Определение от 28 марта 2011 г. по делу № 2-30/10

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № _20-011-2

КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 28 марта 2011 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Ворожцова С.А. судей Истоминой Г.Н. и Шмаленюка СИ., при секретаре Волкове А.А.

рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осужденного Багандова М.Г. и его защитника адвоката Салимова А.М. на приговор Верховного суда Республики Дагестан от 14 октября 2010 года, которым

Багандов М.Г

несудимый,

осужден к лишению свободы по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 13 лет, по п. «а» ч. 2 ст. 112 УК РФ сроком на 3 года, по ч. 1 ст. 222 УК РФ сроком на 2 года.



По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательно ему назначено 15 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Багандов М.Г. осужден за убийство общеопасным способом И. за причинение средней тяжести вреда здоровью А.. и М.., за незаконное хранение и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов.

Преступления совершены им 27 ноября 2009 года в <...> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Заслушав доклад судьи Истоминой Г.П., объяснения адвоката Каневского Г.В., поддержавшего доводы жалоб об отмене приговора, мнение прокурора Соломоновой В.А., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

В кассационной жалобе адвокат Салимов А.М. указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушение норм материального закона.

По доводам жалобы вывод суда о наличии у осужденного умысла на убийство И. является результатом искажения фактических обстоятельств.

Анализируя показания потерпевших И.., А., свидетеля А., отмечает, что показания потерпевшего И.. о том, что в магазине между Багандовым и погибшим И.. была драка, не подтверждаются показаниями свидетеля А. и потерпевшего А В основу приговора суд положил предположение И.. о том, что видимо И.. ударил Багандова. Показаниям потерпевшего А. о том, что И.. задевал его, а не Багандова, что в момент выстрелов было много людей человек 50, и он не видел кто спровоцировал драку, и кто с кем дрался, что он не разнимал И.. и Багандова, суд оценки не дал. Если же А был ранен в тот момент, когда шел разнимать дерущихся, то первые выстрелы были произведены не в сторону И., а в ту сторону, откуда шел А Эти противоречия не устранены судом.

Не устранены судом и противоречия в показаниях потерпевшего М. относительно того, каким выстрелом он был ранен, а также о том, где в этот момент находился потерпевший. Суд не выяснил, как И. оказался сзади М.. Из приговора неясно, какие показания потерпевшего М.признаны достоверными.



Полагает, что в ходе судебного следствия достоверно установлено, что Багандов не мог произвести прицельные выстрелы в И.., вывод суда о совершении Багандовым умышленного убийства И. основан на предположении.

Не нашел подтверждения в судебном заседании и вывод суда о наличии у Багандова мотива убийства И., каковым якобы явилось противоправное поведение погибшего. Со ссылкой на показания потерпевших А.., М.., свидетеля А.., автор жалобы утверждает, что наличие ссоры и драки между осужденным и погибшим не доказано, никаких неприязненных отношений между Багандовым и потерпевшими не было. Выстрелы прозвучали после того, как А. схватил кисть руки Багандова, который не видел, где находились потерпевшие, а потому не мог прицельно стрелять.

Не является обстоятельством, подтверждающим наличие у Багандова мотива убийства И.. и причинение последним по неосторожности тяжкого телесного повреждения осужденному. Из материалов дела следует, что Багандов понял, что у него перелом ноги после того, как они с И.. вышли на улицу, при этом подумал, что подсечку, от которой он упал и получил перелом ноги, ему сделал А..

Об отсутствии у Багандова мотива убийства свидетельствует и характер полученных И.. ранений задней поверхности левого бедра с направлением раневого канала снизу вверх и сзади наперед, что свидетельствует о том, что ранение И.. было получено после того, как Багандов упал на землю.

В судебном заседании было установлено, что выстрелы прозвучали примерно в 15 часов 15 минут, а доставлен был потерпевший в больницу в 20 часов. Суд не выяснил, где он находился на протяжении 5 часов. Эти обстоятельства свидетельствуют о том, что судом не было достоверно установлено, что причиной смерти потерпевшего могли быть обнаруженные при осмотре трупа И. огнестрельные ранения.

