Решение от 27 апреля 2021 г. по делу № А67-7641/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Томск Дело № А67-7641/2020

26.04.2021 дата оглашения резолютивной части решения

27.04.2021 дата изготовления решения в полном объеме

Арбитражный суд Томской области в составе судьи Н.Н. Какушкиной,

при ведении протокола заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Тульской области дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Сфера» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

третьи лица - ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>), временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» ФИО3,

общество с ограниченной ответственностью «Стройфинконсалтинг»,

о признании недействительными сделок,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» – представителя ФИО4 по доверенности от 11.01.2021 № 2Д,

от общества с ограниченной ответственностью «Сфера» - представителей ФИО5 по доверенности от 05.02.2021 № 52 и О.А. Вежневец по доверенности от 11.01.2021 № 3,

от общества с ограниченной ответственностью «Стройфинконсалтинг» - представителя ФИО6 по доверенности от 28.09.2020 № 4;

от ФИО2 – без участия (извещен);

от общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» - без участия (извещено);

от временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» ФИО3 - без участия (извещен),

У С Т А Н О В И Л

общество с ограниченной ответственностью «Стройсервис» обратилось в Арбитражный суд Томской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Сфера» с требованиями признать недействительными договоры залога от 22.11.2018, от 26.02.2019, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Стройсервис» и обществом с ограниченной ответственностью «Сфера».

Определениями от 13.10.2020 и 17.11.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой», временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» ФИО3 и общество с ограниченной ответственностью «Стройфинконсалтинг».

В судебном заседании, состоявшемся 01.04.2021, представитель общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявил устное ходатайство об уточнении оснований исковых требований, в соответствии с которым просил признать недействительными (оспоримыми) договоры залога, совершенные в нарушение пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью). Представитель истца уточнил, что не оспаривает данные сделки по основаниям ничтожности в данном процессе. Уточнение основания исковых требований принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Общество с ограниченной ответственностью «Сфера» возражало против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление и письменных пояснениях, указывая на недоказанность истцом факта совершения сделок за пределами обычной хозяйственной деятельности общества, отсутствием причинение ущерба от совершенных сделок, а также пропуском срока исковой давности.

Третьи лица отзывы на исковое заявление не представили.

Будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного разбирательства, ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» и временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» ФИО3 явку представителей в суд не обеспечили, дело рассмотрено в их отсутствие по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований; представитель ответчика возражал, поддержал доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление и пояснениях к нему; представитель общества с ограниченной ответственностью «Стройфинконсалтинг» занял позицию, аналогичную позиции истца.

Заслушав представителей истца, ответчика и общества с ограниченной ответственностью «Стройфинконсалтинг», исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, при этом исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, 16.07.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Сфера» (генподрядчик) и обществом «Регионгазстрой» (подрядчик) заключен контракт № 56/У на выполнение строительно-монтажных работ при строительстве, реконструкции, ремонте объектов организаций системы «Транснефть» при реализации Программы развития, технического перевооружения и реконструкции, программы капитального и текущего ремонта (далее - Контракт) (л.д. 110-133 т. 1).

Согласно пункту 3.1. Контракта подрядчик в установленные Контрактом сроки и в счет контрактной цены выполнит на свой риск, своими силами и силами согласованных генподрядчиком субподрядных организаций, все работы и услуги в объеме, определенном настоящим Контрактом и рабочей документацией, а также предоставит обеспечение исполнения обязательств по Контракту в виде безусловных и безотзывных банковских гарантий и/или обеспечительного платежа в соответствии со статьей 26 Контракта (если иной способ обеспечения исполнения обязательств по Контракту не согласован сторонами, в том числе путем заключения дополнительных соглашений в соответствии с условиями Контракта) и выполнит все иные требования, установленные Контрактом.

Контрактная цена согласована сторонами в размере 420 010 751,19 руб. (пункт 4.1. Контракта). Пунктом 6.3 Контракта предусмотрено авансирование генподрядчиком выполнения работ в размере 61 000 000 руб. при условии предоставления залога на данную сумму.

30.07.2018 между обществом с ограниченной ответственность «Сфера» и обществом с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» заключен договор залога движимого имущества в обеспечение полного и надлежащего исполнения обязательств залогодателя перед залогодержателем по возврату авансового платежа в размере 61 000 000 руб. и выполнению обязательств по Контракту. В залог передан бурильно-проходческий комплекс горизонтально-направленного бурения без фактической передачи. Предмет залога стороны оценили в 61 000 000 руб. (л.д. 26-30 т. 1).

