ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Дело № АКПИ19-594 

РЕШЕНИЕ

 ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

г. Москва 15 октября 2019 г.  

Верховный Суд Российской Федерации в составе судьи Верховного Суда Российской Федерации ФИО1. при секретаре Сибиле Г.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по  административному исковому заявлению ФИО2 об  оспаривании абзаца шестого пункта 2.13 Положения о едином порядке  регистрации уголовных дел и учёта преступлений, утверждённого приказом  Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Министерства внутренних  дел Российской Федерации, Министерства Российской Федерации по делам  гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий  стихийных бедствий, Министерства юстиции Российской Федерации,  Федеральной службы безопасности Российской Федерации, Министерства  экономического развития и торговли Российской Федерации, Федеральной  службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков  от 29 декабря 2005 г. № 39/1070/1021/253/780/353/399,  

установил:

приказом Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Министерства  внутренних дел Российской Федерации, Министерства Российской Федерации  по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации  последствий стихийных бедствий, Министерства юстиции Российской  Федерации, Федеральной службы безопасности Российской Федерации,  Министерства экономического развития и торговли Российской Федерации,  Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом  наркотиков от 29 декабря 2005 г. № 39/1070/1021/253/780/353/399 «О едином  учёте преступлений» (далее - Приказ) утверждено Положение о едином  

порядке регистрации уголовных дел и учёта преступлений (далее - Положение). Нормативный правовой акт зарегистрирован в Министерстве  юстиции Российской Федерации 30 декабря 2005 г., регистрационный номер  7339, и опубликован в «Российской газете» 25 января 2006 г. № 13, в Бюллетене  нормативных актов федеральных органов исполнительной власти  30 января 2006 г. № 5.  

Согласно абзацу шестому пункта 2.13 Положения к реабилитирующим  основаниям относится прекращение уголовного дела в случае, когда до  вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого  деяния были устранены новым уголовным законом. В скобках к данному  нормативному положению указано «ч. 2 ст. 24 УК РФ».  

ФИО2 обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с  административным исковым заявлением о признании недействующим  абзаца шестого (в заявлении указан как абзац пятый) пункта 2.13 Положения,  ссылаясь на то, что изложенная в нём норма, устанавливающая в качестве  реабилитирующего основания прекращение уголовного дела в случае, когда до  вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого  деяния были устранены новым уголовным законом, согласуется с частью  второй статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации,  но в оспариваемом абзаце имеется ссылка на часть вторую статьи 24  Уголовного кодекса Российской Федерации, что является ошибкой, которая  подлежит исправлению в установленном законом порядке. Она считает, что  указанная ошибка нарушает её права и свободы, закреплённые в Конституции  Российской Федерации, поскольку лишает возможности ссылаться на  абзац шестой пункта 2.13 Положения при разрешении спора о наличии у неё  права на реабилитацию в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом  Российской Федерации.  

В обоснование административного иска ФИО2 указывает, что  постановлением мирового судьи судебного участка № 50 Калужского  судебного района от 15 августа 2016 г., оставленным без изменения  апелляционным постановлением Калужского районного суда Калужской  области от 2 декабря 2016 г., уголовное дело в отношении её, обвиняемой в  совершении преступления, предусмотренного частью первой статьи 116  Уголовного кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона  от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ), прекращено за отсутствием в деянии состава  преступления в соответствии с пунктом 2 части первой  статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Однако  решением Информационного центра Управления Министерства внутренних  дел Российской Федерации по Калужской области от 29 апреля 2019 г. ей  отказано в исключении сведений о ней из соответствующей базы данных.  

Генеральная прокуратура Российской Федерации, Министерство  внутренних дел Российской Федерации, Министерство Российской Федерации  по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации  последствий стихийных бедствий, Министерство юстиции Российской  

Федерации, Федеральная служба безопасности Российской Федерации,  Министерство экономического развития Российской Федерации в письменных  возражениях указали, что нормативный правовой акт принят ими совместно в  пределах предоставленных полномочий, содержание оспариваемого абзаца по  своему смыслу согласуется с положениями части второй статьи 24 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации, наличие технической ошибки  (опечатки) в тексте пункта 2.13 Положения в виде ссылки на часть вторую  статьи 24 УК РФ вместо части второй статьи 24 УПК РФ не является  основанием для исключения сведений в отношении Ханиной И.Г. из  оперативно-справочной картотеки, кроме того, в целях устранения технической  ошибки (опечатки) подготовлен проект совместного приказа.  

В судебном заседании административный истец ФИО2 поддержала  заявленное требование.  