Противоречит нормам материального права и вывод суда о наличии в действия Багандова состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 112 УК РФ. Умысел Багандова на причинение телесных повреждений А и М судом не установлен, а данное преступление, по мнению автора жалобы, может быть совершено только с прямым умыслом.

Просит приговор отменить, производство по ч. 2 ст. 112 УК РФ прекратить в связи с отсутствием в действиях осужденного состава преступления. Переквалифицировать действия Багандова с ч. 2 ст. 105 УК РФ нач. 1 ст. 109 УК РФ.

Осужденный Багандов М.Г. в своей кассационной жалобе также указывает на незаконность и необоснованность приговора, постановленного с нарушением норм материального права.



Утверждает, что уголовное дело в отношении него сфабриковано органами предварительного следствия, а суд этим обстоятельства не дал надлежащей оценки. Осмотр места происшествия и осмотр трупа проведены в одно и то же время, при осмотре места происшествия обнаружено 6 гильз и одна пуля, которая не имеет следов деформации, однако суд не обратил на это внимания. Не дал суд оценку и действиям следователя, который, воспользовавшись неграмотностью свидетеля А.., заставил его подписать протокол допроса. Аналогичным образом получены показания и у И.. В судебном заседании А и И. не подтвердили показания на предварительном следствии, но суд не принял это во внимание.

Суд не учел показания свидетелей, которые пояснили, что у него с погибшим не было конфликта, необоснованно отверг показания свидетеля Г., случайно оказавшегося на месте происшествия.

Отмечает также, что причина смерти И. не установлена, приводя в обоснование этого те же доводы, что и в жалобе адвоката.

Считает показания свидетеля А. о том, что он схватил его за руку после того, как прозвучали 2-3 выстрела, лживыми, поскольку ни один свидетель не дал показаний о том, что между выстрелами был перерыв.

Приводя выводы эксперта о локализации ранений у потерпевшего, отмечает, что эти ранения потерпевший мог получить в результате непроизвольно произведенных им выстрелов в тот момент, когда А. держал его за руку и наступил ногой на руку, а не в результате прицельных выстрелов, как установил суд. Где находился И. и другие потерпевшие, он не знал. Неприязненных отношений с погибшим у него не было. С учетом этого считает, что приговор основан на домыслах и догадках.

Просит «тщательно» рассмотреть его жалобу.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденного в убийстве И.., в причинении средней тяжести вреда здоровью А. и М.. , незаконном хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.

Судом тщательно проверялись и обоснованно отвергнуты доводы осужденного Багандова, поддержанные и в кассационных жалобах об отсутствии у него умысла и мотива убийства И.

При этом суд правильно признал достоверными показания потерпевших А.., потерпевшего М.., свидетеля А., из которых следует, что причиной производства Багандовым выстрелов явилась предшествующая этому ссора и драка между осужденным и И.., при этом непосредственно перед производством осужденным выстрелов на Багандова ни погибший И.., ни другие лица не нападали.

Потерпевший А в частности, пояснил в судебном заседании, что во время употребления спиртных напитков в помещении магазина между Багандовым и И.. возник спор, а затем они вцепились друг в друга и упали вместе, И. упал на Багандова и тот крикнул: «Моя нога». Потом они поднялись, и ссора между ними прекратилась. Когда они вышли из магазина на улицу, И.. ударил его, он развернулся и пошел к своей машине. Потом началась драка между И. и Багандовым, он пошел их разнимать, когда он находился от них на расстоянии примерно двух метров, началась стрельба, в ходе которой он получил ранение в руку. Помнит, что сперва прозвучали один за другим 2-3 выстрела, а потом через некоторое время еще прозвучали выстрелы. Он не видел, чтобы на Багандова до начала стрельбы надвигалась толпа.

Из показаний потерпевшего М.. также следует, что у магазина дрались И.. и Багандов. Он пошел в их сторону с целью разнять, но так как у него не получилось, он стал уходить от них и в этот момент прозвучали выстрелы, и он получил ранение в ногу. Во время получения им ранения И.. находился сзади него.