Как следует из пояснений ответчика, выплаченного аванса обществу с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» было недостаточно для выполнения работ в связи со сложным финансовым состоянием, поэтому директор общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» ФИО2 обратился к обществу с ограниченной ответственностью «Сфера» с просьбой перечислить дополнительно денежные средства на общую сумму 44 700 000 руб. под залог строительной техники. В связи с недостаточностью строительной техники у общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой», ФИО2 было предложено передать в залог строительную технику общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис».

Материалами дела подтверждается, что общество с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» на основании договора аренды движимого имущества № СС-РГС/2018 от 02.08.2018 арендовало у общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» транспорт и специальную технику (л.д. 31-38 т. 1).

22.11.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Сфера» (залогодержатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (залогодатель) заключен договор залога движимого имущества в обеспечение исполнения обязательств по контракту, согласно которому залогодатель передал в залог залогодержателю в обеспечение полного и надлежащего исполнения обществом с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» (должник) всех обязательств (в том числе по возврату/отработке перечисляемого после даты заключения договора платежа в размере 40 000 руб., возникших из Контракта № 56/У от 16.07.2018 по Объекту: «МН Сургут-Полоцк. Участок Конда-Сосьва. Замена трубы на участке 729-750км. Ду-1200 мм. Урайское УМН. Реконструкция», заключенного между залогодержателем и должником, имущество (строительную технику), указанное в Перечне, приведенном в приложении № 1 к договору (л.д. 25-28 т 3).

Согласно Приложению № 1 к договору залога от 22.11.2018 в залог передано имущество:

№№ пп

Наименование ТС, идентификационный номер (VIN)государственный номер

№ свидетельства о регистрации ТС/ № паспорта ТС

Год выпуска

Цена предмета залога, руб.

1
Трубоукладчик Komatsu D 355C-3.57903

ВА 774002

70ТЕ 6288

1997

4 500 000

2
Трубоукладчик Komatsu D-355C. 41091

CA 198414

70TE 8808

1986

4 500 000

3
Бульдозер Komatsu Д355А-3. 57926

ВА 774003

70ТЕ 6286

1999

4 000 000

4
Экскаватор HITACHI ZX 330-5G (B)

ТС 402543

70ТК6057

2012

4 500 000

5
Экскаватор HITACHI ZX-370MTH

ВЕ 183637

70ТМ 2047

2005

2 500 000

6
Трубоукладчик D355C-3 Komatsu

ВА 774001

70ТЕ 6885

1997

4 000 000

7
Трубоукладчик Камацу Д-355С

ВА 733358

70ТЕ 6958

1986

4 500 000

Пунктом 1.5 договора залога от 22.11.2018 стороны оценили предмет залога в размере 28 500 000 руб.

26.02.2019 обществом с ограниченной ответственностью «Сфера» (залогодержатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (залогодатель) заключен залога движимого имущества в обеспечение исполнения обязательств по контракту, согласно которому залогодатель передает в залог залогодержателю в обеспечение полного и надлежащего исполнения обществом с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» (должник) всех обязательств, возникших из Контракта № 56/У от 16.07.2018 по Объекту: «МН Сургут-Полоцк. Участок Конда-Сосьва. Замена трубы на участке 729-750км. Ду-1200 мм. Урайское УМН. Реконструкция», заключенного между залогодержателем и должником, имущество (строительную технику), указанное в Перечне, приведенном в приложении № 1 к Договору (л.д. 3-33 т. 3).

Согласно Приложению № 1 к договору залога от 26.02.2019 в залог передано имущество:

№№ пп

Наименование ТС, идентификационный номер (VIN)государственный номер

№ свидетельства о регистрации ТС

Год выпуска

Цена предмета залога, руб.

1
Экскаватор РС-400-6 тип 3 код 70 серия ТЕ № 6887

ВЕ 524455

2002

2 200 000

2
Экскаватор HITACHI ZX-370MTHтип 3 код 70 серия ТМ № 2046

ВК 423436

2005

2 500 000

Пунктом 1.5 договора залога от 26.02.2019 стороны оценили предмет залога в размере 4 700 000 руб.