Представители Генеральной прокуратуры Российской Федерации  Мухина О.В., Министерства внутренних дел Российской Федерации  ФИО3, Министерства Российской Федерации по делам гражданской  обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных  бедствий ФИО4, Министерства юстиции Российской Федерации  ФИО5, ФИО6, Федеральной службы безопасности  Российской Федерации ФИО7., Министерства экономического развития  Российской Федерации ФИО8. не признали административный иск.  

Выслушав объяснения административного истца ФИО2,  возражения представителей Министерства внутренних дел Российской  Федерации ФИО3, Генеральной прокуратуры Российской Федерации  Мухиной О.В., Федеральной службы безопасности Российской Федерации  ФИО7., Министерства юстиции Российской Федерации  ФИО5, ФИО6, Министерства Российской Федерации по  делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации  последствий стихийных бедствий ФИО4, Министерства  экономического развития Российской Федерации ФИО8., проверив  оспариваемое нормативное положение на соответствие нормативным правовым  актам, имеющим большую юридическую силу, Верховный Суд Российской  Федерации находит административное исковое заявление не подлежащим  удовлетворению.  

Оспариваемый в части Приказ издан в целях обеспечения  функционирования государственной системы учёта преступлений,  единообразия и полноты отражения в формах государственного  статистического наблюдения сведений о состоянии преступности, а также  реализации единых принципов государственной регистрации и учёта  преступлений во исполнение Указа Президента Российской Федерации  от 30 марта 1998 г. № 328 «О разработке единой государственной системы  регистрации и учёта преступлений». Приказ является межведомственным  нормативным правовым актом, издан уполномоченными органами  государственной власти в соответствии с Правилами подготовки нормативных  

правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их  государственной регистрации, утверждёнными постановлением Правительства  Российской Федерации от 13 августа 1997 г. № 1009. Названные обстоятельства  установлены вступившими в законную силу решениями Верховного Суда  Российской Федерации от 9 июля 2015 г. № АКПИ15-588, от 4 мая 2017 г.   № АКПИ17-204.  

Положение, как следует из его пунктов 1 и 2.4, определяет единый для  всех органов, осуществляющих дознание, предварительное следствие и  судебное производство по уголовным делам, порядок учёта преступлений и  иных объектов учёта, к которым относятся лицо, совершившее преступление,  уголовное дело и принятые по нему решения, материальный ущерб,  причинённый преступлениями, и обеспечение его возмещения, потерпевший,  судебное решение по уголовному делу. На суды общей юрисдикции действие  Положения распространяется в части предоставления информации о  результатах рассмотрения уголовных дел, а также информации для учёта  преступлений по уголовным делам частного обвинения в случае вынесения  обвинительного приговора, вступившего в законную силу.  

В силу пункта 2.2 Положения под учётом понимается фиксирование в  учётных документах органом дознания, дознавателем, следователем,  прокурором, судьёй сведений об объектах учёта с последующим включением  информационным центром МВД, ГУВД, УВД субъектов Российской  Федерации, УВДТ, ДРО МВД России, Главной военной прокуратуры в  статистическую отчётность сведений об объектах, отражённых в учётных  документах.  

К учётным документам относятся журналы учёта, статистические  карточки, формы статистического наблюдения, представленные в электронном  виде документы и иные материальные носители, отражающие количественное  значение сведений об объектах учёта (пункт 2.7 Положения).  

Под учтённым объектом понимается объект учёта, сведения о котором  включены в статистическую отчётность. Корректировка данных статистической  отчётности в зависимости от результатов расследования и судебного  рассмотрения уголовного дела допускается только в пределах отчётного года,  являющегося законченным отчётным периодом (пункт 2.8 Положения).  

Из анализа Положения следует, что оно не регулирует отношений,  связанных с защитой прав и свобод человека и гражданина, а предусматривает  порядок формирования статистической отчётности, ведения учётных  документов и внесения в них показателей, отражающих в том числе  количественное значение сведений об объектах учёта в целях, как указано в  преамбуле Приказа, обеспечения функционирования государственной системы  учёта преступлений, единообразия и полноты отражения в формах  государственного статистического наблюдения сведений о состоянии  преступности, а также реализации единых принципов государственной  регистрации и учёта преступлений.  

Оспариваемое нормативное положение относится к содержанию  

основных понятий, применяемых в части, касающейся учёта преступлений,  которые определены в пунктах 2.1-2.13 главы I «Общие положения», и  исключительно для целей порядка учёта преступлений и иных объектов учёта  отнесено к перечисленной в пункте 2.13 Положения группе реабилитирующих  оснований.  

