Апелляционное определение от 4 июля 2019 г. по делу № 2-1/2019

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 45-АПУ19-12


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 4 июля 2019 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Сабурова Д.Э. судей Хомицкой Т.П. и Истоминой Г.Н. при секретаре Горностаевой Е.Е.

рассмотрела в судебном заседании апелляционные жалобы осужденных ФИО1 ФИО2., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, адвокатов Сибиряковой А.А., Шестопалова М.А., Молчанова А.А. в защиту интересов осужденных ФИО1 и ФИО5 на приговор Свердловского областного суда от 21 января 2019 года, которым

ФИО1, <...> ранее судим:

31 июля 2017 года по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 1 году лишения свободы,

осужден к лишению свободы по ч. 1 ст. 212 УК РФ к 8 годам.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенного по приговору Кировского

I

районного суда г. Екатеринбурга от 31 июля 2017 года и настоящему приговору, назначено 8 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

ФИО2, <...> ранее судим:

13 июля 2018 года по п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 150, ч. 2 ст. 69 УК РФ к 2 годам лишения свободы;

20 декабря 2018 года по п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 2 годам 2 месяцам лишения свободы,

осужден к лишению свободы по ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 212 УК РФ к 3 годам.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенного по приговору Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 20 декабря 2018 года и настоящему приговору, назначено 4 года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима.

ФИО3, <...> ранее судим:

20 июня 2013 года по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы, освобожденного 30 апреля 2015 года,

19 мая 2017 года по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 9 годам лишения свободы,

осужден к лишению свободы по ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 212 УК РФ к 4 годам.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенного по приговору Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 19 мая 2017 года и настоящему приговору, назначено 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

ФИО4, <...> несудим,

осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 212 УК РФ к 4 годам с отбыванием наказания в колонии общего режима.

ФИО5, <...> несудим,

осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 212 УК РФ к 3 годам 9 месяцам с отбыванием наказания в колонии общего режима.

ФИО6, <...> несудим,

осужден к лишению свободы по ч. 2 ст. 212 УК РФ к 4 годам с отбыванием наказания в колонии общего режима.

Срок отбытия наказания исчислен названным осужденным с 21 января 2019 года с зачетом времени содержания их под стражей.

Постановлено о взыскании в доход государства процессуальных издержек с ФИО6 160 020 рублей, ФИО5 - 34 500 рублей, ФИО2. - 17 940 рублей, ФИО3 - 198 720 рублей, ФИО1 - 88 320 рублей, ФИО4 - 219 420 рублей.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

По делу также осуждены ФИО7, ФИО8, ФИО9., ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15., ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, приговор в отношении которых не обжалован и в апелляционном порядке не пересмотрен.

Судом признаны виновными и осуждены: ФИО1 - за организацию массовых беспорядков, сопровождавшихся насилием; ФИО2. и ФИО3 - за покушение на участие в массовых беспорядках, сопровождавшихся применением насилия; ФИО6, ФИО5, ФИО4 - за участие в массовых беспорядках, сопровождавшихся насилием, в ходе которого 13 участников массовых беспорядков получили огнестрельные ранения, двое из которых скончались в медицинском учреждении г. Екатеринбурга, двоим причинен тяжкий вред здоровью, потерпевшим причинен физический и моральный вред, дестабилизирована общественная жизнь и нарушен порядок в Ленинском районе г. Екатеринбурга на прилегающих к дому по ул. Депутатской, 54, поставлена под угрозу общественная безопасность.

Преступление совершено 2-3 сентября 2016 года в г. Екатеринбурге при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Заслушав доклад судьи Хомицкой Т.П., объяснение осужденных ФИО1, ФИО2., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 в режиме видеоконференцсвязи, выступление адвокатов Шестопалова М.А., Урсол А.Л., Шевченко Е.М., Кротовой СВ., ФИО20, ФИО21, ФИО22, поддержавших доводы жалоб, выступление остальных осужденных, освобожденных по отбытии наказания и поддержавших доводы авторов апелляционных жалоб, мнение государственного обвинителя Генеральной прокуратуры Прониной Е.Н., полагавшей приговор оставить без изменения, Судебная коллегия

установила:

в апелляционной жалобе осужденный ФИО4 выражает несогласие с приговором ввиду суровости назначенного наказания, полагая, что суд не учел противоправное поведение потерпевших при установленных обстоятельствах. Обращает внимание, что в результате полученного им ранения, он вынужден передвигаться на костылях, находясь в СИЗО, не имеет возможности оформить инвалидность. Указывает, что у него на иждивении двое малолетних детей, престарелые родители, в связи с чем просит о снижении наказания и об освобождении от уплаты процессуальных издержек.

В апелляционных жалобах осужденный ФИО5. и адвокат Сибирякова А.А. в защиту его интересов выражают несогласие с приговором, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Осужденный оспаривает причастность к учиненным массовым беспорядкам. Обращает внимание, что в месте проживания потерпевших оказался, так как ехал домой, к потерпевшим не подходил, последние сами спровоцировали конфликт, отказавшись разговаривать. Потерпевшие Ш. и Д. стреляли людям в спину, когда те стали разбегаться. Просит о пересчете судебных издержек.

Адвокат, излагая обстоятельства произошедшего, как случайное стечение событий, вызванное стремлением осужденного ФИО1 избежать применения насилия со стороны потерпевшего Ш. и его родственников по поводу имевшегося накануне личного конфликта между ФИО1 и Ш., полагает, что в действиях ее подзащитного ФИО5, сопровождавшего ФИО1, приехавшего к дому потерпевшего, с целью не допустить какой либо провокации и оказания помощи в разрешении конфликта, отсутствует умысел на совершение массовых беспорядков.

Подробно анализируя обстоятельства, адвокат полагает, что Ш. и братья Д. находившиеся в состоянии опьянения, будучи вооруженными, сами спровоцировали такое развитие событий, в ходе которых пострадали люди.

Также указывает, что обязательным признаком состава преступления, предусмотренного ст. 212 УК РФ, является использование огнестрельного оружия, какого не было со стороны осужденных по делу. По мнению адвоката, отсутствуют и иные признаки данного преступления: реакция на определенные требования представителей власти, оказание им сопротивления; не установлено судом и то, что от действий приехавших с ФИО23 лиц, пострадали жители близлежащих домов.

Не согласен адвокат и в вопросе квалификации ряда осужденных лиц, как покушение на участие в массовых беспорядках.

Полагает, что судом не установлены конкретные действия ФИО5, как участника событий, мотив его действий, а, следовательно, отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 212 УК РФ.

Обращает внимание, что судом неверно взыскана сумма процессуальных издержек с ее подзащитного. Просит об оправдании ФИО5

В апелляционной жалобе осужденный ФИО6 выражает несогласие в приговором в части взыскания процессуальных издержек за участие адвоката. Обращает внимание на то, что в ходе предварительного следствия его интересы защищали и адвокаты, с которыми было заключено соглашение. По его подсчетам эта сумма должна быть снижена до 69 000 рублей. Просит о пересчете размера процессуальных издержек и изменении приговора в связи с этим.

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним осужденный ФИО1., адвокат Шестопалов М.А. в защиту его интересов, в дополнениях к жалобам адвокат Молчанов А.А. выражают несогласие с приговором, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Анализируя доказательства по делу, авторы утверждает об отсутствии доказательств виновности ФИО1 в содеянном. В обоснование ссылаются на то, что ФИО1 прибыл к дому Ш. по инициативе последнего, с целью разрешения имевшего место накануне, личного конфликта. Указывают на отсутствие какого-либо инструктажа со стороны ФИО1 о проведении массовых беспорядков у торгового центра «Фан-Фан», телефонные соединения со своими родственниками ФИО1 имел лишь по бытовым вопросам. Отрицают установленные судом обстоятельства самообороны со стороны потерпевших, которые вели целенаправленную стрельбу по прибывшим к дому Ш.. Оспаривают роль ФИО1, как организатора

массовых беспорядков. Судом не дана оценка доводам стороны защиты о возможной характеристике действий осужденных лиц, как хулиганство.

Дополнительно адвокат Шестопалов М.А. обращает внимание на то, что при осмотре места происшествия были обнаружены 26 гильз, стрелянные из одного оружия и при наличии показаний осужденных о наличии автомата у потерпевших, данное обстоятельство ставит под сомнение показания потерпевших о наличии у них лишь карабина «Вепрь», снаряженного лишь 10 патронами, и травматического пистолета, то есть достоверность показаний потерпевших в целом, в том числе и об отражении нападения.

Дополнительно осужденный ФИО1 утверждает об исходившей угрозе ему и его жене со стороны Ш. и Д.. Полагает, что поскольку он был оскорблен, он был вынужден приехать к дому Ш. по приглашению последнего. Указывает, что на ул. Депутатской находились 24 человека, 16 из которых он вообще не знал, а, следовательно, и созывать к этому месту он их не мог. Излагая обстоятельства произошедшего, утверждает о своей невиновности.

На исходившие от Ш. угрозы в адрес ФИО1 обращает внимание и адвокат Молчанов А.А., полагая, что именно его подзащитный является пострадавшим в этой ситуации. Также адвокат Молчанов А.А. обращает внимание, что ходатайство ФИО1 об ознакомлении его с материалами уголовного дела фактически не удовлетворено, поскольку ФИО1 в силу заболевания глаз не мог реализовать свое право. Неполно представлены и ему, как адвокату, материалы уголовного дела для ознакомления на бумажном носителе.

Авторы жалоб просят об отмене приговора и об оправдании ФИО1 ФИО1 также указывает о наличии пятерых детей, просит о применении положений ст. 80 УК РФ и о проявлении снисходительности.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО3 также выражает несогласие с приговором, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного закона. В обоснование указывает, что его опознание не могло быть произведено 11 апреля 2016 года, так как события имели место 3 сентября 2016 года. Ставит под сомнение достоверность показаний потерпевшего Д. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о наличии у него, ФИО3, кровоподтека под глазом, поскольку первоначально об этом обстоятельстве упоминал при допросе его брат, ФИО24 Оспаривает показания свидетеля Ш. Утверждает, что в действиях потерпевших отсутствуют признаки необходимой обороны, в связи с чем выражает несогласие с прекращением дела в отношении них по признакам ст. 105 УК РФ. Выражает несогласие с квалификацией своих

действий. Обращает внимание, что ФИО7 после заключения досудебного соглашения, оговорил часть осужденных лиц.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2., не мотивируя, оспаривает назначенное наказание, находя его слишком суровым. Просит о смягчении.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Макарова М.С. просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, приговор - без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, Судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденных ФИО1, ФИО2., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 в содеянном правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательствах.

В судебном заседании названные осужденные вину не признали, и за исключением ФИО3, отказавшегося от дачи показаний, пояснили об обстоятельствах своего случайного нахождения 3 сентября 2016 года на ул. Депутатской, 54 в месте проживания Ш.

ФИО1, указав о наличии накануне конфликта между ним и Ш., пояснил, что, опасаясь физической расправы со стороны последнего, приехал к месту жительства Ш. чтобы урегулировать конфликт. В результате случайных встреч, узнав о конфликте, сюда же приехали его родственники и знакомые, чтобы поддержать его в целях разрешения конфликтной ситуации мирным путем.

Все осужденные при этом указали, что применение насилия спровоцировала потерпевшая сторона, ими же было применено огнестрельное оружие, в результате которого пострадали приехавшие лица.

Содержание же их апелляционных жалоб о недоказанности обвинения и необоснованности осуждения по существу повторяют процессуальную позицию в судебном заседании по первой инстанции, которая была в полном объеме проверена при рассмотрении дела и обоснованно отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств.

Так, выслушав осужденных, исследовав и сопоставив их показания, данные на стадии предварительного следствия, в качестве подозреваемых, обвиняемых, при их проверке на месте преступления, на очных ставках, в которых они в разной степени поясняли о приезде к месту жительства Ш. по просьбе ФИО1 для урегулирования имевшего место

накануне между ними конфликта, суд имел возможность убедиться в недостоверности изложенных ими сведений в судебном заседании.

В этом контексте, как следует из показаний ФИО2, ФИО1 попросил поучаствовать в «стрелке», попугать, создать массовость, сообщил, что возможно придется применить насилие. У дома Ш.Ш. пытался обезоружить Д. после чего и раздались выстрелы. Из показаний ФИО5: первыми на потерпевших напали приехавшие, затем началась стрельба и все разбежались. Из показаний ФИО4: на ул. Депутатской во время конфликта кто-то из русских парней схватился за автомат Д. а он, ФИО4, за рожок от этого автомата, после чего раздался выстрел из пистолета, а уже потом прозвучали выстрелы из автомата. Из показаний ФИО6: на ул. Депутатской он видел пистолет в руках Ш. сам он взял нож и демонстрировал его Ш., размахивал им и просил Ш. убрать пистолет. Из показаний самого ФИО1 также следует, что в ходе событий он достал из машины нож и демонстрировал его противоположной стороне; ФИО6 нанес Д.в прыжке удар правой рукой, в левой руке при этом был нож, от удара Д.упал; Д. стал направлять автомат в сторону ФИО7, но тот отвел оружие, а после нанес удар рукой в голову, от чего Д. упал на землю, и лишь после этого раздались выстрелы.

Эти же значимые обстоятельства имевших место событий на ул. Депутатской, так и предшествующие этому призывы к сбору лиц цыганской национальности для оказания «помощи» ФИО1 в урегулировании конфликта с казаками были изложены и в показаниях, данных в ходе досудебного производства, осужденных ФИО12, ФИО7, ФИО17, ФИО15, ФИО8, ФИО16, ФИО9, ФИО10

Вопреки утверждениям стороны защиты о противоречивости данных показаний, об оказанном давлении со стороны сотрудников правоохранительных органов при их изложении на стадии расследования, суд, с учетом анализа и оценки всех показаний, обоснованно признал их достоверными и допустимыми, так как они неоднократны, последовательны, согласуются между собой, даны в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и подтверждаются совокупностью иных доказательств по делу.

Стремление осужденных в последующих своих показаниях, в том числе и в судебном заседании, смягчить свою ответственность, преуменьшая свою роль в содеянном, никак не свидетельствует о противоречивости этих показаний об обстоятельствах массового конфликта, а вызваны лишь желанием изменить квалификацию своих действий на менее тяжкий уголовный закон, либо избежать уголовной ответственности. То

обстоятельство, что изобличая друг друга в содеянном в своих показаниях, данных в ходе досудебного производства, в то же время осужденные в части своих показаний умалчивают об истинных мотивах и своих действиях, не ставит под сомнение вывод суда о совершении ими преступления против общественной безопасности.

Принимая во внимание соответствие их показаний на стадии предварительного следствия иным доказательствам по делу, отсутствие у осужденных причин к оговору друг друга, суд правильно указал на их достоверность в части пояснений о роли каждого в содеянном. Не установлено судом и каких-либо обстоятельств, указывающих на наличие неприязненных отношений между осужденными на момент совершения преступления.

При этом, судом правильно обращено внимание на то, что некоторыми осужденными не оспаривался факт предварительной договоренности о поездке на ул. Депутатскую к дому Ш. для выяснения с ним отношений, вызванной возникшей накануне конфликтной ситуацией между ним и ФИО1, а также обстоятельства согласования вопросов о месте и времени сбора, о маршруте и порядке организованного прибытия используемых осужденными автомобилей к месту совершения преступления.

Правильно судом указано, что о целях поездки свидетельствуют употребляемые ими при их допросах в ходе предварительного следствия термины "стрелка" и "разборка", на которые они согласились поехать по предложению ФИО1, а также действующих в его интересах ФИО7, Т. (Лицо № 4) и Б.

По обстоятельствам проявленной инициативы ФИО1 для «разборки» с Ш. встреч многих лиц и консультаций у ТРЦ, о нападении на казаков и начавшейся в ответ стрельбе со стороны потерпевших, пояснил, допрошенный в качестве подозреваемого, обвиняемого и Х. чьи показания в судебном заседании были оглашены, в связи со смертью последнего.

Несостоятельны и утверждения осужденного ФИО25 о своей непричастности к содеянному.

Его как одного из участников нападения опознали на следствии Д. и Д. (т.40 л.д.72-76, 77-81), подтвердив затем свои показания на очных ставках с ним (т.40 л.д.87-91, 92-95). При этом Д. обратил внимание на характерный признак у ФИО25 - наличие синяка под глазом, о наличии которого у ФИО25 на день совершения преступления в суде показал и свидетель Г. Доводы осужденного ФИО25 в этой части о том, что потерпевший Д. о

кровоподтеке сообщил лишь после того, как на это обстоятельство указал его брат - Г. несостоятельны, поскольку допрос свидетеля был произведен после того, как потерпевший упомянул об этой особенности в процессе опознания.

Допрошенный судом в качестве свидетеля О. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, также показал, что именно он предложил ФИО25 принять участие в разборке и помочь ФИО1, на что ФИО25 согласился и принял затем участие в массовых беспорядках.

На наличие заранее приготовленных орудий совершения нападения на Ш. и находившихся с ним других лиц указывают не только потерпевшие, но и сами осужденные.

Так, ФИО1, ФИО25, ФИО6, ФИО12, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО17, ФИО15, ФИО16, ФИО13 и ФИО9 утверждали в суде и на стадии предварительного следствия, что следует из исследованных судом показаний, у приехавшего вместе со всеми Ш. был при себе травматический пистолет похожий на пистолет Макарова. Осужденные ФИО12, ФИО15, ФИО13 и ФИО16 показали о наличии пневматического пистолета у ФИО15, которому его передал ФИО1 перед тем, как участники беспорядков прибыли к месту происшествия. ФИО1, ФИО6 признали наличие у них ножа, что подтвердили ФИО12 и ФИО9.

Из показаний в судебном заседании свидетеля О. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (приговор, в отношении которого постановлен по правилам главы 40.1 УПК РФ) следует, что ФИО1 и семья Оглы являются его родственниками. ФИО1 поведал ему о состоявшемся конфликте и боясь ехать на встречу с Ш. один, просил помочь знакомых ему парней. О конфликте знали многие родственники, которые откликнулись на просьбу ФИО1 Также свидетель пояснил, что на встречах у ТРЦ «Фан-Фан», «Глобус» подъехавшим туда родственникам и знакомым ФИО1 рассказывал о конфликте, что ему «забили стрелку» и хотят встретиться, после чего все на машинах поехали к дому Ш.. Пояснил также об имевшихся в группе пневматическом пистолете, ножах. Приехавшие пытались отобрать оружие, Ш. стал стрелять.

В соответствии с заключением эксперта от 4 октября 2016 года пуля, извлеченная в ходе операции из тела Д. ДД.ММ.ГГГГ г.р., могла быть выстреляна из травматического оружия калибра 9 мм Р.А. (например, пистолета ИЖ-79-9Т), является элементом снаряжения огнестрельного оружия ограниченного поражения, и не могла быть выстреляна из изъятого у Ш. пистолета МР-80-13Т № <...> из которого стреляны остальные пули, так как принадлежат патронам другого калибра - .45 КддЪЪег (т.З л.д.115-117), что

дополнительно подтверждает достоверность показаний потерпевших о применении к ним физического насилия со стороны приехавших лиц.

Кроме того, согласно заключению эксперта от 17 апреля 2017 года установлено, что направление дульного среза травматического пистолета калибра 9 мм РА. в процессе не менее двух выстрелов ориентировано со стороны домов 69 по ул. Депутатской и 69 по ул. Автономных Республик в направлении дома 54 по ул. Депутатской. Изъятые с места происшествия 4 гильзы калибра 9 мм Р.А. и 2 пули калибра 9 мм Р.А. из раны Д. и из фары автомобиля ВАЗ-2104 <...> свидетельствуют о применении не менее одной единицы травматического оружия калибра 9 мм Р.А. со стороны, где находились осужденные (т. 19 л.д.61-65).

Помимо показаний осужденных и потерпевших о наличии ножей у прибывших на ул. Депутатскую, данный факт подтверждается и письменными доказательствами, такими как протоколами опознания, изъятого ножа в автомобиле «БМВ Х6», обнаружением и изъятием 5 баллончиков со сжатым воздухом для стрельбы из пневматического оружия, фактом изъятия ножа в доме по месту жительства ФИО5 и иное.

Вопреки утверждениям стороны защиты, сопоставив показания, данные в ходе досудебного производства и в судебном процессе, судом обоснованно оценены как достоверные показания свидетеля П. ( <...> (которая прекратила всяческие отношения с Д. воспитывавший ее с 6 лет, а также со своим братом Д.., дядей Д. и Ш.), данные ею именно на стадии расследования. Из показаний свидетеля следует, что ФИО26 или ФИО7 сказал по-цыгански забрать оружие о у потерпевших, после чего ФИО7 схватил автомат за ствол, ударил Д. в этот же момент упали отец и Ш., из рук которых выпали пистолеты, а ФИО26 пытался схватить брата, который побежал. Воспользовавшись замешательством, Ш. подняв пистолет с земли, лежа сделал 3-4 выстрела. Сидя в машине, она слышала, как кто-то слева от машины стрелял в ее отца, Д. и Ш.. В этот момент Д.из автомата произвел выстрелы.

Именно эти показания свидетеля соответствуют показаниям потерпевших, с которыми П. состоит по сути в неприязненных отношениях.

Из показаний потерпевшего Ш. следует, что 2 сентября 2016 года он нецензурно выразился в адрес ФИО1, после чего тот сказал ему, что он «попал» и пригрозил приехать к нему и вспороть живот. На следующий день к нему приехали Д. и сообщили, что ФИО1 с другими едет его убивать.

Потерпевшие Д. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, Д. ДД.ММ.ГГГГ года рождения и Д. подтвердили показания о конфликте между Ш. и ФИО1, пояснили, что последний звонил Д. с угрозами в адрес Ш. и намерением прострелить тому голову, об их попытках дозвониться Ш. и предупредить об опасности, но поскольку на звонки не отвечали, они поехали к Ш. По приезду, оценив реальность угрожавшей опасности, они вооружились: у Ш. был карабин «Вепрь» и травматический пистолет ПМ. Практически сразу же к дому подъехали машины, из которых вышли люди и начали раскачивать ворота во двор дома, кто-то из приехавших предложил бросить гранату во двор, а потому они все вчетвером вышли к приехавшим, которых было около 35-40 человек.

Потерпевшие детально описали события нападения на них, указали о вооруженности приехавших лиц, кто и чем, об избиении кулаками Д.., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и Ш. о том, что прозвучал выстрел и увидели, как на землю упал Д. у которого, как выяснилось потом, было пулевое ранение плеча. Подхватив упавший с плеча Ш. карабин, Д., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, отражая нападение, открыл неприцельную стрельбу в направлении нападавших, как и упавший Ш., который производил выстрелы из травматического пистолета. Когда все разбежались, они, жена Ш. и дети уехали в поселок Горный Щит.

Судом правильно обращено внимание на то, что сообщенные потерпевшими сведения, согласуются в большей степени с показаниями осужденных, данных в ходе досудебного производства, так и с результатами следственных действий, в том числе и при их проверке на месте преступления; сравнив показания потерпевших с заключениями экспертов о характере и степени вреда, причиненного здоровью всех пострадавших лиц, механизме образования телесных повреждений, судом обоснованно сделан вывод о достоверности показаний потерпевших, как в части примененного осужденными оружия, так и в части причиненных травм.

При этом, судом правильно обращено внимание на то, что имеющиеся незначительные противоречия в показаниях потерпевших относительно действий как их самих на месте происшествия, так и осужденных, объясняются скоротечностью событий, большим количеством прибывших на место происшествия участников беспорядков и других лиц, и невозможностью в связи с этим запомнить события в полной и хронологической последовательности, и, кроме того, имеющиеся противоречия не ставят под сомнение уставленные судом фактические обстоятельства содеянного.

Совместное прибытие осужденных и других лиц 3 сентября 2016 года к месту совершения преступления - к дому Ш. на ул.Депутатскую в составе колонны автомобилей, среди которых были БМВ Х6 под управлением

ФИО1., "Лада-Приора" под управлением ФИО16, "Тойота-Камри" черного цвета под управлением ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, "Тойота- Камри" золотистого цвета под управлением ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, "БМВ-75О" под управлением ФИО6, ВАЗ-2109 под управлением ФИО8, "Рено-Меган" под управлением ФИО18, последовательно подтверждается записями с камер видеонаблюдения у ТРЦ"Фан-Фан", ТРЦТлобус", кафе "Бахар" и с камер видеонаблюдения, установленных на доме Е. по ул.Автономных Республик, 38.

Как отмечено судом в приговоре, согласно просмотренным записям у ТРЦ "Фан-Фан» от 3 сентября 2016 года сначала около 14.24 часов появился автомобиль под управлением ФИО7, затем - автомобиль «Хёндай Сайта Фе», который использовался в тот момент Б.. Там же происходит встреча между ФИО7, Б., ФИО13 и другим лицом, после чего они уезжают. Около 15.13 часов на парковку вновь приехал автомобиль под управлением ФИО7 с ФИО13, следом появились ФИО9, ФИО10 и ФИО18, приехавший на автомобиле «Рено-Меган», а затем колонна из автомобилей «БМВ Х6», золотистой «Тайота-Камри» и «Дэу-Т». Около 16.00 часов ФИО1 собрал вокруг себя молодых людей, о чем-то говорит и активно жестикулирует. Через несколько минут все разошлись и колонна автомобилей выехала с парковки.

Судом также обоснованно сделан вывод о том, что анализ детализации телефонных соединений между осужденными и другими лицами 2 и 3 сентября 2016 года, подтверждает наличие сговора на организацию массовых беспорядков, их планирование, подготовку и реализацию. Это следует из установленного факта согласованного сбора участников и организатора этого сбора ФИО1 у ТРЦ "Фан-Фан", ТРЦ "Глобус", кафе "Бахар", подтвержденного записями с камер видеонаблюдения с дома Е. по ул. Автономных Республик, 38, с камер видеонаблюдения у ТРЦ"Фан-Фан" и "Глобус", кафе "Бахар", общения по телефонам в целях организованного движения колонны автомобилей на ул. Депутатскую для «стрелки» с Ш..

Также следует отметить, что помимо показаний свидетелей С., П.З. супругов М.Ш. и других, проживающих в непосредственной близости от места происшествия и слышавших похожие на выстрелы звуки как на ул. Депутатской, так и на прилегающей к ней ул. Автономных Республик, охватывающих достаточно большой объем частной жилой застройки, факт производства выстрелов подтверждается и сведениями, установленными в ходе осмотра места происшествия на ул. Депутатской и ул. Автономных Республик, в частности, брошенными автомобилями различных марок, а также обнаруженными гильзами от патронов различного калибра, пулями от травматического пистолета, огнестрельными повреждениями, выявленными на автомобилях,

на бетонных столбах возле домов, фрагментами пуль, обнаруженными при осмотре фасадов домов.

Из показаний допрошенных судом свидетелей ФИО27 Р.С, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также из признанных судом достоверными показаний Б. осужденных ФИО9, ФИО2 и ФИО8 следует, что прибывшими автомобилями, а также вышедшими из них людьми ул. Депутатская была полностью заблокирована, движение по ней транспорта и людей было невозможно с учетом ее незначительной ширины, а также отсутствия обочин и тротуаров.

Само преступление создало угрозу для жизни и здоровья проживающих в рядом расположенных домах на ул .Депутатской и ул .Автономных Республик людям, и напугало их, о чем в судебном заседании также показали свидетели П.М. М.Н. Е.., Я. и свидетель под псевдонимом "П<...>".

Таким образом, вопреки утверждениям стороны защиты, суд дал оценку доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства, в их совокупности, при этом указал основания, по которым одни доказательства приняты, а другие отвергнуты. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией осужденных, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебного решения.

Изложенные доказательства и другие, перечисленные в приговоре, судом мотивированно признаны достаточными для формирования вывода о виновности осужденных в совершении преступлений, с чем соглашается и Судебная коллегия.

С учетом изложенного, суд обоснованно пришел к выводу о виновности осужденных ФИО1, ФИО2., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, и их действия правильно квалифицировал. Оснований для переквалификации на менее тяжкий уголовный закон, а также для оправдания, о чем ставится вопрос в апелляционных жалобах, не имеется.

В судебном заседании было с достоверностью установлено, что организатором массовых беспорядков является ФИО1, поскольку именно он привлек как непосредственно, так и через других лиц, к участию в преступлении осужденных, осуществлял мероприятия по сбору участников, по привлечению автотранспортных средств, по организованному выдвижению к месту преступления, доводил до исполнителей условия их участия и необходимость вооружиться, а также координировал действия осужденных на месте преступления, подав команду на цыганском языке, после которой

к потерпевшим было применено насилие, то есть фактически дал указание к совершению массовых беспорядков непосредственно на месте преступления.

Осужденные ФИО6, ФИО5, ФИО4 являются непосредственными исполнителями, а потому несут ответственность за участие в массовых беспорядках, поскольку они применили насилие к потерпевшим, и их действия правильно квалифицированы как оконченное преступление.

Осужденные ФИО2. и ФИО3, прибывшие совместно с другими осужденными к дому по ул. Депутатской, 54, выполнили все оговоренные с организатором массовых беспорядков ФИО1 действия, определили порядок следования к месту преступления и действия на месте преступления, в составе организованной колонны прибыли к месту происшествия, где согласованно покинули автомобили и направились к дому Ш.. При этом в автомобилях ВАЗ-2109 и "Рено-Меган" имелись указанные выше предметы, которые могли быть использованы к качестве оружия - деревянная бита и металлические палки, ФИО17 был вооружен ножом, ФИО15 - пневматическим пистолетом, а ФИО25, по утверждению потерпевших, выкрикивал угрозы применения насилия к ним. Однако они не смогли довести свой преступный умысел по применению в ходе массовых беспорядков насилия к потерпевшим до конца по независящим от них обстоятельствам, так как в связи с краткосрочностью развития конфликтной ситуации, ограниченностью пространства для нападения на потерпевших, активным сопротивлением, которое оказали Ш. и Д., применив огнестрельное оружие, опасаясь получения огнестрельных ранений, нападавшие покинули место происшествия.

При таких обстоятельствах, действия ФИО2. и ФИО3 правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 212 УК РФ, как покушение на участие в массовых беспорядках, сопровождавшихся применением насилия.

Вопреки утверждениям стороны защиты, суд правильно указал в приговоре о том, что анализ интенсивных телефонных соединений между осужденными перед совершением преступления, согласованность передвижения к месту происшествия в организованной колонне автомобилей, наличие у них открыто носимых при себе оружия и предметов, используемых в качестве оружия, указывает на то, что они все, включая и тех, кто при себе оружия и предметов, используемых в качестве оружия, не имел, действовали с прямым умыслом, направленным на осуществление массовых беспорядков. Осужденные были не только осведомлены о цели нападения на Ш. в центре жилого массива с плотной застройкой, расположенного в одном из центральных районов г. Екатеринбурга с применением насилия, но и заранее к этому подготовились, вооружились, собрались в группу из более чем 20 человек и организованно прибыли к месту совершения массовых

беспорядков, а затем применили насилие, угрожая в ходе массовых беспорядков принесенным с собой оружием и предметами, используемыми в качестве оружия.

Утверждения осужденных о том, что они поехали к дому Ш. с целью лишь поговорить с ним и предотвратить возможные негативные последствия в будущем для ФИО1, суд обоснованно счел несостоятельными, поскольку они противоречат установленным обстоятельствам и действиям осужденных.

Так, исследованными доказательствами было установлено, что для реализации преступного намерения подсудимые ФИО1, ФИО6, ФИО4, ФИО3, ФИО2., ФИО5, а также и иные осужденные по приговору лица, а также Ш. (Лицо № 3), Т. (Лицо № 4), Х. (Лицо № 5), уголовное дело в отношении которых прекращено в связи со смертью, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, осужденный по ч.1.1 ст.212, ч.2 ст.212 УК РФ по приговору Ленинского районного суда г. Екатеринбурга, Б. (Лицо № 1) и К. (Лицо № 2), в отношении которых уголовное дело выделено в отдельное производство, направились на ул. Депутатская, 54 для совершения массовых беспорядков.

В свою очередь потерпевшие Ш. и сообщившие ему о планируемом преступном посягательстве Д.Д. и Д. адекватно оценили характер надвигающейся опасности, исходя из того, что более двух десятков вооруженных людей на автомобилях прибыли к дому Ш., высказывали при этом намерение причинить вред их здоровью и имуществу Ш., угрожая при этом бросить гранату, также вооружились, в том числе карабином "Вепрь-КМ" калибра 7,62 мм, травматическим пистолетом, и в целях предотвращения и пресечения преступления вышли к нападавшим, встав перед воротами дома Ш..

Доводы адвоката Шестопалова М.А., поставившего под сомнение достоверность показаний потерпевших о наличии у них карабина «Вепрь-КМ» и поддержавшего предположение всех осужденных о наличии боевого автомата у Д. производившего стрельбу, не могут быть признаны обоснованными, поскольку опровергаются заключением баллистической экспертизы о том, что изъятые при осмотре места происшествия на ул. Депутатской и представленные эксперту 21 гильза и 1 пуля стреляны из охотничьего самозарядного карабина модели «Вепрь-КМ» (ВПО-136) (т. 13 л.д. 103-106). Также вопреки мнению защитника, согласно протоколу выемки от 5 сентября 2016 года (т. 6 л.д. 155-156), изъятый у Ш. карабин «Вепрь-КМ» калибра 7,62 мм снаряжен магазином к карабину на 30 патронов.

I

;

В результате активного противодействия нападавшим со стороны Д. и Ш. осужденные и другие лица разбежались и скрылись с места

преступления, при этом огнестрельные ранения получили Т. • Ш.Б. Оглы АР., ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, I ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО15, ФИО28, ФИО9, I ФИО13, ФИО10, ФИО8 и ФИО3 Т. и ; Ш. от полученных повреждений в этот же день скончались в I медицинских учреждениях г. Екатеринбурга, а ФИО13 и Б. причинен \ тяжкий вред здоровью.

При этом вопреки мнению авторов апелляционных жалоб, судом , правильно обращено внимание на то, что такие признаки массовых ; беспорядков как массовость и применение насилия нашли свое полное [ подтверждение в судебном заседании, поскольку установлено, что подсудимые ! и другие лица организованно в составе более 20 человек, в целях нарушения г общественной безопасности и применения насилия в отношении граждан

вооружились травматическим и пневматическим пистолетами, а также ножами, ; бейсбольной битой и металлическими палками (трубами). |

То обстоятельство, что не у всех осужденных имелись орудия для \ нападения, и не все подготовленные орудия были применены фактически на , месте преступления, не влияет на доказанность их виновности в преступлении, | поскольку диспозицией ст. 212 УК РФ предусмотрена ответственность за >' применение насилия при массовых беспорядках и без использования каких-

либо предметов.