Стороны в договорах залога от 22.11.2018 и от 26.02.2019 определили, что залогодатель в обеспечение надлежащего исполнения обязательств должника по контракту предоставляет залогодержателю предмет залога без фактической передачи.

22.11.2018 и 03.12.2018 по актам приемки – передачи документов ФИО2 передал обществу с ограниченной ответственностью «Сфера» на хранение подлинники паспортов самоходных машин и других видов техники, принадлежащих обществу с ограниченной ответственностью «Стройсервис»:

1. Серия ВА № 774001 (на трубоукладчик D355C-3 KOMATSU, гос.номер 70 TE 6885)

2. Серия ВА № 773358 (на трубоукладчик D355C KOMATSU, гос.номер 70 ТЕ 6958)

3. Серия ТС № 402543 (на экскаватор HITACHI ZX330-5G (В), гос.номер 70 ТК 6057)

4. Серия ВЕ № 183637 (на экскаватор HITACHI ZX-370MTH, гос.номер 70 ТМ 2057)

5. Серия ВА № 774002 (на трубоукладчик D355C-3 KOMATSU, гос.номер 70ТЕ 6288)

6. Серия ВА № 774003 (на бульдозер Д355-А, гос.номер 70ТЕ 6286)

7. Серия СА № 198414 (на трубоукалдчик D355C Komatsu, гос.номер 70 ТЕ 8808).

Согласно статье 334.1 Гражданского кодекса Российской Федерации залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора.

Пунктом 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что залог иного имущества, не относящегося к недвижимым вещам, помимо указанного в пунктах 1 - 3 настоящей статьи имущества, может быть учтен путем регистрации уведомлений о залоге, поступивших от залогодателя, залогодержателя или в случаях, установленных законодательством о нотариате, от другого лица, в реестре уведомлений о залоге такого имущества (реестр уведомлений о залоге движимого имущества). Реестр уведомлений о залоге движимого имущества ведется в порядке, установленном законодательством о нотариате.

В случае изменения или прекращения залога, в отношении которого зарегистрировано уведомление о залоге, залогодержатель обязан направить в порядке, установленном законодательством о нотариате, уведомление об изменении залога или об исключении сведений о залоге в течение трех рабочих дней с момента, когда он узнал или должен был узнать об изменении или о прекращении залога. В случаях, предусмотренных законодательством о нотариате, уведомление об изменении залога или об исключении сведений о залоге направляет иное указанное в законе лицо.

Залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога ранее этого. Отсутствие записи об учете не затрагивает отношения залогодателя с залогодержателем.

Уведомление о возникновении залога движимого имущества по договору от 22.11.2018 зарегистрировано обществом с ограниченной ответственностью «Сфера» в Реестре уведомлений о залоге движимого имущества единой информационной системы нотариата 04.04.2019 за номером 2019-003-503063-299 (л.д. 11-12 т. 5).

Доказательств регистрации обществом с ограниченной ответственностью «Сфера» уведомления о возникновении залога по договору от 26.02.2019 в материалы дела не представлено.

Письмом № 1302 от 15.04.2019 общество с ограниченной ответственностью «Сфера» уведомило общество с ограниченной ответственностью «Стройсервис» о начале обращения взыскания на предмет залога: бульдозер Д355А-3 «KOMATSU», трубоукладчик D-355C-3 «KOMATSU», трубоукладчик D-355C-3 «KOMATSU», трубоукладчик КАМАЦУ Д-355С, трубоукладчик D-355C «KOMATSU», экскаватор HITACHI ZX-370MTH, экскаватор HITACHI ZX330-5G (В).

Между тем, на основании договоров купли-продажи от 27.11.2018, подписанных между обществом с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Стройфинконсалтинг» (покупатель), покупатель приобрел право собственности на все спорные самоходные машины (л.д. 95-102 т. 3).

Договоры залога от 22.11.2018 и 26.02.2019, по мнению истца, являются недействительными взаимосвязанными сделками, заключенными в нарушение статьи 46 Федерального закона 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в отсутствии одобрения учредителя), а так же пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской федерации (запрет представителю совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом), что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

По смыслу статей 1, 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, защита гражданских прав может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения. Следовательно, предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в арбитражный суд лица посредством использования предусмотренных действующим законодательством способов защиты.

Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является признание оспоримой сделки недействительной.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно части 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью иск о признании недействительной крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть заявлен обществом, членом совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участниками (участником), обладающими не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

Согласно части 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной при наличии одного из следующих обстоятельств:

- к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения данной сделки по правилам, предусмотренным настоящим Федеральным законом;

- при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать о ее совершении с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней.

Согласно пункту 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», о взаимосвязанности сделок общества, применительно к пункту 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах или пункту 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, помимо прочего, могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный период между совершением нескольких сделок.

Для определения того, отвечает ли сделка, состоящая из нескольких взаимосвязанных сделок, количественному (стоимостному) критерию крупных сделок, необходимо сопоставлять балансовую стоимость или цену имущества, отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по всем взаимосвязанным сделкам, с балансовой стоимостью активов на последнюю отчетную дату, которой будет являться дата бухгалтерского баланса, предшествующая заключению первой из сделок.

Учитывая единую хозяйственную цель спорных договоров залога, а именно предоставление истцом в пользу ответчика обеспечения исполнения обязательств общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» по Контракту № 56/У от 16.07.2018, а также незначительный промежуток времени между заключением сделок – 3 месяца, спорные договоры залога отвечают признакам взаимосвязанных сделок.

Согласно пункту 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью» крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом:

связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки. Например, сделка по приобретению оборудования, которое могло использоваться в рамках уже осуществляемой деятельности, не должна была привести к смене вида деятельности.

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

Согласно бухгалтерской отчетности общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» балансовая стоимость активов истца на 31.12.2017 составила 36 640 000 руб., размер принятых обязательств по договорам залога составил 33 200 000 руб. Таким образом, цена оспариваемой сделки составляет более 25% балансовой стоимости активов общества.

Порядок одобрения крупной сделки определен статьей 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, в силу которой вопрос одобрения такой сделки находится в компетенции общего собрания участников общества. Статьей 39 указанного Закона предусмотрено, что в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно.

Согласно официальным сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» с 19.11.2010 по дату вынесения решения является ФИО7. Генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» на дату заключения договоров залога являлся ФИО8.

В материалы дела не было представлено решения единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» по рассмотрению вопроса об одобрении заключения спорных договоров залога.

Вместе с тем истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемые сделки обладают качественным признаком крупной сделки, были заключены на заведомо невыгодных условиях, привели к невозможности осуществления истцом уставной деятельности, ухудшили экономическое состояние истца или же привели к критическому уровню его кредиторской задолженности.

Согласно имеющейся в материалах дела ведомости амортизации основных средств за 2017 год (л.д. 43-47 т. 1), электронной копии налоговой декларации общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» по транспортному налогу за 2018 год, на 31.12.2018 на балансе истца числилось порядка 60-ти единиц транспорта и самоходных машин, девять из которых передано обществу с ограниченной ответственностью «Сфера» в залог. То есть, доля переданного в залог движимого имущества составила 15% общего количества имеющейся у истца на дату заключения спорных договоров залога строительной техники.

Доказательств невозможности осуществления основных видов деятельности в связи с возможным выбытием переданного в залог имущества (аналогичная по видам техника в большем объеме осталась во владении общества) истцом в материалы дела не представлено.

Довод истца о наступлении негативных последствий от совершенных сделок, рассчитанный истцом по аналогии от продажи техники обществу с ограниченной ответственностью «Стройфинконсалтинг» в виде сокращения хозяйственной детальности истца в 6,87 раз и падением выручки предприятия, не может быть принят судом во внимание, поскольку является предположительным и не связан с последствиями оспариваемых сделок.

Более того, качественный критерий должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка.

На момент совершения оспариваемых сделок спорное имущество находилось в аренде у общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой», не было возвращено арендодателю, что не лишило последнего права получать арендную плату до перехода права собственности на арендованное имущество к обществу с ограниченной ответственностью «Стройфинконсалтинг».

В соответствии со статьями 334, 348 Гражданского кодекса Российской Федерации заключение договора залога порождает обязательственное правоотношение, в котором обязанностью залогодателя является принятие на себя ответственности перед кредитором должника в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения последним своего обязательства по обеспечиваемому договору.

Обращение взыскания ответчиком на заложенное имущество в апреле 2019 года не повлияло на экономическое состояние истца, поскольку залоговое имущество выбыло из собственности истца до этого момента.

С учетом изложенного, оспариваемые истцом договоры залога не могут рассматриваться как сделки, выходящие за пределы обычной хозяйственной деятельности.

В соответствии с абзацем 3 пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной, если при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.

Аналогичная обязанность доказывания факта осведомленности контрагента по сделке об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия органа юридического лица на совершение закреплена в пункте 2 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно абзацу 1 пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» бремя доказывания того, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение, возлагается на истца.

Исходя из абзаца 2 пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», заведомая осведомленность о том, что сделка является крупной для истца (в том числе о значении сделки для истца и последствиях, которые она для него повлечет), предполагается, только если контрагент (применительно к настоящему делу - ответчик), контролирующее его лицо или подконтрольное: ему лицо является участником (акционером) истца или контролирующего лица истца или входит в состав органов истца или контролирующего лица истца.

При этом доказательства того, что ответчик имеет какие-либо аффилированные связи с истцом или с должником, по обязательствам которого истец согласился нести солидарную ответственность, в материалы дела не представлены.

Согласно абзацу 3 пункта 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» по общему правилу, закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка крупной для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе отсутствует обязанность по изучению бухгалтерской отчетности контрагента для целей определения балансовой стоимости его активов, видов его деятельности, влияния сделки на деятельность контрагента). Третьи лица, полагающиеся на данные единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абзац второй пункта 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договоры залога от имени от имени общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» подписаны ФИО2 со ссылкой на доверенность № 3д от 10.01.2018 (л.д. 99 т. 2).

В материалы дела представлена копия доверенности № 3д от 10.01.2018, выданная обществом с ограниченной ответственностью «Стройсервис» на имя ФИО2. Указанная доверенность подписана генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» ФИО8, заверена печатью общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис», и соответствует требованиям статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доверенность выдана на срок до 31.12.2019 без права передоверия.

Из третьего абзаца доверенности № 3д от 10.01.2018 следует, что представитель ФИО2 уполномочен от имени общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» представлять интересы доверителя в кредитных организациях, банках, организациях любых организационно-правовых форм и форм собственности с правом подписания кредитных договоров, договоров займа, договоров поставки, купли-продажи, подряда (субподряда), аренды, договоров поручительства, залога в отношении имущества (транспортных средств, специальных машин, самоходных машин), имущественных прав (транспортных средств, специальных машин, самоходных машин), имущественных прав общества, с правом подписания актов приемки-передачи техники, счетов-фактур, путевых листов, актов приемки выполненных работ по форме КС-2, справок по форме КС-3.

Истцом представлено полученное из материалов дела № А68-13293/2019 заключение эксперта, из которого следует, что подпись на доверенности № 3д от 10.01.2018 выполнена не И.А. Ждановичем, а иными лицами (л.д. 93-98 т. 2). Вместе с тем, указанное доказательство, полученное из материалов иного дела, сведения о вступлении решения в законную силу по которому в материалы дела не представлены, расценивается судом как не являющееся подтверждением недействительности, недостоверности доверенности № 3д от 10.01.2018.

В рамках настоящего дела истцом о фальсификации доверенности № 3д от 10.01.2018 не заявлено, доказательства отзыва, отмены указанной доверенности в установленном порядке истцом не представлены.

В связи с изложенным суд приходит к выводу о наличии у представителя ФИО2 полномочий действовать от имени общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» по указанной доверенности.

Из материалов дела следует, ответчиком не оспаривается тот факт, что ФИО2 на момент подписания договоров залога от 22.11.2018 и от 26.02.2019 являлся директором общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой», договоры залога от 22.11.2018 и от 26.02.2019 заключены ответчиком в обеспечение исполнения обязательств общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» перед ответчиком (обществом с ограниченной ответственностью «Сфера») по контракту № 56/у от 16.07.2018.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на пункт 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, из которого следует, что представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

Истец ссылается на то, что оспариваемые договоры залога от 22.11.2018 и от 26.02.2019 были подписаны представителем ФИО2 в интересах общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой», представителем которого он (в силу наличия у него статуса единоличного исполнительного органа) одновременно является (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), чем нарушены интересы общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис», которое согласия на заключение данных сделок не давало.

В возражение ответчик ссылается на то, что при переговорах относительно заключения договоров залога вместе с ФИО2 присутствовал ФИО9, являющийся супругом единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» - ФИО7, а потому согласие истца на совершение сделок было получено. Кроме того, при заключении оспариваемых сделок ФИО2 действовал не в интересах общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой», а в интересах аффилированных с ним общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис», общества с ограниченной ответственностью «Стройфинконсалтинг».

Приведенные ответчиком доводы о согласовании заключения спорных договоров залога ответчиком (через участие в переговорах супруга единственного участника) судом не принимаются в связи с их недоказанностью и несостоятельностью.

Ссылка ответчика на письмо истца исх. № 97 от 23.11.2018 как на согласование факта заключения оспариваемых договоров залога судом не принимается в связи с тем, что письмо составлено позднее даты заключения договора залога от 22.11.2018, из чего следует вывод об отсутствии у истца сведений о заключении в отношении принадлежащего ему имущества договора залога от 22.11.2018.

Со стороны ответчика не представлены доказательства того, что после получения указанного письма ответчик уведомил истца о том, что 22.11.2018 в отношении двух из трех поименованных в письме исх. № 97 от 23.11.2018 единиц техники был заключен договор залога, хотя из содержания представленного письма должен был прийти к выводу о том, что истец не обладает информацией о действиях ФИО2 в части подписания договора залога от 22.11.2018 от имени истца.

Из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.06.2009 по делу № А40-65399/07-29-602, следует вывод о недопустимости действий представителя по доверенности, выражающихся в заключении от имени представляемого сделки в пользу юридического лица, директором которого представитель одновременно является.

В пункте 121 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено следующее: учитывая особый характер представительства юридического лица, которое приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, что предполагает применение законодательства о юридических лицах, на органы юридического лица распространяются только отдельные положения главы 10 Гражданского кодекса Российской Федерации: пункты 1, 3 статьи 182, статья 183 Гражданского кодекса Российской Федерации и в случае наделения полномочиями единоличного исполнительного органа нескольких лиц (пункт 3 статьи 65.3 Гражданского кодекса Российской Федерации) - пункт 5 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд приходит к выводу, что представителем истца ФИО2 по доверенности № 3д от 10.01.2018 были заключены договоры залога от 22.11.2018 и от 26.02.2019 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой», руководителем которого он одновременно является, что недопустимо в силу запрета пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Общество с ограниченной ответственность «Сфера» не могло не знать, что ФИО2 представляет одновременно залогодателя и должника, поскольку являлось стороной как договоров залога от 22.11.2018 и от 26.02.2019, так и контракта № 56/у от 16.07.2018.

В связи с изложенным, доводы истца о недействительности договоров залога от 22.11.2018 и от 26.02.2019 судом принимаются как обоснованные.

Между тем, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд об оспаривании договоров залога.

Истец с заявлением о восстановлении пропущенного срока не обращался, полагает, что начало течения срока исковой давности следует исчислять с даты возбуждения Арбитражным судом Тульской области производства по делу № А68-13293/2019 - 20.11.2019, поскольку именно в рамках судебного разбирательства по указанному делу ознакомился с оспариваемыми договорами залога.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Исходя из системного толкования норм права, применительно к данному спору, действующее законодательство связывает начало течения срока исковой давности не с момента, когда директор общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» ознакомился с содержанием оспариваемых договоров залога, а с момента, когда он узнал или должен был узнать об их заключении.

Материалами дела установлено и не оспаривается сторонами, что уведомление о регистрации залога, возникшего из договора залога от 22.11.2018, зарегистрировано в Реестре уведомлений о залоге движимого имущества, согласно пункту 4 статьи 339.1 и главы XX. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, 04.04.2019. Доступ к электронной версии Реестра уведомлений о залоге движимого имущества в сети Интернет является свободным. В силу статьи 103.7 Гражданского кодекса Российской Федерации любое заинтересованное лицо может получить выписку из указанного Реестра посредством направления запроса с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг, а так же путем непосредственного обращения к любому нотариусу.

Учитывая отсутствие во владении общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» как самой техники, так и правоподтверждающих документов на неё, при проявлении достаточной степени осмотрительности, директор общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» мог узнать о заключении договора залога от 22.11.2018 с даты регистрации уведомления о залоге – 04.04.2019.

