, вопреки утверждению осужденного, признал  необходимым применить в отношении него положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.  В соответствии с данной нормой, в том числе с учетом внесенных в  указанную статью Федеральным законом от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ  изменений, Савельеву М.В. за совершение преступления,  предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ не может быть назначено  наказание, превышающее две трети максимального срока наказания,  предусмотренного данной нормой, а за совершение преступления,  предусмотренного пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, наказание назначается в  пределах санкции данной части статьи, пожизненное же лишение  свободы и смертная казнь не подлежат применению.  

Вместе с тем при назначении наказания ФИО1 суд  необоснованно, констатируя частичное возмещение причиненного  преступлением ущерба, не признал данный факт обстоятельством,  смягчающим наказание осужденного. Исходя из фактических  обстоятельств дела, в частности из того, что фактически возмещена была  лишь десятая часть подлежащей взысканию с осужденного компенсации  морального вреда, а также, что указанные выплаты потерпевшим  осуществили родители ФИО1, данное обстоятельство не  достигло того уровня значимости, который предполагает применение п.  «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.  

В то же время, учитывая значение, которое придается  законодателем при регламентации назначения наказания  посткриминальному поведению виновного, в том числе возмещению  вреда, следует согласиться с позицией государственного обвинителя о  признании факта частичного возмещения причиненного потерпевшим  вреда смягчающим обстоятельством на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ и о  смягчении в связи с этим назначенного осужденному наказания как за  каждое из преступлений, так и по их совокупности.  

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. 377, 378, 388 УПК РФ,  Судебная коллегия  

определила: 

приговор Ростовского областного суда от 20 января 2009 г. в  отношении ФИО1 изменить:  

на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. «в» ч. 1 ст. 78 УК РФ  освободить его от наказания, назначенного по ч. 4 ст. 150 УК РФ, в связи  с истечением срока давности;  

признать на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ обстоятельством,  смягчающим наказание ФИО1, частичную компенсацию  

морального вреда, причиненного преступлением потерпевщим  П. и П. 

смягчить наказание, назначенное ФИО1 по п. «в» ч. 4 ст.  162 УК РФ, до 9 лет лишения свободы, по пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ - до 13 лет 6 месяцев лишения свободы;  

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений,  предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 и пп. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ  назначить ФИО1 окончательно путем частичного сложения  наказаний 14 лет лишения свободы.  

В остальном данный приговор в отношении ФИО1  оставить без изменения, а кассационные представление и жалобу без  удовлетворения.  

Председательствующий Судьи