Определение от 23 декабря 2025 г. Верховный Суд РФ

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 66-УД25-26-А5


ОПРЕДЕЛЕНИЕ суда кассационной инстанции

г. Москва 24 декабря 2025г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Зеленина СР.,

судей Зыкина В .Я. и ФИО1, при секретаре Быстрове Д.С, рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам осужденной ФИО2 и защитника-адвоката Пелевина В.М. на приговор Иркутского областного суда от 25 ноября 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 30 апреля 2025 года.

По приговору Иркутского областного суда от 25 ноября 2024 года

ФИО2, <...>

<...>

ранее судимая:

27 июня 2013 г. Иркутским областным судом по ч. 3

ст. 30 п. п. «ж, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 10 годам лишения

свободы с отбыванием наказания в исправительной

колонии общего режима, с ограничением свободы на 1 год,

освобождена 8 апреля 2019 г. по постановлению Саянского

городского суда Иркутской области от 26 марта 2019 г.

условно-досрочно на 2 года 4 месяца 5 дней. 30 июля 2021г.

снята с учета УИИ по истечении срока оставшейся не

отбытой части наказания;

16 августа 2022 г. мировым судьей судебного участка

№ <...>г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской

области по ч. 1 ст. 158 УК РФ на 1 год лишения свободы, в

силу ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 1

год,

осуждена по п. «д» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 15 лет, в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на срок 1 год, с установлением в соответствии со ст. 53 УК РФ ограничений и обязанности, указанных в приговоре.

В приговоре разрешены вопросы о мере пресечения, зачете в срок отбывания наказания времени содержания под стражей в качестве меры пресечения, процессуальных издержках, судьбе вещественных доказательств по делу.

Приговор мирового судьи судебного участка № <...>г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской области от 16 августа 2022 года постановлено исполнять самостоятельно.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 30 апреля 2025 г. приговор Иркутского областного суда от 25 ноября 2024 г. в отношении ФИО2 оставлен без изменения.

В кассационных жалобах осужденная ФИО2 и защитник-адвокат Пелевин В.М. просят изменить приговор и апелляционное определение, переквалифицировать действия ФИО2 с п.«д» ч.2 ст. 105 УК РФ на ч.1 ст. 108 УК РФ и назначить ей справедливое наказание.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зыкина В.Я., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание вынесенных в отношении ФИО2 приговора и апелляционного определения, выступления осужденной ФИО2 и защитника-адвоката Кротовой СВ., поддержавших кассационные жалобы, выступления потерпевшей С. и представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации прокурора Абрамовой З.Л., возражавших против доводов кассационных жалоб и просивших жалобы осужденной ФИО2 и защитника-адвоката Пелевина В.М. оставить без удовлетворения, Судебная коллегия

установила:

по приговору Иркутского областного суда ФИО2 признана виновной и осуждена за убийство Н. совершенное с особой жестокостью.

Как установлено судом, преступление совершено в период с <...> в <...> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационных жалобах осужденная ФИО2 и защитник-адвокат Пелевин В.М. просят изменить приговор и апелляционное определение, переквалифицировать действия ФИО2 с п.«д» ч.2 ст. 105 УК РФ на ч.1 ст. 108 УК РФ и назначить ей справедливое наказание, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и данных о личности ФИО2 В обоснование своих жалоб осужденная ФИО2 и защитник-адвокат Пелевин В.М. ссылаются на исследованные в судебном заседании доказательства, в частности показания ФИО2 об обстоятельствах, при которых она нанесла Н. ранения, явившиеся причиной его смерти; заключения судебно-медицинского эксперта об обнаруженных на теле ФИО2 телесных повреждениях; заключение комиссионной судебно-психиатрической экспертизы, согласно которому ФИО2 наркотической зависимостью не страдает и в лечебно-реабилитационных мероприятиях по этому поводу не нуждается; показания свидетелей С.И. Т.Н. экспертов С. и Л. и утверждают, что смерть потерпевшему Н. ФИО2 причинила при превышении пределов необходимой обороны. При этом осужденная и защитник утверждают, что поведение ФИО2 в обстановке, указанной ими в кассационных жалобах, явилось единственно верным способом защитить себя и свою жизнь от агрессивно настроенного Н. являвшегося кандидатом в мастера спорта по тайскому боксу и значительно превосходившего ее (Зарецкую) физически, и было обусловлено активными насильственными действиями с его стороны.

Поскольку избранные ФИО2 средства защиты, которые она использовала, обороняясь от противоправного поведения Н. не соответствовали характеру и опасности посягательства, то, по мнению осужденной и ее защитника, действия ФИО2 следует квалифицировать по ч.1 ст. 108 УК РФ, как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Осужденная ФИО2 также в жалобе указывает, что судами первой и апелляционной инстанций данное уголовное дело рассмотрено необъективно, с нарушением принципов равенства и состязательности сторон.

Кроме того, по мнению осужденной и ее защитника, суд назначил ФИО2 явно несправедливое, чрезмерно суровое наказание, при этом не учел данные положительно характеризующие ее личность, частичное признание своей вины, содействие следствию в раскрытии и расследовании преступления, раскаяние в содеянном, противоправное поведение

потерпевшего Н. явившееся поводом для совершения преступления.

Проверив материалы уголовного дела, Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационных жалоб осужденной ФИО2 и защитника-адвоката Пелевина В.М..

Согласно ч.1 ст. 40115 УПК РФ, в ее взаимосвязи со ст.4011 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела, в частности на выводы о виновности подсудимого, на юридическую оценку содеянного, назначение судом наказания.

Таких нарушений закона при разбирательстве уголовного дела в отношении ФИО2 судами первой и апелляционной инстанций не допущено.

Оценив представленные сторонами доказательства, в том числе показания подсудимой ФИО2, данные ею на предварительном следствии и в суде, протокол проверки показаний ФИО2 на месте преступления, показания потерпевшей С. свидетелей Н.К. С.П. протокол осмотра места происшествия и фототаблицы к нему, протоколы выемок и осмотров предметов, признанных вещественными доказательствами, заключения судебно-медицинских экспертиз, проведенных в отношении трупа потерпевшего Н. а также в отношении ФИО2, показания экспертов С.П. а также другие доказательства, содержание которых достаточно подробно приведено в приговоре, суд пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО2 в совершении убийства Н. с особой жестокостью.

В приговоре суд обоснованно отверг доводы ФИО2, утверждавшей, что убийство Н. она совершила, находясь в состоянии необходимой обороны или при ее превышении.

При этом суд, сделал выводы о несостоятельности указанных доводов ФИО2 в результате тщательного анализа всех исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаний подсудимой ФИО2, которые сопоставил с показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей, экспертов, а также с заключениями проведенных по делу экспертиз.

Показания ФИО2 о том, что она причинила телесные повреждения Н. в том числе откусила кончик его языка, ногтевую фалангу 3-го пальца левой кисти и ногтевую пластину 1-го пальца правой кисти, находясь в состоянии необходимой обороны, в процессе обороны от Н. и ее изнасилования, судом в приговоре признаны несостоятельными, поскольку опровергаются судебно-


медицинскими, медико-криминалистическими, биологической экспертизами, из которых судом установлено, что обнаруженные на теле подсудимой ФИО2 множественные кровоподтеки лица, туловища, верхних и нижних конечностей, на момент ее осмотра и освидетельствования, не соответствуют сроку давности их причинения, о котором указывала ФИО2 в своих показаниях в судебном заседании и на предварительном следствии. Данные, указывающие о половом контакте Н. с ФИО2, судом также не установлены.

Суд, отвергая доводы ФИО2, также обоснованно обратил внимание на то, что ФИО2, имея возможность покинуть квартиру, этого не сделала, не стала звать на помощь, что подтверждается показаниями свидетеля С. проживающего в квартире, расположенной над квартирой ФИО2; после того, как на её стук по водопроводным трубам к ее квартире подошел сосед С. дверь ему она не открыла и не просила его сообщить о случившемся в правоохранительные органы или вызвать медицинских работников.

Кроме того, как установлено судом, после нанесения Н. множественных телесных повреждений она не пыталась оказать ему какую-либо помощь, а, стремясь уничтожить вещественные доказательства, устроила поджог в прихожей квартиры, в которой совершила убийство потерпевшего.

Также судом признаны надуманными показания ФИО2 о нанесении Н. ей неоднократных ударов ножницами и кулаками по голове, поскольку как установлено судом из заключения судебно-медицинской экспертизы, при осмотре ФИО2 телесные повреждения на её голове отсутствовали.

Об умысле ФИО2 на убийство Н. с особой жесткостью, как обоснованно указано судом в приговоре, свидетельствует целенаправленный характер ее действий, избранный ею способ причинения многочисленных телесных повреждений потерпевшему, в результате которых наступила смерть Н.

Судом также установлено, что в инкриминированный период подсудимая ФИО2 вела себя осознанно и целенаправленно, могла контролировать свои действия и руководить ими, при этом, проявляя особую жестокость в процессе лишения жизни Н. осознанно причиняла ему мучения, страдания, сильную боль и желала этого. В состоянии сильного душевного волнения (аффекта), как установлено судом, ФИО2 не находилась, полностью контролировала свои противоправные действия и руководила ими.

Данный вывод суд сделал на основании исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе, с учетом заключения судебно-психиатрической экспертизы, согласно которой в поведении ФИО2 в момент совершения инкриминируемого деяния не усматривается основных

экспертно-диагностических признаков физиологического аффекта, тем более, что в момент инкриминированного деяния ФИО2 находилась в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, которое существенным образом искажает интеллектуальные, эмоционально-волевые процессы, значительно уменьшает возможность самоконтроля, способствует возрастанию субъективной оценки ситуации как более конфликтной.

Суд пришел к обоснованному выводу о том, что преступление подсудимой ФИО2 совершено на почве личных неприязненных отношений к Н. возникших в результате его противоправного поведения, которое выразилось в его предложении и попытке вступления в половую связь с ФИО2, вопреки её воле, а также в применении к ней насилия, которое, как установлено судом, не повлекло причинение вреда ее здоровью.

Таким образом, судом установлено, что в действиях ФИО2 отсутствовала необходимая оборона, либо превышение ее пределов, поскольку поведение потерпевшего Н. не сопровождалось насильственными действиями по отношению ФИО2, которые создавали бы угрозу ее жизни или здоровью.

Положенные в основу приговора доказательства виновности ФИО2 судом обоснованно признаны допустимыми, поскольку были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона; правила оценки доказательств, предусмотренные статьями 17, 87, 88 УПК РФ, а также положения ст. 14 УПК РФ о презумпции невиновности судом не нарушены.

Постановленный в отношении ФИО2 приговор Иркутского областного суда соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, положениям ст.297, ч.4 ст.302, ст.307 УПК РФ.

Действиям осужденной ФИО2 судом дана правильная юридическая оценка.

Из протоколов судебных заседаний следует, что судебное разбирательство данного уголовного дела в судах первой и апелляционной инстанций проведено полно и всесторонне, в соответствии с требованиями ст. 273-291, 38913 УПК РФ, с соблюдением принципов равенства и состязательности сторон, а также беспристрастности суда.

При назначении ФИО2 наказания уголовный закон не нарушен.

Судом были учтены все имеющиеся в уголовном деле данные, характеризующие личность ФИО2, смягчающие ее наказание обстоятельства, в том числе, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, принесение извинения потерпевшей, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, противоправное поведение Н. явившееся поводом для преступления.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, обоснованно признан рецидив преступлений, который в соответствии с п.«б» ч.З с. 18 УК РФ является особо опасным.

Апелляционное определение Пятого апелляционного суда общей юрисдикции отвечает требованиям ст. 38928 УПК РФ, в нем содержатся мотивы принятого судом решения по всем доводам, которые были приведены в апелляционных жалобах осужденной ФИО2 и ее защитника - адвоката Пелевина В.М.

Руководствуясь ст. 40114 УПК РФ, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

кассационные жалобы осужденной ФИО2 и защитника-адвоката Пелевина В.М. на приговор Иркутского областного суда от 25 ноября 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 30 апреля 2025 года, вынесенные в отношении ФИО2, оставить без удовлетворения.

Председательствующий Судьи