Свидетель А. пояснил в судебном заседании, что во время употребления спиртных напитков в магазине между Багандовым и И.. произошла ссора, после которой они пожали друг другу руки, и И. упал на Багандова, после чего последний пожаловался на боль в ноге. Он помог Багандову встать, и все вышли из магазина.

На улице он увидел, что Багандов, лежа на земле, вынимает пистолет, при этом никто его не бил, и толпа на него не шла. Из пистолета Багандов произвел 2-3 выстрела, которыми ранил И.. и других лиц, он подбежал, схватил Багандова за руку, но не смог отобрать пистолет, наступил ногой на руку, однако Багандов произвел еще 2-3 выстрела. Он кричал Багандову, что не надо стрелять, но тот не реагировал.

Подтвердил свидетель и свои показания на предварительном следствии о том, что позже ему стало известно, что на улице И.. и Багандов начали драться, в ходе драки Багандов упал на землю от удара И.., после чего начал стрелять в И..

Приведенные показания потерпевших А.., М.., свидетеля А. о том, что на улице между Багандовым и И.. была ссора и драка соответствуют показаниям свидетелей А. и И.. на предварительном следствии, которые были оглашены в судебном заседании в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 281 УПК РФ.



И<...> пояснил также в судебном заседании, что видел, как Багандов, лежа на боку, стрелял, его пытались остановить, но кто это был, он не знает.

Из показаний свидетеля И.. следует, что между И.. и Багандовым у магазина была ссора и драка, на шум которой он вернулся к магазину. Не доходя до них метра 3-4, он услышал звук 4-5 выстрелов, видел как Багандов лежал на земле, а И.. был ранен. К нему подошел А.. и сказал, что его ранили в руку, и попросил отвезти его в больницу. Он не видел, чтобы на Багандова на улице перед началом стрельбы кто-либо нападал.

Согласно протоколу осмотра трупа И.., заключению комиссии судебно-медицинских экспертов И.. причинены огнестрельное пулевое сквозное ранение мягких тканей левого бедра с локализацией входной раны на задней поверхности бедра, выходной - на его внутренней поверхности, направление раневого канала сзади наперед и снаружи вовнутрь; огнестрельное пулевое ранение задней поверхности верхней трети левого бедра, проникающее в брюшную полость, направление раневого канала снизу вверх, и сзади наперед, ссадины на лбу, подбородке, в области переносицы, на груди, на левой кисти, левом предплечье, кровоподтек на груди слева.

Локализация полученных И. огнестрельных ранений в области бедра на высоте 62 см от подошвы и на высоте 91 см от подошвы не противоречат, как об этом утверждается в жалобах, а, напротив, соответствует показаниям свидетелей А., И.., а также показаниям самого Багандова о том, что в момент производства выстрелов Багандов лежал на земле.

Характер обнаруженных на трупе И. повреждений помимо огнестрельных ранений подтверждает приведенные выше показания потерпевших и свидетелей о том, что между Багандовым и И. была драка, в ходе которой И.. получил ссадины и кровоподтеки.

Локализация полученных И.. и А.. ранений, расположенных на задней поверхности левого бедра И. и на задней поверхности локтевого сустава А. в совокупности с приведенными выше показаниями свидетелей и потерпевших свидетельствует о том, что в момент производства выстрелов потерпевшие, обращенные спиной к Багандову, не нападали на него.

Исследованными судом доказательствами опровергаются доводы жалоб о неосторожном характере действий Багандова, о том, что, производя выстрелы, он защищался от нападения группы лиц, надвигавшихся на него.



Принимая во внимание заключение экспертов о том, что причиной смерти И.. могли явиться причиненные ему огнестрельные пулевые ранения, а также приведенные выше показания потерпевших, свидетелей, суд правильно установил прямую причинную связь между действиями Багандова и смертью потерпевшего. Доводы жалоб о том, что потерпевший не был своевременно доставлен в больницу, не могут поставить под сомнение этот вывод суда.