Судом установлено и не отрицается истцом, что 18.04.2019 общество с ограниченной ответственностью «Стройсервис» получило от общества с ограниченной ответственностью «Сфера» Уведомление залогодателю о начале обращения взыскания на предмет залога (движимое имущество) (исх. № 1302 от 15.04.2019), согласно которому общество с ограниченной ответственностью «Сфера», в порядке, предусмотренном пунктом 9 статьи 349 Гражданского кодекса Российской Федерации, уведомляет истца о начале обращения взыскания на семь единиц принадлежащего обществу с ограниченной ответственностью «Стройсервис» движимого имущества, заложенного по договору залога движимого имущества от 22.11.2018 в обеспечение исполнения обществом с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой» обязательств по Контракту № 56/У от 16.07.2018.

Таким образом, истец о существовании договора залога от 22.11.2018 в отношении принадлежащего ему движимого имущества узнал 18.04.2019. Годичный срок исковой давности на обжалование указанного договора следует исчислять с указанной даты.

Истец обратился с иском 13.10.2020, то есть за пределами срока исковой давности. В этой связи отсутствуют основания для признания недействительным договора залога движимого имущества в обеспечение исполнения обязательств по контракту от 22.11.2018.

Доказательств регистрации обществом с ограниченной ответственностью «Сфера» уведомления о возникновении залога по договору от 26.02.2019 в материалы дела не представлено. Уведомление залогодателю о начале обращения взыскания на предмет залога применительно к договору от 26.02.2019 в адрес истца не направлялось.

В силу того, что в основание исковых требований истцом положены обстоятельства нарушения представителем запрета, установленного в пунктом 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что о наличии обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки от 26.02.2019, истцу не могло быть известно ранее ознакомления с материалами дела № А68-13293/2019, производство по которому возбуждено определением Арбитражного суда Тульской области от 20.11.2019, к участию в котором истец привлечен в качестве ответчика (получения копии искового заявления).

Приведенные ответчиком ссылки на акт от 16.07.2019 (л.д. 105 т. 1) и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 25.03.2020 (134-137 т. 1) не позволяют прийти к выводу о том, что уже 16.07.2019 истец узнал о заключении договора от 26.02.2019, поскольку в акте от 16.07.2019 реквизиты договора не указаны, а постановление вынесено только 25.03.2020.

Исковое заявление по настоящему делу поступило в Арбитражный суд Томской области 13.10.2020, т.е. в пределах одного года с момента возбуждения производства по делу № А68-13293/2019.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности не пропущен по требованию о признании недействительным договора залога движимого имущества в обеспечение исполнения обязательств по контракту от 26.02.2019.

Суд также считает необходимым обратить особое внимание на то, что в силу пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи.

Заключив договоры купли-продажи от 27.11.2018 с обществом с ограниченной ответственностью «Стройфинконсалтинг», истец утратил право собственности как на экскаватор РС-400-6 тип 3 код 70 серия ТЕ № 6887, так и на экскаватор HITACHI ZX-370MTHтип 3 код 70 серия ТМ № 2046 (пункты 1.4 договоров купли-продажи).

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации, если вещь передана в залог залогодержателю лицом, которое не являлось ее собственником или иным образом не было надлежаще управомочено распоряжаться имуществом, о чем залогодержатель не знал и не должен был знать (добросовестный залогодержатель), собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя, предусмотренные настоящим Кодексом, другими законами и договором залога.

В данной ситуации, заключая договор залога от 26.02.2019, представитель ФИО2 действовал в интересах общества с ограниченной ответственностью «Регионгазстрой», руководителем которого он одновременно являлся, что недопустимо в силу запрета пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации. Как было установлено выше, общество с ограниченной ответственность «Сфера» было осведомлено об этих обстоятельствах, что не позволяет сделать вывод о добросовестности залогодержателя.

При таких обстоятельствах исковое требование о признании недействительным договора залога движимого имущества в обеспечение исполнения обязательств по контракту от 26.02.2019 является обоснованным, подлежит удовлетворению.

Расходы истца по оплате государственной пошлины по правилам части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

признать недействительным договор залога движимого имущества в обеспечение исполнения обязательств по контракту от 26.02.2019, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>) и обществом с ограниченной ответственностью «Сфера» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сфера» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 6 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.


Судья Н.Н. Какушкина