Суд верно счел установленным, что все осужденные, предварительно ! организовавшись и обсудив под руководством ФИО1 свои действия, ? связанные с применением насилия в отношении Ш., а затем прибывшие

организованной колонной на автомобилях с оружием и другими предметами, используемыми в качестве оружия, к месту преступления, расположенному в секторе плотной частной жилой застройки в одном из центральных районов

г. Екатеринбурга, не только осознавали общественную опасность своих действий, но и желали наступления вредных последствий как в части

применения насилия в отношении Ш., так и в части нарушения

общественной жизни и безопасности проживающих в этом районе граждан, то есть действовали с прямым умыслом на совершение массовых беспорядков.

Судом правильно обращено внимание на то, что данные обстоятельства безусловно создавали угрозу общественной безопасности, повлекли применение насилия к потерпевшим, а также причинение вреда имуществу посторонних лиц и создавали угрозу их жизни и здоровью.

Верно судом оценено и то, что мотивы, послужившие поводом к массовым беспорядкам, вызванные личным оскорблением организатора и участника массовых беспорядков ФИО1 одним из потерпевших Ш., в данном случае не имеют какого-либо правового значения и, несмотря на придание этому обстоятельству со стороны ФИО1 преимущественного значения, на квалификацию действий его и других осужденных не влияют.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, не установлено.

Право осужденного ФИО1 на ознакомление с материалами уголовного дела после постановления приговора было соблюдено, время для этого было выделено достаточно.

Что же касается доводов адвоката Шевченко Е.М., выступающей в защиту интересов осужденного ФИО2, обратившей внимание в суде апелляционной инстанции на отсутствие в протоколе судебного заседания выступления адвоката Федоровой СН. в защиту интересов ФИО2 в прениях сторон, что, по мнению защитника, свидетельствует о нарушении положений ст. 259, 292 УПК РФ и должно рассматриваться как нарушение права подсудимого на защиту, Судебная коллегия с данным утверждением не может согласиться.

Указанное адвокатом обстоятельство опровергается содержанием аудиопротокола судебного заседания, из которого следует, что председательствующим 24 декабря 2018 года (время 16.04- 16.20) адвокату Федоровой СН. предоставлено право выступления в прениях сторон, в чем имела возможность убедиться Судебная коллегия, прослушав аудиозапись. Свое выступление в прениях сторон подтвердил и сам ФИО2.

Отсутствие речи адвоката в письменном протоколе судебного заседания при таких обстоятельствах не может свидетельствовать о нарушении ФИО2 права на защиту, а потому указанные доводы не являются основанием к отмене приговора.

При назначении наказания судом учтены обстоятельства совершенного преступления и степень общественной опасности содеянного, характеризующие данные о личности осужденных, наличие у них смягчающих и отягчающего у ФИО15 и ФИО3 обстоятельства, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей. Для признания иных обстоятельств смягчающими, в том числе и изложенными в жалобах стороны защиты, оснований не имеется.

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью и поведением осужденных во время и после совершения преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности. Не усматривает Судебная коллегия и оснований для применения положений ст. 82 УК РФ к ФИО1

Следуя императивным предписаниям ст. 67 УК РФ, суд дифференцировал и индивидуализировал ответственность каждого из осужденных, исходя из доказанных и установленных обстоятельств.

Таким образом, Судебная коллегия полагает, что наказание осужденным назначено соразмерно содеянному и оснований для признания назначенного наказания несправедливым, в силу его суровости, не имеется.

Как следует из положений п. 5 ст. 307 КПК РФ во взаимосвязи с требованиями ст. 299 УПК РФ, суду при постановлении приговора надлежит обосновать принятое решение о том, на кого и в каком размере должны быть возложены процессуальные издержки.

Между тем в описательно-мотивировочной части приговора содержится лишь фамилия осужденного и итоговая сумма, подлежащая взысканию. При этом, судом не приведено суждений, обосновывающих выводы о размере процессуальных издержек, о размере вознаграждения, выплаченного адвокату за оказание юридической помощи.

При этом, Судебная коллегия обращает внимание, что согласно протоколу судебного заседания при обсуждении вопроса о взыскании процессуальных издержек (т. 122 л.д. 165) суммы, указанные в отношении ФИО5, ФИО6, ФИО4, не соответствуют суммам, подлежащим взысканию в резолютивной части приговора.

С учетом этих обстоятельств, доводы жалоб осужденных ФИО5, ФИО6, ФИО4 о завышенных размерах процессуальных издержек, подлежащих взысканию, заслуживают внимания, а потому приговор в этой части подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение в порядке исполнения приговора, предусмотренного ст. 397, 399 УПК РФ.

Учитывая вышеизложенное и руководствуясь ст. 389 -389 ,389 , 389 , 389^ УПК РФ, Судебная коллегия

опр еделила:

приговор Свердловского областного суда от 21 января 2019 года в отношении ФИО4, ФИО5, ФИО6 в части взыскания процессуальных издержек отменить, уголовное дело в этой части направить на новое судебное рассмотрение в порядке исполнения приговора, предусмотренного ст. 397, 399 УПК РФ.

В остальном приговор в отношении ФИО4, ФИО5, ФИО6 и этот же приговор в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных ФИО1 ФИО2., ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, адвокатов Сибиряковой А.А., Шестопалова М.А., Молчанова А.А. - без удовлетворения.

Председательствующий Судьи