Частью второй статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской  Федерации предусмотрено, что уголовное дело подлежит прекращению по  основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой этой статьи, в случае,  когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость  этого деяния были устранены новым уголовным законом.  

Оспариваемый абзац пункта 2.13 Положения воспроизводит основание,  предусмотренное приведённой выше нормой Уголовно-процессуального  кодекса Российской Федерации, однако содержит техническую ошибку  (опечатку) в виде указания в скобках вместо слов  «ч. 2 ст. 24 УПК РФ» - «ч. 2 ст. 24 УК РФ».  

Вопреки доводам ФИО2 наличие данной технической ошибки  (опечатки) в оспариваемой норме не может рассматриваться как  обстоятельство, нарушающее её права и свободы, закреплённые в Конституции  Российской Федерации, так как подобная ошибка не изменяет правового  содержания абзаца шестого пункта 2.13 Положения, то есть самой правовой  нормы. Кроме того, Положение, включая оспариваемую норму, не регулирует,  как ошибочно полагает административный истец, отношения, связанные с  реабилитацией в уголовном судопроизводстве, в том числе не определяет  основания возникновения права на реабилитацию, которые в действующем  законодательстве установлены статьёй 133 Уголовно-процессуального кодекса  Российской Федерации. При этом закреплённые в нормах главы 18 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации право граждан на  реабилитацию и порядок его реализации также не предусматривают  использование в этих целях Положения, включая его пункт 2.13.  

Наличие в оспариваемой норме отмеченной технической ошибки  (опечатки) в буквенной аббревиатуре, не влияющей на правильное применение  самой нормы, не может служить основанием для признания её недействующей.  

Кроме того, 15 октября 2019 г. в целях устранения допущенной  технической ошибки (опечатки) издан приказ Генеральной прокуратуры  Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации,  Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны,  чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий,  Министерства юстиции Российской Федерации, Федеральной службы  безопасности Российской Федерации, Министерства экономического развития  Российской Федерации № 721 /699/5 86/23 3/509/658 о внесении изменения в  абзац шестой пункта 2.13 Положения в виде замены слов «УК РФ» словами  «УПК РФ».  

Оспариваемое нормативное положение не являлось правовым основанием  для выдачи ФИО2 приложенной к административному исковому  

заявлению справки Управления Министерства внутренних дел Российской  Федерации по Калужской области от 6 августа 2018 г. № 8/ОСК-Э-040/6776  о наличии (отсутствии) судимости и (или) факта уголовного преследования  либо о прекращении уголовного преследования, с содержанием которой она  фактически выражает несогласие вследствие указания в данном документе  сведений о факте её уголовного преследования и прекращения уголовного дела.  

Вместе с тем форма такой справки и порядок её выдачи установлены  Административным регламентом Министерства внутренних дел Российской  Федерации по предоставлению государственной услуги по выдаче справок о  наличии (отсутствии) судимости и (или) факта уголовного преследования либо  о прекращении уголовного преследования, утверждённым приказом МВД  России от 7 ноября 2011 г. № 1121. Оценка законности действий и решений  полиции, связанных с обработкой данных о гражданах, необходимых для  выполнения возложенных на неё обязанностей, и предоставлением  государственной услуги по выдаче соответствующей справки, не входит в  предмет административного иска по настоящему делу.  

При изложенных обстоятельствах абзац шестой пункта 2.13 Положения,  как соответствующий по своему юридическому содержанию нормативным  правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не может  рассматриваться в качестве нормативного положения, нарушающего права  административного истца в упоминаемом в заявлении аспекте.  

Согласно пункту 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного  судопроизводства Российской Федерации по результатам рассмотрения  административного дела об оспаривании нормативного правового акта суд  принимает решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, если  оспариваемый полностью или в части нормативный правовой акт признаётся  соответствующим иному нормативному правовому акту, имеющему большую  юридическую силу.  

Руководствуясь статьями 175-180, 215 Кодекса административного  судопроизводства Российской Федерации, Верховный Суд Российской  Федерации  

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО2 об оспаривании абзаца шестого пункта 2.13 Положения о едином  порядке регистрации уголовных дел и учёта преступлений, утверждённого  приказом Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Министерства  внутренних дел Российской Федерации, Министерства Российской Федерации  по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации  последствий стихийных бедствий, Министерства юстиции Российской  Федерации, Федеральной службы безопасности Российской Федерации,  Министерства экономического развития и торговли Российской Федерации,  Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом  наркотиков от 29 декабря 2005 г. № 39/1070/1021/253/780/353/399, отказать.  

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца со дня его принятия  

в окончательной форме.  Судья Верховного Суда  Российской Федерации ЮГ. ФИО1