Приведя подробный анализ представленных сторонами доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о том, что Багандов, действуя на почве личных неприязненных отношений к И.., с целью его убийства произвел прицельные выстрелы в потерпевшего.

Об умысле осужденного на причинение смерти потерпевшему свидетельствует характер его действий, а именно производство выстрелов из пистолета в направлении И.. с близкого расстояния, а также тот факт, что Багандов не прекратил производить выстрелы и после того, как свидетель А. схватил его за руку и наступил ногой ему на руку.

Производя выстрелы в направлении И.., рядом с которым находились люди, Багандов осознавал, что его действия представляют опасность не только для потерпевшего И.., но и для других находящихся рядом с ним лиц, и фактически осужденным помимо причинения смерти И.. причинен вред здоровью А.. и М..

При таких данных суд обоснованно расценил избранный Багандовым способ убийства как общеопасный и правильно квалифицировал его действия по п. «е» ч. 2 ст. 105, п. «а» ч. 2 ст. 112 УК РФ.

Очередность причинения ранений потерпевшим, на что обращается внимание в жалобах, не имеет правового значения и не влияет на юридическую оценку действий осужденного.

Доводы жалобы о том, что для квалификации действий осужденного по п. «а» ч. 2 ст. 112 УК РФ необходимо установить прямой умысел, не основаны на законе. Производя выстрелы в направлении И.., рядом с которым находились другие люди, Багандов, хотя и не желал причинения им вреда, однако сознательно допускал возможность причинения вреда их здоровью любой тяжести, то есть действовал с косвенным умыслом на причинение средней тяжести вреда здоровью А. и М.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущего отмену приговора, из материалов дела не усматривается.



Вопреки доводам жалоб суд дал надлежащую оценку всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, в том числе и показаниям свидетелей А., И.. Сопоставив показания указанных лиц с показаниями потерпевших, свидетелей, суд обосновано признал достоверными их показания в судебном заседании и на предварительном следствии в той части, в которой они соответствуют другим доказательствам.

Оценив показания свидетеля Г.., суд с учетом того, что он не смог описать место преступления, опознать лиц, которые там находились, обоснованно отверг его показания.

В основу приговора судом положены только допустимые доказательства.

Осмотр места происшествия произведен следователем Г. с участием понятых и эксперта криминалиста. С участием понятых и судебно-медицинского эксперта произведен следователем Г. и осмотр трупа И..

В связи с ходатайством стороны защиты о признании данных доказательств недопустимыми в судебном заседании был допрошен следователь Г., который пояснил, что вначале им был произведен осмотр трупа, а затем осмотр места происшествия, при этом в протоколе осмотра места происшествия он ошибочно указал начало следственного действия в 19 часов 20 минут вместо 20 часов 20 минут.

Принимая во внимание объяснения следователя, содержание протоколов осмотра места происшествия и осмотра трупа, которые подписаны всеми участниками следственных действий, суд обоснованно пришел к выводу о том, что ошибочное отражение времени начала осмотра места происшествия не может поставить под сомнение законность данного следственного действия и его результаты, в связи с чем правильно признал указанные протоколы допустимыми доказательствами и сослался на них в приговоре.

Доводы жалобы осужденного о том, что уголовное дело в отношении него сфабриковано, носят предположительный характер и не подтверждаются материалами уголовного дела.

По указанным мотивам судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора по доводам жалоб.

Наказание назначено осужденному соразмерно содеянному, с учетом данных о его личности, всех обстоятельств дела, а также влияния назначенного наказания на его исправление, на условия жизни его семьи.



Все смягчающие наказание осужденного обстоятельства: явку с повинной, наличие на его иждивении малолетнего ребенка, противоправность поведения потерпевшего, послужившая поводом совершения преступления, учтены судом при назначении наказания Багандову в полной мере.

Оснований для признания назначенного осужденному наказания несправедливым не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Верховного суда Республики Дагестан от 14 октября 2010 года в отношении Багандова М Г оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Багандова М.Г. и его защитника адвоката Салимова А.М. - без удовлетворения.

Преде эствующийСудьи: